- -
- 100%
- +
Сложив вещи в шкаф и переодевшись в чистую одежду, Якуб расположился за столом, активировал свой Скваж и попытался дозвониться до Синди. Они созванивались каждый день, и, когда они это делали в последний раз, парень пообещал ей позвонить уже из лагеря.
– Якуб? – сначала послышался радостный голос, а за тем появилось не менее радостное голографическое лицо девушки.
– Как ты, детка? – с ухмылкой произнёс парень. Странно, но это обыденное «детка» всегда заставляло Синди краснеть и смущаться.
– Ничего, – бодро произнесла она, – а ты?..
– Нет-нет, сначала ты, – перебил Якуб, – ты скажи мне, сдала экзамен той противной тётке, или мне всё же придётся вернуться и серьёзно поговорить с ней? Как тебе кажется, справедливо это, ставить плохие отметки самой умной девушке в колледже?!
Синди на миг растерялась, но через секунду тихо засмеялась:
– А, ты про это. Да-да, – она закусила губу и быстро закивала, – конечно сдала, и на будущее – не надо ни с кем серьёзно разговаривать. А уж тем более с учителями. Так ты уже расположился в лагере?
Якуб медленно кивнул.
– Я уже в палатке. Здесь шумно. Уф, у меня уже голова болит от этого места, – парень потёр лоб.
– Точно не хочешь вернуться? – шутливо сказала Синди, – если что, я совсем не против.
– Знаешь, я начинаю об этом серьёзно задумываться, – хмыкнул Якуб.
– Я очень скучаю по тебе, Як, – тоскливо произнесла она и опустила глаза.
– Я тоже, – ответил Якуб, – ты даже представить себе не можешь, как. Ну, – он приободрился, заметив, что глаза у девушки заметно увлажнились, – ничего, это дело временное, так? Не успеешь моргнуть – и я уже победитель межзнаковых игр.
Синди подняла глаза и рассмеялась.
– Меня всегда поражала твоя уверенность.
– Раньше ты называла это, – он откашлялся и в точности передразнил её голос, – «высокое самомнение».
– Заткнись, Як, – Синди с улыбкой покачала головой, – это было ещё в приюте. Ты мне тогда не очень нравился.
– Да ладно, не ври ты, – отмахнулся парень, – я тебе всегда нравился, просто ты не хотела этого признавать, так?
– Не льсти себе, – смущённо улыбаясь, сказала она.
– Да я не…
– Ох, Небесная Мать, – встрепенулась она вдруг, – у меня же через десять минут семинар!
– Какой семинар? – нахмурился Якуб, – чего я не знаю? Эй, Синди, почему, когда меня нет, постоянно что-то происходит?
– Извини, Як, – тяжело дыша, ответила она, – я не успела тебе сказать об этом. Давай я позвоню тебе вечером и расскажу? Извини ещё раз, люблю!
– Да, я тебя тоже люблю… – вяло произнёс он в пустоту, глядя в то место, где только что было лицо Синди.
Якуб снова ощутил себя одиноким. За дверью палатки кто-то громко смеялся, что-то неразборчиво говорил, но парень и не собирался вслушиваться в смысл слов. Просто подошёл к койке, расстелил и сделал то, что делал всегда, когда ему было грустно – лёг спать.
Глава 12. Альтаир
– Я не буду жить с тобой в одной палатке, – заявила сестра, встав возле входа в их палатку и протестующе скрестив руки на груди.
– Не дури, Хейли, – прорычал Альтаир, открывая дверь карточкой, – тебе же родители сказали ясным языком…
– Я помню, что они сказали, – резко огрызнулась она, – я не буду жить с тобой.
Альтаира накрыло бешенство.
– С чего бы это!? Я что, заразный?!
– Ты гребанный неудачник! Я не буду жить с таким, как ты! – прокричала она ему в лицо, и, прежде чем у Альтаира окончательно лопнуло терпение, и он забыл про все нормы приличия, развернулась и потопала вглубь лагеря.
