Любовники

Стоял Владим и наливал

Себе бурлящий кофе. Только

7.30. А он уже встал.

Когда он спит?

Прошла и села

За стол:

– Привет.

– Привет, малыш.

– Как спал? – спросила вдруг несмело.

– Нормально. Ты чего не спишь?

– Я… Мне не спится.

– Ясно. Кофе?

– Налей, пожалуйста, чуть-чуть…

– Воды?

– Да.

– Сливок?

– Так крупицу.

– Держи.

– Спасибо.

– Что-нибудь еще?

– Нет. Все, спасибо. Что случилось?

– Лель, ты о чем?

– Вам все равно.

– А что не так?

– Я изменилась. –

Он отвернулся. Взгляд в окно.

– Тебе не нравится, наверно? –

Я кофе отпила глоток.

– Владим, ответьте откровенно…

Еще глоточек, но комок

Стоит в груди и давит-душит,

С ногами забралась на стул.

– Если не нравится…

– Послушай, все сложно, Леля, – он вздохнул. –

Мне «все равно» как ты сказала.

– Не может быть! Как так? Ты гей?

Прости, я этого не знала…

Он резко вздрогнул.

– Лель, не смей.

– А что мне думать? Что? Скажите?

Я здесь, я с вами третью ночь,

А вы со мной… ведь мы не дети…

– Лель, прекрати!

– Я вам не дочь!

– Я девушка, пойми! Пойми же…-

Мне кажется, что я кричу.

Владим встал рядом.

– Еще ближе…-

Губами только я шепчу.

– Нет, Лель не нужно.

– Почему же?

– Тебе другую роль играть.

– Владим, прошу… Мне очень нужно…

– Что, Лель, скажи? Поцеловать?

Он улыбнулся. Не понятно.

Взял за руку меня. Поднял.

Коснулся пальцем губ. Приятно.

Скользнул к щеке и вдруг обнял.

Я замерла. Дыханье сбилось,

Я позабыла, как дышать.

Все замерло, все накалилось

Внутри меня. Но продолжать

Он спешил. Откинул пряди,

Что закрывали шею и …

Я плавилась под его взглядом

И там где пальцы… где они

Недавно были, скользят губы,

И оставляют жаркий след.

Он нежный и немного грубый,

Тверды объятья, губы нет.

Где он касался – все пылало.

Я плавилась словно в огне…

А он шепнул мне:

– Чтоб ты знала –

Ты, Лель, неинтересна мне.

-13-

Он что серьезно?! Я вскочила.

Он что… меня… вот так отшил?!

А я как, дурочка, просила…

Он не хотел и не спешил…

Играл со мной как кошка с мышью,

А я надеялась, ждала,

А он…

– Подлец! – шепчу чуть слышно.

Рукой колени обняла. -

– Да я… Я вам!

– Лель, успокойся! – в глазах смешинку подавил. -

И ноги опусти. Прикройся. –

К плите прошел, в чашку долил

Немного кофе.

– Что ж послушай.

Пора заканчивать игру.

Иль начинать. Запомни, лучше

Тебе лишь будет. Я не вру.

Я выбирать тебе позволю,

Но ты подумай, не дури.

Я тебя, Леля, не неволю.

– Что тебе нужно, говори!

– О, как враждебно! Ну, да ладно.

Ведь ты же умненькая, да?

И знаешь, сложена что складно,

Но хамовата, вот беда.

– Опустим это. Что ты хочешь?

Ну, явно не интим услуг,

Ты точно гей! Чего хохочешь?

Ты не любовник мне, не друг.-

А он смеялся громко, в голос.

– Владим, вы явно не в себе!

– Другого, Лель, скрутил б я в колос

Кто б так сказал. Но вот тебе…

Еще нужна ты мне. Для дела.

Так будешь слушать или нет?

– Я во внимании.

– Твое тело мне нужно. В этом весь секрет.

Он сумасшедший. Несомненно.

Я опустила ноги.

– Как? -

Шепнула.

– Так. Обыкновенно.

Ты роль должна одну сыграть.

– Какую? Расскажи подробно.

– Нелегкую. Чего скрывать.

– Не издевайся, – прошу злобно.

– Ты вещь одну должна достать.

– Какую?

– Папку. Документы.

– Что в них?

– Тебе не нужно знать.

– И где она?

– У оппонента.

– Тебе решил он угрожать?

Он промолчал. Я угадала.

– И мне придется с ним… в кровать.

– Да, Лель. Хочу, чтобы ты знала.

Тебе с ним нужно будет спать.

-14-

Вот так со мной. Как с проституткой.

На землю с неба в один миг.

– Владим, скажи, что это шутка.

– Нет. Это правда. –

В горле крик

Стоит. Но не скажу не слова.

А я решила мне везет…

К такому не была готова.

Опять судьба наотмашь бьет.

Наверно, чтоб не расслаблялась.

