Маленькие тайны древнего замка

Солнце клонилось к горизонту. Надо бы искать место для ночлега, но я почему-то медлила. Бывает так, что ведьминская интуиция берет надо мной верх, и сопротивляться ей бесполезно, легче поддаться, тем более она ни разу не подвела, защищая от беды или указывая на того, кто нуждался в моей помощи. Интересно, что ждет меня сейчас? Бежать и прятаться от предстоящего бесполезно, оно ведьму и на краю света найдет. Давно уже знала: если чему-то суждено случиться, так и будет.

Я оглянулась, почувствовав, что, несмотря на раннюю осень, ветер стал холоднее и злее. Закуталась посильнее в плащ, всмотрелась в небо, расщедрившееся на краски. Золотой и алый сплелись причудливо, будто невидимый художник разрисовывал холст. Но красота эта обманчива и опасна. Тучи, которые медленно набегали весь день, закрывали большую часть неба, а значит, совсем скоро быть грозе.

Пора снижаться. Оказаться под порывами могучего ветра и то не всегда радостно, а уж если метлу решат подпалить молнии, тогда придется через весь лес идти пешком. Лес… Лес, который мне был вовсе не знаком, а значит, мое пребывание в нем должно остаться тихим и незаметным. Не во всех местах нечисть вроде леших, водяных да болотников жалует ведьм. Не стоит рисковать понапрасну. Но что-то подсказывало, что если и ждет меня опасность, то исходит она вовсе не от нечисти. Могучие кроны деревьев, над которыми я летела, постепенно снижаясь и прислушиваясь к интуиции, прятали совсем иную тайну.

Я вдохнула поглубже, загнав подальше неуместное любопытство, замерла на метле, высматривая место, удобное для ночевки.

Лес подо мной раскинулся темно-зеленым ковром, купаясь в последних лучах заходящего солнца. Величественный, древний, невероятно прекрасный… Я в который раз невольно залюбовалась им и, покружив еще немного, наконец присмотрела скромную полянку, неподалеку от которой бился родник с чистой водой. Когда спустилась, метла какое-то время нетерпеливо летала, разбрасывая защитные чары вокруг места нашего будущего ночлега, а я разминала затекшие во время долгого полета мышцы, чувствуя неимоверную усталость.

Из Марлана, крупного торгового города на севере Натардарского королевства, где я продала большую часть собранных за лето трав и приготовленных настоек и зелий, я вылетела еще до рассвета. Очень надеялась успеть на последний корабль, уходящий через двое суток на юг. Осень на севере пусть только и началась, но зима в этих краях приходит в разы раньше, чем там, где я родилась. Через месяц наверняка выпадет первый снег, а реки и Андарское море, через которое предстояло плыть, окажутся скованы льдами. Так, по крайней мере, мне сказал хозяин гостиницы «Веселый гусь», у которого я прожила последнюю неделю в Марлане, распродавая остаток зелий. Раньше я в этих краях никогда не бывала.

Когда пару лет назад умерла матушка, известная в нашей деревне травница и знахарка, а отца, бывалого охотника и следопыта, погубили разбойники, встретившиеся в неурочный час в лесу, мы с младшей сестрой Марисой остались одни.

Непросто это – оказаться без поддержки, помощи и родительской защиты и заботы, но мы справились. Какое-то время жили на накопленные отцом деньги, а потом, когда они почти закончились, я решилась использовать ведьминский дар, доставшийся от матери. Она научила меня собирать травы, варить зелья, выплетать заклинания и снимать проклятья. Правда, магией я пользовалась нечасто, рано осознав, что за любую силу нужно нести ответственность. Да и необходимости не было, мама справлялась с просьбами приходивших к ней людей самостоятельно, а я в основном наблюдала за ее славной работой, помогая лишь изредка. Признаться, больше всего на свете я мечтала путешествовать по другим краям, а не становиться ведьмой.

Но когда родителей не стало, а нам с сестрой надо было как-то жить, пришлось смириться. И пусть первый год жители нашей деревни осторожничали обращаться за помощью к юной и не сказать чтобы опытной ведьме, но после нескольких удачных заклинаний и верно сваренных настоек дело пошло на лад. А я… я почувствовала, что мне нравится быть ведьмой. Будто раньше внутри тлела искра света, которая стала пламенем и обрела мощь. Тем, что ты делаешь, надо гореть, тогда и толк выйдет. Да и не бывает так, что сила приходит случайно, она всегда выбирает верно.