Альтаир смущённо отвернулся и сделал вид, что занят дверью, когда заметил, что на него смотрят какие-то девушки из соседней палатки и тихо хихикают. Вероятно, они подумали, что они с Хейли пара, и у них какие-то неполадки в отношениях, поскольку Альтаир и его противная сестричка – были совсем не похожи друг на друга. У Альта – отросшие каштановые волосы и тяжёлый взгляд голубых глаз, а у Хейли…
Святые Звёзды, Хейли! Забыв про хихикающих девчонок, Альтаир снова развернулся и быстро вгляделся в толпу, но сестрицы нигде не было!
Родители ведь сказали ему, чтобы парень следил за ней в оба, а он умудрился в первый же день потерять её. Наспех спрятав ключ-карту в карман, Альтаир направился в ту сторону, куда убежала Хейли. Гнев стремительно нарастал в нём. Альтаиру казалось, что он без труда сможет свернуть те самые горы, стоящие вдали и сжечь этот треклятый лагерь. Он яростно пробирался через толпу, даже не извиняясь перед людьми, которых задевал. Но внезапно Альтаир столкнулся с кем-то, кто не только смог выдержать его толчок, но и умудрился уронить его самого. От неожиданности Альтаир шлёпнулся на пыльную землю. Пришлось подняться, когда кто-то ударил его по затылку коленом. Падать в большой толпе – не самая хорошая идея. Быстро отряхнув пыль, Альтаир поднял голову и обомлел. Перед ним стояла рыжеволосая девушка и смотрела на него равнодушно и оценивающе, но при этом, Альтаир каким-то образом уловил в глубине её карих глаз раздражение.
– Куда ты так несёшься? – выпалил Альтаир, всё ещё сердясь.
Лицо девушки осталось непроницаемым. Лишь голова вопросительно склонилась вбок.
– Воды в рот набрала? – сердито буркнул он, глядя на неё исподлобья.
– А что мне нужно делать? – холодно спросила она, – спорить с тобой? Ты себя не контролируешь.
– Это я-то себя не контролирую? – эмоционально всплеснув руками, фыркнул Альтаир.
Девушка коротко взглянула на его жетон и на её лице промелькнула тень улыбки.
– Чего ты косишься на мой жетон?.. – словно в отместку, он взглянул на её жетон – рак.
Заметив это, она еще раз смерила его взглядом, как бы изучая, после чего, обойдя Альтаира, быстро скрылась за его спиной.
– Эй! – парень крикнул ей вслед, обернувшись. Он недоуменно смотрел ей вслед. Когда Альтаир понял, что девушка исчезла в глубине толпы, тут же пожалел о том, что так бестактно нагрубил ей. Чего это нашло на него? Отчаянно надеясь на то, что он сможет ещё встретиться с ней и извинится за своё поведение, Альтаир снова поплёлся на поиски сестры.
Вскоре он наткнулся на стэнд с расписанием межзнаковых игр. Альтаир подошёл к доске и внимательно рассмотрел, чтобы не пропустить ни одно мероприятие.
Так, значит, участники будут распределены на группы? Похоже, желающих поучаствовать было слишком много, раз уж не смогли провести этапы для всех участников в один день.
Визуально запомнив даты и дорогу до стенда, Альтаир снова побрёл по лагерю. На улице уже темнело, некоторые расходились по палаткам, а другие, наоборот, только пробуждались и собирались в шумные компашки.
Внезапно, до его ушей донеслась какая-то возня и крики:
– А ну, иди сюда, я тебе сейчас лицо сожгу в два счёта! Что испугался, идиот? Тебя молния когда-нибудь била? – вопил кто-то.
– Ага, попробуй, рискни жизнью! – пригрозил другой.
– А ну, разошлись, вы, оба!
