Волк для ведьмы

– Несколько девушек, получивших метку, завидев волка, падали в обморок, – пояснил он и немного поморщился. – И потом, когда мы оборачивались, история повторялась.

Хм… Собственно, а чего они ждали, если девушки отправлялись через мост в лес, ожидая смерти?

– Поэтому теперь мы решили, что оборачиваемся сразу же, при первой возможности, – добавил Назар, открыто улыбаясь. – Два обморока нам ни к чему.

Волки, весело о чем-то переговариваясь и то и дело бросая на нас с Глебом любопытные взгляды, начали оборачиваться.

Какие же они все-таки огромные и… разноцветные, моими стараниями. Даже при обороте эффект зелья не исчез. Похоже, придется перепроверять придуманный заговор, закреплявший на последнем этапе снадобье и делавший его именно зельем. Что-то я в нем явно перемудрила, раз такой эффект. Или это просто магия так подействовала на оборотней?

Поймала взгляд Глеба, но решила пока обойтись без вопросов.

– Дана, я сейчас обернусь. Забирайся на меня и держись покрепче.

Как же неприлично это звучало, кто бы знал!

– Путь до поселения неблизкий, да и после разрыва…

Здесь еще опасно, я помнила.

Кивнула и во все глаза уставилась на Глеба.

Глеб Волков

После состязаний в крови буквально бурлило предвкушение предстоящей встречи. Оно возникало всегда, когда мы с другими волками отправлялись на поиск. Метка, которую оставляли оборотни для девушки, активировалась с прикосновением к коже, а едва избранница ступала на территорию волков, создавала множество заколдованных троп. Дело за малым – найти.

Я отправлялся в лес не первый раз, часто находил девушку, отправленную к нам по договору, раньше остальных. Но ничего во мне не отзывалось, и я предпочитал отступить в сторону. Я, как когда-то и отец, действительно надеялся встретить свою пару.

На перекрестке волки привычно замерли, принюхиваясь и прислушиваясь. Лес вовсе не был тих, наполнен звуками и голосами, и прямо отсюда учуять девушку, ступившую на тропу, невозможно. Но вот если бы ей вдруг грозила какая-то опасность… тогда да, мы бы об этом сразу же узнали. Прорывы в последнее время случались пусть и не часто, но рисковать мы не хотели.

Я выбрал направление, рыкнул остальным, желая удачи, и исчез среди деревьев. Волков вскоре стало не слышно, и я, доверившись интуиции, направился через лес. Несколько раз останавливался, но меня неизменно тянуло в одну и ту же сторону. А спустя некоторое время какая-то неизвестная сила едва ли не потащила через лес.

Я не знал, что и думать. Сопротивляться непонятной магии? Или довериться ей? Подобное со мной случилось впервые, но страха я не ощущал, скорее наоборот, предвкушал и надеялась на невозможное чудо.

Ветер принес аромат спелых лесных ягод, хвои и… человека. Когда я понял, что нашел девушку, на мгновение замер, а после решительно обернулся.

И даже не сразу понял, что не так. Запах был до невозможного знаком. Именно его я сегодня утром почувствовал в деревне, когда относил старосте Закрылья волчью метку. И на мгновение этот аромат буквально вышиб из легких весь воздух, наполнил меня. Я вдохнул глубже, наслаждаясь. Похоже, именно он-то и вел меня через весь лес, манил за собой, обещая что-то запредельное.

На миг снова захотелось обернуться волком, почувствовать его острее, распробовать все оттенки. Я будто оказался под странным хмелем, даже забыл, зачем бежал по лесу, мечтая лишь найти обладательницу чудесного запаха.

Тряхнул головой, прижался кулаками к стволу дерева, усмиряя непонятные инстинкты. Конечно, случалось, что для волка какой-то аромат был очень притягательным, я слышал о таком, просто сам ни разу не сталкивался. Обоняние в нас очень сильно, мы часто ориентируемся на запахи, по ним спокойно различаем эмоции человека или оборотня. Но что это бывает вот так внезапно и так ярко…

Вкус спелой земляники на солнце, хвои, чего-то нежного, светлого, запредельно желанного…

Мне потребовалось больше времени, чем рассчитывал, чтобы прийти в себя и с трудом собрать разбегающиеся мысли. Девушка совсем близко, думать сейчас нужно только об этой встрече.

