Мой сияющий тиран

Он ступил на кровать и лег на девушку, вытянувшись вдоль её тела, яростно прижимая, впечатываясь губами в затылок, крепко хватая тонкие запястья.

Закрыл глаза.

«Ты будешь Златой».

Под ним послышались стоны. Сначала робкие, затем всё громче и сильнее, пока не стали низкими, грудными.

«Я доберусь до тебя».

Кровь в его жилах закипела, обновляясь новой иньской энергией, вытесняя лишнюю янскую. Желания бурлили, не давая покоя.

«Злата. Я заберу у тебя всё, что есть».

Он забирал слишком много, погружаясь в психические пространства девушки под ним. В её бессознательных фантазиях происходили тёмные мистерии. Она сходила с ума, не в силах вынырнуть из этого сумрака.

«Я выпью тебя до дна».

Её эмоции выжигались сладкими страданиями, и она скулила немилосердно, временами переходя в блеяние. Ей открывалось блаженство, и она бесконечно кончала под его яростным телом.

«Из-под земли достану».

Когда Велигор поднялся с кровати, девушка осталась лежать, обессиленная, с глупой улыбкой на лице. Недовольно потирая лицо, он подошёл к окну и распахнул его. Легче не стало. Хотя ей было хорошо, Велигор чувствовал тупую неудовлетворённость. Теперь её можно было вернуть родным.

В мыслях он снова вернулся к тому дню в школе.

Она не подходила ему. Больное сердце говорило о серьёзных нарушениях Ци. Чем он руководствовался, когда решил взять её в таухуа? Он не мог объяснить до сих пор. Она была слишком мала. Ци вызревает к шестнадцати-восемнадцати годам. Брать её раньше не имело смысла.

Он быстро забыл о ней. Но однажды утром увидел её в зверинце. Девчонка забралась на крышу каменного укрытия. Натянула ленту с бубенчиком, украшенным бриллиантами, и дразнила животных. Подманивала звуком, хлестала их по копчику.

Звяк! Звяк!

Они выгибали спины, хищно растопыривая лапы. Под её звонкий смех два лигра носились за бубенчиком, как котята.

Велигор вспомнил это с усмешкой. В той девчонке было столько детской Ци. Растущей, сияющей, неугомонной.

Гостиничное окно выходило на площадь с фонтаном. Среди прохожих ему на миг показалось, что он увидел её лицо.

Как удар под хлыстом. Звяк!

Он весь напрягся.

Даже не лицо, а глаза — только они. Всё остальное было укутано шарфом. Велигор качнулся вперёд, выдвинув голову и подбородок, жадно всматриваясь в энергетический фон площади. Его тело инстинктивно напряглось, словно пытаясь уловить её присутствие среди множества живых токов, струившихся вокруг. Каждый цвет настроения и сила побуждений людей отражались в нём, как в локаторе.

Затаив дыхание, он пропускал эти потоки через себя, фильтруя, надеясь ощутить долгожданный отклик. Он искал ту самую нить, на которую откликнется его собственное естество, указывая на драгоценную связь. На Злату.

Желание и тоска переполняли его, как волна, захлестывая сознание. Его руки невольно сжались в кулаки, а взгляд оставался прикованным к месту, где мелькнули те глаза. Внутри всё кипело от ожидания, от непрекращающегося голода по ней. Он жаждал её, как воздух. Его тело помнило каждую деталь, каждое воспоминание о ней, и это было невыносимо.

Он стоял, напрягшись до предела, в безмолвной надежде, что среди всех этих людей она снова появится. Она, с её дерзкими глазами и вызывающей усмешкой — единственная, кто смогла пробудить в нём такую страсть и тоску.

Встреча с Цюй Гу спустя столько лет оказалась неожиданно приятной. Её умелые руки по-прежнему пользовались популярностью, особенно когда Велигор приезжал в город, что, как выяснилось, происходило довольно часто. Она оставалась одним из наиболее надёжных специалистов, и, несмотря на её связь с моей матерью, никто её не подозревал, даже сам Велигор, который её не видел долгие годы.

Получив документы, подтверждающие мою квалификацию, я решила расспросить её подробнее.

— Не стоит доверять Лее, — сетовала Цюй Гу. — Она стала чрезмерно высокомерной, работать с ней сложно.

— Как она столько лет удерживается на плаву? Может, она слепа? — удивилась я, поражённая тем, что Лея продолжала занимать своё место при дворе, в то время как другие девушки быстро исчерпывали свою Ци в общении с Велигором.

— Говорят, она была у него всего один раз. Больше он её не звал. Может быть, он её любит? — предположила Цюй Гу.

