Отбор драконов для серой мышки

Глава 3

– И здесь ты живешь?! – сверкнул глазами Эргон, как только мы вошли в мою маленькую квартирку. Крохотный коридор встретил нас старым ковриком и грохнувшей дверцей шкафа. Она всегда распахивалась, когда захлопывали входную дверь. – Тут же развернуться негде!

– Ну да, «хоромы-то не царские…» – пробурчала фразу из известного советского фильма.

– И кто поселил спасительницу дракона в такой каморке? – Дракон задумчиво погладил подбородок.

– Никто. Эта квартира осталась мне от родителей. Они погибли в автокатастрофе три года назад.

– Сирота, значит… – отрешенно протянул Эргон. Высокий голый мужчина стоял в прихожей и оценивающе разглядывал меня и окружающую обстановку. – А раньше вы жили тут втроем?

Не спрашивая разрешения, он прошел мимо меня, подергал двери, заглянул в мою маленькую спальню, потом на кухню. Поморщился.

– Да! Представьте себе! – возмущенно крикнула ему вслед, снимая и цепляя на вешалку свою куртку. Мне неожиданно стало обидно. А что? Чем богаты… Я, знаете ли, не принцесса драконов, не во дворце выросла. Что он еще скажет, когда предложу ему свои скромные котлетки с картошкой из холодильника вместо изысканных блюд с дворцовой кухни! – Если желаете шикарную обстановку, вам нужно наколдовать денег и снять себе номер в отеле! Люкс подойдет! Можете потом пригласить меня на бокал дорогого шампанского в честь вашего спасения!

– Ладно, ладно! – Эргон внезапно появился передо мной и поднял руку уже знакомым останавливающим жестом. – У тебя, оказывается, все же есть зубки, а то я думал, ты совсем… мягкая. Извини. Ты не виновата, что живешь в конуре. И я очень признателен, что ты согласилась меня приютить.

– Извинения приняты, – буркнула, удивляясь про себя.

Ведь и верно, я смогла дать отпор наглому дракону. Не побоялась. Странно, но его я опасалась меньше злобных бухгалтерш из своего отдела и людей вообще. И это несмотря на то, что мы вдвоем у меня дома, а он абсолютно голый! Вдруг решит воспользоваться… И если решит, то я просто не знаю, что делать! У меня нет опыта в этих вопросах. Я не знаю, как соглашаться, не знаю, как сопротивляться, если не хочешь… Необычно для двадцатитрехлетней девушки, но благодаря своей мышиной природе я оставалась совершенно неопытной. Мужчин стеснялась, а единственный мой поцелуй состоялся в пятнадцать лет на школьной дискотеке. Мне тогда не понравилось, а парень, похоже, разочаровался в неопытной партнерше и больше не предпринимал никаких попыток.

Я невольно покраснела и опустила глаза. Заглянула в ванную и взяла самое большое полотенце из тех, что постирала и погладила накануне.

– Вот, прикройтесь, – не поднимая взгляда, сунула полотенце дракону, – навяжите там как-нибудь… У меня нет одежды, в которую вы влезете. Завтра утром схожу куплю вам штаны и что-нибудь еще, чтобы можно было на улицу выйти.

Мысленно посчитала деньги в кошельке и на карточке. После покупки одежды для дракона я останусь на бобах. Но у него ведь нет денег. А я должна помочь. Если бы я оказалась одна в другом мире, тоже хотела бы помощи и поддержки!

Эргон усмехнулся и замотал полотенце вокруг бедер.

– Благодарю, – ответил серьезно. – И да, Алиса, называй меня на «ты». Когда я посмотрел тебе в глаза и взял ваш язык из твоего разума, меня удивило, что у вас два обращения. Но уже тогда я понял, что «ты» говорят друг другу близкие люди.

«Он считает меня близким человеком?! – была первая мысль, но ее тут же перекрыла вторая: – Он читает мысли! Он был у меня в голове и знает все мои постыдные секреты!»

А ведь правда, как иначе он узнал русский?! Прежде я не задавалась вопросом, как дракон из другого мира разговаривает на земном языке.