В Марисе, моей младшей сестре, таланта к магии не было ни капли. Зато она уродилась невероятной красавицей. Золотая толстая коса вилась до пояса, пронзительные и чистые, словно дивные горные озера, бирюзовые глаза сверкали, на щеках появлялись забавные ямочки, когда она улыбалась. Да и сама Мариса стройная, хрупкая, как лазоревый цветок, прекрасная.

Я же, в отличие от сестры, которая пошла в мать, унаследовала отцовские черты. Прямые светлые волосы до плеч с вечной рыжиной, которая в солнечные дни проявлялась в разы ярче, темно-серые, напоминающие дымчатые опалы, как любил говорить отец, глаза, вздернутый нос и россыпь мелких веснушек на носу и щеках. И, может, я бы, как и Мариса, казалась хрупкой и беззащитной, если бы с детства не лазила по деревьям и не дралась с мальчишками, так что и за себя, и за Марису всегда умела постоять. Особенно нас доставал Ардарий, сын местного зажиточного торговца, задира и драчун. И кто бы мог думать, что моя сестрица однажды по уши в Ардария влюбится, а его чувства окажутся столь же горячи. Неудивительно, что прошлой зимой Мариса вышла за него замуж, и от счастья ее глаза так и сияют!

Они и меня звали остаться, считая, что места в большом доме, построенном Ардарием, хватит всем, все же я часть их семьи. Но мне усидеть на месте было сложно, мою душу звала дорога, и я позволила себе пойти следом за мечтой.

За весну и лето, пока я странствовала, обретая новый опыт, безумно соскучилась и по сестре, и по Ардарию, который в ней души не чаял и едва ли не на руках носил, и очень хотела хотя бы немного погостить у них, повидаться, а потом… снова отправлюсь искать свой путь. В том, что он есть, я не сомневалась. Однажды и я обрету свое счастье, пусть это с моим даром да характером будет ой как не просто! Но я не из тех, кто боится трудностей.

За этими мыслями и воспоминаниями я почти не заметила, как стемнело. Скинув дорожную сумку и устроив ее под деревом, отправилась к ручью умываться и набирать в котелок воды, чтобы заварить чай. Подобному отношению магический артефакт был не особо рад, но я не видела смысла приобретать два котелка в дорогу, используя один для зельеварения, а другой – для приготовления еды.

Едва я собралась зачерпнуть воды, как в ближайших кустах раздался стон. От неожиданности я вздрогнула, в руке почти мгновенно вспыхнул боевой магический шар. Защитные и атакующие заклинания я отрабатывала постоянно, не давая себе поблажек, всегда готовая к нападению. Но больше никаких звуков из кустов не доносилось, и, постояв с минуту, раздумывая над тем, что я не почувствовала кого-то рядом, – это я-то, со своим ведьминским чутьем, – осторожно пробралась к источнику шума.

Мальчишка лет четырнадцати со светло-русой короткой косой лежал на боку. Я разглядела расцарапанную щеку, глаза у него были закрыты. Кажется, он потерял сознание. Одет незнакомец оказался в синюю тунику, черные штаны и легкие сапожки на шнуровке.

Я усилила вокруг себя защитный кокон, понимая, что, возможно, это ловушка, и лишь потом присела рядом.

– Эй, ты живой?

Прикасаться к нему я опасалась, но мальчишка не отвечал, сколько я ни звала. Подумав, сходила к роднику, набрала немного ледяной воды и плеснула ему на лицо. Он глухо застонал, открыл дивного цвета – точь-в-точь расплавленное серебро – глаза и уставился на меня.

– Где я? И кто ты? – хрипло застонал, даже не пытаясь подняться.

– В лесу, в дне езды от Марлана. Меня Эриса зовут.

– Итар, – представился он.

– Ранен? – хмуро уточнила я, только сейчас замечая, что у мальчишки плечо в крови, а ладони сильно разодраны.

– Кажется, с ногой что-то не то, – прохрипел он, не замечая никаких других увечий.

Я подобралась еще ближе и осторожно осмотрела его ноги, с разрешения Итара ощупала их.

– Перелома точно нет, но вывих, сдается, имеется.

Пока он осмысливал новость, я ухватилась за его конечность и вправила кость. Итар взвыл и потерял сознание. Снова плеснула на него воды, но в этот раз в себя он не пришел. И что теперь делать?

