Исчезновение в номере 10

Марк проследил за ее взглядом, посмотрел на мужчину и усмехнулся:

Его мысли, видимо, ОЧЕНЬ далеко.

Но Натали не унималась:

Вы посмотрите более внимательно.

Натали, я инженер, а не физиогномист, – Марк отвернулся и вновь принялся за свой салат. Но прирожденного журналиста уже было не остановить.

У него что-то на уме, помяните мое слово. В университете мы изучали кинесику, науку о мимике и жестах. Так вот, некоторые его движения и выражения глаз выдают его тайные мысли. Что-то произойдет, если не с ним, то с его участием» – на этих словах Натали прервала разговор, поскольку официант принес ее заказ. А Марк задумался. Краем уха он слышал, что он вроде немец, приехал на отдых, но выглядел слишком уж мрачно для отпускника. Наверно, Натали не так уж и не права. Надо будет немного понаблюдать за ним, но не сейчас, а после ужина. Марк всегда славился своим умением замечать казалось бы не стоящие детали. Возможно, именно теперь пришло время вновь воспользоваться этим умением.

***

Над Саламиной внезапно начали сгущаться тучи. В буквальном смысле слова. Панайотис, сидя у себя в кабинете слева от главной лестницы, услышал далекие раскаты грома и удивленно приподнял бровь. Для июня слишком странная погода – дожди в этот период случались очень редко, однако сейчас небо было темно-серым от грозовых облаков. Ночью обязательно будет дождь, и неслабый. Панайотис подумал о туристах – выпало им «счастье» отдыхать в солнечной Греции и сидеть в номере, потому что природа разозлилась. По крайней мере, решил Панайотис, дождем прибьется вся пыль на дорогах, и станет немного свежее воздух. Его раздумья прервала Мария, тихо зайдя в кабинет:

Такис, любимый, все в порядке?

Да, Мари му (mou – моя, мой в пер. с греч. прим.авт..), – мужчина тряхнул головой, – задумался. Во время дождя всегда много думаю.

Мария усмехнулась:

Тебе надо поменьше думать. В твоем возрасте это уже вредно. А дождь и правда собирается. И довольно сильный. Я поэтому и пришла, Такис, дорогой, нужно открыть тенты на веранде, иначе все намокнет.

Панайотис кивнул:

Да,да, конечно, я и забыл о веранде.

С этими словами он встал из-за стола, вышел из кабинета и направился на крыльцо. Мария смотрела ему вслед и думала, что в последнее время ее муж стал очень скрытным, неразговорчивым. Панайотис делал видимость, что для жены он такой же, как всегда, но Мария чувствовала, как он отдалился от нее. Что-то было у него на уме, и ей надо выяснить, что именно.

ГЛАВА 5

Все гости потихоньку заканчивали свой ужин. Марк выпил последний глоток красного вина и огляделся. Зал пустел. Кроме них, еще ужинала молодая девушка в очках, со светлыми волосами, аккуратным курносым носом, пухлыми губами и яркими серыми глазами. Внешность выдавала в ней иностранку. Также заканчивал трапезу мужчина приятной наружности, похожий на викинга, проницательные голубые глаза смотрели на посетителей из-под челки. Волосы цвета пшеницы были немного растрепаны (видимо, гость спал днем и не успел причесаться как следует). Оставался еще тот неприятный немец. Как только Марк подумал, что тот сидит необычно долго, и его тарелки давно уже опустели, как немец громко отодвинул свой стул, встал и направился к выходу. Натали не мигая смотрела на него. Марк переводил взгляд с нее на необычного посетителя и обратно. Внезапно девушка вскочила со своего места и потянула Марка за рукав:

Пойдемте за ним!

Марк опешил:

Следить за человеком?? Зачем? Он же еще ничего не сделал.

Вот именно, – Натали сверкнула глазами, – ЕЩЕ не сделал. Но ОБЯЗАТЕЛЬНО сделает. И мы должны узнать, что.

Послушайте,Натали, – Марк пытался успокоить ее, – мы ведь его даже не знаем, он ничем себя не выдал. Что, если мы ошибаемся?

Натали покачала головой:

Моя интуиция никогда меня не подводит. Что-то с ним произойдет. Марк, пожалуйста, помогите мне.