– Что?! – чуть не крикнула я. – Ты лазал в мой разум, в мою память?

– Тихо, тихо, – поморщился Эргон, – опять же: давай без этого. Почему люди всегда так реагируют? Не думай постыдного, и бояться будет нечего. Да, я могу читать мысли тех, кто слабее меня ментально. То есть практически всех живых существ. Но я не заглядывал в голову, всего лишь коснулся слоев твоей детской памяти, касающихся устройства вашего мира и знания языка. Иначе как мы смогли бы с тобой общаться?

– Чем докажешь?

– Ничем.

– Знаешь, Эргон, лучшей благодарностью за спасение будет, если ты никогда не полезешь в мой разум без разрешения. Ладно уж, пошли есть. Пир по поводу прибытия правителя драконов не обещаю, но котлеты с картошкой у меня есть. Надеюсь, они не оскорбят королевский вкус.

– Разумеется, неприкосновенность твоего разума войдет в пакет моей благодарности, – рассмеялся дракон, – но я все же хотел бы сделать для тебя нечто существенное. Подумай, Алиса, чего ты желаешь. Я хочу услышать ответ сегодня. Вдруг завтра восстановлюсь достаточно, чтобы отбыть в свой мир…

От этих слов меня охватила смесь грусти и тревоги. Вот и все. Уже завтра он может окрепнуть и улететь на крыльях ночи в свой волшебный мир. А в моей жизни закончится сказка. Навсегда. Только и останется вспоминать, как однажды я встретила дракона. И даже никому не смогу рассказать об этом, ведь никто не поверит. Хотя у меня и друзей-то почти нет, чтобы рассказывать!

Значит, нужно как можно быстрее придумать, что он может для меня сделать. Что-то необременительное для него, иначе неудобно, но очень полезное для меня. Да хотя бы улучшение жилищных условий, которые ему так не нравятся…

Хотя нет, не то! Разве это достойный дар от правителя драконов? Нужно что-то другое, волшебство, а не материальные ценности!

Может, рискнуть все же попросить красоту?

Разум судорожно метался от одной сумасшедшей идеи к другой, пока я машинально накрывала на стол. Полуобнаженный дракон сидел на табуретке, подперев рукой подбородок, и смотрел на меня. Он уже не возмущался обстановкой и выглядел крайне серьезным.

Я собиралась сесть напротив, чтобы поковырять вчерашние котлеты, когда он вдруг взял меня за руку и проникновенно произнес:

– Знай, я не лезу в твой разум. Но вижу, что сама ты еще долго будешь бояться попросить то, что тебе действительно нужно. Поэтому предложу сам.

Мое сердце тонко забилось, затрепетало. С одной стороны, от прикосновения большой горячей ладони к моей руке. Меня ведь не брал за руку мужчина с тех пор, как я была подростком! А с другой – от головокружительного ощущения, что сейчас моя жизнь изменится.

Серая жизнь скромной серой мышки.

– А что мне нужно? – Невольно опустила взгляд.

– В тебе кровь дракона, значит, тебе нужно быть с драконьим народом. Более того, дракон, что обрюхатил кого-то из твоих прабабушек, явно был из моего рода – правителей Эреамора, раз сумел открыть портал в ваш мир. То есть ты вообще-то моя родственница.

– Вот как?!

– Да, какая-нибудь пра-пра-праплемянница или что-то в этом духе, – усмехнулся Эргон. – Дома посмотрим с тобой родословную, может, догадаемся, кто гулял по бабам в вашем мире.

– Дома?! Я вроде как уже…

– Перестань, Алиса. Ты уже понимаешь, что я предложу. Я забираю тебя с собой. Мы вместе отправимся в Эреамор. И ты будешь жить при мне, как моя родственница. Я бы и в жены тебя взял, но не могу…

– Почему?! – ляпнула я.

Мысль, что дракон может жениться на мне, не приходила в голову, но вдруг подумалось… Это же сказка, а в сказках влюбляются с первого взгляда! Вдруг он тайно влюблен в меня уже пару часов – с тех пор, как схватил за горло в той благословенной луже! И сейчас встанет на одно колено и предложит мне руку, сердце и драконье царство в придачу. А я посмущаюсь, конечно, посомневаюсь, а потом соглашусь. Ведь этот дракон такой… самый лучший из мужчин, он тронул мое мышиное сердечко!