Я недоверчиво посмотрела на неё, вспоминая тот единственный случай. Это казалось маловероятным. Любовь и арктики были несовместимы.

— Возможно, она ему чем-то выгодна, — задумчиво добавила Цюй Гу, но затем её голос стал серьёзнее. — Слушай, не рискуй. Твоё присутствие здесь может привлечь внимание. Эти арктики опасны, и ты знаешь, что Велигор может почувствовать тебя, даже если ты будешь в тени. Не стоит испытывать судьбу.

С тех пор мало что изменилось. Узнать меня могли только Лея и Велигор, и мы выбрали время так, чтобы они оба были заняты на конференции. Моё появление в спа-салоне в роли специалиста не должно было вызвать подозрений. Но предостережение Цюй Гу всё же засело в голове, заставляя задуматься о цене риска.

Если бы я была обычной девушкой, Велигор чувствовал бы моё присутствие каждый раз, когда приезжал в город. Неизвестно, насколько далеко арктики могут сканировать пространство — порой казалось, что они охватывают всю планету. Я усердно практиковала скрытие своего психического фона, делая его неуловимым без моего согласия. Обычные люди могли даже не заметить меня в комнате. Но с арктиком такой трюк не сработал бы.

В назначенный день я вошла через чёрный вход, предъявила документы и пропуск. Пройдя через сканеры, я была несколько раз проверена. Разрешалось пронести лишь халат и пропуск. Досматривающий блондин не спускал с меня своих небесно-голубых глаз, внимательно изучая каждую черту лица. Он, вероятно, пытался прочитать мои мысли и уловить настроение, но побуждения оставались скрытыми.

— Как вас такую пропустили? — спросил он с лёгкой улыбкой, облизнув губы. — Вы производите впечатление человека, который явно не должен оставаться незамеченным.

Я сделала вид, как приятно его внимание, но внутри всё напряглось. Он казался более настойчивым, чем другие.

— Пожалуйста, подождите, — он протянул руку, пытаясь меня удержать. — Может, вы расскажете, что привело вас сюда? Я уверен, у вас есть интересная история.

Я колебалась. Его настойчивость смотрелась неожиданной, и мне нужно было действовать быстро и решительно. Внутри всё кипело от напряжения, но я не могла позволить себе потерять контроль.

— Извините, но я действительно спешу, — ответила я, попыталась обойти его, сохраняя уверенность в голосе.

Он отклонился, но не убирал руки, словно ещё надеялся остановить меня. Я почувствовала, как его энергия пыталась проникнуть в мой защитный барьер, но я удержала концентрацию, не позволяя себе отвлечься.

— Может быть, в другой раз, — добавила я с лёгкой улыбкой, наконец проходя мимо него.

Внутри меня разгорелась смесь облегчения и тревоги. Я знала, что привлекла его внимание, и это было опасно. Я окрасила эмоциональный фон розовым оттенком, думая о мягких игрушках. Пусть читает бред в моей голове. Он был сильным арктиком, хотя и занимался незначительной работой. Я могла бы узнать больше, прикоснувшись к нему, но тогда и он почувствовал бы меня, а это было бы нежелательно.

На бейдже значилось имя «Ниршан Линь». Он нехотя пропустил, провожая любопытным взглядом, пока я надевала халат и брала пропуск. Обычно арктики не проявляют столь бурной реакции на моё присутствие, но сегодня я сама была на грани, и удерживать контроль над своим фоном, обманывая бессмертного, невероятно сложно. У этих хищников всё непросто: зайти в клетку трудно, а выбраться ещё сложнее.

— Что это? — его взгляд упал на крошечный уголок бумаги, выглядывающий из файла с пропуском. Как он вообще туда попал?

Я на мгновение стиснула пересохшие губы, наблюдая, как мужчина вертит пропуск, пытаясь открыть его большими пальцами, но он лишь скользил в руках.

Внутри всё рухнуло. Если он сейчас заметит этот клочок, всё будет потеряно. Ни билетов, ни документов, ни свободы.

Медленно я коснулась его запястья и проникновенно заглянула в глаза, сливаясь с чужеродной Ци. На мгновение поток его жизненной силы хлынул по моим меридианам, ударяя по всем центрам мощным Ян. В его взгляде мелькнуло секундное замешательство. Я проскользнула глубже в его подсознание.

— Здесь нет никакой бумажки. Только пропуск, — прошептала я едва слышно, зная, что миную его критическое мышление. Барьер у него был внушительный.

Ци внутри арктика текла крайне упорядоченно, пульсируя жёстким ритмом. Чтобы выровнять такт, требовалась иньская энергия, смягчение, которое бы сбалансировало и гармонизировало его ритм.