Как в сказке у меня? Акстись!

Давно я так не удивлялась.

Что, Леля, как всегда, крепись.

– Кто он? Старик?

– Так ты согласна?

– А что я получу взамен?

– Ответ сама знаешь прекрасно.

Ведь ты хотела перемен?

– Да, я хотела. Денег сколько?

– А сколько хочешь?

– Миллион.

Дам тебе три Леля, но только

Рублей, не долларов.

Мой стон:

– Ты что серьезно? Не обманешь?

– Я повторяю – я не вру.

Но обещай, что ты не станешь

Досрочно прерывать игру.

– Игру?

– Да, Леля. Я играю. Я не веду открыто бой.

– Прости, но я не понимаю.

– Я лишь воспользуюсь тобой.

Взаимовыгодно, отмечу.

Мы посотрудничаем. Ты

Поможешь мне. А после, встречно

Исполнишь ты свои мечты.

Всего-то нужно – быть собою,

Опутать в сети мужика.

Стать его воздухом. Судьбою.

Добыть мне папку. Роль легка.

Потом расчет и ты свободна.

В поступках, действиях, словах..

Живи как хочешь, как угодно,

Хоть на мальдивских островах…

– Заманчиво. Красиво пишешь.

– Согласна?

– Да. Но не смекну

Почему я – девчонок тыщи?

– Похожа на его жену умершую.

– Что с ней случилось?

– Ее безмерно он любил.

– Авария? Болезнь? Причина?

– Он ее убил.

-15-

– Вот черт! Ты спятил? Как так можно?

А если он решит меня…

– Ты будешь очень осторожна.

И тебя будут охранять.

– Ах, даже так?!

–Да, Лель, охрану

К тебе приставлю, да и сам

Я буду рядом. -

Жестом странным провел рукой по волосам

Не сверху в низ, а сбоку на бок,

Так интересно. Что за жест?

– Мой, Леля, мир не так уж сладок.

Борьба. Интриги.

– В общем, жесть. -

Бесплатный сыр лишь в мышеловке.

Я думала, мне повезло…

А он продумал все так ловко.

Я сделаю это. Назло.

Назло судьбе, себе и людям.

Я эти деньги получу,

И знаю, все в порядке будет,

Я стану жить, как Я хочу.

В достатке, сытости, покое.

Одна и где-то далеко.

Без брата и его попоек.

Нужна вам папка? Что ж легко!

– Что нужно делать?

– Измениться.

– Ведь я уже…

– Нет, Лель, внутри.

У вас похожи только лица.

– И? -

Он дал мне папку:

– Посмотри. -

Открыла. Там в конверте фото.

–И это все? Не густо. Что ж…

– Стать ею – вот твоя работа. -

Достала фото. В пальцах дрожь

Едва сдержала.

– Быть не может. -

На фото я. Вот только взгляд

Не мой – спокойный, осторожный.

И вид такой… Ее наряд

Продуман точно до детальки,

Он элегантен и не прост.

В сравнении с ней, я просто калька.

Как «не пришей кобыле хвост».

– Ты справишься. Не сомневайся.

Чуть-чуть спокойствия, манер.

Не выражайся, не кривляйся,

И станешь лучше, чем пример.

– Я не кривляюсь!

– Лель, не нужно. -

Он перебил. – Оставим спор.

– Да, я немного неуклюжа…

– Другой ты станешь с этих пор.

Начнем сегодня. Час на сборы.

Переезжаешь… от меня.

– Куда?

– В квартиру.

– Снял? Как скоро!

– Так будет лучше… для тебя.

-16-

Пол года – много и мало?

Я не смогу вам дать ответ.

Тогда ведь я еще не знала,

Что все не просто будет. Нет.

Жила я в эти дни как в сказке,

Чем дальше в сказку – тем страшней,

И пусть волос сменилась краска,

Душа-то нет. Но и черт с ней.

Учеба, танцы, платья, книги,

Улыбки, жесты, этикет –

День изо дня. Владим интригу

Сплетал наверно много лет,

И пара месяцев – не время,

Когда такое на кону,

Когда нога попала в стремя

И лишь осталось крикнуть «Ну!»

И я как лошадь на веревке

Скачу по кругу – он ведет,

И от того внутри неловко,

Противно как -то. Миг придет

Заветный, что я стану делать?

А если дело запорю?

И вся ушла куда-то смелость.

Мне страшно. Честно говорю.

Он в тот же день отдал мне папку,

Где информация была

О том мужчине. Сухо, кратко.

Я в тот же миг ее прочла.

Вдовец, делец, бандит, политик,

Благотворитель, меценат,

Экономист и аналитик,

Юрист, спортсмен. Что был женат

Вскользь упомянуто – два слова

Авария. Пожар. И смерть.

Хоть внешне я была готова,

Внутри же нет. Хоть круть, хоть верть.

