Практика применения законодательства, контролируемого антимонопольными органами. Учебное пособие

Может ли правоприменитель, исходя из конкретных обстоятельств дела, назначить наказание ниже низшего предела?

При назначении административного наказания должны быть учтены все обстоятельства, как смягчающие, так и отягчающие административную ответственность, с учетом характера совершенного правонарушения, личности виновного, имущественного положения и т. д. В соответствии с п. 21 постановления Пленума ВАС РФ от 27.01.2003 № 2 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса об административных правонарушениях» при решении вопроса о назначении вида и размера наказания необходимо учитывать, что КоАП РФ допускает возможность назначения административного наказания лишь в пределах санкций, установленных Кодексом. Поэтому правоприменитель не может назначить наказание ниже предела, установленного санкцией соответствующей статьи либо применить наказание, не предусмотренное ст. 3.2 КоАП РФ. Аналогичное разъяснение содержится и в п. 21 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2005 № 5.

Однако следует иметь в виду, что данная правовая позиция высших судебных инстанций будет корректироваться в связи с принятыми Конституционным Судом РФ в последнее время судебными актами.

Так, в постановлении от 17.01.2013 № 1-П Конституционный Суд дал оценку конституционности положениям ч. 5 ст. 19.8 КоАП РФ. Оспариваемая норма признана не соответствующей Конституции Российской Федерации постольку, поскольку установленный ею значительный по размеру минимальный размер административного штрафа в системе действующего правового регулирования, не допускающего назначение административного наказания ниже низшего предела соответствующей административной санкции, не позволяет во всех случаях в полной мере учесть характер совершенного административного правонарушения, имущественное и финансовое положение юридического лица, а также иные имеющие значение для дела существенные обстоятельства и тем самым – обеспечить назначение справедливого и соразмерного административного наказания. Впредь до внесения в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях надлежащих изменений, как указал Конституционный Суд РФ, размер административного штрафа, назначаемого юридическому лицу за совершение административного правонарушения, предусмотренного оспоренной нормой, может быть снижен антимонопольным органом или судом на основе требований Конституции Российской Федерации и правовых позиций Конституционного Суда, выраженных в настоящем постановлении1.

Позже, постановлением от 25.02.2014 № 4-П «По делу о проверке конституционности ряда положений статей 7.3, 9.1, 14.43, 15.19, 15.23.1 и 19.73 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», Конституционный Суд РФ распространил указанную правовую позицию на все составы административных правонарушений, где минимальный размер штрафа превышает 100 тысяч рублей.

Теперь суды (подчеркну – только суды) получили право оценивать характер совершенного правонарушения, степень вины привлеченного к административной ответственности юридического лица, его имущественное и финансовое положение и иные имеющие существенное значение для индивидуализации административной ответственности, обстоятельства – снижать размер административного штрафа ниже низшего предела, предусмотренного для юридических лиц соответствующей административной санкцией.

Санкции соответствующих статей КоАП РФ, предусматривающих ответственность за административные правонарушения в сфере размещения заказов, устанавливают фиксированные размеры штрафов (в привязке к цене контракта), а не их пределы (от и до). Поскольку должностное лицо, рассматривающее дело, лишено возможности выбрать размер штрафа с учетом обстоятельств дела (в том числе обстоятельств, смягчающих и отягчающих административную ответственность), лицу назначается наказание в виде наложения штрафа фиксированного размера.

Как в таких случаях учитываются обстоятельства, смягчающие и отягчающие административную ответственность, или оценка и учет этих обстоятельств сводятся только к их констатации в тексте постановлении о наложении штрафа (например, «обстоятельство, смягчающее административную ответственность – совершение правонарушения беременной женщиной» или «обстоятельство, отягчающее административную ответственность – повторное совершение однородного административного правонарушения»)?

