Сага о параллельных мирах. Книга 2. Бронтес – король циклопов

34. Итог голосования

Диск спустил его вниз. Дверь корабля всё еще была плотно закрыта. Он присел на стул и погрузился в воспоминания о своей прошлой жизни, и даже не заметил, как уснул.

После того, как друзья оказались внутри корабля, они устроили очередное голосование. И в очередной раз у них была ничья: Ян хотел спасти королей, Юрий – попутешествовать по параллельным мирам, а Костик и Артём просто хотели домой.

«Окей!– Юрий на правах главного обобщил всё сказанное и выдвинул предложение, которое должно было устроить всех,– Артём и Константин останутся на корабле, а мы с Яном попробуем спасти, кого сможем. Если наш кораблик или мы не вернёмся, тогда Бронтес, думаю, сможет доделать шатл, и вы сможете на нём вернуться домой. Все согласны?»

Вместо ответа неуверенные кивки голов.

«Ну, так что, мне говорить Абдуле, что мы попробуем?»– кивание голов стало более уверенным.

Абдула в это время уже проснулся, он нервничал так, будто не жизнь его друзей, а его собственная стояла на кону. И вот, наконец, дверь с шипением отворилась. Из корабля вышли четыре человека, они полукругом обступили шамана, подошедшего поближе.

«Мы с Яном готовы помочь, а эти трусишки,– Юрий скривил губы,– будут сидеть на корабле и ждать, или нашего возвращения, или того момента, когда Бронтес сможет найти ошибку в конструкции шатла и отправит их домой».

«Кстати о Бронтесе. Он не будет помогать нам до тех пор, пока ты перед ним не извинишься»,– Абдула ждал какие доводы, приведёт Юрий чтобы избежать или оттянуть момент своего публичного позора.

И Юрий оправдал его ожидания.

«То есть мы хотим вам помочь, а вы нам помогать не хотите?»– раздался его яростный крик.

«Не нам, а мне. Бронтес вообще в вас не верил ещё до того как ты его обидел, а теперь он вас считает взбалмошными детьми не способными на взрослые поступки. И тот факт, что вы меня спасли, он относит к разряду случайностей. И прости меня, но то, что ты не можешь извиниться, даже, когда сам понимаешь что не прав, подтверждает его слова»,– Абдула понял, что его колкости достигли цели, и в душе порадовался этому.

«Хорошо! Раз это нужно для дела, то я извинюсь»,– Юрий, будто долго пережёвывал, а после в одну секунду выплюнул эту фразу.

«Я позову Бронтеса, а вы пока подождите здесь,– он указал на кресла и стол всё ещё остававшиеся на том же месте где друзья их и оставили, удалившись на совещание,– я быстро. Можете пока посмотреть фильм о ваших прошлых геройствах или любой, другой, который вас заинтересует».

Он нажал на кнопку и на стене появился большой экран. На нём шёл уже знакомый неимоверным количеством просмотров фильм. Абдула и куча осколков падали с неба. Шаман вложил Юрию в руку что-то совсем непохожее на пульт, но по логике вещей именно им и являющееся, а сам исчез за дверью, непонятно откуда появившейся в стене.

«Каких же размеров эта махина! Этой комнате конца-края не видно. А сколько их ещё за этой дверью. Когда-нибудь я обойду весь этот корабль,– Юрий смотрел на стену, в то самое место, где только что появилась, а после исчезла без следа дверь,– да, нам до их технологий ещё о-го-го как далеко».

«Ребята, смотрите, на экране Андроник и Абдула!– перебил его мысли вслух Артём,– Вот оно самое начало истории человечества!»

«Нет. Теперь это уже совсем не интересно! Это,– Юрий сделал паузу, чтоб придумать подходящее сравнение,– это ну вроде с десяток раз прочитанной книги. Он притворно зевнул, прикрывая рот.

«Думаете, миры, в которые нам ещё предстоит попасть, похожи на этот?»– Ян кивнул головой в экран.

«В этом мире был Юрий, а как думаете, в других мирах мы встретим своих двойников? Ну, хоть один из нас. И сможем ли мы, как в прошлый раз Юрий, внушить своему двойнику мысли, которые, возможно, круто изменят его жизнь?»– Константин хотел быть полезным кому-нибудь, но только здесь, а мысль полёта на корабле в неизвестный ему мир, его пугала.