Я мотнула головой, чтобы отбросить глупые мечты. Ну куда мне… «Ни кожи ни рожи». Дракон может испытывать благодарность, симпатию, но ни одному мужчине я не могу понравиться как девушка!

– Ты очень добрая, ответственная и красивая, – серьезно произнес Эргон, глядя в глаза и продолжая мягко держать за руку.

Густая краска залила щеки, в сердце трепыхнулась нежданная радость. Поверить, что такой мужчина разглядел мои достоинства, было куда сложнее, чем поверить в существование других миров и драконов.

Тут и до исполнения моих мечтаний недалеко?

– Но несколько сотен лет назад погибла моя жена, не оставив мне наследников. Я любил ее больше жизни. И с тех пор принял обет безбрачия и не могу нарушить его. Нет-нет, я не храню целибат, – усмехнулся он, видя мои округлившиеся глаза. – Но я не могу выбрать одну женщину и жениться на ней. Хоть именно этого ты достойна. Драконы всегда соблюдают свои обеты. Поэтому… я удочерю тебя, Алиса. Ты станешь принцессой драконов, освоишь магию рода правителей Эреамора – ведь в тебе наши гены. Согласна? Примешь меня своим отцом? Ты стала сиротой среди людей, но я предлагаю тебе обрести отца среди драконов.

Не знала, что и сказать. Слезы – невольные, искренние, глупые – потекли по щекам, и мой потенциальный папочка ласково собрал их большим пальцем. И я просто утвердительно кивнула, будучи не в силах произнести хоть слово. Чувство было слишком острым, неожиданным. Обессиливающим.

Наверно, таким бывает счастье. Оно тоже может ошарашить, как и сильное горе.

– Жаль только, ты не сможешь стать еще и наследницей, – с легкой печалью сказал Эргон, легко провел ладонью по моим волосам и наконец отпустил руку.

– Почему?! – хлюпнув носом, спросила, словно идея стать со временем правительницей драконов казалась теперь закономерной.

– У правителя должны быть крылья, то есть вторая ипостась. Драконы не примут бескрылую королеву. Конечно, учитывая твое происхождение… варианты есть. Вот если бы ты… – Он чуть запрокинул голову и задумчиво посмотрел наверх. – Если бы ты была девственницей…

– Что?! – переспросила я.

– Если бы ты была девственницей, то первый твой… личный контакт с драконом-мужчиной дал бы тебе крылья. Вторую ипостась. Тогда ты могла бы стать полноценным драконом. И моей официальной наследницей, – припечатал Эргон. – Но, учитывая нравы вашего мира…

– Подожди! – Теперь я схватила его за руку, краснея и опустив глаза. – Я действительно… девственница. Пока еще…

– Правда? – Эргон в изумлении уставился на меня. – Еще скажи, что и жениха у тебя нет!

– Нет. – Грустно покачала головой. Подумала, что скрывать от потенциального папы-дракона свои неудачи и комплексы просто смешно. Я же как раз и хочу, чтобы он изменил мою жизнь, помог мне превратиться в королеву – в одну из тех, кого я вижу по телевизору, о ком читаю книги… – Понимаешь, Эргон…

– Можешь начинать называть меня «папа», – широко улыбнулся он, ободряюще погладив мою кисть. – А при подданных будешь называть «отец», так солиднее. Так что ты хотела сказать?

– Если ты не будешь перебивать, то я осмелюсь сказать… Мужчины не обращают на меня внимания. Поэтому и жениха нет.

– Что за бред?! – расхохотался Эргон.

А мне, как ни странно, стало приятно, что у него в голове не укладывается, будто я могу быть безразлична мужчинам. Вот ведь! Мужчина – и считает меня доброй и красивой. Готов ценить и заботиться.

Чтоб он провалился, этот его обет безбрачия! Чтоб ему крысы печенку выели, обету! Но против драконьей чести, видимо, не попрешь.

