Ника и Саша. Это всегда происходит

Глава 3 – Перчик не помог

Всю ночь Ника занималась чем угодно, только не спала. В ход прошёл проверенный кофе, хард-рок в наушниках на полную громкость и очень страшная книга. Когда глаза всё-таки начинали слипаться, она качала пресс. Нельзя было засыпать – с появлением голоса сны только изматывали. Неизвестно, каким чудом, но ночь она продержалась. Как только наступило утро, девушка оделась и побежала из дома в нужном направлении. Теперь она знала, что будет делать.

– Здравствуйте, – Вежливо поприветствовала Саша продавщицу книжного.

– Добрый день.

– Не могли бы Вы мне посоветовать какие-нибудь книги о мистике?

– У нас огромный выбор художественных произведений на эту тему. Могу предложить Вам несколько бестселлеров или недавно изданных книг.

– Спасибо, но меня интересуют научные, а не художественные произведения.

– Что ж, таких книг у нас значительно меньше, но они также имеются. Научные книги по ликантропии?

Саша отрицательно замотала головой.

– Энергетический вампиризм?

Снова не то.

– Духи?

Саша собиралась снова замотать головой, но её что-то остановило. Почему тварь, лазящая в чужие сны, не может быть духом?

Девочка неуверенно кивнула.

– Могу предложить новейший том, над ним трудились настоящие знатоки истории и мистики. «Духи и проклятия Древней Руси».

– Подойдёт, спасибо.

– Ещё имеется книга о верованиях и обычаях древнего мира. Там есть рассказы о духах, в которых верили индейцы, жители Перу, древние Греки и Римляне.

– Пожалуй, я возьму эти книги. Спасибо большое за помощь.

Упаковав книги в сумку, Саша почувствовала лёгкую грусть: она потратила все свои сбережения, купив тома. К тому же, книги оказались достаточно тяжёлыми.

Уже подойдя к выходу из книжного, она увидела знакомое лицо.

– Ника?

– Саша? Что тебе здесь понадобилось? – Ника взглянула в не застёгнутую сумку подруги, – Духи и проклятия Древней Руси?

– Это нам… доклад по истории задали.

– На каникулах?

Ещё секунд десять подруги смотрели друг на друга в упор.

– Жди меня у выхода из магазина, – Наконец, сказала Ника и поспешила к кассе.

– Почему тебя потянуло на истории о духах? – Спросила, словно следователь на допросе, Ника.

– А ты с каких пор интересуешься историей Мытищ? – Не осталась в долгу подруга.

Девочки переглянулись.

– Ты же не хочешь сказать, что… – Оторопела Саша.

– Тебе тоже снятся кошмары?

– Когда это началось?

– В ночь после того, как мы залезли на стройку.

– У меня тогда же. Я знаю, что с этим делать. Мы можем…

– Нет.

Саша выдержала паузу.

– В смысле?

– Мы не пойдём туда снова.

Это один из тех моментов, когда подруги понимали друг друга с полуслова. Что сейчас не было на руку.

– Но… почему? Если это началось из-за стройки, может, там есть какая-то зацепка, которая поможет нам разобраться?

– Нет.

– Почему?

– Я туда один раз уже сходила.

Слова прозвучали неожиданно резко.

– Почему ты говоришь так, будто обвиняешь меня? Кто сказал: «Пойдём туда, это интересно»?

– А кто сказал: «Давай я сыграю на рояле, ничего не произойдёт»?

Внезапно обеих словно окатило холодной водой. Они вели себя глупо, это точно. Очередная ссора была задушена в самом начале.

– Прости, – Тихо проговорила Ника.

– И ты меня.

Ещё секунд тридцать обе молчали.

– А теперь давай придумаем, что нам сейчас делать.

– А это точно сработает? – Осторожно поинтересовалась Саша.

