Нужен муж! Срочно!

Вы когда-нибудь планировали встречу мужа с женихом? Нет? А встречу супруга с любовником? Тоже нет? Ну, уж внезапное столкновение бывшего с нынешним точно планировали! Опять нет? Тогда поверьте на слово: лучше и не планируйте. Неблагодарное это дело.

Я голову сломала, подыскивая нужные слова для знакомства. Как представить Бастиана? Как правильно себя держать с Измирским? Что говорить, куда смотреть, как дышать? В общем, нюансов было много, мысли рознились, и никак не хотели приходить к единому логическому завершению.

Настиша помогать наотрез отказалась, заявив, что ее роль зрителя в первых рядах вполне устраивает. Ну и ладно, сама справлюсь. Как говорится, коли Вайду жертву принес, самому и резать ее придется. Так что деваться некуда, сама план придумала, самой и выполнять.

Знать бы заранее, как мужчины отреагируют друг на друга, не волновалась бы, а то…

– Камелия! – Мысли прервал голос Измирского. – Скучаете?

Конечно, скучаю. Именно поэтому меряю шагами коридор, не решаясь подняться наверх по лестнице в собственную спальню.

– Нет, я как раз шла в комнату. – Вежливость и только вежливость! Мужику и так скоро предстоит испытать шок, не стоит травмировать заранее.

– Камелия! – К нам спешила мама. – Мы выделили Николасу комнату в восточном крыле. Проводишь? Как раз пообщаетесь по дороге, уверена, вам есть о чем поговорить, – многозначительно намекнула она.

Я растянула губы в улыбке, больше похожей на оскал, и кивнула.

– Конечно, провожу.

Интересно кому надо сказать спасибо за это маленькое издевательство? Восточное крыло – это мое крыло. Там моя спальня. Моя библиотека. Мой небольшой зимний сад. И гостевые комнаты для друзей тоже мои! С каких пор Измирский стал другом? Когда успел?

О Вайд, это предательство со стороны родителей, не иначе.

Измирский смотрел на меня серыми, как ненастное небо, глазами и явно прятал улыбку в уголках губ. Прекрасно. Просто прекрасно. Я обречена.

– Камелия, – приблизился и отец. – На пару слов можно?

Пока матушка развлекала гостя разговором, отец отвел меня в сторону.

– Когда сегодня утром ты поставила нас с матерью перед фактом собственного замужества, я было подумал, что это дурацкий розыгрыш. Все ждал, что ты вот-вот рассмеешься и признаешься в шутке. Даже Бастиана воспринял поначалу, как нанятого актера, надеялся, что ты просто хочешь меня позлить.

Я закусила губу. Собственно говоря, князь не сильно ошибался.

– Но даже после того, как шутка стала пугающей реальностью, – сурово продолжал отец, – я попробовал присмотреться к Бастиану. Все пытался понять, что же ты в нем нашла? Неужели он так умен? Богат? Чем он тебя привлек?

– Он хороший.

– Согласен, он интересный. Тебе, как девушке молодой и современной, любопытно такое общение. Бастиан оригинальный, нестандартный, со странным мышлением и совершенно невообразимыми суждениями. Возможно, я смог бы привыкнуть к нему со временем. Да, наверное, смог бы, но…

– Но? – напряглась я.

– Камелия, давай говорить откровенно: Бастиан совершенно не подходит на роль мужа будущей княгини. Понимаешь, к чему клоню? Полдня общения с твоим супругом меня не убедили в его пригодности, а полчаса беседы с Николасом все расставили по местам.

– Но ты же согласился с моим замужеством!

– Тогда я еще не знал, каким человеком вырос Николас. О боги! Он воспитан в наших традициях, знает, как руководить народом, умеет находить компромиссы, разбирается во внешней политике и может быть полезен государству. Он в десять, нет, в сто раз лучше, чем мелкий купчишка!

– Папа!

– Я очень прошу, хоть раз в жизни подумай не о себе, а о княжестве! – Отец старательно давил на совесть. – Твоему браку всего день, если разведетесь, никто и не узнает.

– Но я не хочу разводиться, – растерянно шепнула я. – Ты же принял Бастиана.

– Как твой родитель, может быть, да, принял. Но как князь, прошу – даже требую! – присмотрись к Николасу. Герцог лучший правитель, чем купец.

– Но, папа…

– Камелия, до дня рождения осталось несколько дней, постарайся провести время с пользой. Дай Николасу шанс.