Вздохнув, перетащила сюда свои вещи, разожгла костер и поставила котелок, чтобы вскипятить воду. Взволнованная метла летала рядом, рассыпала искры и щелкала прутиками, периодически мешаясь, пока я искала нужные травы и эликсиры в походной сумке. Но напоить Итара укрепляющим зельем у меня не вышло. Он так и не пришел в себя, несмотря на все мои усилия, поэтому пока я промыла рану на плече, царапины на руках и щеке, а потом перевернула его на живот и охнула. Туника на спине оказалась разодрана, а вдоль лопаток тянулось два то ли пореза, то ли ожога.

Какой-то ритуал? Или все же Итара так странно ранили? Я никогда не встречалась ни с чем подобным. И так как тьмы в мальчишке не почувствовала, подумала, что он мог попасть в беду и угодить в руки колдуну, не гнушавшемуся использовать черную магию. Впрочем, это всего лишь предположения, рассказать правду может лишь Итар.

Я осторожно промыла раны, уложила его поудобнее, собрала вещи в сумку и выпила кружку чая. Уже начала думать, что делать с ним дальше, когда мальчишка открыл глаза.

Молча подошла, прижала к его губам пиалу с отваром, который уже успел приготовиться.

– Что это?

– Обезболивающее, восстанавливающее и заживляющее, – ответила я.

– Ты что, целительница?

– Ведьма, – отозвалась я, решив не скрывать правду.

Все равно же метлу не спрячешь, да и моя сила говорит за себя.

Итар поперхнулся, странно покосился на меня, но выпил все до дна. Обрадовавшись его сговорчивости, заставила взять и укрепляющее зелье. На вкус оно горькое и противное, но сил добавит и защиту, пусть по каплям и не сразу, восстановит. Итар морщился, но спорить не пытался и искренне поблагодарил за помощь. Дышал он все еще тяжело, казался бледным, глаза лихорадочно блестели. Хм…

– Нельзя нам здесь оставаться, – заявил неожиданно.

– До Марлана далеко все же, лучше туда завтра отправиться. Ты не бойся, я не первый раз ночую в лесу, – заверила его.

– Лес проклят, – тихо ответил Итар и снова потерял сознание.

Нет, ну просто замечательно!

– Как проклят? Кем? Чем? – всполошилась я, начиная его трясти. – Да ежкина мышь!

Что вот я должна теперь делать? Я, конечно, разбираюсь в проклятьях, но остаться ночью в лесу, где творится непонятно что… Я смелая, но не безрассудная.

Попробовала снова привести в чувство Итара, но он так и не открыл глаза, а ночь почти полностью вошла в свои права. И, что было особенно подозрительно, в лесу стало абсолютно тихо. Не раздавалось в глубине уханье совы, не бегал в ветках ветер, завывая на все лады песни, не слышалось шагов ночного зверья, которое выходит на охоту. Лес не должен быть таким.

Ох, плохи дела!

Так, главное сейчас – успокоиться и решить, как действовать дальше. Конечно, можно накинуть побольше защитных заклинаний и попытаться продержаться до утра, но… знать бы, с чем имеешь дело. Проклятья ведь разные… От некоторых лес истончается, осыпается пеплом, от других – дичает нечисть и ставит ловушки, загоняя в них жертв, от третьих… Да на самом деле может быть что угодно! Выстою ли я одна? А если еще и напавший на Итара пойдет по его следу? Расспросить мальчишку о случившемся я ведь не успела.

Прикусила губу, подбросила в костер сухую ветку, вглядываясь в беспросветное небо над головой. Тучи скрыли редкие, но такие желанные звезды, сгустились, и ощущение опасности в разы усилилось.

Ну уж нет! Рисковать ни собой, ни Итаром я не собиралась. О том, чтобы оставить его в лесу, не возникало и мысли, неспособна я бросить того, кто попал в беду. А Итар попал. Однозначно. И кто его так ранил, и как он оказался один в лесу, и чем это грозит ему дальше – пока непонятно, но предчувствия меня обманывали редко.

Значит, в моем случае остается один-единственный выход – найти жилье, укрыться в нем до рассвета, отдохнуть… Заклинание поиска, конечно, заберет большую часть моей магии, восстановится она не сразу, но оставаться в этом по-ненормальному тихом лесу, который опутало проклятье, нельзя.

Я выпустила силу и принялась плести заклинание. Трудоемкое, требующее определенного мастерства… Сосредоточилась именно на нужных словах, не желая поддаваться панике. Наконец отпустила нити и прикрыла глаза. Магия коснулась леса, пролетела серебряной птицей и четко указала место, где находилось ближайшее ко мне человеческое жилье. Если я правильно прикидываю расстояние, то лететь до него примерно с час или чуть больше. Одна бы добралась быстрее, но вес метлы увеличится, когда на ней окажется и Итар.