Ника проигнорировала вопрос. Можно подумать, она эксперт по изгнанию дьяволов и духов…

Подруги нашли, что за тварь мешает им спать – дьявол с каким-то непроизносимым названием, в которого верили в Древней Индии. Этот дьявол похищает сны и издевается над ними, как хочет. Подобная штука может не давать своим жертвам спать годами, доводя до нервных срывов. Но, что радовало, больше демон ничем не опасен.

Девочки насыпали в миску красный перец и корицу, вылили три масла (подсолнечное, оливковое, льняное – ничего поромантичнее не нашлось) и стали над смесью читать нереально длинное заклинание на древнем языке. Всё это происходило у Ники дома – её мама как раз уехала на работу.

– Всё, – Сказала Саша после пары минут молчания, – Теперь «зелье» можно сливать.

Подруги подошли к раковине, слили «зелье» и помыли миску. Первой решилась заговорить Саша.

– А ты уверена, что это сработает? – Завела она старую пластинку.

– Слушай, ты так говоришь, как будто я уже штук десять демонов изгнала! Это первая демоническая особь, с которой я имела дело, если что.

– Да не кипятись ты. Просто немного странно – как мы могли в Подмосковье подцепить демона из Индии?

– Ну… – Ника задумалась, – Не думаю, что демонам и духам нужна виза и билет на самолёт. Даже если в него верили в Индии, ему ничто не мешало переместиться в Россию.

– А почему он выбрал нас?

Ещё один сложный вопрос.

– Ну… нам просто не повезло.

– Может быть, – Сдалась Саша, – Просто… не нравится мне всё это.

– Тебе не нравится то, что мы, наконец, нормально поспим?

– Нет, конечно, нет. Просто, это ничего не объясняет. Что произошло на стройке? Что это была за комната? Почему именно мы?

– Да… – Согласилась Ника, – В идеальной логике столько брешей. Но ведь не важно, верно? В смысле, я бы тоже хотела узнать. Главное, мы избавились от кошмаров. Ну, я надеюсь.

– Наверное, ты права, – Саша задумалась, стоит ли спрашивать? Наверное, стоит, – С книгой про изгнание дьяволов мне всё понятно. А почему история Мытищ?

– Ммм… Просто я уверена, что стройка и эти сны – взаимосвязаны. И дело даже не в дате появления кошмара. Во сне голос сказал… – Девушка вздохнула, – «Просто эти люди не играют на чужих инструментах». Вообще, я хотела найти какие-нибудь архивы. В книжном, в интернете. Хотелось узнать, почему стройка была прекращена. Но, архивов, конечно, я не нашла, только сайты спекулянтов. Поэтому подумала: может, в истории Мытищ будет хоть крупица информации? К тому же подучить историю родного города никогда не помешает.

– Ясно.

Больше разговаривать не хотелось. Ника проводила Сашу до светофора, они разошлись по домам. Обеих мучил один вопрос – что будет, если этой ночью им снова приснится странный голос?

Во сне никакие голоса не пришли. Ни голоса, ни другие кошмары. Однако на следующее утро Ника всё равно проснулась вялой и сонной. Но это уже, скорее, не демоны, а нервная система, и с ней с помощью масла и перца не справиться.

Подруги снова пошли гулять. Сейчас они молча бегали по стадиону. Главное, больше никто не предложил пойти погулять по городу. Это к лучшему.

И так прошли два дня. Ночи без снов, усталость на утро, бег и молчание. На третий день, часов в десять вечера, раздался звонок на домашний.

– Ало? – Конечно, девушка ещё не спала, но была удивлена. Ей редко кто-то звонил в такое время.

– Ника! – Раздался испуганный голос Саши, – Мы изгнали не того!

– Что? – Признаться, к такому повороту девушка была совсем не готова, – Ты уверена?

– Да… не знаю! – По голосу подруги было ясно, что Саша близка к отчаянью. Вот только паники не хватало!

– Так, успокойся, – Ника зашла в свою комнату, закрыла дверь и плюхнулась на кровать, – Ну, подумаешь, истратили немного перца зря? Сейчас расскажешь мне об этой твари, мы и её изгоним.