Альтаир вышел из-за угла палатки и обомлел, оказавшись в центре потасовки: два парня, агрессивно настроенных друг против друга, охранник между ними и маленькая толпа зевак.
– Всё, представление окончено, – убедившись, что драчуны больше не собираются нападать друг на друга, хлопнул в ладоши охранник и разогнал зрителей.
Настороженно поглядывая на участников драки, Альтаир направился в сторону своей палатки. Стоило ожидать, что без обособленного разделения лагерей, время от времени будут происходить стычки между знаками, но всё же было непривычно видеть представителей других знаков, ссорящихся между собой. Альтаиру вдруг стало интересно, как же живут другие знаки? Добираясь до палатки, он рассматривал жетоны проходящих мимо него зодиаков и то, как они выглядят, как ведут себя. Все они казались обычными и ничем не отличались от тех, кого он видел на улицах Ариасвилла каждый день.
Альтаир вошёл в палатку и устало завалился на диванчик. Позвонил Николасу, поделился своими впечатлениями о лагере, как и обещал накануне, а после, просидел весь вечер в палатке, так и не сомкнув глаз от волнения, пока не заявилась Хейли, и, нагло игнорируя его, молча улеглась в койку. Пылая от гнева и ненависти к сестре, Альтаир улёгся. Как же он сможет вытерпеть её присутствие в течение игр?
«5 октября – торжественное открытие и жеребьёвка участников6—7 октября – первый этап игр. Группа А-Б.13—14 октября – второй этап игр. Группа А-Б24 октября – Торжественное награждение прошедших этапы и назначение даты финального этапа турнира»Глава 13. Дориан
Войдя в свою палатку, Дориан обнаружил письмо на кровати. Увидев синий конверт, он обрадовался, но потом насторожился – откуда инкогнито стал известен номер его палатки, хотя оплатил её всего пару минут назад? Инкогнито, хоть и убеждал его, что ему стоит доверять, вёл себя крайне подозрительно и пугающе. Дориан положил сумку на пол и взял письмо в руки, распечатал конверт и достал долгожданное письмо:
«Дорогой Дориан!
Я рад, что ты приехал. Я не могу раскрыть всех карт сразу, я знаю, это жутко несправедливо с моей стороны, но прошу об одном – просто доверься. У тебя есть необычные способности, о которых я расскажу тебе чуть позже. Мне необходимо посмотреть на то, как именно ты пройдёшь свой первый этап и лучше разобраться в твоих силах, чтобы потом рассказать тебе о тайне твоего рождения. В мире творится что-то неладное. В вашей стране ещё как-то более-менее спокойно, а в других… в городах стычки, бунты. Будь начеку, Дориан. Боюсь, что ты можешь попасть в самый эпицентр событий. Не беспокойся о том, как я попал в твою палатку. Здесь, у меня есть своя власть, свои посланники и база данных о том, кто какую палатку арендует. Удачного дня, Дориан.»
Дориан потрясённо свернул письмо и положил на прикроватную тумбочку. Сел на кровать и, упираясь локтями в колени, напряжённо потёр виски пальцами. Показать свои успехи в играх? Дориан резко вскинул голову и испуганно выдохнул в пустоту. А что, если он не сможет показать свои успехи на первом этапе и даже не пройдёт во второй? Тогда инкогнито поймёт, что тайна его рождения не имеет смысла и ничего ему не расскажет. Дориан встал с места и принялся нервно расхаживать по помещению палатки. Появилось желание тут же ответить инкогнито и напрямую спросить обо всём, что он знает. А лучше… Лучше будет вычислить его, раскрыть сущность, а потом, когда Дориан, наконец, поймёт, кто же этот таинственный хранитель его тайны, подобрать наилучший момент и встретиться с ним один на один, как бы ужасающе это ни звучало.