Я нервно сглотнула. Отец был как никогда серьезен.

Только подумала, что все складывается удачно, как вот, пожалуйста, вновь засада. И что делать? Как быть?

– Но я люблю Бастиана.

Да, если уж и оправдываться, то только любовью.

– Быть княжной значит ставить интересы княжества выше выбора собственного сердца, – тихо ответил он. – Проводи герцога в комнату и объясни насчет своего супруга. Только как-нибудь поаккуратнее, скандал нам не нужен.

Вот те раз… Я закусила губу. Чувствую, что ближайшие дни получатся очень насыщенными.

Матушка с отцом удалились, оставив меня в замешательстве, хотя на первый взгляд причин для волнения не было. Да, конечно, придется потерпеть Измирского некоторое время, возможно, даже улыбнуться пару раз. Но после дня рождения можно смело сказать, что, мол, долго думала, присматривалась, как и просил князь, но совладать с собственными чувствами не смогла. Люблю Бастиана, и все тут! Интересно, поверят?

А там и Николас домой вернется, отец успокоится, матушка посодействует разводу… Глядишь, и Бастиана домой отправим. Это даже хорошо, что вор не пришелся родителям по вкусу. Главное, не подавать Измирскому больших надежд, чтобы не вообразил страсти с моей стороны, а то мало ли.

Отчаиваться не стоило, все проблемы решатся по мере поступления.

– Николас! – Я решительно подошла к герцогу. – Идемте, провожу вас в восточное крыло.

– Буду благодарен, – обаятельно улыбаясь, ответил он.

Лестница длиной всего в тридцать пять ступенек показалась бесконечно долгой. Взгляд жениха, направленный в спину, прожигал насквозь и вызывал мурашки. Ну что за человек? Понимает, что не горю желанием общаться, и все равно старательно вызывает на разговор, комплименты расточает.

– …восхищен вами… – Его голос звучал тихо и очень проникновенно. Наверняка тренировался.

Так и вижу, как каждый день перед зеркалом репетирует бархатный тембр и широкую улыбку. Сам себе приятности говорит, глазки строит, пальчики целует…

– Мы пришли, – сказала я, останавливаясь подле гостевых апартаментов. – Приятного отдыха.

Николас чуть склонил голову благодаря.

– А вы? Тоже будете отдыхать?

Вот чего привязался? Только познакомились же, рано еще на отдых напрашиваться. Это неприлично, в конце концов.

– Возможно. До встречи за ужином, герцог.

– Николас, – напомнил он. – Мы же договорились.

– Николас, – послушно повторила я.

Мои комнаты находились в другом конце коридора и (слава Вайду!) часто пересекаться с женихом мы не станем.

Но стоило подойти к дверям, как сзади послышались быстрые шаги.

– Камелия! – Герцог схватил меня за плечо, разворачивая к себе. – Подождите, пожалуйста!

– Что вы себе позволяете? – ахнула я, чувствуя, как крепко сжимаются его пальцы.

– Просто хотел сказать, что буду счастлив назвать вас своей женой.

Он наклонился и скользнул взглядом по губам, явно намереваясь выпросить намного больше, чем стандартный поцелуй руки.

И надо же было случиться, что именно в этот момент двери моей спальни распахнулись, и на пороге возник Бастиан.

– Могу узнать, что тут происходит? – спросил он, приподнимая брови и с интересом глядя на Николаса.

Что там отец говорил? Сообщить о муже как можно аккуратнее? Ну что ж, я почти справилась.

Глава 4

ПРОТИВОСТОЯНИЕ

– Что тут происходит? – повторил Бастиан.

– Да вот, – я невинно улыбнулась, – общаюсь с другом детства. Кстати, знакомьтесь: Николас – мой… ну, вроде как жених. А это Бастиан – мой… гм… муж.

Фух, наконец-то сказала! Ей-богу, была бы возможность убежать, убежала бы. Честно-честно! Неслась бы быстрее ветра и из восточного крыла, и из замка, да и из самого княжества тоже. Уж больно темными стали глаза герцога и слишком странным сделался взгляд у бедняка. Два таких разных, но чем-то похожих человека явно не обрадовались знакомству.

– В каком смысле – муж? – первым отмер Николас.

– В прямом. – Я сделала шаг назад, прямо к супругу. Если что, пусть заступается, ради чего деньги плачу?

– Камелия, я ценю ваше чувство юмора, но поверьте… – усмехнулся герцог, принимая происходящее за шутку.