– Не изгоним!

– Успокоилась. Вдохнула-выдохнула. Вот так. Рассказывай.

– В общем…

– Только не начинай нервничать снова. Просто спокойно прочитай информацию из книги.

Саша откашлялась.

– Ладно, попытаюсь.

«Древнейшие проклятие, его использовали чернокнижники Древней Руси ещё во времена язычества».

– Мощно! – Против воли, вырвалось у Ники.

– Ты дальше послушай…

«Основывалось оно на вызове духа, способного проникнуть в чужой разум. Дух проникал в душу проклятого, узнавая все его мысли и тайные страхи, он мог разговаривать с человеком, когда тот спал. По легендам, такие сны не были кошмарами в прямом смысле слова: проклятым не снилась собственная смерть, просто голос, говорящий с ними. Тем не менее, люди очень боялись этих снов, после них жертвы чувствовали себя вялыми и разбитыми. Этому можно найти объяснение – дух высасывал силы из проклятого, и сам становился могущественнее.

Как только проклятие набирало достаточно силы, у человека начинались нервные срывы и галлюцинации. Когда проходило от месяца до года (в зависимости о степени сопротивляемости жертвы), дух поджигал человека изнутри. Начиналось самовозгорание».

– Нервные срывы? Г-галлюцинации? – Спросила дрожащим голосом Ника.

– Теперь ты понимаешь?

– Понимаю, – Спрашивать было до жути страшно, но не задать этот вопрос она не могла, – Нас прокляли?

– Не нас конкретно. В общем, слушай:

«После самовозгорания жертвы земля, где данное самовозгорание произошло, долгое время остаётся проклята, независимо от того, что на земле построено. Иногда проклятье держится по нескольку веков.

Путники, пришедшие на эту землю, видят галлюцинации. Причём галлюцинации не только видимы, но и ощутимы. Стоит войти в контакт с видениями (например, посидеть на кресле, созданном духом), как разум человека открывается, и он тоже становится проклят. Когда умирает более десяти жертв, дух становится крайне силён и уничтожает город или другой населённый пункт».

– Но… мы ведь найдём способ изгнать эту дрянь из собственных мозгов, верно? – Ника скорее не спрашивала, а утверждала, стараясь убедить себя, – Там должно, должно быть написано, как снять проклятие…

– Нет.

– Нет?!

– Нет. Вернее… Ну, конечно, где-то такое написано. Но… не в этой книге.

– Что там написано? – Девушка уже была готова перейти на крик, – Может, мы найдём зацепку?

– Не думаю:

«Возможно, древние знахари или ясновидящие знали, как снимается проклятье, но ничего конкретного на эту тему современным историкам не известно. Хотя, может оно и к лучшему: сведения о духе утеряны со времён средневековья, скорее всего, тема защиты от него не актуальна в наши дни».

– Не актуальна?! Отлично! Им «не актуально»! А мы что, умирать должны?!

– Ну… видимо, да… – Осторожно вставила собеседница. Но Ника уже разбушевалась.

– И ты так спокойно об этом говоришь?! Эй, мы ещё даже не закончили школу!!! Что-то я не собираюсь умирать в ближайший год от какого-то проклятия!

– А ты думаешь, я собираюсь?! – Взорвалась Саша. Обе немного успокоились, – Дело в другом: у тебя есть какие-то идеи?

– Нет… а у тебя?

– Ну, есть одна. Хотя я в ней очень сомневаюсь.

– Без разницы. Нам сейчас поможет что угодно, времени – в лучшем случае год, в худшем месяц. Нам надо действовать. Даже если ты не уверена.

– Ну… в конце концов, всегда остаётся шанс, что мы напортачили и неправильно определили проклятье, наложенное на нас. Может, всё не так плохо.

– Может быть.

Хотя, конечно, обе понимали, что шансы на это мизерные.