Успокоившись, Дориан снова сел на кровать. Он сминал простыню в руках. Глупая привычка с детства – что-то мять в руках, когда парня настигало волнение. Наконец, Дориан медленно вдохнул, и также размеренно выдохнул. Попытался подумать о чём-то другом. Например, о том, что писал инкогнито про странные вещи в городах разных стран. Что он имел в виду, когда говорил, что Дориан может попасть в эпицентр событий? Да как он, Дориан Лоусон, обычный парень, привыкший жить своей тихой, неприметной жизнью, может попасть в неприятности? Парень нервно хохотнул, и тут же болезненно поморщился. От обилия непонятной и странной информации, у него загудела голова. Он со всем разберётся. Он сделает это. Ради того, чтобы узнать правду. Обязательно…
Глава 14. Генри
Дороти Лайонс, президент Дев, оставалась спокойной, холодной и невозмутимой, в то время как в ней бушевал настоящий шторм.
Она расположилась в уютной беседке с ажурными перилами, увитыми виноградными лозами. Вокруг благоухал роскошный зеленеющий сад. Сейчас был октябрь, но для земных знаков это не имело значения, потому что они могли управлять погодой.
В беседке на металлическом столе, накрытом белой скатертью, дымились две фарфоровые чашки с травяным чаем. Но Дороти, при всей своей любви к чаю, терпеливо ждала своего собеседника, который вот-вот должен был приехать. Она услышала скрип металлических ворот, но даже головы не повернула в ту сторону. Вытянутая как струнка, она смотрела перед собой с выражением полной отстраненности.
Шелест травы, осторожные шаги, спокойное дыхание. Генри.
Дороти посмотрела на приближающегося мужчину. Высокий, величественный. На мужчине был тёмно-синий плащ, подчёркивающий его стройную, подтянутую фигуру. Коротко стриженные каштановые волосы переливались на солнце, и Дороти невольно припомнила, что раньше они были намного длиннее. Фиалковые глаза внимательно рассматривали аккуратно подстриженные кусты и лужайку.
– Дороти, – тихо сказал он, входя в беседку. Встретившись с ней взглядом, Генри стал похож на растерянного мальчишку.
– Добрый день, Генри, – женщина встала и, подав руку мужчине, позволила её поцеловать, – присаживайтесь.
– Снова ты за своё? – ровным голосом спросил мужчина, оставаясь стоять.
– Генри, мы уже обсуждали этот вопрос, – избегая смотреть ему в глаза, проговорила Дороти, делая вид, что занята чаем, но смотрелось это до ужаса глупо, поскольку чай не нуждался в том, чтобы кто-то был занят им.
Мужчина вздохнул с усмешкой:
– Как скажете, Мисс Лайонс.
Дороти резко подняла глаза и холодно посмотрела на Генри, осторожно присаживающегося на лавочку напротив.
– Называй меня Дороти, Генри.
– Хорошо. Я получил твоё письмо, – произнёс он, дуя на чай и силясь остудить его. Дороти наблюдала за этой картиной и старалась не рассмеяться. Ей казалось, что они переместились во времени и снова стали подростками.
– Да, – откашлявшись, подтвердила Дороти, – я действительно отправляла тебе письмо, и благодарна, что ты нашёл для меня время.
Перестав дуть на чай, Генри поднял фиалковые глаза и вперил в неё долгий, тяжёлый взгляд:
– Рад навестить тебя.
– Итак, дорогой Генри, слышал ли ты, что произошло на прошедшем межзнаковом собрании в воскресенье? Как мне известно, ты отсутствовал там.
– Это так, – медленно кивнул мужчина и отпил из чашки, – я… заболел. Меня подменял другой чиновник.
– Что же, ваше правительство так занято, что не может самолично появиться на таком важном собрании с учётом последних событий? – холодно произнесла Дороти и взяла чашку в руки.
– Не начинай, – поморщился Генри и нервно отхлебнул ещё чаю, – Стенли действительно занят. Ты же знаешь, какие проблемы с экономикой в империи Козерогов в последнее время. О чём ты говоришь? С учётом каких еще событий?