– Какой бред! – отсмеявшись, повторил Эргон. – Как это не обращают внимания? А на кого тогда обращают? У вас тут что, одни извращенцы живут?

– Да нет! Неужели ты не понимаешь?! Они обращают внимание на красавиц. Эффектных, сексуальных. А я …

– А ты кто? – удивился Эргон.

– А я так… серая мышка… Глупенькая, слишком добрая, некрасивая…

– Ерунда какая-то! – Глаза Эргона гневно сверкнули.

Стало страшновато, потому что в блеске их мне привиделось настоящее пламя. Драконье, вероятно. В сочетании с необычными зрачками этот огонь смотрелся зловеще.

Но Эргон тут же успокоился. Встал, нависнув надо мной мускулистой скалой, вернее, статуей, твердо взял меня за плечи и заставил подняться.

– Пошли. Моя дочь не может быть серой мышкой. Я тебе сейчас покажу!

Он направил меня в сторону большого зеркала в коридоре, поставил перед ним, сам встал сзади и так и держал за плечи – видимо, чтобы не убежала от ужаса, когда увижу свою красоту.

Не побегу. Я привыкла видеть в зеркале блеклое невыразительное лицо, непонятного цвета волосы, худые плечи и почти полное отсутствие бюста.

– Ну и что тебе не нравится? – ехидным тоном спросил Эргон и провел рукой у меня перед глазами. – Уверен, ты видишь совсем не то, что есть на самом деле. Женщины вообще склонны недооценивать свою внешность. Что уж греха таить – когда-то даже моя любимая жена, драконица, между прочим, этим грешила. А вот так тебя вижу я… Посмотри, как видят тебя другие.

Я замерла.

Нет, изображение не изменилось. Черты остались теми же, волосы не поменяли цвет, брови не изогнулись ровной дугой, и грудь не выросла одним махом до пятого размера. Но теперь из зеркала на меня смотрела очень юная свеженькая девушка с тонкими и нежными чертами лица. Острый носик, брови, мило разлетающиеся в сторону, серо-голубые глаза – какие-то даже необычные, ясные, честные, но при этом глубокие как море. Мягкие светлые волосы цвета эта девушка зачем-то завязала в хвост, хотя ей пошла бы высокая прическа с легкими кудряшками или волны распущенных локонов.

– Ах да, – небрежно бросил Эргон, – нужно придать тебе шарма.

Он властно потянул резинку, сковывавшую волосы, и они рассыпались по плечам, упали на спину чуть ниже лопаток, и я внезапно напомнила себе принцессу из телевизионной сказки, которую видела когда-то в детстве. А нужно было всего-то…

– Ну и чего не хватает? – с доброй усмешкой спросил Эргон.

– Не знаю… Мне кажется, лучше, если бы волосы были волнистыми…

– Это проблема? – хмыкнул он. – Вы, женщины, как-то решаете это. Впрочем…

Эргон провел рукой вдоль волос, и они вдруг легли мягкими крупными завитками, именно так, как я всю жизнь мечтала.

– Господи, какая красота! – Не удержавшись, коснулась рукой волнистой пряди, пустила ее вперед, чтобы спадала на грудь. – Спасибо! Это магия?

– Довольна? Да, магия. Потом сама научишься. Что еще?

– Ну… я хотела бы изгиб бровей…

– Не надо, и так хорошо.

– Губы пухлее…

– Тебе не пойдет. Так лучше. Ты не девка из таверны, а будущая принцесса. Твои тонкие нежные губы выглядят красиво и благородно. А пухлые наводят на непристойные мысли.

– Ладно, убедил. Тогда я хотела бы более насыщенный цвет волос и бровей, яркости им не хватает…

– Всего хватает! Впрочем, научишься. Мэтр Блар из моих приближенных самый лучший специалист по мягкой коррекции внешности. Что еще? И только попробуй сказать, что у тебя все не так с фигурой…

Это я могу, и пробовать не надо: придираться к себе – мое любимое хобби, в котором я преуспела на все сто. Но злить дракона не хотелось. Тем более что теперь я видела не костлявые ключицы и плечи, а трогательно тонкую шею и хрупкие плечики. Грудь… вместо ее отсутствия в зеркале появились небольшие нежные холмики, которые, должно быть, хочется ласково огладить рукой.