– Мы с Бастианом вчера совершили обряд. Вот браслеты.

– Но я уже дал согласие на брак!

– Простите, отец зря затеял ваш приезд. Мы с Бастианом давно вместе и… Да послушайте же!

Но Измирский слушать не желал, он в упор смотрел на соперника и на его щеках играли желваки.

Бастиан же стоял спокойно, распрямив плечи, и внимательно следил за герцогом, на лице которого отражались все обуревающие его чувства. Мой супруг явно чувствовал себя непринужденно и лишь скептически прищуривал глаза, будто ожидая дворовой потасовки.

Но высшее общество – это не базарная площадь, тут вам морду бить не будут, даже если очень хочется. Понимал это и Измирский.

Конечно, его эго пострадало. Он был ошеломлен, обескуражен, буквально оглушен новостью, но, увы, помочь ему я ничем не могла. Самой бы кто помог.

– Извините, ваше герцогство. – Бастиан усмехнулся. – Нам с женой надо поговорить. Камелия, входи.

– Но…

– Быстро в спальню, я сказал.

Ух как двусмысленно это прозвучало! Даже Николас поморщился.

– Вы не слишком-то вежливы с женщиной, – заметил он.

– А вы, можно подумать, вежливы, раз приперлись туда, где вас не ждут, – отрезал Бастиан и, затащив меня в комнату, захлопнул дверь прямо перед носом Измирского.

– Что это значит? – зашипела я.

– Как что? – почти искренне удивился супруг. – Исполняю роль ревнивого и любящего мужа.

– Какая-то твоя любовь странная.

– Какая уж получилась. Извини, не особо силен в проявлении чувств, но если ты считаешь, что надо быть активнее…

– Нет! – воскликнула я, понимая какую именно активность он имеет в виду. – Все хорошо. Я довольна, ты молодец, Измирский побежден. Все прекрасно.

Но должна признаться, на какое-то мгновение мне стало интересно: как Бастиан будет изображать страсть? Так же пылко и яростно? Или более спокойно, заботливо и размеренно? Хотя… Если уж у него ревность вышла весьма нескромной, то остальное лучше вообще не представлять.

Мы сели на диван. На колени тут же забрался Пакость и тихонько заурчал. Я заметила, как Бастиан покосился на дракошу, немного отодвинулся, скривился, когда Пакость лягнул его левой лапой, и, поняв, что от животинки не избавиться, смирился.

Я улыбнулась.

– Кстати, я сегодня слышала, как ты пел в ванной.

– Сочувствую, – хмыкнул он.

– Это было вполне приемлемо, особенно те две ноты, которые вышли чистыми.

– У тебя идеальный слух? – Бастиан с интересом уставился на мои уши, словно именно они являлись индикаторами музыкального таланта.

– Княжна должна уметь рисовать и музицировать, – скромно ответила я.

– Повезло. А вор должен уметь быстро и бесшумно бегать. Какие разные у нас таланты, правда? – Мужчина прикрыл глаза и откинулся на спинку. – Что у тебя с Ильмитским?

– С Измирским. Ничего особенного. Отец хотел видеть его моим мужем и… до сих пор хочет.

– А я?

– А ты интересный, немного странный, очень своеобразный, но не тянешь на роль княжеского супруга, – призналась я. – Отец требует, чтоб Измирский остался до дня рождения.

– Этот хлыщ лучше меня? – почти искренне поразился Бастиан. – Чем?

– Понятия не имею.

– Ясно. А чего требуешь ты? У тебя же есть свои желания? Вон как лихо пошла наперекор родительской воле, не погнушалась грязным оборванцем. А что сейчас?

– Сейчас? – Я задумалась. – Сейчас… Действительно, а что сейчас?

Мне вдруг пришло в голову, что я не знаю, как поступать дальше. Первая часть плана выполнена (хоть и не совсем удачно), а до финала еще далеко.

Пакость высунул длинный язык, лениво лизнул мне руку и повел носом в сторону Бастиана.

– Р-ры, – выдал он. – Ур-ры.

Я проследила за его взглядом и…

Бастиан сидел расслабленно. Широкие плечи обтянула рубашка, позволяя заметить рельеф грудных мышц, длинные ноги вытянуты. На шее, с левой стороны, прямо за ухом красовался небольшой шрам. Волосы чистые, снежной волной спадающие на лоб… Мужчина выглядел весьма неплохо. Возможно, при должном старании он вполне бы сошел за аристократа.