Дороти отвернулась, не выдержав его взгляд. Делая вид, что рассматривает сад, женщина медленно заговорила:
– На межзнаковое собрание незаконно пробрался некий зодиак. Понятия не имею, как он обвёл вокруг пальца охрану, и неизвестно, из какой он страны, но он схватил в плен представителя страны Скорпионов и держал его на третьем этаже межзнакового собора. Мы не знаем, что он с ним делал там, но когда отпустил, чиновник выглядел напуганным.
– Его опросили?
– Да. Он сказал, что его захватчик требует повторного проведения переговоров, в противном случае, он пойдёт на радикальные меры, – Дороти покачала головой и косо посмотрела на заинтересованного Генри, – о чём думаешь, Генри?
– Сколько он держал в плену того чиновника? – напряжённо спросил Генри.
– Сорок минут тридцать пять секунд, – с готовностью ответила Дороти, – ты думаешь?..
– Прошло слишком много времени для тех слов, что он передал через чиновника. Не мог он держать его сорок минут просто так? Верно? Этот чиновник что-то не договаривает. Возможно, похититель запугал его.
Дороти торопливо кивнула:
– Я тоже так думаю.
Какое-то время они пили чай в молчании. Они всегда были противоречивы, когда оставались вдвоём. Такие похожие, но разные одновременно.
– Я чувствую себя юной, Генри.
– Я тоже, – тихо согласился мужчина, бездумно глядя на узоры чашки, – как будто мы снова дети.
– И расследуем, куда подевалась Миссис Уитни, горничная поместья, в котором мы гостили на летних каникулах, – насмешливо произнесла Дороти.
– Это было наше первое совместное дело, – грустно улыбнулся Генри и, наконец, посмотрел на неё.
– Так что с ней в итоге случилось?
– Чем-то заболела и уехала лечиться в горы к астрологам, – напомнил мужчина, продолжая улыбаться.
– Ах да, – она беззвучно рассмеялась, – как же давно это было.
– Точно. Как будто не со мной.
Снова повисло тяжёлое неловкое молчание.
– Генри, я знаю, что мы общаемся уже не так, как раньше, и не так близко, но я прошу тебя… – она наклонилась через стол и накрыла рукой его ладонь, сжимающую перекладину стола. Мужчина на секунду обомлел и косо взглянул на её ладонь, – держись поблизости. Выходи на связь чаще, сообщай, как обстоят дела. Что-то у меня нехорошее предчувствие, я уверена, близится череда войн, нам с тобой надо держаться вместе. Работать в команде.
– Я понимаю тебя, Дороти, понимаю. Ты тоже больше пиши мне. Я не прочь вернуть наше общение. Мне не хватает тебя.
Дороти мягко улыбнулась.
– Мне тоже.
Глава 15. Якуб
Ложась спать среди бела дня, Якубу стоило бы задуматься о том, к каким последствиям это может привести. Он проснулся глубоким вечером и решил, что должен выбраться на свежий воздух и немного прогуляться по окрестностям лагеря. По крайней мере, он надеялся, что это может помочь уснуть.
Тихо выскользнув наружу, он огляделся. На его улице было тихо, соседи спали, но где-то вдали, в северной части лагеря был слышен шум: голоса, гогот, негромкая музыка. Наверное, кто-то решил устроить вечеринку.
Якуб тоскливо взглянул в ту сторону. С тех пор как он уехал из родного города, ему надоело постоянное одиночество. Он скучал по Синди, Банди и мрачным улочкам его города. Тосковал по их маленьким вечеринкам и ночным приключениям. Якуб, стараясь не раскиснуть окончательно, пошёл по пыльной дороге вдоль безлюдной улицы, задрав голову и любуясь сияющими в небе звёздами. Умиротворение, царившее в лагере, казалось непривычным после того, как он побывал здесь днём. Столько людей, столько участников, а следовательно, мало шансов на победу. Если Якуб и излучал уверенность, чтобы заставить поверить в него Синди, то сам он эту уверенность совсем не ощущал.