Я уже привык к запаху, перестал реагировать на него так остро, как в первые мгновения, снова контролировал себя.

Но мне вдруг вспомнилась та фигурка на противоположном берегу, что я видел сегодня днем. И я внезапно понял, что не замечал очевидного. Та девушка, которая скрывалась среди деревьев, вглядываясь в туман, и есть обладательница этого невероятного запаха, от которого я схожу с ума. И она сейчас в лесу. С волчьей меткой на руке.

Может, это судьба? Не бывает же таких совпадений!

Вдох – и я вышел из кустов орешника, бесшумно ступая и подходя к елям. Они практически заслонили собой старую, заброшенную тропу. Странно… Девушка из деревни заблудилась? Для нее же магия однозначно создала ровный и прямой путь! Или она ни с того ни с сего выбрала другое направление?

Хм…

Незнакомка была уже близко. Так отчаянно близко, что я отчего-то заволновался и ощутил… робость. Тряхнул головой. Что со мной происходит? Словно кто-то наложил чары. Но ведь никакой магии, кроме той, которую создает артефакт с волчьей меткой, в лесу нет.

Я осторожно вышел из-за деревьев, стараясь производить побольше шума, чтоб дать ей знать о своем присутствии. Конечно, сейчас она испугается, бросится через лес, и придется догонять, других вариантов здесь нет, но попытаться избежать подобной развязки событий все равно стоит.

Я ступил на тропу и столкнулся с незнакомкой взглядом. Глаза чистые, голубые, как бирюза. Я и не подозревал, что существует такой оттенок. И что-то неизвестное мне таится в их глубине, сверкает искрами.

Этот взгляд был словно удар под дых и обжег до самой глубины. Я еще не осознал, что он для меня значит. Рассматривал хрупкую, стройную фигуру девушки, кутавшейся в серый плащ, ее рыжие, почти огненные густые волосы, заплетенные в косу. Кожа у незнакомки оказалась нежной, светлой, без веснушек и загара. Чуть полноватые губы и вздернутый нос придавали беззащитности и очарования.

И вся она уже внешне абсолютно непохожая на всех, кто приходил до нее.

Я уж не говорю про запах, который стал ярче и насыщеннее.

Вдохнул, снова пьянея.

Наваждение какое-то!

Я заметил в одной ее руке нож, в другой – какой-то флакон. Она что, решила с нами, волками, драться? Я не знал, как на это реагировать. С подобным сталкиваться еще не приходилось. Эта девчонка, державшаяся настороже, однозначно вызывала все больший интерес.

От очередного ее взгляда меня обдало жаркой волной.

– Что вы делаете в этом лесу? – спросила она.

Ах да, незнакомка же не знает, что существуют оборотни! И что я один из них.

Пока я прикидывал, как бы поделикатнее об этом сообщить, не напугав и не оттолкнув, она рассматривала меня, не особо-то и таясь.

Непроизвольно облизнула губы, явно волнуясь, а внутри меня все полыхнуло. Да что за реакция-то? Хотелось зарычать и стряхнуть с себя это наваждение, но я не посмел.

– Вам нужно как можно быстрее уходить отсюда! Давайте же! Этот лес опасен! Здесь… волки, – шепотом сообщила она, доверчиво смотря на меня.

И вот как ей теперь сказать правду?

– Что же тогда здесь делаете вы? – спросил, не сводя с нее глаз.

– Мне не оставили выбора, – ответила она, и в ее голосе прозвучала горечь. – А вот у вас он есть. Бегите же!

Огонь внутри усилился, перед глазами стало темнеть. Мне отчаянно остро захотелось стиснуть эту девчонку в своих объятьях и защитить от всего мира. Сказать, что не нужно слушать злые сказки, где волки – чудовища. Мы вовсе не такие.