«Ну что, Джедаи. Вот и махнули на луну. А по пути и целую вселенную, спасли, правда, параллельную, но люди-то там жили настоящие. А скольких людей мы ещё сможем спасти»,– вселял в друзей боевой дух Юрий.

«Или нелюдей. Вы же видели Бронтеса. Кем окажутся остальные короли?»– пытался разбудить в друзьях инстинкт самосохранения Артём.

«Кем бы они ни были, но им нужна наша помощь. Я не знаю как вы, а я очень хочу им помочь. Почему-то они мне нравятся»,– Ян стоял на центристских позициях.

«Делайте что хотите, а я с этого корабля ни ногой. Хотелось бы мне верить, что здесь будет безопасно, когда соберутся все короли»,– Артём нервничал и ёрзал на кресле. Приятным сюрпризом для него стало то, что верхняя часть кресла могла поворачиваться, в то время как низ его оставался неподвижен. Артём отвернулся от стола, давая друзьям понять, что в их споре он больше не участвует.

Константин тоже не собирался рисковать своей жизнью: «Летите куда хотите, а я с Артёмом останусь. Он вполне разумные вещи говорит».

Абдула вышел за дверь и нос к носу столкнулся с Бронтесом.

«А ты не перегнул палку? Он ведь мог вообще отказаться помогать»– еле слышно прошептал циклоп.

«Прости, но я его знаю чуть дольше и ближе чем ты. Он предсказуем как…»– но с первой попытки найти сравнение Абдуле не удалось.

«Он предсказуем как погода»,– помог друг.

«Погода?– хихикнул шаман,– прожил бы ты сорок тысяч лет в пустыне… это когда ты сидишь в своей лаборатории, и по нажатию кнопки на планете проливается дождь, или её заваливает снегом, или солнце выжигает всё живое. Жители нашего мира поспорили б с тобой. И знаешь, я удивлён, что они не свергли нас раньше. Мы столько дел наворотили. Не короли, а одержимые наукой монстры, проводящие эксперименты над живыми людьми».

Лицо Бронтеса на мгновенье побледнело: «Мне тоже стыдно за некоторые вещи, которые я творил. Я надеюсь смогу искупить свою вину, и те, кого я обидел, когда-нибудь меня простят».

«Не важно. Мы отклонились от темы. Я не перегибаю палку. Я балансирую на грани. Видел бы ты в его глазах злость. Спортивный азарт. Как мне не хватало этих эмоций. Он напоминает меня в детстве. Всё поменялось, когда я попал сюда. Здесь от меня ожидали серьёзности и взрослых поступков. Почему нельзя быть одновременно и взрослым, и в душе оставаться ребёнком. Чуть заносчивым, высокомерным и обладать, на столько, большим самомнением, чтобы считать, что на тебе держится весь мир»,– Абдула мечтательно улыбнулся.

«Романтик! Но в данную минуту на твоих плечах судьба целого мира. И если быть точным то и из-за тебя этот мир в любую минуту может развалиться»,– прорычал Бронтес, и шаман решил что у него снова испортился голосовой модулятор.

«Тогда чего ты тянешь? Сейчас выйдешь, Юрий извинится и вперёд – спасать мир!»– он указал великану на дверь.

«Нет,– протянул Бронтес,– общение с этими детьми не идёт тебе на пользу! Сначала надо придумать план. Нельзя же просто приземлиться, похитить королей и вернуться с ними на корабль!»

«С модулятором у него всё в порядке, а вот мозги от долгого одиночества явно набекрень вывернуло. Я был бы рад, если б меня загрузили в корабль и отправили наверх. Глупый был эксперимент,– подумал про себя Юрий, а вслух произнёс,– а как же без плана?»

35. Странный эксперимент

Юрий продолжал смотреть в то место, где закрылась дверь, но вопреки его ожиданиям новая дверь открылась шагов на десять правее. Из неё вышли Абдула и Бронтес.

«Прости. Я честно не знаю, что со мной произошло. Я не смог сдержаться от смеха, представив слепого циклопа»,– Юрий пожал плечами.

«Я так и понял,– Бронтес не разозлился,– если честно, то в этом мало смешного. На этом корабле я самый старший. Там у себя на планете я ожидал скорой смерти. И так зажился на Земле. Перешагнул двухсотлетний рубеж. На этом корабле я самый старший. Застал два поколения королей. А старость, она такая, всё забирает. Вот и зрение моё постигла та же участь».

«А где же сейчас твои очки?»– Юрий, изучающее, смотрел на Бронтеса.