Марк вздохнул, и они бегом направились из ресторана. Подходя к стойке ресепшн, они увидели, что немец преодолел уже все ступени до второго этажа. Натали аж зарычала от отчаяния. Марк попытался перевести все в шутку:

Натали, не волнуйтесь. Завтра утром с новыми силами продолжим играть в детективов. Идет? – и он протянул руку, – пока я хотел бы пригласить вас на небольшую прогулку, пока не начался ливень.

Натали ничего не оставалось, как принять его предложение. В конце концов, сегодняшний день и так был насыщенным, пора и передохнуть, а завтра на свежую голову она обдумает все детали поведения необычного клиента «Русалки». Вдвоем они вышли в прохладу наступающей ночи и направились к морю. Они даже не догадывались, что из окна номера 10 за ними наблюдали.

***

Анна Стюарт посмотрела на себя в зеркало в ванной и увидела мешки под глазами. Всегда такие живые, сейчас ее глаза выглядели бледной тенью. Надо больше спать. Хватит читать по ночам. Девушка расчесала свои светлые волосы, заплела косу, выключила свет в ванной комнате и легла в кровать. Но сон не шел. Наверно, всему виной ужин. Она довольно плотно поела и теперь никак не могла уснуть. Девушка все думала о последнем годе в Греции. Приехав сюда полтора года назад по обмену, она и не подозревала, насколько тяжело будет проходить адаптация. Анна не знала ни слова по-гречески, друзей не было. Хотя нет, были. Ее Книги. Она обожала читать. Эту любовь ей привила ее бабушка. Анна родилась и выросла в небольшом городке Беркли в графстве Глостершир в Англии. Друзей у нее особо не было даже на Родине ,так как Анна росла довольно замкнутым ребенком. За школьный период она прочитала половину бабушкиной библиотеки. В колледже появилась возможность уехать учиться за границу по обмену, и Анна решила воспользоваться ей. И вот она в Греции. Поначалу Афины поразили ее шумом, огромными толпами и невыносимой жарой. Но девушка привыкла и даже завела парочку знакомств, правда, ничего серьезного из этого не вышло. Прошлым летом она никуда не выезжала в каникулы, но в это раз решила отдохнуть на более свежем, чем афинский, воздухе. Знакомые в колледже посоветовали ей остров Саламина. И недалеко, и воздух посвежее. И вот она здесь.

Анна слегка улыбнулась приятным воспоминаниям и закрыла глаза, приготовившись ко сну, тем более дождь начал барабанить в окно. Живя в Англии, барабанная дробь дождя ее успокаивала и даже убаюкивала. Анна настроилась, что так же будет и сейчас.

Внезапно девушка услышала шум. Анна резко села в кровати и прислушалась. Нет, это был не шум, а разговор. Очень тихая речь. Девушка бесшумно выбралась из постели и попыталась найти источник разговора, ходя по комнате и прислушиваясь к каждой стене номера. Вообще не в ее привычках подслушивать, но сокурсники часто подшучивали над Анной, говоря, что она зарыла себя в книгах, ничем не интересуется, и даже небольшое путешествие или приключение вызывает у нее отторжение. Поэтому сейчас Анна решила поиграть в детектива. Пытаясь найти источник звука, она еще раз походила по комнате, пока не поняла, что голоса доносились из ванной комнаты. Анна вошла и тихонько подошла к приоткрытому окну. Голоса раздавались снизу, видимо, у беседующих тоже окно в ванной было открыто. Сначала было тихо, и Анна подумала, что собеседники ушли. Поднявшись на крышку туалета, Анна затаила дыхание и стала ждать. И вдруг девушка вздрогнула, потому что речь зазвучала немного четче, вдобавок по-английски:

Я говорю тебе, это он. Я помню его еще мальчишкой, он, конечно, изменился, но это он.

Я знаю,о чем ты думаешь, Гатос, но не сбрасывай со счетов возможность, что ему ничего не известно. Тело его матери ведь так и не нашли. Мы не можем перерыть все морское дно вокруг острова. Фокс сказал, что исполнил приказ, и нам опасность не угрожает, но что, если приказ провалился? И она до сих пор жива? Так что продолжай слежку за прекрасным принцем. У него, кстати, появилась подружка, глаз нужен и за ней. Ты понял, Гатос?

Да, Лео. Но что насчет карты? Не мог ли он прихватить ее с собой?

Гатос, он ничего не знал об этой карте. Знала только Димитра, но она не успела передать ее мужу или сыну. Поэтому большая вероятность, что карта все еще здесь, в Греции. И не просто в Греции, а ЗДЕСЬ! На Саламине, в ЭТОМ самом доме. Поэтому....