Мешкать не стала, не нравилась мне в лесу тишина, а мысль о проклятье не покидала и вовсе. Еще и небо окончательно заволокло тучами, а значит, вот-вот хлынет ливень, надо торопиться. Я быстро прикрепила к метле сумку и котелок, осторожно затащила и на всякий случай привязала к черенку веревкой Итара. Метла выдержала наш вес, поднялась над деревьями и пусть медленно, но полетела. Я могла бы увеличить скорость, но боялась навредить Итару. Что-то с мальчишкой явно было не так, но разобраться с этим я пока не успела.

Через полчаса небо прорезала первая хвостатая молния. Располосовала его на части, исчезла. Громовые раскаты же только набирали силу. Будто там, за облаками, сидел невидимка и настраивал своеобразный оркестр, время от времени швыряя вниз молнии. Вскоре хлынул дождь.

Мое заклинание, защищающее от ветра и воды, вспыхнуло и исчезло, чего раньше никогда не случалось. Сдается, чары проклятья, наложенного на лес, оказались сильнее. Придется мокнуть и дрожать от пронизывающего ветра. Использовать магию во время грозы решится разве что сумасшедший, сбоит она невероятно сильно, даже самое простое заклинание меняется.

Стараясь не стучать зубами от холода и безуспешно пытаясь хоть как-то согреться и укрыться плащом, я частенько смотрела на Итара, проверяла его пульс и дыхание, а потом снова уверенно и неизменно двигалась к цели.

На какое-то время молнии исчезли, гром немного затих, и сквозь завесу дождя я попыталась рассмотреть впереди хоть что-то, но, кроме леса, ничего не виднелось. Он темной громадой, напоминающей бездонную пропасть, лежал внизу, вполне достойно принимая на себя удары непогоды.

Я почти достигла цели, хотя никакого жилья впереди не видела. Неужели моя магия все же дала сбой? И что теперь делать? Итар ранен, я почти без силы, валюсь с ног от усталости… В это мгновение сверкнула молния, снова разрывая небеса, и в косматых тучах высветила шпили явно старинного замка. Ведь только у них и имелись такие мощные каменные стены и узкие бойницы. Подобные замки строились, чтобы можно было надежно спрятаться от врагов и спокойно стрелять из луков через окна и проемы в стенах.

Замок был мрачен, нелюдим, зарос диким плющом. Он возвышался устрашающей громадой над рекой, через которую наверняка перекидывался мост, сейчас поднятый теми, кто жил в замке. В сиянии молнии я успела рассмотреть несколько окон, где горел свет.

Выбора у меня не было, и как ни опасалась я, что попаду из огня да в полымя, – например, встречусь с тем, кто напал на Итара, – в лесу под проклятьем оставаться все же страшнее. Я уверенно направила метлу в замковый двор. Вспыхнула серебристыми искрами защита, пропуская нас. За пеленой дождя было почти не рассмотреть темнеющий сад, да я и не пыталась, и обрадовалась, едва метла опустилась перед входом на кухню, где горел свет. Дверь тут же распахнулась, на пороге появилась дородная женщина средних лет. Светлые волосы, спрятанные под чепцом, пронзительные зеленые глаза, в которых прятались тревога пополам с удивлением, чуть полноватые губы… Одета она была в строгое серое платье и накрахмаленный белоснежный фартук. И судя по тому, что от нее пахло ванилью и корицей, женщина работала в замке кухаркой.

– Здравствуйте! – проявила я вежливость. – Помогите мне, я в лесу нашла раненого…

Но договорить не успела, потому что незнакомка рассмотрела мальчишку, привязанного к метле, охнула.

– Итар! – заволновалась женщина, всплеснув руками.

Значит, он здесь живет? Впрочем, иначе бы нас защита замка не пропустила. Логично… И как я сразу об этом не подумала?

– Мальчик мой, как же так! Дин, помоги нам! – тут же позвала она кого-то.

На ее зов из кухни выскочил средних лет мужчина, одетый в темный свитер и ношеные брюки. Короткие каштановые волосы торчали ежиком, а черные глаза цепко смотрели на меня.

– Ведьму в дом не пущу, – заявил, бережно отвязывая Итара и снимая его с метлы.