Я довольно почесала Пакость за ухом.

– Я знаю, как мы с тобой поступим.

– Как? – спросил мужчина.

– Мы сделаем ход конем и докажем всему миру, что ты не только оригинальный, но еще и вполне образованный.

– Чего? – от неожиданности Бастиан распахнул глаза.

– Того! Встретим праздник, как и подобает влюбленным супругам. Будем танцевать всю ночь и общаться с гостями на ученые темы.

– Я не умею танцевать.

– Научу, – широко улыбнулась я, морально готовясь к подвигам.

А что? В самом деле, это была отличная мысль. У нас есть неделя, чтобы сделать из оборванца мужчину, не уступающего в изысканности Измирскому. И я буду не я, если Бастиан не выйдет победителем в этой маленькой, но такой увлекательной схватке.

Удачный брак – не тогда, когда вы с мужем похожи, а наоборот, когда вы полностью разные, но умеете мириться со странностями друг друга. Наш брак с Бастианом (надеюсь, короткий и взаимовыгодный) обещал стать поистине счастливым.  В том смысле, что мне было плевать на его язвительное настроение, в пух и прах разносящее новую идею, а ему – что я больше внимания уделяю Пакости, нежели любимому супругу.

Мы отсиживались в спальне, скрываясь от визитеров, изредка посматривали на часы, подсчитывая, сколько осталось до ужина, и молчали.

Я сдалась первой.

– Бастиан… Ты меня слышишь?

Муженек как раз просматривал какой-то помятый листочек, наполовину заполненный мелким убористым почерком, и совершенно не обращал на меня внимания.

– Бастиан!

– М-м-м? Что?

– Ты что делаешь?

– Читаю.

– Ты знаешь буквы? Неожиданно, – не удержалась я от иронии, но тут же извинилась: – Прости, само вырвалось. А что именно читаешь?

Мужчина флегматично пожал плечами.

– Какая разница?

– Мне любопытно.

– Любопытство не красит княжну.

– А я не только княжна, но еще и женщина, а все женщины любопытны от природы. – Я миролюбиво улыбнулась. – Но если не хочешь говорить, то не говори. Я тебе тоже тогда ничего не скажу.

Бастиан аккуратно свернул листочек и убрал в карман.

– Ну, давай, – велел он.

– Чего – давай?

– Рассказывай.

– Нет уж, сначала ты!

– Камелия… – Мужчина откинулся на спинку дивана. – Ты же явно очень хочешь чем-то поделиться, но не знаешь, как начать разговор, поэтому не будем тянуть дракона за хвост. Что случилось?

– Почему ты решил, что что-то должно случиться? – всплеснула руками я. Пакость тут же обиженно заворчал.

– А как иначе? Ты, вся такая самостоятельная и гордая, вдруг решила прибегнуть к помощи ничтожного меня. Скажешь, нет?

– Нет.

– Вот и хорошо. – Бастиан вновь вынул листочек. – Раз я тебе не нужен, тогда пусть каждый займется своим делом.

– Подожди, – вздохнула я и придвинулась ближе. – Ты прав, кое-что случилось.

Мужчина понятливо хмыкнул и вновь убрал записи.

– Ну?

– Я не хочу идти на ужин.

– И это все?

– А этого мало? Там же будет… гость!

– Правда? И кто же? – притворно удивился Бастиан.

– Жених.

– Бывший жених, позволь заметить.

– Бывший, – согласилась я. – Сдается мне, что нынешний ужин не принесет ничего хорошего. Бастиан, помоги! Ты же мужчина, в конце концов! Еще и не бесплатный.

Супруг немного подумал и кивнул.

– Ты права, это тоже входит в мои обязанности. – Почему-то его голос прозвучал слишком насмешливо. – Когда ты меня наняла....

– Это теперь так называется?

– А что, вполне подходящее слово. Так вот, когда ты меня наняла, я обязался изображать влюбленного супруга, что и делаю по мере сил и способностей.

– Да, ты отличный актер, – пробормотала я.

– Стараюсь, – нарочито небрежно бросил он. – Когда там твой день рождения, сколько еще мучиться?

– Во вторник.

– Отлично! – Бастиан вновь уткнулся в записи и перестал меня замечать. И это было несколько досадно.

Не знаю почему, но подобное пренебрежение обижало и ставило в тупик.

– Можно подумать, ты жаждешь от меня избавиться, – пробормотала я недовольно.

Он удивленно приподнял брови.