Тряхнул головой, прогоняя непрошеные мысли, прикрыл глаза, чтобы прийти в себя. И вдруг осознал, что во время этой встречи забыл обо всем на свете. Осталась только эта огненная девчонка. И впервые просмотрел опасность, не почувствовал тьму…

– Волки! – выпалила девчонка, осознав беду.

Она подскочила ко мне, схватила за руку и потянула в сторону тропы.

– Быстрее! Вы сможете спастись! По этой тропе до конца и прямо, никуда не сворачивая. Там впереди мост, деревня… Ну же!

Меня еще никто так настойчиво не пытался спасти.

Она… странная? Или, скорее… необыкновенная. Решительная, отчаянно смелая и… желанная для меня. Это признание вдруг ударило наотмашь.

И теперь безумно сильно хотелось коснуться пальцами ее щеки, огладить каждую черту лица. И вылизать, ощущая языком все оттенки ее запаха. Я сумасшедший. Стал таким, после встречи с ней.

Но сейчас было не до выяснения происходящего, тьма подступала. И мне нужно было действовать.

– Лезь на дерево, – велел я. – Живо!

Она подчинилась, взобралась на ветку, и я с трудом справился с искушением ей помочь.

Внутри все вибрировало, инстинкты обострились, чуя врага, а желание защитить незнакомку любой ценой не оставило и шанса страху.

Но я точно знал, что справлюсь. Иначе теперь просто не может быть.

Небо наполнилось чернотой, из открывшегося провала прорвались твари. Оскаленные жуткие морды, которые наверняка напугали девчонку больше волков. Она сидела на ветке, еле живая от страха. Я чувствовал это по ее запаху.

Бой получился жестким, быстрым и решительным. Я атаковал и отбивался, используя меч и возможность перемещаться быстрее, чем обычный человек. Эти способности у меня волчьи, но девчонка об этом, разумеется, не знала. Она все еще даже не подозревала, кто я, и как бы мне ни хотелось обернуться, чтобы справиться с монстрами, я давил в себе этот порыв. Реально ведь испугается, а разбираться с тварями из бездны и при этом гнаться за ней по лесу, где она сейчас точно подвергнется опасности, немыслимо.

Кто бы мне объяснил, почему во время боя я думаю именно об этом?

Я старательно сосредоточился на цели и, когда все монстры погибли, дал девчонке несколько минут, чтобы пришла в себя.

Молчит. Ни единого крика не издала за время битвы, и сейчас ее страх и волнение выдает лишь бешено бьющееся сердце.

Что вообще следует говорить в таких случаях? Как успокаивать? В подобном я не преуспел ни разу, но и молчать не мог.

На мой вопрос она не ответила, и я встревожился. Спросил снова и, услышав от нее «нормально», озадачился.

Это для меня привычно воевать с монстрами, которые появляются из прорывов, она-то их раньше и в глаза не видела. В той части леса, где девчонка жила, их просто не было. Мы, волки, об этом позаботились.

Но эта ее реакция меня напрягла. Я наблюдал, как она спускается, готовый в любой момент броситься на помощь. Когда нога незнакомки соскользнула, подхватил и поставил на землю.

Один ее взгляд… и снова рушится мир. Огонь бушует внутри, требует выплеснуться, и я буквально сгораю от желания вжать ее в ствол дерева, с которого она только что спустилась, и поцеловать.

Девчонка сделала шаг назад, поблагодарила, и я вновь с трудом сдержал рык.

Надо поинтересоваться у отца, реально ли вообще приворожить волка, начисто лишить воли и привязать к себе одним взглядом. Ну и запахом, разумеется. Звучит бредово, но именно так я себя чувствовал. Завороженным.

– Ты ранен!

В голосе девушки звучала тревога, и я мельком посмотрел на рану на плече. Обернусь – и все пройдет, у волков быстрая регенерация. Главное, чтобы девчонка не ударилась в панику. Поспешил ее успокоить, пытаясь разобраться, что она чувствует после того, как увидела мою схватку с монстрами, но вместо этого незнакомка возмутилась и велела сесть на поваленное дерево.