Действительно, если законодатель предусмотрел фиксированный размер штрафа, правоприменитель не может назначить наказание ниже или выше предела, предусмотренного соответствующей статьей КоАП РФ. Тем не менее административный орган, привлекающий лицо к административной ответственности, обязан в силу ст. 24.1, п. 4 ч. 1 ст. 29.10 КоАП РФ осуществить всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение всех обстоятельств дела с указанием в тексте постановления по делу об АП всех обстоятельств, установленных при рассмотрении дела, включая обстоятельства, смягчающие и отягчающие административную ответственность. Скорее всего, проблема у органа, привлекающего к административной ответственности, возникает, когда при назначении наказания необходимо было бы учесть обстоятельства, смягчающие ответственность (например, совершение правонарушения беременной женщиной или женщиной, имеющей малолетнего ребенка), а санкция статьи не позволяет учесть это обстоятельство (как в данном случае). Тогда перед правоприменителем возникает вопрос обеспечения в ходе административного производства разумного баланса всех принципов юридической ответственности, обеспечивающих законное и справедливое разбирательство в ходе административной процедуры.

Представляется, что в некоторых таких случаях, как исключения, могут быть основания для применения ст. 2.9 КоАП РФ, позволяющей административному органу после установления виновности лица, наличия в его действиях события и состава правонарушения, тем не менее к административной ответственности не привлекать, ограничившись устным замечанием. Основанием для такого вывода может послужить то, что малозначительность, как она изложена в Кодексе, является оценочной категорией, оценка же деяния на предмет выявления его малозначительности – прерогатива правоприменителя: судьи, органа, должностного лица, уполномоченного решать дело об административном правонарушении, который устанавливает ее в зависимости от конкретных обстоятельств дела.

При квалификации совершенного лицом правонарушения в качестве малозначительного необходимо прежде всего руководствоваться постановлением Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях), согласно которому квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место в исключительных случаях и при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям. При квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного следует учитывать, что ст. 2.9 КоАП РФ не содержит оговорок о ее неприменении к каким-либо лицам (принцип равенства всех перед законом) или составам (материальным или формальным) правонарушений, предусмотренных настоящим Кодексом, следовательно, указанная норма является общей и может применяться к любому составу административного правонарушения, предусмотренному КоАП РФ.

Конечно, правоприменитель при оценке деяния на предмет его малозначительности не может руководствоваться произвольными подходами, а должен мотивировать применение положений о малозначительности, принимая во внимание принципы и цели юридической ответственности, руководствуясь не только буквой, но и духом закона. Здесь все важно: знание законодательства, высокий профессионализм, жизненный опыт правоприменителя.

Высший Арбитражный Суд РФ в постановлении от 10.11.2011 № 71, касаясь темы малозначительности, еще раз подчеркнул, что в силу ст. 26.11 КоАП РФ лица, осуществляющие производство по делу об административном правонарушении, оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности, которые должны быть отражены в постановлении (п. 10.1), кассационная инстанция не может переоценить выводы судом первой и апелляционной инстанции о наличии или отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям исходя из совершенного лицом правонарушения и квалификации его как малозначительного (п. 18.1), признавая незаконным постановление административного органа о привлечении к административной ответственности ввиду неприменения им ст. 2.9 Кодекса о малозначительности, тем не менее судебные расходы лицу, освобожденному от административной ответственности, возмещению не подлежат (п. 17).

Подлежит ли привлечению к административной ответственности по ч. 2 ст. 19.5 КоАП РФ лицо, не исполнившее в срок предписание, которое наряду с решением УФАС не было оспорено в установленный законом срок в суд, но впоследствии оцененное судом при обжаловании постановления о привлечении к административной ответственности за нарушение антимонопольного законодательства по ст. 14.31 КоАП РФ? При этом суд сделал вывод о недоказанности нарушения субъектом норм антимонопольного законодательства.

Согласно ст. 51 Закона «О защите конкуренции» предписание по делу о нарушении антимонопольного законодательства подлежит исполнению в установленный законом срок под страхом привлечения лица к административной ответственности. Между тем норма ст. 19.5 КоАП РФ сформулирована таким образом, что наложение на юридическое лицо административного штрафа возможно за невыполнение в установленный срок законного предписания антимонопольного органа. Следовательно, судебная практика исходит из необходимости оценки судом выданного предписания на предмет его законности. Поскольку предписание не имеет самостоятельного правового значения и выдается на основании и во исполнение решения, принятого по результатам рассмотрения дела об антимонопольном нарушении, порочность такого решения влечет безусловную незаконность предписания. Решение антимонопольного органа, вынесенное при отсутствии правовых оснований, является незаконным независимо от признания его таковым судом или вышестоящим органом. Исходя из системного толкования данных норм, суды приходят к выводу об отсутствии в действиях привлекаемого к административной ответственности лица события правонарушения в случае констатации незаконности решения в рамках дела о привлечении к административной ответственности.