«Они мне нужны только при работе с очень мелкими деталями. Вы застали меня как раз в тот момент, когда я делал микрочип для дрона. Я же изобретатель. И кстати я уже давно решил проблему со своим зрением,– Он ткнул пальцем в лоб и друзья заметили что-то похожее на малюсенькую родинку,– это стимулятор зрения. Он портативный, и мне не доставляет никаких неудобств. Но я не знал, как поведёт он себя в другом мире и смогу ли я его, к примеру, починить без очков, если он вдруг выйдет из строя. В общем, не на столько, уж я и слеп, чтобы на ощупь вылезать из шатла,– он повторил движения руками, которые до этого производил Юрий,– этого уж точно не было! И вообще стряхни ты уже, наконец, с левого плеча нитку. Ты даже не представляешь, как она меня раздражает.

Юрий наклонил голову. На белой майке с миллиметра два от силы длиной лежал кусочек белой нитки. Он вопросительно посмотрел на Бронтеса.

«У циклопов и без разного рода приборов зрение в десятки раз лучше, чем у людей, так что я даже слепой увидел бы гораздо больше чем ты зрячий. А с моими усовершенствованиями я вижу на ровной местности до ста километров».

«Ну, ты и мастер,– Юрий сделал паузу,– врать!»

Парень прекрасно помнил, что на их Земле самые современные средства слежения дают приближение в десять ну максимум в двадцать километров. И то не каждая техника может видеть на такое расстояние. А тут человек. Если быть точнее не совсем человек говорит о своих практически сверх способностях так просто, будто рассказывает о съеденном накануне завтраке.

«Мы же учёные и знаем, что любая теорема нуждается в доказательстве. Предлагаю провести эксперимент. Вот тебе ручка и лист бумаги. Хотя, возьми лучше карандаш, не хочу, чтоб эксперимент испортила не пишущая в самый ответственный момент ручка. Мы должны исключить по максимуму факторы, которые могут помешать нам, добраться до истины. Теперь судьба эксперимента в твоих руках. Точнее ногах. Иди как можно дальше, потом когда устанешь, напиши на этом листе слово или фразу повернись в нашу сторону и подними листок над головой, а я прочитаю надпись твоим друзьям. Только иди всё время прямо, а то вдруг заблудишься»,– он указал рукой вперёд и Юрий уверенно зашагал прочь.

Он шёл, шёл, шёл. Периодически оглядывался. Друзья становились всё меньше и, наконец, растворились вдали.

«Какой глупый эксперимент. Карандаш он мне дал. А потом скажет, что прочитать не смог, так как цвет грифеля слабо отличался от цвета бумаги. И нитку, скорее всего, он сам мне подкинул,– Юрий шёл и чувствовал как тяжесть и боль появляются в его ногах,– ну сотню километров я конечно не осилю но хоть на десятка два уйду».

Ему казалось, он шёл целую вечность. И совсем выбился из сил. Тогда он остановился, взял бумагу и карандашом, как можно мельче написал: «Я просто валюсь с ног от усталости!», поднял лист над головой и медленно повернулся на 360 градусов.

«Мы должны по максимуму исключить факторы, которые могут помешать нам, добраться до истины»,– передразнил он Бронтеса. Опустив лист, он рухнул на пол корабля.

Друзья наблюдали за Юрием, который постепенно удалялся от них, его силуэт становился всё меньше, пока не исчез совсем. После этого друзья отвернулись, и только один Бронтес продолжал смотреть вдаль. Друзья наблюдали за его сосредоточенным выражением лица, и пытались понять, действительно ли он всё ещё видит Юрия или просто притворяется.

Лишь на минуту оторвавшись от наблюдения Бронтес обратился к Абдуле: «А ты прав. Это весело!»

Абдула с ехидной улыбкой кивнул ему в ответ: «Да, мало что может быть приятней, чем поставить зарвавшегося паренька на место».

Друзья, стоявшие рядом, поняли суть их разговора, но только в глубине души порадовались тому, что Юрий, хоть раз, оказался наказан за своё зазнайство, и неумение держать свой острый язык за зубами. Теперь, ни кто, уже, не сомневался, что это, просто, злая шутка, обиженного на Юрия, Бронтеса. Но в слух ,свои мысли, ни кто озвучить не решился.

Все уже успели забыть, с какой целью они здесь остались, как вдруг Бронтес прервал тишину: «Я просто валюсь с ног от усталости».

