Исповедь Негодяя

–Это Гектор, мой лучший друг, – сказал Иван.

–А ты, Катя?– я небрежно ткнул пальцем в сторону Анны.

–Я – Аня,– презрительно посмотрев, сказала ты.

Я понял, что моя шутка не зашла. Ксюша с Иваном, обнявшись, весело зашагали впереди в сторону кинотеатра. Мы шли рядом, но не обмолвились ни словом. Я несколько раз набирал воздух в легкие, но не знал с какой стороны к тебе подступиться.

Кино было ужасно скучное, я все время смотрел на тебя, пытаясь в светлых кадрах фильма понять, смотришь ли ты на меня. Или случайно задевал тебя, то рукой, то ногой, но внимания на меня ты не обращала. После фильма мы шли вас провожать все таким же строем.

–Ты всегда такая скучная?– не выдержал я.

Ты даже не взглянула на меня. Тогда я остановился, а ты пошла дальше. Я так и стоял под падающим снегом, глядя тебе в след. Сказать, что я был взбешен, ничего не сказать. Я буквально сдерживал себя, чтобы не причинить тебе физический вред. Внутри меня все полыхало огнем. Я сорвался с места, догнав тебя, я схватил твою руку и развернул к себе.

–Нет, я серьезно, скучнее девушки я не встречал!

–Я скучная, только со скучными и наглыми людьми, – она отвернулась и зашагала быстрее. На перекрестке она повернула направо. Я повернул за ней. А Иван с Ксюшей так и шли прямо, даже не заметив наше отсутствие.

–И куда ты? Гордая птичка,– сказал я, смягчившись.

–Домой.

–Я тебя провожу.

–Не нужно.

–Я все равно провожу.

–Вот скажи, о чем с тобой говорить? Я все время теряю нить разговора,– вздохнул я, поравнявшись с Анной,– давай тогда лучше молчать, мне так легче тебя переносить.

Ты не выдержала и резко повернулась, остановившись.

–Чего ты от меня хочешь?– спросила она.

Ты смотрела мне прямо в глаза. Мы стояли под тусклым светом фонаря, снег сыпал все сильнее. Я не знал, что ответить и медленно проговорил:

–С тобой хочу быть.

Она смотрела на меня, как смотрят взрослые на ребенка. В тот момент я и чувствовал себя ребенком под натиском твоего серьезного взгляда.

–Ну, так будь.

Я тогда тебя так сильно обнял, что еще чуть-чуть и сломал бы пополам. Вы целовали когда-нибудь человека так, что у вас ноги становились ватным, и появлялось ощущение невесомости? Вы целовали когда-нибудь человека, что слышали биение ее сердца, биение своего сердца, биение вашего общего сердца. Таким был наш первый поцелуй. И таким был настоящий поцелуй между людьми, принадлежащими друг другу космосом, судьбой, Богом или что там еще определяет твою вторую половину. Он был настоящим, ценным, искренним, святым. После тебя я целовал десятки женщин, пытаясь хоть на секунду уловить хотя бы послевкусие нашего поцелуя. Но все, что было после, было фальшиво и приторно.

С того самого вечера, мы были вместе. Но, кроме Ксюши и Ивана, никому этого не показывали. Ты стала совсем другая. Чем дольше мы были вместе, тем больше ты мне открывалась. И я понял, что совершенно тебя не знаю. Мы дурачились, как дети. Ты своим твердым характером злила меня до судорог в скулах и одновременно шевелила во мне нечто жизненное, важное. Ты заставляла меня, тебя любить. Любить?

В декабре у нас наконец-то произошел первый раз. Это было совсем не так, как я ожидал. Я представлял себе вулкан эмоций, но все было очень зажато и стеснительно. Но ближе к Новому году все относительно наладилось.

До праздника оставалось всего 5 дней. Я был занят несколько дней и не мог с тобой увидеться. Вернее, мог, но не хотел. Мы с тобой виделись каждый день с момента того вечера под фонарем. Не то, чтобы мне не нравилось быть с тобой. Нравилось, но не постоянно. У меня были друзья, спорт, и к тому же наступила пора новогодних вечеринок, где с тобой я бы не смог бы отдохнуть, так как я хочу. Тебя было в моей жизни слишком много: на учебе, после учебы, по выходным и в будни. Ты за такой короткий период времени заполонила собой вся мою жизнь. Я начал ловить себя на мысли, что постоянно думаю только о тебе. Нужно было срочно отвлечься, а то это переходило в какую-то депрессивную паранойю. Мне захотелось побыть немного одному.

Пора новогодних вечеринок – это вечные тусовки у Славика дома. Славик был страшный до безобразия, но очень щедро тратил родительские деньги. Когда его родители благополучно садились в самолет, уносивший их в теплые края, молодежь нашего городка весело потирали руки в ожидании незабываемых вечеринок в их огромном особняке. Слава очень тщательно отбирал круг людей, вхожих в свой дом: исключительно богатые мажоры, успешные и влиятельные студенты, самые красивые девушки нашего города. В общем, попасть к нему на вечеринку, это как вытянуть золотой билет Вилли Вонка. Он был очень изобретателен до хлеба и зрелищ. С каждым годом его предновогодние вечера становились все более изощренными. Главная цель Славика – это чтобы весь следующий год главной обсуждаемой темой была его персона.