Является ли решение антимонопольного органа по делу о нарушении антимонопольного законодательства событием административного правонарушения в рамках рассмотрения административных дел в отношении должностных лиц?

Конечно, само по себе решение УФАС событием правонарушения не является. Событием административного правонарушения являются действия (бездействия), направленные против установленного порядка государственного управления. Указанный факт правонарушения должен подтверждаться соответствующими доказательствами. Согласно п. 1.2 ст. 28 КоАП РФ решение, принятое комиссией антимонопольного органа, которым установлен факт нарушения антимонопольного законодательства Российской Федерации, является поводом к возбуждению дела об административном правонарушении, предусмотренном ст. 14.9, 14.31, 14.31.1–14.33. Повод указывает на наличие события административного правонарушения. В дальнейшем решение антимонопольного органа будет являться одним из доказательств при рассмотрении дела о привлечении лица к административной ответственности или об оспаривании постановления административного органа.

Кроме того, как видно из содержания судебного решения, УФАС оспаривало подведомственность указанного дела суду общей юрисдикции, но данный довод не был воспринят судом. Между тем представляется, что данный спор подлежал рассмотрению в арбитражном суде, исходя из следующего:

Согласно абзацу четвертому ч. 3 ст. 23.1 КоАП РФ, введенному Федеральным законом от 6 декабря 2011 г. № 404-ФЗ, судьи арбитражных судов рассматривают дела об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 14.9, 14.31, 14.31.1, 14.31.2, 14.32, 14.33 КоАП РФ. При этом в данном абзаце отсутствует указание на совершение правонарушений юридическими лицами, а также индивидуальными предпринимателями.

Соответственно судьи арбитражных судов рассматривают дела о привлечении к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного указанными нормами, включая и ч. 2 ст. 14.9 КоАП РФ, в силу прямого указания закона вне зависимости от субъекта ответственности.

Вправе ли суд общей юрисдикции в своем решении об оспаривании постановления УФАС о привлечении должностного лица к административной ответственности давать правовую оценку событию административного правонарушения, содержащемуся в решении антимонопольного органа по делу о нарушении антимонопольного законодательства, поскольку в соответствии со ст. 52 Закона о защите конкуренции дела об обжаловании решений антимонопольных органов подлежат рассмотрению не в суде общей юрисдикции, а в арбитражном суде?

При принятии каждого судебного акта суд должен оценить доказательства и доводы, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные акты следует применить по данному делу, и отразить все это в своем решении. Суд не только вправе, а обязан дать фактическую и правовую оценку событию административного правонарушения, зафиксированному в решении антимонопольного органа по делу о нарушении антимонопольного законодательства, поскольку решение антимонопольного органа, принимаемое по результатам проведенного расследования, является основанием для привлечения лица к административной ответственности. В то же время заслуживает внимания вопрос о том, насколько суд, рассматривающий дело об оспаривании постановления УФАС о привлечении должностного лица к административной ответственности, связан выводами, содержащимися в решении антимонопольного органа о признании лица нарушившим антимонопольное законодательство. Разумеется, указанное решение будет принято судом во внимание как одно из доказательств при рассмотрении дела о привлечении лица к административной ответственности или об оспаривании постановления административного органа. Однако оценка фактических обстоятельств правонарушения, в том числе события (существа) административного правонарушения, данная в решении антимонопольного органа, не является обязательной для суда в административном деле. Суд вправе дать иную оценку этим же фактическим обстоятельствам при рассмотрении административного дела. В таком случае суд должен указать в решении соответствующие мотивы, почему он пришел к другому выводу, основываясь на представленных участниками спора доказательствах.