«Пойди, отдохни!»– с раздражением ответил ему Ян.

«Да нет, я не устал! Эту фразу Юрий написал на листе»,– пояснил Бронтес.

«Аааааа…»– протянул Артём.

«И где нам теперь его искать?»,– Константину не очень нравилась идея разделяться на чужом корабле.

«А зачем его искать?»– хихикнул Абдула.

«Я конечно согласен, поведение Юрия и святого из себя вывести может, но не бросать, же его за это одного на чужом корабле огромных размеров»,– Артём был шокирован спокойствием, с которым Абдула предложил не искать Юрия.

«Ты не так меня понял. Твой друг ни куда не пропадал, всё это время, он находится под присмотром Бронтеса»

«Было б за кем присматривать,– зарычал циклоп,– прошёл пять с половиной километров и свалился без сил. Ближайшие пару часов там пролежит, не меньше».

«Сейчас мы к нему переместимся,– Абдула подошёл к стене и открыл в ней дверь,– проходите!»

«Но Юрий ушёл в другую сторону»,– Ян злился на то, что его принимают за идиота.

«Кто хочет, могут идти пешком,– Бронтес поднял руку вверх, указывая дорогу, как до этого указал дорогу Юрию,– но поверьте мне, так будет гораздо быстрее».

Друзья прошли в дверь.

Не смотря, на усталость, Юрий вскочил на ноги, когда перед ним из воздуха появилась дверь и из неё вышли его друзья.

Он схватил за руку первого подошедшего к нему: «Артём, что в записке?»

«В какой?»– Артём не понял вопроса, но вдруг он вспомнил о бумажке, которую в корабле вложил в его руку Абдула, и которая сейчас лежала в нагрудном кармане.

«В этой!– Юрий держал в руке данную ему Бронтесом и свернутую пополам бумажку,– что в этой бумажке? Не молчи! Это дело принципа».

«Глупость!»– ответил Артём,– зная тебя, ты б такого никогда не написал!»

Юрий так вцепился в руку Артёма, что тот вскрикнул.

«Я просто валюсь с ног от усталости»,– произнёс Ян.

Юрий развернул записку и друзья, с трудом, складывая мелкие бледные буквы, прочитали: «Я просто валюсь с ног от усталости».

Юрий отпустил Артёма и схватил за плечо попытавшегося скрыться за спинами друзей Бронтеса.

«Колись, где камера»,– он с силой дёрнул великана.

«Здесь!– Бронтес постучал себя в лоб,– научись сдаваться! Научись извиняться! Научись принимать и признавать свои ошибки».

«Ошибки?– завыл задетый за живое Юрий,– единственной моей ошибкой было желание вам помочь. Пойдёмте ребята!»

36. Спор с самим собой

Но его друзья не двигались с места, толи из-за того, что не были уверенны в верности выбранного Юрием направления, ведь если не считать зависшей в воздухе двери, вокруг, на сколько позволяли видеть их глаза, была пустота: ни стен, ни мебели, ни чего бы, то, ни было хоть отдалённо напоминающего хоть что-то. Потолок и пол сходились где-то на горизонте. А может поведению друзей было более простое объяснение. Во время их путешествия Юрий постоянно командовал ими и не раз подвергал их жизнь опасности, к тому же он был слишком упёрт и не считал, что перегнул палку. Друзья будто сговорившись, или прочитав мысли, друг друга, объявили протест, им хотелось, чтоб с их мнением, хоть иногда считались.

«Предатели!»– буркнул Юрий и ушёл. Он шёл пока хватало сил. Из поля его зрения уже давно исчезли друзья, дверь, Бронтес и Абдула. Он шёл к кораблю. Он даже подумывал бросить здесь своих друзей, ведь они бросили его. Он шёл так долго, что ему казалось, что у него начало всё плыть перед глазами, но вокруг не было ни одного предмета, на котором можно было бы сконцентрироваться, чтоб проверить свои догадки. Он вытянул руку вперёд.

«Фух, показалось»,– с облегчением выдохнул он.

И вдруг как мираж в пустыне прям перед ним появилась дверь, а рядом с ней в той самой позе, в которой он оставил их позади стояли друзья. Если бы не предательски трясущиеся от долгой прогулки ноги можно было бы решить, что всё это было просто игрой его воображения.