Я отпустила его запястье, поражённая тем, как легко всё удалось.

Раньше я воспринимала арктиков как нечто нерушимо опасное, что вызывало выученную беспомощность — подчинись или беги. Но теперь приятное чувство власти окутало меня изнутри, убивая давным-давно укоренившийся страх. Я сильнее их. Зря не верила мастерам.

Я прошла мимо него, забрав пропуск, пока он моргал, осмысливая происходящее.

В спа-салоне меня ждали девушки. Первая группа на сегодня: десять утончённых, ухоженных красавиц. Россана сидела в кресле, уставившись в одну точку, взгляд был специфическим и до боли знакомым.

— Ты, — указала я на неё. — Идём за мной, — велела я, не обращая внимания на возмущённый шёпот о грубости прислуги.

Настроение было приподнятым, словно я только что сдвинула гору с места. Девушка послушно разделась и легла. Я вынула клочок с инструкцией и положила перед её расфокусированным взглядом. Она не отреагировала.

— Россана, ты меня слышишь?

Девушка молчала. Я шумно вздохнула, выдыхая воздух из лёгких. Передо мной лежал практически труп. Если бы я её не знала, это бы не имело значения. Но так?

— Чёрт тебя дери, — пробормотала я, начиная работать руками по её роскошной фигуре, переключаясь на внутреннее видение. Тонкий защитный фон был растерзан, центры и меридианы расширены, как дыры в решете. Мне бы сюда иголки. Смотреть больно — словно кто-то сбросил шрапнель на тело, представляющее одну большую освещённую улицу, разбив почти все фонари и повредив провода.

— Что же делать?

У неё почти не было иньской Ци, зато огромное количество янской. Белая Ци в области сердца уже окрасилась голубой Ци арктика, а красной Ци никак не дотянуться до них.

— Ве-ли-гор, — простонала она, протягивая имя.

Мне надо было уходить, я сделала своё дело. Шагнула к двери, но остановилась.

Два часа я кропотливо трудилась над её меридианами, соединяя их в единую, хоть и угасшую сеть. У меня не было инструментов для полноценного восстановления циркуляции в каналах, поэтому решила использовать альтернативный метод. Сбросила часть энергии, взятой у блондинистого арктика, в море Ци ниже пупка, смешав её с собственным укреплённым Инь. Такое питание не позволит органам отказывать. Этот метод мы разработали вместе с Татьяной. Со временем, когда Ци начнёт понемногу копиться в теле, у Россаны появится призрачный шанс на жизнь. Пусть и с депрессиями, но жизнь.

Покидая гостиницу, во мне бились смешанные чувства — горечь и счастье. Посылку я доставила. Из логова выбралась живой. Я свободна.

На конференции, в четырнадцать сорок две у Велигора в груди что-то щелкнуло. И не у него одного. Он поймал взгляды присутствовавших арктиков. Все они внутренне, на уровне энергий, испытывали вторжение. Возможно, не будь он в общем рабочем фоне, когда сознания объединяются в сеть, он бы ничего не почувствовал. Будто кто на краткое мгновение качнул из общей сети Ци. Как вспышка или короткое замыкание. Тут же все ушло в обычное русло.

Вернувшись в местное управление, он ощутил вполне конкретное ощущение дежавю. Новая рыженькая девушка с последнего выпуска из школы Златы, которую он приказал привести, сбежала.

Девчонку схватили, привезли обратно. Та рыдала, клянясь, что хотела увидеть родителей, а коды к замкам нашла у Россаны. Боясь гнева хозяина, трясущимися руками, таухуа отдала смятый клочок бумаги.

Отчего брови Ниршана сомкнулись в одну линию, а губы недовольно поджались.

- Массажистка, - предположил он, глядя на возмущенного Велигора. – Сегодня новая приходила. Сделала массаж Россане и ушла.

Велигор гневно развернулся и вышел из комнаты для допросов.

- Проверить на взрывчатку, и в первую очередь тело этой, - приказывал он на ходу, направляясь в гостиницу.

На своем этаже он отмахнулся от Леи, орущей на всех таухуа разом. Сразу двинулся в комнату Россаны. Зная, что за время пока ехал, не проверили далеко не все помещения.

На постели лежала девушка.

- Впервые такое вижу, - признался Киф Ли, специализирующийся на оружии. – Тут больше по твоей части. Так тонко в их Ци я не разбираюсь.