– А есть другие варианты?

– И не надейся. Быстрый развод и полная свобода.

– Тогда зачем спрашиваешь? – Мужчина поднялся. – Могу занять твой стол на пару минут?

– Конечно. – Я с любопытством проследила, как он взял перо и черкнул на листочке пару слов. – О, ты еще и писать умеешь…

– И писать, и читать, и пользоваться таблицей органоидов для математического анализа, – сухо ответил он. – Не ожидала? Я профессиональный вор, Камелия, я обязан это знать.

О-о-о… Кто бы знал, что у нас воры нынче такие умные! Я всегда полагала, что воровать идут не от хорошей жизни, а оно вон как…

– Если ты еще и философские труды Эмберта Уока читал, то цены тебе нет, – усмехнулась я.

– Читал, – сказал он очень спокойно.

– И где же воров этому обучают?

Бастиан промолчал.

– Жаль, – пожала я плечами. – Но ничего страшного, может быть, в следующий раз получится.

– Что ты имеешь в виду?

– Только то, что Эмберта Уока не существует, впрочем, как и его трудов. И таблица органоидов не имеет никакого отношения к математике, а если ты просто где-то слышал умные слова, то вначале потрудись узнать их подлинное значение, а уж потом вставляй в разговор. – Я потрепала Пакость по холке и встала. – Время пришло, идем ужинать, мой ученый преступник! И прекрати делать такое удивленное лицо, просто признай, что я права, а ты немного просчитался. Все-таки тебя еще учить и учить… Но ничего, с завтрашнего дня этим займемся.

Бастиан задумчиво глянул на меня, а потом вдруг усмехнулся.

– Но читать и писать я умею.

– Охотно верю. Пошли?

– Пошли. Посмотрим на твоего женишка внимательнее.

– Он герцог, между прочим.

– Вижу, как ты ценишь его герцогство…

Бастиан подал мне руку, притянул к себе чуть ближе, чем обычно, и повел прочь из спальни.

Вечер обещал быть интересным.

Отец сидел во главе стола, как и полагалось при визитах посторонних. И если сегодня утром Бастиан появился внезапно, то Измирского принимали по всем правилам.

Матушка заняла место с другого края, но на столе лежали еще четыре прибора. Два нам, один для герцога, а еще один для приглашенной на ужин Настиши.

– И где наш гость? – спросила я, заметив, что жениха пока нет.

– Видимо, приводит себя в порядок, – ответил отец, сверля меня хмурым взглядом. – Ты сделала, о чем я просил?

– Рассказала ли о замужестве? Да, рассказала.

– Вежливо и аккуратно?

– Э-э-э… Да.

Я села на место, рядом опустился Бастиан. Настиша чуть помедлила, но тоже присела на краешек стула. А герцога все не было.

Но опоздавших не ждут. Тем более в чужом доме. И если Измирский не появится в ближайшие три минуты…

– Прошу прощения, немного задержался.

М-да, вспомнишь… гм… оно и приплывет.

Герцог лучился доброжелательством и каким-то нереальным удовольствием. Словно он был в восторге от всего, что произошло. Единственный раз, когда его улыбка исчезла – когда мы взглянули друг на друга, и глаза Николаса тогда выражали что угодно, но только не радость.

– Милая Камелия, вы просто обворожительны, – мягким, бархатным голосом сказал он. – Должен признать, ваш портрет произвел на меня большое впечатление, тогда как реальность оказалась несравнимо лучше. Ваша светлость, у вас потрясающе красивая дочь!

– Благодарю, Николас, – тихо ответил отец и вздохнул.

Папа очень не любил, когда что-то было не так, как он хотел.

– Николас, позвольте вас познакомить. – Я вежливо улыбнулась.

– Да мы вроде уже познакомились, – протянул герцог, лениво поглядывая на Бастиана.

Вайд знает, какие мысли крутились в его голове, но он продолжал доброжелательно улыбаться, словно вовсе не соперник сидел сейчас напротив.

– Я имею в виду мою подругу, госпожу Настишу Кларк. Ее отец, княжеский советник, много лет сотрудничал с эльфийскими торговыми домами, так что, если вас интересует новый сорт вина или бокалы голубого хрусталя, Настиша может поспособствовать.

Измирский вежливо кивнул.

– Я рад, что у Камелии такие интересные друзья. Надеюсь, внезапное замужество не мешает вашей дружбе?

– О нет, нисколько, – очаровательно улыбнулась Настиша и взмахнула ресницами.