Не понимая зачем, я послушался, наблюдая за ней. Какая же она хрупкая, маленькая… и в моих руках чувствовалась пушинкой. Аромат, исходивший от нее, по-прежнему был тонким и ярким. Нереально вкусным. Ее вовсе не хотелось съесть, как какую-то добычу, а вот облизать с ног до головы…

Твою ж… поганую пропасть! Что вот я так на ней зациклился-то?

Тем временем она достала из сумки фляжку с водой, чистый лоскут, какой-то флакон. Я даже не сразу осознал, что она собирается промывать рану. Теперь каждое ее осторожное и бережное прикосновение ударяло в меня молниями, и я с трудом сдерживал оборот. Старательно пытался не смотреть на нее и… все равно не мог отвести глаз.

Я сошел с ума. Никак иначе это ненормальное притяжение к девчонке объяснить просто нельзя.

Она стояла сейчас так близко, что можно было обхватить ее за тонкую талию и… вот что дальше?

До нее, такой доверчивой, и дотронуться-то страшно, а уж сказать, что я тот самый волк, которого она боится… Как ей вообще теперь сознаться, что я оборотень?

Сбежит ведь… Вернее, попытается.

У меня имелось столько возможностей, но все они упущены, а жестокая для нее правда так и не прозвучала.

Вдохнул поглубже, и очередное ее мимолетное касание обдало мощной волной пламени. Это было хуже первого болезненного оборота и в то же время непередаваемо желанно.

И я вдруг понял то, что давно почувствовал, буквально с первых мгновений, но не узнал.

Я встретил свою пару. Ее-то, эту отчаянно смелую, решительную, заботливую и ненормально прекрасную, я и ждал все эти годы, так жадно ища среди множества других лиц.

Непохожую на них. Самую светлую и нежную.

Единственную.

Это настолько ошеломило меня, что я не заметил, как она залечила мое плечо.

– Больше нигде не ранен?

– Нет.

Если не считать сердца и души.

Ее рука коснулась моего лба. Моя девчонка, не зная, что я уже ее не отпущу, беспокоилась обо мне. И боялась даже тогда, перед появлением тварей, не за себя, а за едва знакомого мужчину. За меня. От этого в горле встал ком.

И сейчас я больше всего на свете боялся ее испугать. Любым движением, словом, взглядом. Понимал, что она никуда не исчезнет, но все равно боялся.

Никогда не думал, что способен испытывать такие яркие эмоции по отношению к человеку.

Буду действовать осторожно, начну с простого, узнаю ее имя и представлюсь сам.

Она выглядела немного растерянно, поблагодарила за помощь.

Мое время утекало, остальные волки совсем близко.

Надо решиться и сказать ей правду. Но я затерялся в ее взгляде и упустил отпущенные нам мгновения.

Когда из-за кустов появился Назар, один из моих младших братьев, Дана вдруг решительно встала между мной и ним, словно пыталась… защитить. Твою же, бездна! Это уже за гранью добра и зла.

За Назаром осторожно стали появляться другие волки. И я не успел даже среагировать, когда Дана пошла в атаку. В оборотней полетели флаконы с неизвестными зельями, раздалось странное шипение, и я, повинуясь инстинктам, увлек мою пару на землю, закрывая собой от хлопков и последствий заклинаний. Она ведь и понятия не имеет, что оборотни в волчьей ипостаси практически не восприимчивы к магии. И подействуют разве что сильные зелья, но эффект выйдет непредсказуемым.

Едва все стихло, Дана решительно из-под меня выбралась, выхватила нож.

М-да… Надо было все же ей сообщить, кто я, сразу же, едва увидел. Тогда оставался бы шанс, что она не попытается затеять драку. Но подобного я не мог даже предугадать. И теперь, смотря на раскрашенную во все цвета радуги шерсть волков, все больше восхищался Даной. Смелая! Внутри буквально зашкаливало от нежности и желания рассмеяться.