– Давай-давай, пьянчуга, тащи свою задницу к палатке. Тут немного осталось, – услышал Якуб чей-то голос за поворотом.
– Я не могу-у-у! – завыл другой.
– Я сейчас пну твою толстую задницу, и всё ты сможешь! – прорычал первый голос, грубый и недовольный, – это ж надо было так напиться, а!?
– Клин…
– Да помолчи ты уже.
Якуб всё ещё стоял возле палатки, словно каменное изваяние и не мог пошевелиться. Что мешало ему просто выйти и пойти своей дорогой? Но что-то удерживало его на месте. В свете фонаря мелькнули две тени, и вскоре из-за угла палатки выползли два парня. Один – маленький, полноватый, отчаянно держащийся за шею своего друга в попытке удержаться на ногах. А второй – высокий, темноволосый, с нахмуренными бровями.
– Посиди пока тут, – темноволосый скинул своего приятеля на деревянную лавочку, а сам, прикрыв глаза, размял шею, – мне нужен передых… или перекур.
Якубу надоело стоять тут, притаившись в тени палатки, поэтому он сделал шаг и вышел на свет фонаря.
– Мхм… это кто? Клѝнтон, у меня крыша поехала? – на удивление, первым его заметил тот невразумительный толстяк, развалившийся на маленькой лавчонке.
Парень по имени Клинтон, повернулся в сторону Якуба и внимательно осмотрел его с ног до головы. По всей видимости, ему не понравилось, что Якуб находился здесь и всё видел.
– Прикурить не найдётся? – через секунду, буркнул он Якубу.
Якуб смерил его прищуренным взглядом и, потянувшись к карману лёгких пижамных штанов, достал спички. Парень вытряс спичку из коробка, зажёг и поднёс к сигарете Клинтона.
– Пфасифа, – зажимая в зубах сигарету, невнятно поблагодарил он, – откуда ты? Жетона-то у тебя нет на груди, как вижу.
– Я же не сплю с жетоном в обнимку, – хмыкнув, Якуб тоже достал сигарету, – вышел прогуляться и оставил его в палатке, – вообще-то, он собирался бросить курить перед началом игр, чтобы восстановить физическую форму, ведь, в конце концов, она ему понадобится, но сегодня была слишком хорошая ночь, чтобы отказываться от сигарет, – я из страны Стрельцов.
– Хм, ясно… – протянул Клинтон, – если интересно, я со страны Скорпионов. Мы приехали сюда с семьёй, отец говорит, у меня высокие шансы выиграть межзнаковые игры. Наш королевский род очень древний, а мои предки много раз выигрывали межзнаковые игры – горделиво рассказывал он, закинув голову и пуская колечки дыма.
Якуб скривился. Клинтон ему не понравился, показавшись слишком самодовольным, гордым, избалованным. В приюте существовали определённые правила, которых Якуб придерживался и по сей день. И первое, и самое важное из них: не общаться с парнями, типа Клинтона. Якуб отвернулся от собеседника и закурил сигарету. Ему хотелось пдоскорее докурить эту злосчастную сигарету и смотаться куда подальше, пусть это будет даже ненавистная палатка, в которой ему никак не удавалось заснуть.
– А твоя семья? – поинтересовался Клинтон, вскинув бровь.
Якуб быстро взглянул на парня. Свет фонаря падал на его высокую фигуру, и только сейчас Якуб сумел разглядеть, что лицо у Клинтона было засыпано нелепыми веснушками, что совсем не вязалось с его самомнением о себе.
– У меня нет семьи, – глухо ответил Якуб и с силой сжал фильтр сигареты.
– М-м-м… – промычал Клинтон, но, похоже имел каплю тактичности ведь, перестал задавать свои навязчивые вопросы.