– Да нет, жить можно, – признала, искренне удивляясь, как изменилось мое отражение, пока рядом стоял Эргон.

– Вот и хватит, – строго сказал дракон, но, глянув на него в зеркале, я уловила во взгляде озорные искры. – Видал принцесс куда хуже тебя. А ты, сколько бы ни считала себя мышкой, на самом деле дракон. В общем, будешь моей дочерью и наследницей. Но конечно же принцесса не может обрести крылья с первым попавшимся драконом. Эти бля… драконы такие пройдохи! Поэтому устроим… отбор женихов для тебя. Где-то через полгодика. И самый лучший молодой дракон станет твоим первым мужчиной, «дарителем крыльев», мужем и соправителем. И, когда мне надоест править, я передам власть вам. Пошли доедать, а то у тебя полная тарелка.

– Слушаюсь, папочка! – Я рассмеялась, и на душе вдруг стало легко-легко.

Я попала в сказку. Жизнь меняется на глазах, и я стала почти красавицей! Вон, зеркало уже совсем другую картинку показывает!

Правда, слова Эргона про отбор женихов через полгодика вызвали легкую тревогу, но до этого еще столько времени! Успею либо привыкнуть к мысли, либо отговорить папочку, если буду слишком уж смущаться.

Ведь и без отбора, должно быть, принцесса драконов сможет найти себе достойного мужа?

Глава 4

Перед попаданием…

Мой уход с работы обставили красиво. Вернее, обставил Эргон, мои заслуги в этом невелики.

Идти на работу на следующий день я была не в состоянии – до четырех утра мы с неугомонным драконом разговаривали, обсуждали детали нашей будущей совместной жизни отца и дочери.

И все это время я боролась с тихой, но злой и четкой ненавистью к его пресловутому «обету безбрачия». Впрочем, Эргон и так предлагал мне самое лучшее из того, что мог, грех жаловаться. И я вздыхала и давила неприятные чувства.

Потом до шести утра мы решали финансовые проблемы. Дракон потребовал показать ему наши деньги, внимательно осмотрел мою единственную пятитысячную купюру. Велел найти бумагу и ножницы. У меня нашлось несколько рекламных газет, и мы нарезали из них бумажки, полностью соответствующие по размеру купюре. Дракон поводил над ними рукой, и у меня на глазах этот газетный мусор благополучно превратился в рассыпанные по столу пятитысячные купюры. Сто тысяч.

Я внимательно изучила их. Придраться было не к чему, даже водяные знаки были на месте. Нехорошо, подумалось мне, нечестно. Но моя гражданская совесть не распространялась так далеко, чтобы отказаться от этого нарушения закона.

Дракон обещал завтра «наделать еще денег», ведь наколдовать средства у меня на счету, чтобы платить картой, магии неподвластно.

В итоге проснулась я около полудня от дразнящего запаха жарящейся яичницы. Папочка заявил, что считает своим долгом накормить дочь и спасительницу, а кулинарное искусство ему вполне знакомо – когда-то он любил подавать любимой жене в постель собственноручно приготовленный завтрак.

– Эх, какие времена были… – Он мечтательно вздохнул, а меня кольнула заноза.

Ревность. Ну конечно, я-то для него буду только «доченькой». Уже привычно мотнула головой, отбрасывая наваждение. Все хорошо. Я научусь принимать его как отца. Смогу. Хотя и сложно это, когда перед тобой маячит мускулистая спина и перекатываются мощные ягодицы под завязанным полотенцем, а длинные волосы волной спадают ниже лопаток. А уж этот жест, которым он отводит их в сторону, чтобы не мешали, не падали на сковороду…

Я позвонила Марине, сказала, что плохо себя чувствую и не приду на работу, выслушала недовольные реплики, но в свете набирающей обороты пандемии моя «отмазка» сработала.

Я могла бы просто исчезнуть, но мелкое мстительное чувство внутри заставляло еще раз прийти в контору, чтобы увидеть глаза бухгалтерш, когда скажу, что увольняюсь и уезжаю навсегда.