– Ты, главное, проверь свою идею… ну, или предположение, – Нашлась, что ответить, Ника, – Уцепись за малейшую возможность.

– Я постараюсь.

– И я.

Глава 4 – Помощь из ниоткуда

– Ба, – Начала Саша разговор за завтраком. Родители уехали, наверное, одну бабушку разговорить будет легче.

– Что? Ешь давай.

Саша проигнорировала последнюю фразу.

– Бабушка, ты, случайно, не знаешь, почему прекратили стройку около парка? – Прямо спросила девочка.

– Случайно знаю.

Уже кое-что. Как бы вытянуть информацию, не выдав себя?

– Расскажи, пожалуйста.

Саша улыбнулась самой наивной улыбкой, на которую была способна. По взгляду бабушки она поняла: не прокатит.

– Зачем тебе?

Да, вытянула информацию, нечего сказать…

– Просто любопытно…

– Что, подружки уже страшилок наболтали?

– Ну… да… – А что? Эта причина гораздо лучше настоящей.

– Не забивай голову всякой ерундой. Финансирование государство прекратило, вот стройку и закончили.

– А если честно?

– Честно.

– А если совсем честно?

– Ешь давай, остынет всё.

– Ну, бааааа…

Интуиция на сей раз не подвела Сашу: бабушка что-то знала.

– Ладно, – Наконец сказала она, – А то ещё наслушаешься всяких сказок во дворе. Сразу говорю: глупые выдумки, не имеющие ничего общего с правдой.

Саша кивнула.

– В общем, много нестыковок в этой истории. Студентку приличного ВУЗа, отличницу, зачем-то понесло к стройке. Через три недели после этого она начала видеть галлюцинации, оказалась в психлечебнице. Прожила там пару дней, а после совершила суицид. По прошествии трёх недель случилось ещё одно самоубийство – рабочий убил себя. Когда спустя пару дней его «подвиг» повторили ещё двое рабочих, стройка прекратилась.

Слушательница молчала.

– Только не забивай ерундой свою голову. Это всё сказки, слухи и сплетни, людям делать нечего. Ешь давай.

– Да здесь как бы не подавиться…

– Итак, что мы имеем? – Несмотря на сложившуюся ситуацию, Нике нравилось играть в Шерлока Холмса. Сашу это немного раздражало, но в этом вся Ника.

– А то сама не знаешь? Кучу пустой болтовни, старых легенд и никакой конкретики.

– Это я тоже знаю, спасибо. Я имею в виду, за какие нитки мы можем зацепиться?

– Ты видишь хоть одну ниточку?!

– Полно. Я покрутила ситуацию под разными углами и…

– И?

– Здесь полно информации, просто нам будет сложно её раздобыть.

– Начинай.

Большего девушке и не требовалось.

– Итак, во-первых, уже есть какие-то сведения о событиях не столь отдалённых: тридцать лет назад это всё-таки не времена язычества. Было как минимум четыре жертвы, девушка и трое рабочих. Девушка лежала в психиатрической больнице, у неё явно была медицинская карта. Если раздобыть её или переговорить с лечащим врачом (при условии, что он ещё жив, конечно), можно накопать нечто интересное. К тому же у девушки могла остаться семья, у рабочих тоже. Можно поговорить с их родственниками. К тому же, думаю, можно переговорить с теми рабочими, которые не пострадали.

– Ты придумала идеальный план действий, конечно, если не учитывать одно «но»: как мы найдём семьи жертв или уцелевших строителей? Мы даже не знаем имён тех, кто погиб, а уж о тех, кто остался, и говорить-то нечего! Или ты думаешь, что бабушка по первому требованию предоставит полную информацию о паспортных данных участников истории?

– Нет. Но в интернете может быть информация.

– Поиски архивов тебя ничему не научили?

– Это архивы. А здесь – криминальное происшествие с примесью мистики. Это другое. Даже если оно произошло тридцать лет назад, история всё равно может волновать блоггеров.