Если бы герцог знал ее получше, то разглядел бы в глубине медовых глаз искрящиеся смешинки, но так как общаться ранее им не доводилось, Измирский принял этот взгляд за кокетство. О да, герцог был дамским угодником! Он тут же почуял выгоду и поощрительно дернул уголком рта.

Мы с Настишей переглянулись. Все мужики одинаковые, что ни говори.

– Ну, а с моим супругом вы успели познакомиться ранее.

– Да, вы были так любезны представить нас. – Измирский прищурился. – И должен признаться, эта встреча меня несколько покоробила.

– Ничего страшного, бывает, – тут же подключился Бастиан, переводя внимание на себя и не позволяя герцогу произнести ни слова в ответ. – И я не в восторге от вашего приезда, но вежливо молчу. Кстати, вы откуда? Из Северных земель? Говорят, там удивительной красоты девы. Жаль, что вы решили игнорировать соотечественниц и попытать счастья в АрМонте. Но надежда умирает последней, верно? В соседнем княжестве тоже есть незамужняя наследница. Правда, ей уже за пятьдесят… А впрочем, из вас получилась бы идеальная пара. Камелия, любовь моя, подай, пожалуйста, соус, кролик сегодня просто великолепен, не стоит позволять ему остыть. И вино выше всяких похвал. Выпьем за гостя! Приятного аппетита, господа!

Ужин оставил двойственное впечатление.

Вроде бы Измирский и Бастиан постоянно конфликтовали и пререкались, но в то же время оба как-то неуловимо находили компромиссы, не позволяя скандалу достичь невиданных высот. То мой муженек приправлял очередное ехидное замечание внезапной вежливостью, то Николас закрывал глаза на неуважение и молчал в тех местах, когда можно было бы и ответить. В общем, творилось что-то невообразимое и далекое от моего понимания. Такое ощущение, что мужчины берегли чувства хозяев, оставляя разборки на завтра.

А потом наступила ночь.

– Вот, – гордо сказала я, указывая на чудо-мебель овальной формы с пятью ножками.

– Это что за люлька? – изумился Бастиан.

– Это кровать. Мы же договорились, что поставим тебе отдельную кровать.

Мужчина осмотрел койку со всех сторон.

– Нет, я на этом спать не буду.

– Почему? Она, между прочим, сделана по последней моде.

– Оно и видно.

– Ты не понимаешь, здесь учтены все рекомендации целителей! Смотри, видишь, матрас какой необычный? Это чтобы спина не болела. А подголовник? Заметил? Говорят, что при таком положении головы сны будут ярче. А вот эти приподнятые края как бы переносят тебя в детство и успокаивают. Здорово?

– Вот и спи в ней сама, раз такая хорошая, – отрезал Бастиан, скептически осматривая пятую кроватную ножку. Почему-то прозрачную.

– Вот еще! – возмутилась я. – Ее специально для тебя поставили. Хорошая кровать, хватит выпендриваться.

– Я туда не лягу.

– Ляжешь.

– Нет.

– Ляжешь! Так как я собираюсь спать в собственной постели, а диван тебе пришелся не по душе. Остается либо эта прелесть, либо коврик у стола, но он занят Пакостью.

– У дракона подстилка и то лучше. – Бастиан рассерженно нахмурил брови. – Другой кровати не было?

– Не было. Не могла же я во всеуслышание заявить, что мы не спим вместе! Пришлось выкручиваться.

– Как-то ты неумело выкрутилась.

– Уж как получилось, – буркнула я. – Все равно другой не будет.

Мужчина приподнял брови и пристально глянул на меня, словно намекая, кому именно придется ночевать в объятиях произведения современного столярного искусства.

– Ну уж нет! – злобно выдала я.

– Что – нет?

– Я сплю у себя, а ты… сам решай!

И, гордо задрав подбородок, отправилась в ванную.

Женская логика настаивала, что самое удобное место в комнате должно быть мое, но здравый разум подсказывал, что плевал Бастиан на логику, особенно женскую.

Когда я вышла, супруг стоял посреди комнаты, с интересом изучая подголовник чудо-койки.

– Жалкое человеческое тщеславие, – вдруг сказал он. – Люди хотят комфорта, но только гоблины получают удовольствие.

– Почему?

– Они продают нам отвратительно неудобные вещи, выдавая их за великие изобретения, а мы безропотно платим деньги, полностью доверяя чужой расе. Это глупо.