Как так? Я что теперь, ночевать на улице должна? От удивления я даже открыла рот.

– Пусти, – вдруг простонал Итар, приходя в себя. – Она мне жизнь спасла.

И снова потерял сознание. Ну просто прекрасно!

Я покосилась на нахмурившегося Дина, потом на кухарку.

– Господин Рион, Тира, ведьм на дух не переносит. Его приказ был ясен: ведьмам в замок ходу нет, – припечатал он.

– А приказ господина Итара, значит, не имеет веса? – возразила женщина, придерживая дверь и помогая Дину внести мальчишку внутрь.

Хм…

– Я сказал «не пущу» – значит, не пущу, – припечатал Дин, захлопывая перед моим носом дверь, за которой тут же послышалась ругань.

А я, ошарашенная подобным приемом, осталась мокнуть под дождем. Делай, называется, добрые дела.

На злость сил уже не было. О том, чтобы стучаться и просить, чтобы пустили внутрь, и речи не шло. Надеяться, что повариха ослушается приказа мужчины, не приходилось. А выламывать дверь и устраивать разборки… какой в этом смысл? Я – пусть и ведьма, особа, по слухам, что гуляют в Натардарском королевстве, мстительная – как раз-таки мстить не собиралась. Значит… либо ночую прямо во дворе замка, всю ночь дрожа от холода, либо возвращаюсь в проклятый лес. Постояла, кутаясь в насквозь промокший плащ, а потом решила поискать какой-то навес или сарай, чтобы спрятаться от непогоды. Я развернулась и удивленно замерла.

Молния в этот момент прорезала небеса, осветила с дюжину воинов, которые вели к конюшне уставших лошадей. Надо же, из-за грома и стука дождя я не услышала, как они пришли. Да и мост, сдается, опустился совсем бесшумно. А может, я просто настолько ушла в свои мысли, что вовсе не обратила внимания на то, что творилось вокруг.

Один из воинов заметил меня, решительно направился в мою сторону. Высокий, мощный, с туго заплетенной темной косой чуть ниже плеч. Одет в серую дорожную одежду и плащ, в высокие кожаные сапоги на шнуровке, которые обычно носят южане. В свете очередной молнии я успела разглядеть его лицо с чуть грубоватыми и резкими чертами и невероятно глубокого, стального цвета глаза. Да и сам мужчина напоминал резкий и острый клинок.

Дверь на кухню второй раз распахнулась, из нее выскочил Дин.

– Господин Рион, Итар ранен…

Мужчина рванул внутрь, и я с сожалением посмотрела ему вслед. Даже не успела поздороваться, не то что попросить у него разрешения переночевать хотя бы на территории замка. Впрочем, такой бы и не позволил… Я уже знала, что хозяин замка, а это явно был он, ведьм на дух не переносит. Даже с мечтой найти навес или сарайчик пришлось распрощаться.

Пытаясь не разрыдаться от накатившей вдруг горечи и отчаяния, я устало подхватила метлу и пошла к пока что распахнутым воротам замка.

На меня никто не обратил внимания, слишком мужчины, явно вернувшиеся из похода, оказались заняты лошадьми. Слабо сверкнула защита замка, выпуская меня, и я прошла по опущенному мосту.

Почему-то никогда мне еще не было так больно и обидно, как сейчас, когда меня, беззащитную и уставшую, выгнали на улицу посреди ночи. Метла слабо трепыхалась в руках, когда я ступила в непроглядную темень леса. Прошла с десяток шагов, чувствуя, что ноги наливаются свинцом, как неожиданно кто-то положил руку на мое плечо. Я не думала, развернулась и замахнулась кулаком, от которого весьма ловко увернулся хозяин мрачноватого замка.

Сверкнула очередная молния, освещая нас. Рион к чему-то прислушался, а потом, не давая мне опомниться, подхватил, перекинул через свое плечо и со всех ног, быстрее ветра, рванул в сторону замка. Я не успела даже вскрикнуть, как по лесу пошел сильный треск, будто через него двигалось какое-то огромное существо, и ужас мгновенно парализовал меня. Потрепанная метла с прикрепленными вещами летела следом за нами, не отставая.

Наконец мы оказались во дворе замка. Поднялся мост, на тяжелые засовы закрылись ворота, вспыхнула серебром защита. Я ошарашенно осознавала произошедшее, когда Рион уже дошел до кухни, коснулся плечом двери и нырнул вместе с закинутой мной на плечо в тепло. Метла, бренча котелком, предсказуемо последовала за нами.