– Ты думаешь, можно найти что-нибудь стоящее?

– Мы не в той ситуации, чтобы разбрасываться возможностями найти хоть что-то.

Первые две ссылки, найденные поисковиком, были сайтами строительных компаний. А вот третья оказалась тем, чем нужно.

Однако ничего необычного в кончине первой жертвы не было: на сайте писали, что девушка, Полина Петроградная, была студенткой престижного ВУЗа и токсикоманкой по совместительству. Этим и объяснялся её визит в столь странное место. Потом она дыхнула чего-то не того… ну, в общем, итог известен. Мистикой здесь и не пахнет. Невольный каламбур.

Ника уже хотела прокрутить страницу, но Саша остановила её. На её взгляд, была ещё одна интересная деталь: мать погибшей, Зоя Михайловна Петроградная, отказывалась признать свою дочь наркоманкой.

– И что? – Ника не разделяла точку зрения подруги, – Какая мать признает своего ребёнка наркоманом, а особенно после кончины чада? Конечно, она всё отрицала.

– И всё же было бы неплохо с ней поговорить, – Девушка гнула своё.

– Каким образом?

– Введи в поисковике её ФИО.

Со скрипом, Ника сделала то, о чём попросили. Первая же ссылка располагала нужной информацией.

«Зоя Михайловна Петроградная, 1938 г. р. Выпускница педагогического института, преподаватель истории с большим стажем работы».

Дальше было огромное кол-во ненужных сведений, но самое главное девушки нашли – гимназия, в которой некогда преподавала Зоя Михайловна. Остальное – дело техники.

Девочки продумали легенду, и пошли в гимназию. Ника представилась дочерью выпускника школы. Сказала, что отец хочет проведать любимую учительницу, но не знает её нынешнего адреса. История не вызвала подозрений, девочки без труда узнали улицу, дом и номер квартиры. Найти жильё бывшей учительницы было не сложно – дом находился в двух шагах от гимназии.

Подготовились девушки основательно: купили хорошие шоколадные конфеты и букет цветов. «История» оставалась прежней: Ника дочь благодарного ученика Зои Михайловны, Саша подруга, пошла с Никой за компанию (сначала девочки хотели представиться сёстрами, но это бы не прокатило: у Ники славянский тип внешности, у Саши южный).

Правда, в последний момент девушек охватил страх: нечасто они врут абсолютно незнакомым людям. Тем не менее, они позвонили в дверь.

Дверь открыла полная, приятная пожилая дама. Узнав о цели визита девочек, она проводила их на небольшую уютную кухню и сразу же предложила чай. Ника и Саша обрадовались: Зоя Михайловна абсолютно не вредная, очень милая женщина. Вопрос в том, станет ли она откровенничать.

Как только чай был разлит по чашкам, Ника принялась самозабвенно врать:

– Мой папа, Артём Геннадиевич Самойлов, учился у вас. Помните его?

– Конечно, – Самообладанию учительницы можно было только позавидовать. Ещё бы она помнила этого Артёма, девочки его выдумали! – Конечно, помню, очень милый мальчик.

– Так вот сейчас он археолог. Просто влюблён в свою профессию, считает, что археология – дело всей его жизни, ни разу не усомнился в том, правильно ли он выбрал учебное заведение.

– Что ж, я очень рада за него. Археология – крайне интересное дело.

– А всё благодаря Вам! Мой папа очень благодарен за то, что своим примером Вы показали ему, как сильно можно полюбить историю! Он хотел сам к Вам приехать, но ничего не получилось, поехал на раскопки в Южную Америку. Обязательно к Вам заедет, как вернётся, но сначала попросил зайти к Вам меня и подругу.

– Зачем?

– Узнать, в какое время к Вам можно приходить, к тому же подарить вот этот скромный букет.