Анна была настолько увлечена услышанным, что не заметила, как, стоя на крышке туалета, наступила на подол ночной рубашки и подскользнулась, в последний момент ухватившись за оконную раму руками. Неожиданно разговор прекратился. Анна мигом вылетела из ванной и легла в постель. Сердце колотилось как бешеное. Девушка заставила себя дышать ровно, ведь если эти двое поймут, что кто-то их подслушивал, то они будут искать и с огромной вероятностью выйдут на нее, т.к она была соседкой клиента снизу. Анна вдруг услышала, как на нижнем этаже открылась дверь, и кто-то начал тихо и осторожно подниматься. Анна задержала дыхание. Как хорошо, что она заперла дверь – эта привычка осталась у нее с детства. Кто-то остановился у ее двери и перекрыл полоску света из коридора. В номере стало темно. Сердце девушки на мгновение перестало биться. Вдруг ручка двери начала шевелиться, как будто кто-то пытался открыть ее снаружи. Затем послышался тихий шепот «пойдем», и тень исчезла. Анна выдохнула, но поняла, что этой ночью ей не уснуть, даже с галлоном снотворного. Она протянула руку, включила лампу на ночном столике и взяла книгу, заметив при этом, что руки сильно дрожат. Анна открыла нужную ей страницу, но буквы плясали у нее перед глазами. Из головы не шел этот шепот, почему-то на английском. За кем они следили? Что за давнишнее убийство они вспоминали? И кто тот мальчик, вернее мужчина, который может представлять опасность для них? И, наконец, о какой карте шла речь?

ГЛАВА 6

В это же время этажом ниже 45-летний Петер Ольссон в который раз пытался побриться. На часах уже было за полночь, а он никак не мог собраться. Он настолько перенервничал в самолете, что руки дрожали до сих пор, хотя прошло почти 12 часов, как он вышел из аэропорта. Поймав такси в Афинах, Петер мчался навстречу своему отпуску. Ведь у себя на родине в Швеции не увидишь столько солнца и тепла. Он был родом из Стокгольма, работал коммивояжером в торговой компании. Петеру нравилась эта работа – есть возможность посетить разные страны и города, познакомиться с новыми людьми, завести полезные знакомства. Везде его принимали за скандинава, что и было правдой – Петер был высок, имел приятную наружность нордического типа: голубые глаза, светлые волосы. Кроме этого, он был очень общительным, умел убеждать, поэтому руководство компании любило его – продажи росли очень быстро, посуда, которую он продавал, расходилась по Европе и Америке со скоростью света. И в любой стране Петер всегда пытался выучить хотя бы несколько фраз на местном языке – это обстоятельство располагало к нему потенциальных покупателей.

Уже полчаса Петер возился с электрической бритвой. За окном шумел ветер и накрапывал дождь. Мужчине в какой-то момент даже взгрустнулось – такое лето можно ожидать у себя дома, но никак не в Греции, где насчитывается около 300 солнечных дней в году. Петер предпринял последнюю попытку справиться со своей щетиной. После 10 минут усилий наконец его лицо было очищено от волосяного покрова. Петер улыбнулся своему отражению в зеркале, положил бритву в коробку и выключил свет в ванной. Улегшись в кровать, он закрыл глаза. Ему снилось, что за стеной кто-то стонал, пытался бежать по коридору и потом упал в море, поскольку был слышен характерный всплеск. Сквозь дрему Петер подумал, что пора снова пить снотворное – оно помогало ему расслабиться и не видеть всяких странных сновидений.

***

Утро принесло с собой ясное голубое небо, яркое солнце и жаркую погоду. Как будто и не было вчера дождя и сильного осеннего ветра. Натали открыла глаза и потянулась. Вчерашняя прогулка с Марком была небольшой, но продуктивной – она влюбилась. Так быстро еще Натали не теряла голову от молодого человека. Девушка посмотрела на наручные часы – было без четверти семь – и снова потянулась. Завтрак начнется через 15 минут, у нее есть время привести себя в порядок. Марк обещал зайти за ней. Натали вылезла из кровати и направилась в ванную. Через 10 минут она была уже готова и ждала стука в дверь, который не замедлил произойти. Вместе с Марком они спустились в ресторан и выбрали тот же столик, что и накануне.

Как вы спали? – спросил Марк.

О! Просто чудесно, – ответила Натали, – все-таки прогулка перед сном творит чудеса. Последний раз я так крепко и быстро засыпала, когда была маленькой и уставала после занятий балетом.