Кроме того, в силу п. 8 ч. 2 ст. 30.6 КоАП РФ при рассмотрении дела об оспаривании постановления административного органа о привлечении к административной ответственности суд в судебном заседании устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности. С учетом данной нормы при рассмотрении дела об оспаривании постановления антимонопольного органа о привлечении к административной ответственности суд (общей юрисдикции или арбитражный) должен установить наличие состава правонарушения, а значит, подвергнуть оценке решение антимонопольного органа, несмотря на то что это решение (в качестве самостоятельного предмета об оспаривании решения) не подвергалось ранее судебному контролю.

Постановлением УФАС о наложении штрафа по делу об административном правонарушении, предусмотренного ч. 1 ст. 14.31 КоАП РФ, руководитель – должностное лицо привлечен к административной ответственности за отказ его работника произвести замену гражданину газового баллона. Отменяя постановление административного органа, суд указал на то, что в протоколе отсутствуют данные о том, какие меры должен был принять, но не принял руководитель в отношении своего работника, что привело к совершению данного правонарушения. Как в данном случае доказать вину должностного лица?

В соответствии с ч. 1 ст. 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое названным Кодексом или законами субъектов РФ установлена административная ответственность. Согласно ч. 1 ст. 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Статьей 26.1 Кодекса также предусмотрено, что одним из обстоятельств, подлежащих выяснению по делу об административном правонарушении, является виновность лица в совершении административного правонарушения.

Рассматривая настоящее дело об административном правонарушении, антимонопольный орган в протоколе не отразил, в чем конкретно заключается вина должностного лица в совершении правонарушения, ограничившись тем, что управляющий трестом несет ответственность за качественное и своевременное выполнение возложенных на трест задач и функций, предусмотренных Положением о филиале-тресте, одной из которых является руководство подчиненными структурными подразделениями. Таким образом, можно предположить, что административный орган при определении вины должностного лица использовал понятие вины юридического лица, изложенное в ч. 2 ст. 2.1 КоАП РФ. Согласно названной норме, юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению. Однако данное определение вины юридического лица может быть применено только к юридическому лицу.

В силу примечания к ст. 2.4 КоАП РФ совершившие административные правонарушения в связи с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций руководители и другие работники несут административную ответственность как должностные лица, а значит, они отнесены к категории лиц, вина которых определяется как вина физических лиц, и критерии здесь иные.

Вина должностного лица как физического лица в форме умысла или неосторожности должна быть установлена и доказана административным органом в соответствии со ст. 2.2 КоАП РФ. В постановлении УФАС о привлечении руководителя филиала к административной ответственности должно было быть отражено, в чем конкретно выражается неисполнение либо ненадлежащее исполнение руководителем своих организационно-распорядительных или административных функций. Как видно из содержания протокола, должностное лицо дало свое объяснение случившемуся, ссылаясь на отсутствие у гражданина договора на техническое обслуживание внутридомового газового оборудования и аварийно-диспетчерское обеспечение, что шло вразрез с мероприятиями треста «Горгаз», направленными на безопасность населения, пользующегося газом в быту. Однако в протоколе отсутствуют основания, по которым эти доводы (если УФАС посчитало их неубедительными) отклонены. В данном случае (как, впрочем, всегда, когда описывается вина привлекаемого к ответственности должностного лица) административный орган обязан был установить круг и характер служебных прав и обязанностей должностного лица, нормативные акты, их регламентирующие, мотив, цель и фактические обстоятельства совершенного противоправного деяния.

Таким образом, представляется, что территориальным органом не были надлежащим образом установлены подтверждающие вину должностного лица обстоятельства, которые свидетельствовали бы о невыполнении им своих организационно-распорядительных или административных функций.

Следовательно, вывод суда о недоказанности вины руководителя филиала представляется правильным, основанным на материалах административного дела.

Каким образом доказать вину хозяйствующего субъекта в злоупотреблении доминирующим положением на товарном рынке в том случае, когда его доминирующее положение было установлено антимонопольным органом после нарушения антимонопольного законодательства, а ответчик ссылается на то, что ему не было известно о факте доминирования на рынке?

Видимо, здесь речь идет о привлечении лица к административной ответственности. Часть 1 ст. 1.5 КоАП РФ предусматривает, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность. В силу ч. 2 ст. 2.1 КоАП РФ лицо привлекается к ответственности за совершение административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых кодексом или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению. На первый взгляд, кажется все просто, по сути, идет объективное вменение (не знал, но должен был знать).