Волки стали оборачиваться, и я стиснул зубы. Сейчас меня даже не интересовало, что они скажут, лишь реакция Даны. Она таращилась на волков, не сводя с них глаз. Назар, видя, что я не отвечаю на шутливые подначки членов стаи, с любопытством посмотрел на меня. Не знаю как, может, по тому, что я с трудом сдерживал оборот и волки это чувствовали, может, по тому, как я не сводил глаз с девчонки, брат первым осознал, кем для меня уже является Дана.

Поняли это мгновенно и другие. Когда ты в стае, скрыть эмоции порой очень сложно, особенно перед родными и друзьями, а сегодня я искал девушку именно в такой компании.

Когда рыкнул Тимур, я резко обернулся, почуяв за спиной опасность. Выхватить меч из ножен уже не успевал, и все, что мне оставалось, – применить частичную трансформацию, выпуская когти. Голова монстра, напавшего на меня, каким-то образом скрывавшегося в лесу с момента выхода из грани, покатилась куда-то за деревья.

И я медленно, очень медленно обернулся, смотря в глаза своей пары. Она не могла не видеть произошедшего. Превращал руку обратно спокойно, но не сводя глаз с молчавшей, побледневшей Даны. Как бы я хотел уметь читать чужие мысли. И сколько бы отдал за то, чтобы узнать, о чем думает моя половинка.

Наконец-таки испугалась? Или нет? Чего мне сейчас ждать от этой необыкновенной девчонки?

Брат и друзья предлагали самые невероятные способы помощи, чтобы разрешить ситуацию, и я рыкнул, когда попытались приблизиться к Дане, не сдержался. Защищать ее теперь в первую очередь мой долг.

Дана молчала. И этим буквально сводила с ума.

– Так, ты в обморок падать собираешься или как? – раздался голос Назара.

Я снова рыкнул и оказался совсем близко к Дане.

– Хватит ее пугать!

– Да кто кого тут пугает! – возмутился Назар. – Мы ее и пальцем не тронули, это она в нас… какими-то непонятными зельями!

Я хмыкнул, вспоминая разноцветную шерсть, и ощутил, как Дана выглядывает из-за моей спины.

Обморок и истерика пока что точно отменялись, и волки наконец-таки выдохнули, но держались настороже.

– Так это вы присылаете метку? – спросила она, и я тут же обернулся.

Раз начала задавать вопросы, все не так плохо.

– Да.

– И зачем вам моя смерть? Это у вас что, такая игра?

Загомонили волки, понимая, что я ничего не успел девчонке рассказать, а я старательно подбирал слова, лишь бы не напугать. Что вообще сделать, чтобы Дана приняла меня и дала шанс?

И, похоже, разговора не избежать. Придется сказать ей хотя бы часть правды, но оставить подробности на потом. Дана не особо поверила, даже мое слово мало что для нее сейчас значило. Растерянная, испуганная, хотя не показывает этого, одна в незнакомом лесу среди волков… Сложно представить, что она чувствует и как себя поведет дальше.

– Хорошо, – ответила она, и я немного расслабился.

Велел остальным оборачиваться. Но разве эти любопытные так сразу успокоятся? Дане опять предложили нюхательные соли, плащ и носилки.

Ее взгляд теперь стал удивленным. Пришлось объяснять, что к чему. А после я сделал то, что должен: дал ей последнюю возможность отказаться от меня и выбрать кого-то другого. Сказал, что обернусь, и предложил забраться на мою спину, так перемещаться по лесу удобнее и быстрее. И если Дана сейчас откажется…

Я не знал, что буду делать дальше.

Но девушка кивнула, смотрела только на меня, не замечая других волков. И теперь я не оставлю ей и шанса выбрать кого-то другого.

Она так желанна для меня, так нужна, что я готов к любым сложностям в наших отношениях, лишь бы никуда ее не отпускать.

Еще не моя… Но точно ей станет.

Когда это волк сдавался?

Я с трудом спрятал улыбку и начал оборачиваться.