«Вы, вы как здесь…?»– вопрос остался незаконченным, парень не мог определиться с последним словом: появились, оказались, материализовались, возникли. Мысли бежали в его голове. Картина не менялась, будто кто-то перед ним установил баннер с фотографией его друзей. Друзья всё так же, молча, с укоризненной улыбкой смотрели на него.

«Эх, Юра, Юра,– это был голос Бронтеса, но он звучал как эхо,– Ну не хочешь ты нам помогать, мы уж как-нибудь сами. Но друзей своих, зачем ты бросил. Ведь на этом корабле они оказались только из-за тебя. Сами б они и шага с корабля не сделали б. Может, и не друзья тебе нужны, а стадо овечек? Они пойдут за тобой и даже не спросят куда. Надеюсь после того что ты сделал у тебя язык не повернётся назвать этих трёх парней своими друзьями».

Мираж развеялся, и снова вокруг была только пустота. Юрий присел, чтоб перевести дыхание но сам не заметил как уснул. Он снова стоял рядом с друзьями и все молчали и как обычно молчание прервал Бронтес. Для него стало привычным начинать разговоры тогда, когда у других не находилось слов.

«Может и не друзья тебе нужны, а послушные фанаты, восхищающиеся твоим умом и умением попадать в переделки, и следующие за тобой, как овцы за своим пастухом»,-голос гремел громом у Юрия в ушах.

«Да что ты заладил овцы да овцы? Более человечных сравнений найти не можешь?»– Юрия начинала раздражать проповедь Бронтеса.

«Прости, но я циклоп, всё моё детство прошло с овцами. Только с ними я могу сравнивать. Был бы человеком, может и сравнения были человечными,– это извинение звучало как вызов, как противопоставление людей и циклопов,– но не думаю я, что было человечно бросать их с двумя незнакомцами, от которых неизвестно чего ожидать можно, тем более, когда ваши легенды рассказывают о том, как циклопы поедают кучу людей на завтрак. Так поступают настоящие друзья?»

«Много ты в дружбе понимаешь?»– Юрий хихикнул.

«Достаточно, чтоб понять, что друзей бросать в беде нельзя»– Бронтес явно давил на совесть.

«Да, не отказался бы я от такого друга!»– продолжал шутить Юрий.

«Ты предлагаешь мне с тобой дружить?»– Бронтес, как и другие циклопы не мог понять человеческой шутки и воспринял сказанное парнем всерьёз.

«Вот ещё! Просто я не думаю, что этот корабль выдержал бы больше чем одного циклопа. А значит остальные пассажиры этого корабля люди, такие как мы и Абдула. А раз ты их пытаешься спасти, значит, ты, наверное, можешь быть хорошим другом, и возможно когда-нибудь ты спас бы и меня»,– Юрий пожал плечами.

«Не думаешь?– Великан ухватился за сказанное человеком слово и переменив его смысл выкрутил себе на пользу,– прости но в последнее время ты действительно не думаешь ни о ком и не о чём. А состав пассажиров этого корабля пусть для тебя останется тайной. Хотя в одном ты не ошибся, циклоп здесь действительно был только один. Я! А теперь можешь идти. Только на этот раз не забудь своих товарищей».

Он начал быстро расти, после всем телом навис над Юрием. Парень сжался и едва сдержал себя в руках, чтобы не убежать прочь. Бронтес погрозил ему пальцем как строгий отец маленькому баловнику и вышел в открывшуюся в воздухе дверь огромных размеров, в неё без труда пролетел бы их кораблик. Дверь исчезла.

Юрий проснулся. Рядом с ним сидели в тех же шикарных креслах его друзья и Абдула. На стене продолжался всё тот же фильм. Бронтеса нигде не было видно. Юрий не заметил, что корабля рядом с ними не было, а значит и кресла со столом и друзьями перекочевали к какой-то другой стенке корабля.

«Фух, неужели мне всё это приснилось,– похлопав себя по карману, он не обнаружил ни бумажки, ни карандаша, толи мысли вслух, а может он обращался к друзьям,– значит, не было эксперимента? И друзей я на самом деле не бросал».

В ответ друзья только окинули его с ног до головы укоризненным взглядом и отрицательно покачали головой

37. Быть выше

Абдула посидел ещё пару минут, молча, а после, решив, что друзьям лучше остаться одним и всё выяснить открыл новую дверь: «Когда вы решите что будете делать дальше, крикните громче «Абдула, мы приняли решение».

Он скрылся за дверью. Эта дверь привела его в лабораторию Бронтеса.