Зоя Михайловна поверила. Пошёл скучный разговор. В основном обсуждали мифического папу-археолога, школьные новости и т. п. Время шло, но ничего действительно важного девочки так не узнали. В ход шла уже третья чашка чая. Наверное, скоро бывшая учительница выставит нежданных гостей за дверь (в очень вежливой форме, конечно). Что ж, время для решительных действий.

– Знаете, папа очень тепло вспоминает школьные годы и Вас в особенности. Правда, он немного расстроен.

– Из-за чего же?

– Ему очень жаль, что Вы не преподаёте историю в нашем классе.

– Но в школе остались другие замечательные педагоги.

– Он говорит, что я бы любила историю сильнее, если бы Вы у нас преподавали. Кстати, почему Вы уволились из школы?

Рискованный вопрос. Ника даже не была уверена, что женщина на него ответит. Она и не ответила… она разрыдалась.

Вот чего-чего, а этого девочки не ожидали. Ника трижды пожалела о том, что задала этот вопрос. Саша была очень зла на подругу: одно дело получить информацию, а другое – довести до слёз бедную женщину.

Тем не менее, действовали девушки слаженно: Саша нашла графин воды, Ника чашку. После подруги предложили женщине воды, и начали успокаивать Зою Михайловну.

– Поля… Моя Полечка!.. – Кричала она, – Больше тридцати лет прошло, а я поверить не могу, что нет моей девочки! Говорила я ей – не ходи туда. А она упрямая была… Полечка…

Бывшая учительница утёрла слёзы и сделала глоток воды, продолжая всхлипывать.

– Ушла я из школы, потому что дочка моя умерла… Полиночка… 19 лет ей было. Умница, красавица… Тридцать лет прошло, а я до сих пор смириться не могу… Сейчас люди болтают: наркоманкой была, наркоманкой была… Не была она наркоманкой! Говорила я ей: не ходи туда, Полина. А она не послушалась. Упрямая была…

Несмотря на то, что прошлая попытка разговорить учительницу провалилась, Ника предприняла новый шаг:

– Куда она пошла, Зоя Михайловна?

Саша шикнула на подругу.

– На землю проклятую она пошла, людей спасти хотела… Скажите, разве наркоманки интересуются легендами средневековья? Посмотрите!

Женщина вышла из кухни. Ника и Саша недоумённо переглянулись. Когда Зоя Михайловна вернулась, в её руках была тоненькая папка:

– Вот, прочитайте. Девочке моей задали найти малоизвестную легенду нашего города. Нашла. XVI век. Несколько месяцев по библиотекам бегала! А потом пошла на землю проклятую… людей спасти хотела…

Саша открыла папку и пробежалась глазами по строчкам.

– Можете забирать эту работу, девочки, – Разрешила Зоя Михайловна, – Всё равно Полечке она больше не понадобится. Главное не верьте россказням, что люди говорят. Никогда, никогда моя девочка не была наркоманкой!

В конце концов, девушки успокоили, насколько могли, безутешную мать, а после быстро ретировались. Не сговариваясь, они пошли к Нике домой – её мама опять была на работе.

Оказавшись дома, девушки раскрыли папку. На листке бумаги аккуратным почерком был написан вот такой текст:

«Большинство людей склонны думать, что брак – сочетание двух влюблённых сердец. Однако не стоит забывать о том, что для многих людей это прежде всего выгодная сделка, слияние двух капиталов. Эту идею можно поддерживать или воспринимать в штыки, но, согласитесь, многие делают на этом состояние. И не только в наши дни.

В далёком 1511 году объединились капиталы двух семей: Ольга Морозова, дочь богатого помещика, вышла замуж за Степана Рождественского, наследника могущественного и богатого рода. Молодые люди не любили друг друга, но родители были уверены, что лучшей судьбы для детей и не придумаешь. Возможно, так бы оно и было.

Спустя полгода после свадьбы, мужчина сбежал из города с любимой женщиной, бросив беременную жену. Неслыханный поступок, особенно учитывая то, что пассией Степана была молодая крестьянка Катерина, а не девушка из обеспеченной семьи.