Обратимся к доктринальному понятию вины: вина есть внутреннее отрицательное отношение субъекта к значимым для личности и государства охраняемым законом общественным отношениям. Это отношение выражено в пренебрежении к определенным общественным ценностям. Таким образом, при совершении правонарушения то или иное пренебрежение есть всегда. При умысле такое пренебрежение сопряжено с желанием либо сознательным допущением негативных последствий. При неосторожности оно приобретает форму самонадеянности (легкомыслия) либо небрежности.

В постановлении Конституционного Суда РФ от 24.06.2009 № 11-П закреплено, что в качестве необходимого элемента общего состава правонарушения выступает вина, наличие которой является во всех отраслях права предпосылкой возложения юридической ответственности, если иное не предусмотрено законодательством. Привлекающий орган не может ограничиться формальной констатацией лишь факта нарушения правил, не выявляя иные связанные с ним обстоятельства, в том числе наличие или отсутствие вины соответствующих субъектов, в какой бы форме она ни проявлялась и как бы ни было распределено бремя ее доказывания. Далее Конституционный Суд констатирует, что положения Федерального закона «О защите конкуренции» не содержат прямо установленного изъятия из правила о вине как необходимом условии наступления неблагоприятных последствий в публично-правовых отношениях и в то же время не исключают для самих субъектов правонарушений возможность подтверждать свою невиновность (п. 4.3).

Таким образом, резюмируя сказанное, напрашивается следующий вывод.

Исходя из того, что в соответствии со ст. 1.5 Кодекса наличие вины доказывает административный орган, принявший оспариваемое решение, а лицо не обязано доказывать свою невиновность, необходимо в мотивировочной части решения исследовать вопрос о наличии или отсутствии вины в совершенном правонарушении. Так, в случае возбуждения административного производства в отношении юридического лица, его вина в силу ч. 2 ст. 2.1 КоАП РФ определяется путем установления обстоятельств того, имелась ли у этого лица возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых КоАП РФ или законами субъекта РФ предусмотрена административная ответственность, и были ли приняты данным лицом все необходимые меры для такого соблюдения. С учетом изложенного УФАС должен проанализировать состояние конкуренции за спорный период в целях установления доминирующего положения хозяйствующего субъекта. То обстоятельство, что общество не было признано лицом, занимающим доминирующее положение, до вынесения решения административного органа, не может со всей очевидностью свидетельствовать о том, что оно не являлось таковым в спорный период. Так, к примеру, антимонопольный орган может сослаться на то обстоятельство, что данную услугу, поставку, работу оказывает только общество, которое знает (не может не знать, проявив необходимую предусмотрительность), что является единственным или явно доминирующим хозяйствующим субъектом на данном рынке. В приведенном в вопросе, к сожалению, отсутствуют конкретные обстоятельства дела, кроме того, ситуации бывают самые разнообразные. Поэтому задача правоприменителя в каждом конкретном случае определить пренебрежение субъекта по факту правонарушения (при умысле, при неосторожности), степень такого пренебрежения, его количественные и качественные признаки, его последствия.

Решением арбитражного суда по конкретному делу постановление должностного лица УФАС признано незаконным и отменено со ссылкой на то обстоятельство, что на момент совершения правонарушения лицом, занимающим доминирующее положение на рынке, действовала ст. 14.31 КоАП РФ в старой редакции, а на момент вынесения оспариваемого постановления указанная статья действовала в редакции Федерального закона № 404-ФЗ, вступившего в законную силу с 7 января 2012 г. При этом суд указал, что поскольку оспариваемое постановление вынесено после вступления в силу Федерального закона № 404-ФЗ, изменившего редакцию ст. 14.31 КоАП РФ, действия общества следовало квалифицировать в соответствии с новой нормой (ч. 3 ст. 1.7 Кодекса). В то же время, поскольку размер наказания, определяемый по новому закону, превышает размер наказания по сравнению с нормой, действовавшей во время совершения правонарушения, антимонопольному органу следовало определять размер наказания в соответствии с санкцией, действовавшей во время совершения правонарушения (ч. 1 ст. 1.7 Кодекса). Так ли это?