Великан уже был там и со злостью крутил в руках какую-то круглую деталь. Он пытался поставить её на место, но в последний момент она постоянно выскакивала.

«Дурацкая деталь! Дурацкая деталь! Дурацкая!– повторял он сквозь зубы, пытаясь дрожащими пальцами приладить маленькое колёсико на штырь,– зачем мне супер зрение, когда руки уже не слушаются совсем».

«Успокойся друг,– Абдула с осторожностью похлопал его по плечу,– Ты всегда был непробиваем для нападок и шуток других королей, а тут какой-то мальчишка вывел тебя из себя. Будь выше этого».

«Я и так выше»,– он потянулся к прибору, который контролировал его рост.

«Да видели мы уже эту демонстрацию. Выше можно быть не только ростом. Ну не знаю, как тебе это объяснить. Можно совершать высокие поступки,– Абдуле, показалось, что великан перестал, что либо понимать,– представь вы с Юрием одного роста и веса и стоите на разных чашах весов. Весы находятся в состоянии покоя. Да вы можете прыгать, создавая колебание весов, но это даст лишь временный эффект. После вы устанете и снова будете одинаковыми. Для того чтобы изменить вес надо на весы ставить дополнительные гирьки. Каждая гирька- груз, который тянет тебя или твоего противника вниз. Ты не бросил друзей в беде, а Юрий бросил – гирьку ему в чашу. Ты поднимаешься чуть выше, а он плавно уходит на дно».

«Ну, тогда, весы всё ещё в состоянии покоя, не друзей я спасал. Это сейчас я начал понимать, что такое дружба. Надоело мне одному болтаться в космосе, заскучал я, попасть в другой мир я бы мог, но не хотел, как вы оказаться в ловушке. А после того, как мы стали бессмертными домой мы сможем попасть только все вместе. Так что я плохой друг».

«Позволь возразить. Ты заставил Юрия задуматься о дружбе, вон какую лекцию о дружбе прочитал. Может теперь он начнёт дорожить друзьями. Не пойму, откуда в тебе это. Ты всегда держался особняком. Да и если так посудить, между королями никогда не было единства. Только Баффи с Полтером пытались дружить, за что от других королей получали в свой адрес издёвки и колкости. Я сам если честно не раз хотел их убить».

Бронтес поперхнулся: «Хорошо что ты этого не сделал. Хорошо, что никто этого не сделал, а то представь, потом всю бесконечную жизнь думать о восьми загубленных тобой жизнях».

«Ну, я же пошутил»,– Абдула постарался перевести разговор в шутку.

«А я нет. Но всё меняется. Когда вокруг люди, ты не ощущаешь себя одиноким. Только когда вы исчезли, я понял, как может вас не хватать. Я бы жизнь отдал, чтоб хоть один из вас вернулся. Я просматривал ваши фильмы бессчетное количество раз. Радовался и грустил с вами. А когда я понял, что твой фильм редактируют, и помощь пришла, я заплакал от радости первый раз в жизни. И вот ты здесь»,– Бронтес подошёл и крепко обнял Абдулу.

«Спокойней большой мальчик. Я понимаю твои чувства. Сам так обрадовался, когда увидел Андроника там у трапа корабля в мае 2037 года. Понимал, что он меня не помнит, но ничего поделать с собой не мог»,– он ответил на объятья Бронтеса.

«Да, видел я, всё видел, и сердце сжималось от тоски, когда ты с ним расставался, чтобы встретится через тысячи лет. В такие моменты, глядя на других, я понимал, какими должны быть настоящие друзья»,– великан захлюпал носом.

«Значит, ты видел всё?»– Абдула покраснел.

«Конечно всё! Ты забыл, что у слепого великана зрение поострее вашего, к тому же этот приборчик,– он погладил нарост на лбу,– каждую буковку, каждую циферку, каждую слезинку. И не только твою. Не надо забывать, что там, в других мирах, заперты наши друзья по несчастью. Друзья… Ну, ты понял. Мы должны их спасти. И не важно, помогут нам в этом ребята или нет».

«В этот раз я не возьмусь предсказать результат их разговора,– Абдула пожал плечами,– Шансы столь ничтожны, что и считать их не хочу. Юрий был главным нашим союзником, только благодаря его стараниям при очередной ничьей, ребята остались. Теперь он сам инициатор отлёта. Ребята врядли поддержат его, но они сами спят и видят, когда вернуться домой».