Марк усмехнулся:

Я тоже очень быстро заснул. Даже не ожидал от себя. Обычно я очень плохо сплю. Предлагаю совершать такой променад каждый вечер – для лучшего сна, – и Марк улыбнулся.

Натали почувствовала, что краснеет:

Я не против, но только в вашей компании.

Договорились, – Марк указал на столик, – а теперь давайте поедим. Я голоден, как волк.

Они сделали заказ, и когда еду принесли, принялись завтракать. Натали обводила взглядом зал-ресторан – здесь были все постояльцы. Вернее, почти все. Натали повернулась к Марку:

Обратили внимание, нет нашего немца. Очень странно.

Может, он еще спит, – Марк пожал плечами, – некоторые предпочитают просыпаться не раньше полудня.

Натали покачала головой:

Это на него не похоже. Он слишком педантичный и правильный для мелкого нарушения правил. Держу пари, что что-то с ним случилось.

Почему вы решили, что он педантичный? Вы же его совсем не знаете. Вам все кажется преступлением, – Марк засмеялся, – ладно, мы проверим его местонахождение, но только после завтрака. Договорились? – И Марк протянул руку для пожатия. Натали блеснула глазами:

Договорились. Заканчивайте побыстрее и пойдем проверять.

Покончив с едой, Марк и Натали направились к лестнице. Подходя к стойке ресепшн, они услышали взволнованный женский голос и решили спрятаться за одной из колонн в основании лестницы наверх. Через мгновение они увидели молодую девушку, не старше 18 лет, гречанку. Она обращалась к хозяину отеля по гречески. Ее голос сильно дрожал.

Кирие Панайотис, вы же знаете, что мне нужно убираться в комнатах. Я постучала, никакого ответа, потом еще раз, и еще. Тогда я решила достать ключ и открыть дверь. Поверьте, никакого злого умысла не было. Но все выглядело очень странно.

Хорошо, хорошо, Элени, – Панайотис вздохнул, – опиши, что ты видела в комнате?

Когда я открыла дверь, при первом взгляде все было вроде на своих местах, но постель была чуть примята, как будто на нее специально сели, чтобы создать впечатление, что кто-то спал. В ванной на полу лежала куча полотенец, причем чистых, ими ни разу не пользовались. Но самое странное – все двери и окна были закрыты изнутри, кирие Панайотис! Я не могла сначала понять, почему мой ключ не открывает дверь. И только потом до меня дошло, что в замке, скорее всего, какое-то препятствие. Я сильнее толкнула ключ, и с другой стороны послышался звон. Все это очень странно, кирие. Не пойму, что произошло.

Панайотис почесал за ухом и спросил:

В каком номере ты была? Повтори еще раз.

В десятом.

Подожди минуту, я позвоню Михалису.

С этими словами Панайотис подошел к телефону и начал набирать номер.

Алло! Михалис? Доброе утро, Панайотис беспокоит. Извини, что звоню в такое время, когда ты спишь. У меня к тебе вопрос. Михалис, ты был сегодня на ночном дежурстве? Да? Замечательно. Ответь мне, ты знаешь клиента по имени (Панайотис начал листать журнал регистрации) Мариус Штофф? Номер 10. Знаешь? Хорошо. Ты видел ночью, он спускался в холл, выходил на улицу? Нет? Никого не видел? А заметил что-либо подозрительное? Каких-нибудь незнакомых людей, машины? Нет? Хорошо, спасибо большое, Михалис. Спокойной ночи, вернее, спокойного утра. – и усмехаясь, Панайотис положил трубку. С минуту его лицо не выражало никаких эмоций, и потом он пробубнил:

Странно, очень странно.

Марк и Натали затаили дыхание. Десятый номер. Они посмотрели друг на друга и поняли, что грядет буря. Это была комната того самого немца, который подозрительно вел себя вчера за ужином.

ГЛАВА 7

Марк и Натали решили действовать. Они начали подъем по лестнице, стараясь не вызвать подозрений. В голове у каждого крутилось по тысяче шариков. Что произошло с тем немцем? Почему кто-то хотел создать видимость его присутствия и даже отдыха в номере? Почему чистые полотенца свалили в кучу на полу в ванной? На эти вопросы никто из них пока не знал ответа. Вдвоем они поднялись на 3 этаж и остановились перед дверью 10 номера. Марк посмотрел на Натали:

Момент истины. Вы оказались правы.

Терпеть не могу оказываться правой, – Натали передернула плечами, – от этого всегда одни неприятности.