Докурив сигарету, Якуб бросил её на землю и потушил носком армейского ботинка.
– Хорошо, что ты оставил свой жетон в палатке, – заметил Клинтон, – я бы не советовал красоваться с ним по ночам.
– Почему? – с вызовом спросил Якуб, поворачиваясь к парню всем корпусом.
– Пару часов назад была стычка Скорпионов со Стрельцами, – небрежно ответил Клинтон, – мы победили в драке, но наши до сих пор ходят по лагерю и запинывают оставшихся Стрельцов.
– С какой стати, они это делают? – Якуб закипал от гнева. Какое право они имеют избивать людей? А уж тем более, совсем непричастных к драке!
Клинтон пожал плечами:
– Преподают им урок. Чтоб больше не связывались с нами, – он слегка улыбнулся, и Якуб холодно прищурился, распознав в глубине его тёмных глаз скрытую угрозу.
– Ты мне угрожаешь? – напрямую спросил Якуб.
– Конечно, нет! – рассмеялся Клинтон, отбрасывая окурок, – я просто предупреждаю тебя, парень. В конце концов, ты дал мне закурить, а это многое значит. Может, нам удастся подружиться.
– Я в этом не уверен, – Якуб медленно покачал головой.
Клинтон усмехнулся краешком губ.
– Что, ж, раз так, то откровенность за откровенность. Я тоже так не думаю, Стрелец. У нас слишком разные положения в обществе. Мне с такими, как ты, не по пути.
– Ну да, – пожал плечами Якуб, – я тоже не особо жалую самодовольных индюков.
– А кого ты жалуешь? – парировал Клинтон, – в вашей стране принято жаловать непредсказуемых, глупых и взбалмошных зодиаков? Что ж, знаю я, какие вы Стрельцы.
– Че-его? – Якуб настолько потерял дар речи, что даже забыл о желании вмазать этому Клинтону по его наглой роже, – где ты эту чушь услышал?
– Наши СМИ осведомлены о вашем поведении, – поиграв бровями, многозначительно заметил Клинтон, – и, о, слава великому Солнцу, они уведомляют об этом наш народ. Поехав на межзнаковые игры, я хотя бы имел представление о других знаках, – он вяло покрутил кистью, – по правде говоря, такое себе представление.
Якуб почувствовал, как грудь у него зажгло от ярости. Но, потушив в себе порыв накинуться на Клинтона с кулаками, он медленно выдохнул и спокойно произнёс:
– Какие глупости. Похоже, теперь, я имею представление о Скорпионах: с промытыми мозгами, самодовольством и необъятной гордостью, взявшейся из ниоткуда. Да, Клинтон-из-престижного-рода, я думал, что ты умнее тех, кто верит сплетням СМИ.
– Поосторожнее со словами, – его глаза опасно сверкнули, и казалось, потемнели на несколько оттенков.
– Позовёшь папочку? – усмехнулся Якуб, почувствовав прилив веселья.
Клинтон мстительно сощурился и угрожающе двинулся на него. Якуб сжал кулаки, готовый дать отпор, как вдруг, кусты за спиной Клинтона зашевелились, и оттуда вынырнула девушка. Она запнулась о корень, торчащий из-под земли, и тихо выругалась себе под нос. Парни застыли в боевых стойках, изумлённо глядя на появившуюся незнакомку. Но та, невозмутимо прошла вперёд и, подмигнув Якубу, встала рядом.
– Милый, чего ты задерживаешься? – обратилась она к Якубу и взяла его под руку.
– Что? Я…
– Что? А, ты про это? Я тебя тоже люблю, милый! – воскликнула она и весело захихикала, – пойдём в нашу палатку, хватит уже болтать! Ночь на дворе, в конце концов.
– Но мы даже не…
– Идём, – с нажимом произнесла она и вежливо улыбнулась Клинтону на прощание. Тот, смотрел им вслед, и кажется, был не меньше в шоке, чем сам Якуб.