– Ведьма она, господин Рион, неужели не слышали меня? – раздался возмущенный голос Дина.

– Слышал. Что-то еще? – послышался спокойный ответ мужчины, который самым варварским способом нес меня через кухню на своем плече куда-то в глубь замка, а я, наверное, сошла с ума, раз ему подобное позволила. И себе.

Но от силы, исходящей от мужчины, было спокойно. Это там, за стеной его пусть и мрачного, но надежного замка, пряталось темное проклятье, а здесь… уверенные руки, державшие меня… сильные плечи, будто сотворенные из камня… невероятное ощущение защиты и тепла, разливавшееся внутри… Мы дошли до невозможного быстро, и я осознала, что даже не обратила внимания на обстановку замка и не запомнила путь.

Рион толкнул свободной рукой дверь, вошел в спальню с зажженным камином, отсветы огня которого падали на стены и добротную мебель из темного дерева. Вишневого цвета шторы были плотно задернуты, а вот балдахин на кровати того же цвета – приподнят.

Меня наконец поставили на ноги, тут же вздернули подбородок и посмотрели в глаза. Его взгляд, пронзительный и уверенный, перевернул всю мою душу, буквально вытряс ее, обжег так, что мне, замерзшей от дождя и ветра, стало мгновенно жарко. Это странное пламя выбивало из груди воздух, не давая нормально вдохнуть, почти лишало воли.

– Я искренне прошу прощения за то, насколько негостеприимен оказался мой замок, – тихо сказал он, заговорив первым.

Я сглотнула ком горечи, кивнула, принимая извинения, но Рион почувствовал мои эмоции, скрывать их я так и не научилась, и в его глазах мелькнула тревога.

– Дин знает меня с детства, до сих пор опекает и старается по возможности уберечь от беды.

– Почему если ведьма, то сразу беда? – возмутилась я.

Рион чуть удивленно приподнял брови, словно по-другому и быть не могло.

– Приказ не пускать в замок ведьм отдали вы, – уверенно заявила я. – За что вы нас так ненавидите, лорд Рион?

Он чуть сощурился, и я почувствовала, как напряглись его пальцы, все еще удерживающие мой подбородок.

– Наверное, потому, что моя мать была одной из вас и разбила сердце отцу, – неожиданно спокойно ответил хозяин замка, хотя, признаться, я ждала, что мой вопрос Рион проигнорирует. – Она ушла к другому мужчине и бросила нас с братом, когда Итару не было и года. Он ее почти не помнит.

– А вам…

– Мне было десять, Эриса, – спокойно ответил Рион, давая понять, что уже успел поговорить с братом, поэтому знает мое имя и как мы с Итаром познакомились. – И ведьм я действительно недолюбливаю, потому что в каждой из вас вижу погибель.

– Мы все разные! – вспыхнула я.

– Уже вижу, – глухо ответил Рион и как-то чересчур ласково погладил меня по щеке, окончательно отпуская.

Это вот что сейчас было? Почему незнакомый мужчина позволил себе подобную откровенность? Да еще и с ведьмой! Нет, я решительно схожу с ума.

– И, предугадывая ваш следующий вопрос, скажу: нет, я бы не оставил вас беззащитную ночью в лесу.

Я выдохнула. Злиться на ситуацию пока не перестала, но, с другой стороны, Рион бросился за мной, дал в эту жуткую грозовую ночь кров.

– Дин…

– Один из немногих, кому я могу доверять, Эриса. Его сложно осуждать за то, что он выполнял мой приказ, – заметил Рион, не сводя с меня глаз и словно ожидая какого-то подвоха.

Я промолчала, никак не комментируя его слова.

– Как я могу отблагодарить вас за то, что спасли моего младшего брата? – поинтересовался он спустя несколько мгновений. – Золото? Или драгоценные камни? Может, редкие ингредиенты для зелий? Вы, ведьмы, их цените…

Я сделала шаг назад и, полыхая с трудом сдерживаемой яростью, ответила:

– Не все можно купить, лорд Рион. Неужели вы думаете, будто я помогала Итару с целью получить что-то взамен? Вы за кого меня принимаете?

Он нахмурился. Ответ «За ведьму» так и просился с его губ, но хозяин замка сдержался. А я… злилась, хотя объяснения этому разрушающему чувству не находила. Раньше ведь спокойно брала плату за работу, но Итар… Разве, спасая его жизнь, я думала о награде? И ощущение, что своим предложением Рион меня обижает, не проходило.