Марк тяжело вздохнул и достал из кармана ключ от десятого номера. Глаза Натали расширились:

Откуда у вас ключ? Где вы смогли его достать? Я же всегда была рядом.

Марк улыбнулся:

Уличное детство. Простите. Давайте зайдем.

Только не прикасайтесь ни к чему – сказала девушка, – потому что мы на предполагаемом месте преступления, и если сюда придет полиция, не нужно, чтобы они нашли наши отпечатки пальцев. Поверьте моему опыту.

Они в последний раз огляделись по сторонам, чтобы убедиться в том, что за ними никто не наблюдает. Молодой человек вставил ключи в замочную скважину, повернул ключ и открыл дверь. Тихо-тихо они вошли и закрыли ее за собой. Марк достал из кармана носовой платок и протер им ключ, чтобы не оставлять на нем отпечатков. Комната полностью соответствовала описанию, данному девушкой-уборщицей- кровать была чуть примята, как будто на нее специально присели, окно плотно закрыто, хотя ночью во время дождя было очень приятно и прохладно, и почти все гости пооткрывали свои окна и натянули тенты над ними, чтобы капли дождя не попали внутрь комнат. Натали прошла в ванную – полотенца были свалены в кучу и выглядели так, как будто ими пытались что-то оттереть с пола. И тут девушка уловила едва заметный запах хлороформа. В ее мозгу вспыхнула догадка, что немца, возможно, усыпили и вынесли из номера. Но КАК? Как смогли потом закрыть дверь изнутри? Марк и Натали осмотрели все, каждый уголок, но не нашли ничего, стоящего их внимания. Марк предложил пойти к нему в номер и все обговорить и обдумать. Натали согласилась. Вместе они осторожно вышли из комнаты, и девушка протерла уже своим платком ручку двери. Марк попросил минуту подождать, пока он вернет ключ на место, и побежал вниз.

Зайдя в номер, он предложил Натали яблочного сока, купленного накануне в супермаркете. Девушка кивнула утвердительно, уселась в кресло у окна и посмотрела вдаль.

Все это очень странно. Вы помните момент, когда он приехал? Все оглядывался по сторонам, словно выискивал кого-то.

Или боялся. – Марк подошел к ней и протянул стакан с соком – нужно выяснить, для чего он сюда приехал. Может быть, это прольет свет на его исчезновение.

***

Вечером, Элени, как всегда, закончив уборку, укладывала свою рабочую одежду в специальную комнату в дальнем углу лобби отеля. Ей не давал покоя инцидент с номером 10. Что-то странное было в той комнате. Что-то, что она не могла сейчас вспомнить, но зацепившее ее внимание. Как Элени ни напрягала память, на ум ничего не приходило. Закрыв дверь своей уборочной комнаты, девушка вышла в холл. Вдруг ей непреодолимо захотелось снова посмотреть злополучный номер. В кармане еще лежала связка ключей, которую она использовала в работе. Девушка тихо поднялась по лестнице и остановилась у двери. Оглянувшись по сторонам, чтобы удостовериться, что ее никто не видит, она достала ключ, открыла дверь и вошла. Панайотис приказал ничего в комнате не трогать, на случай, если придется вызывать полицию. Странно, почему он до сих пор ее не вызвал. Элени пробежала глазами по стенам, тумбочке, зашла в ванную – все было на прежних местах. Но ее грызло сомнение, что она что-то упустила. Девушка резко повернулась и вышла за дверь. Сегодня она очень устала. Может, завтра, после хорошего сна, она вспомнит что – нибудь.

Спустившись в холл,девушка попрощалась с остальным персоналом, положила ключи на стойку ресепшн и вышла в жаркую июньскую ночь. До ее дома было 10 минут ходьбы, и Элени была рада немного пройтись и освежить голову. Придя домой, девушка направилась сразу в ванную, чтобы принять душ и расслабить мышцы. Стоя под горячими струями воды, Элени чувствовала, как ее начинает клонить в сон. Она потянулась за полотенцем, и взгляд упал на ванну, в которой она стояла. И тут вспыхнула искра. Ванна!!! Что-то было не так с ванной!! Это был единственный номер, где стояла ванна, в остальных душевые кабинки со сливом в полу. Кроме того, это была, можно сказать, антикварная ванна – на четырех позолоченных резных ножках, небольшого размера, цвета слоновой кости и овальная по форме. Элени выскочила из дома как ошпаренная. Я должна проверить!!!убедиться!!!! – говорила она сама себе.