Велигор прикоснулся к девушке, осматривая ее. Обычно такие выглядели белыми простынями, страдали от бессонницы вперемешку с навязчивыми фантазиями. А эта, что любопытно, розовая и спит. Велигор пару секунд сканировал ее тело изнутри, разглядывая связанные каналы, сгустки энергии в море Ци.

- Ты это сделал? – обернулся к Ниршану, вошедшему следом.

- Я? - от удивления у блондина глаза полезли на лоб.

- Твоя энергия.

Тот прикоснулся к животу девушки, получил отзвук голубой Ци.

- Ничего не понимаю, - произнес растерянно.

- Твоя и еще чья-то. Смотри, - Велигор подхватил двумя пальцами казалось бы воздух. Но всем троим виднелся мерцающий хвост тончайшей энергии. Багряный отрез поднялся на пару сантиметров из живота девушки и, как резиновый, тут же отскочил обратно.

- Ты когда-нибудь видел такое?

- Нет, - в голос ответили оба.

- С кем ты контактировал?

Велигор оставил девушку в покое. Ниршан призадумался, вспоминая.

- Девушка, массажистка. Кажется все. Не помню, - от удивления Ниршан отшатнулся, пораженный самим этим фактом – он не помнил.

- Покажи видео со всех камер в четырнадцать сорок две.

Ли через планшет отправил запрос. Получил разрешение. Нашел нужный отрезок на видео и развернул его к ним.

Велигор не поверил глазам.

Ведь он отчаялся. Потерял надежду. Каждый день вспоминал тот дерзкий бойкий взгляд в зверинце. Вьяна прошла величественным шагом между хищников. Как живое напоминание о том, что природа не принимает арктиков. А перед малышкой преклонилась.

Она ступала подобно акробатке на натянутом канате, держа в руках жердь с бубенчиком. Накануне дразнила им лигров. Легко прошла, балансируя над водоемом с крокодилами. А у самой двери обернулась. Сверкнула глазами. Велигор из комнаты ощутил золотистое сияние торжества над ним. Над ним!

Специально бросала вызов. Ему, великому, могущественному, беспредельно далекому от людишек. Бессмертному. Посмеялась, как над последним слабаком. Затем вскинула голову назад, посмотрела на всех подстегивающим взглядом и юркнула за дверь.

Он тогда усмехнулся, щедро подарил пять минут форы. Пусть ребенок поиграет, потешит самолюбие.

Спустя три минуты Злата исчезла из пространства мира. Чего не бывает даже с мертвыми. Те фонят даже сорок дней спустя. Затем Ци уходит в Вечность навсегда.

Несколько лет он искал ее, как обезумевший. Переворачивал квадрат за квадратом планеты. Нанимал лучших из лучших следопытов. Сам сканировал. Не было ни-че-го. Бестия исчезла в мире. Растворилась. Дразнила, убивала мыслью о том, что девчонка с больным сердцем может бросить вызов и победить.

Швырнуть в лицо дерзкие слова о том, что они монстры, неспособные любить, и спокойно исчезнуть. Возможно, живет себе где-нибудь в Австралии. Вышла замуж, нарожала детей. Не хотелось об этом думать. Не верилось.

Только десять лет спустя он смирился. Ослабил поиск. Понимал, что до конца не может остановиться. Потому что это смахивало на одержимость. Просыпаться и засыпать, каждую свободную минуту сканировать пространство. Выбирать девушек с карими глазами обязательно с вкраплением золота в радужке. Обязательно похожих внешне на нее. Он оставил Лею, как напоминание о той ночи. Его мало интересовало, что та думает. Но она не давала забыть о Злате, раздражала напоминанием проигрыша. И не один раз. Он помнил, как неспециально показал воспоминание. Испытание Вечностью. Там, на мосту Вечности, он мучился меньше. Там он не знал мук ярости, смешанных с горячей страстью покрыть беглянку. Не просто взять Ци, а по-настоящему, по-земному. Сколько раз он представлял, как овладевает ею. Подчиняет во всех смыслах. Делает своею. Покоряет.

- Камера не передает того, что произошло на самом деле, - признался Ли, разглядывая картинку.

Красивая брюнетка смотрела на них с экрана планшета. Один раз она мазнула взглядом по камере, во время вопроса о том, что в пропуске. Затем прикоснулась к Ниршану, и Велигора передернуло от жеста. Такого интимного, чувственного. Сука очень близко склонилась к арктику, неслышно что-то шепнула. В его груди вскипело желание схватить ее за руку в ответ. Вдохнуть ее запах. Он до сих пор помнил, как она чудесно пахла.

А потом случилось странное, Ниршан остался стоять на месте, а она прошла в спа-салон.

- Найти. Достать из-под земли!