Хлопну дверью – и мне за это ничего не будет!

Остаток дня мы с Эргом ходили по магазинам и тратили наколдованные им деньги. Купили ему одежду. В облегающих джинсах и бордовой рубашке он смотрелся сногсшибательно. Девушки в торговом центре оборачивались на длинноволосого красавца, а мне было предложено взять его под руку и ловить завистливые взгляды. Чем я и занялась, уговаривая свою серую мышь не смущаться, а получать удовольствие.

А на следующий день я предвкушала свое отбытие из славного племени бухгалтерш нашей фирмы…

Ближе к концу рабочего дня я отлучилась, не спрашивая разрешения, и написала в отделе кадров заявление об уходе. Выслушала поучение, что должна отработать две недели, чего делать не собиралась. Мое отправление в мир драконов планировалось на послезавтра, но знать об этом сотрудникам отдела кадров было необязательно.

Вернувшись в отдел, поймала недовольный взгляд Марины.

– Что-то долго тебя не было, Алисочка, – наигранно сладким голосом произнесла она. – Случилось что? Странная ты сегодня. Волосы распустила, приоделась… Неужто поклонника завела?

На работу я пришла в новом светло-зеленом костюме, подобранном Эргоном, и в сапожках на каблуках. С самого утра боялась упасть – прежде мои каблучки не превышали двух сантиметров, – но мысль об эффекте, производимом моим внешним видом на коллег, не дала мне даже пошатнуться.

– Да, случилось, Марина Сергеевна. – Улыбнулась так же приторно. – Я, знаете ли, ухожу… Заявление об уходе уже написала.

Лена с Машей изумленно уставились на меня.

– Алис, ты хорошо подумала? Куда пойдешь-то… – тихо заметила Лена, самая добродушная из трех сколопендр.

А в глазах Марины Сергеевны медленно собиралась буря.

– Ты с ума сошла? – почти рявкнула она. – Конец года, отчеты, а ты, значит, бросить нас решила?!

Рефлексы серой мыши сработали безотказно: спина невольно ссутулилась, сердце забилось от страха, глаза сами собой опустились, хоть я и понимала, что бояться мне нечего.

«У тебя больше нет власти надо мной, Марина!» – прошептала я себе по нос, но не тут-то было! То, что въелось под кожу, не исчезнет за день и две ночи, проведенные с драконом.

И в этот момент раздался стук в дверь.

– Войдите! – громко сказала Марина Сергеевна, обернулась ко мне и злобно прошипела: – Поговорим еще… С тебя две недели отменной работы.

Дверь открылась, и на пороге кабинета появился Эргон собственной персоной.

В белом костюме, купленном без моего участия на новые наколдованные деньги, он был похож на голливудскую звезду. Как минимум. В правой руке он непринужденно держал букет благоухающих роз.

Ну и зачем пришел, пронеслось в голове, я ведь просила подождать меня до конца рабочего дня. Но плечи сами собой распрямились – если рядом Эргон, ничего не страшно. А бояться злую начальницу недостойно дочери правителя драконов.

– Девушки, прошу прощения, – широко и ослепительно улыбнувшись, Эргон обвел взглядом моих коллег, – я заждался внизу свою Алису. Дорогая моя… – с плохо спрятанным весельем в глазах он обернулся ко мне, в два шага подошел и, вручив букет, приобнял за плечи, – я так соскучился… Прости, что не выдержал и пришел за тобой.

– Благодарю. – Чуть покраснев, я приняла букет и инстинктивно прижалась к нему.

– Вы Марина Сергеевна? – Дракон холодно и вежливо посмотрел на начальницу, ошарашенно уставившуюся на красавца, обнимавшего «серую мышь». – Несомненно, это вы, Алиса про вас рассказывала. Ох, сочувствую вам, теряете ценного сотрудника. По себе знаю, что значит терять хороших минист… хм… сотрудников. Не сразу замена найдется. Мы уезжаем послезавтра. Пойдем, Алиса, водитель с авто ждут внизу. Нам еще собираться и собираться… – Он вздохнул с наигранной озабоченностью в голосе. – Или хочешь попрощаться с девочками?