Она добежала до отеля за 5 минут, остановилась перед входом и перевела дыхание. Никто не должен заподозрить, что она хочет снова осмотреть номер 10. Подсмотрев в окно, пока в холле никого не было, а ночной портье Антонис отвернулся к стойке ключей, Элени толкнула дверь и подошла к стойке регистрации.

– Привет Антонис, – тихо сказала Элени.

Ночной портье вздрогнул.

– Элени? Что ты тут делаешь? Твоя смена закончилась.

Элени не хотела признаваться, зачем пришла, поэтому пришлось выдумывать причину на ходу.

– Антонис, мне кажется, я сегодня днем потеряла свои ключи от дома. Как раз около стойки. Может, посмотришь?

Антонис посмотрел вниз, даже не подумав, насколько нелепо звучит оправдание девушки. Ведь если она потеряла ключи, как она смогла попасть домой? И если она была не дома все это время, то где ее носило? Элени тем временем, сделав вид, что ищет ключи вместе с Антонисом, незаметно сняла ключ от номера 10 с крючка позади юноши и быстро сунула руку с заветным ключом в карман, изобразив при этом скорбь на лице.

– Ну что ж, наверно, я их потеряла где-то в другом месте. Спасибо за помощь. Пойду гляну на верхние этажи, вдруг там где-то лежат.

Чмокнув Антониса в щеку, Элени быстро направилась наверх. Добежав до третьего этажа, она остановилась перед дверью номера 10. Открыв дверь ключом, она вошла внутрь и направилась в ванную комнату. Полотенца уже убрали. Элени подумала, что мистер Панайотис все-таки вызвал полицию, хотя в таком случае номер был бы оцеплен.

Девушка устремила взор на ванну. Да, что-то было не так. Элени обошла ванну еще раз, остановилась посередине комнаты, закрыла глаза, открыла их и посмотрела вниз. И тут ее осенило!Ванну двигали! Теперь она не так плотно стояла к стене. Девушка подошла стене и увидела темные пятна, которые не было видно сразу, поскольку ванна закрывала их. Она потрогала их пальцем. Ржавчина? Или кровь? И тут же девушка уловила легкий запах хлорки или хлороформа. Значит, с немцем случилось что-то серьезное. Он может быть ранен или даже убит. Но додумать она не успела, т.к сзади ее вдруг обхватили сильные руки и стали зажимать рот одной рукой, а другой душить. Последнее, что Элени увидела, это были злые карие глаза в отражении зеркала.

ГЛАВА 8

Марк в эту ночь спал очень плохо, к нему опять вернулись кошмары. Ему снилась мама, море и саламинское сражение. Он даже видел царя Ксеркса, сидящего на своем троне на холме Эгалео и смотрящего на битву. И вдруг рядом с правителем персов появилась мама и вновь указала на море. Несколько раз за последние недели ему снился один и тот же сон, и он никак не мог понять, что он означает. В самый разгар саламинского сражения Марк оказался на корабле с персидским военачальником без кисти руки. Он не знал, кто был этот доблестный воин армии Ксеркса. Как только Марк посмотрел на Эгалео, он вдруг почувствовал резкую боль в правом боку – это было копье. Он был ранен, истекал кровью и вот-вот умрет. Солнце жгло лицо, но почему-то ему не было жарко, а скорее наоборот. И тут перед его лицом вспыхнуло яркое пятно и ослепило его, заставив проснуться.

Марк рывком сел на кровати. По телу и лицу струился пот, руки дрожали. Он встал и пошел в ванную ополоснуться. Марк понимал, что уснуть ему, скорее всего, уже не удастся. Быстро приняв прохладный душ, он вернулся в постель, зажег лампу и достал из сумки книгу, которую начал читать еще в самолете. Она называлась «Мифы древней Греции». Марк не хотел терять связь со своими корнями, всю жизнь он чувствовал, что он всегда больше грек, чем американец, даже прожив более двадцати лет за океаном. Молодой человек углубился в чтение. Через 10 минут он уже крепко спал.

***

Анна Стюарт проснулась от шума прибоя из открытого окна. Дико болела голова. Так бывало всегда, когда она просыпалась ночью или рано утром. Внезапно в памяти всплыл ночной разговор. Анна поежилась. Может быть, все это ей приснилось? Девушка встала и направилась в душ. Горячие струи воды сняли напряжение с тела, и головная боль начала потихоньку уходить.