И было фото – официально

Опубликованное в СМИ –

На нем он выглядит формально,

Но вот глаза его… Они

Полны такого … зла? Презренья?

Пресыщенности бытием?

Что дрожь идет от предвкушения

Того что скрыто еще в нем.

Мне не хотелось б капнуть глубже,

Узнать что там еще внутри

Что б стало еще горше, хуже…

Себе твердила «не смотри

И не накручивай напрасно»,

Но продолжала доставать

Ночами фото. Он ужасен.

Смотреть и тихо умирать.

-17-

– Але! Привет! Леля, ты дома? –

Виталька – трудно не узнать.

– Да, приходи. Пароль знакомый

На домофоне.

– Буду в пять.

– Отлично. Так уже семнадцать?

– Я под окном.

– Ну что ж, входи.-

Я стала спешно прибираться

В квартире. Он поймет, поди.

Не в первый же. Он в гости часто

Ко мне захаживал, что врать.

Он думал я – « рабыня страсти»,

Любовница. Как бы сказать,

Он ревновал, я знала точно.

Старался вид не подавать,

Но это чувство его прочно

В тисках держало. Не унять.

Но он противиться не в силах,

И продолжает приходить.

Терзать себя, меня. Просила

Его однажды разлюбить.

Он отвернулся, сказал сухо:

Скажи мне как – я разлюблю.

Я в ответ шепнула глухо:

Виталь, еще не встретил ты свою,

Достойную тебя. Я хуже,

Чем ты привык меня считать.

– Лель, прекрати. Пока я нужен,

Я буду рядом. А решать

Чего достоит я – не надо.

Позволь мне просто рядом быть.

Я промолчала, только взглядом

Дала понять – как хочешь. Выть

Хотелось волком от обиды,

Он был единственный мой друг…

И на меня имел он виды

Все эти годы. Вот так вдруг.

Судьба хитра на повороты,

Иначе б было скучно жить.

И как бы было не охота,

Не стоит по теченью плыть.

И я гребла, что было мочи.

Еще ведь был и институт.

Загружена и днем и ночью,

Учеба здесь, учеба тут.

Что б стать не самой – совершенной,

Такой какой была она.

Должна быть необыкновенной

Такого дьявола жена.

Меня страшила наша встреча,

Но я уже не оступлюсь.

О сдаче – даже нету речи,

Я справлюсь. Я смогу. Молюсь

Виталька чтобы не ввязался,

Он любопытен очень стал.

И на глаза чтоб не попался

Моим «друзьям». Хоть это знал,

Но продолжал он специально,

Ходить и находить предлог:

То мимо проходил случайно,

То дай конспект, то доступ в блог.

И в этот раз – зачем изволил?

Попить водички? Поболтать?

Не понимает меня что ли?

Стук в дверь. Что ж нужно открывать.

-18-

Прошли на кухню.

– Кофе будешь? –

Откажется? Но нет.

– Я чай.

– Зеленый? Черный? Как ты любишь?

– Послаще.

–Что же получай. –

Подала черный, со сгущенкой,

По-моему, такой он пил,

Молчим. Виталька слишком звонко,

Мешает ложечкой. Нет сил

Сказать, молчать же нету мочи

– Виталь, прошу, не приходи.

– Я не могу иначе

– Очень прошу… -

Встал резко и меня к груди

Своей прижал, я задохнулась.

– Виталь, не нужно. Отпусти. -

К губам прильнул. Я отвернулась.

В руках забилась.

– Лель, прости… -

Ослабил хватку. Я рванулась,

Подошла к двери на балкон.

Противно, гадко. Встрепенулась.

Витака, как же так! Как он

Решился на такой поступок,

Зачем границу перешел?

Зачем разрушил все? Как глупо.

– Леля, …

– Отстань.

– Прости

– Пошел…

– Лель, извини. Ты не хотела…

Но я хотел! Не смог сдержать…

Ты отдаешь другому тело,

Ты не со мной делишь кровать.

Лель, без любви! Ведь ты игрушка,

Ему сама ты не нужна! –

Он с силой бросил об пол кружку.

Я вздрогнула.

– Ты не жена.

Я дал бы все! Всю свою душу…

– Виталь, не нужно. Уходи.

– Нет, в этот раз меня послушай. –

Он вновь прижал меня к груди.

– Пусти меня, – шепчу чуть слышно.

Что бы такое предпринять.

– Лель, будь моей.-

Он громко дышит

И лезет снова целовать.

Противно губ его касанье,

Его чуть влажное тепло

За что мне это наказанье?

Рванулась снова. Потекло

Из глаз отчаянье.

– Виталя,

Не нужно, слышишь, прекрати! -

Он отстранился.

– Не хватает тебе чего во мне?

– Прости. Прости за боль и за надежду,

За эгоизм…

– Все хватит, Лель. Ничто не будет больше прежним.

– Мне не звони больше.

– Позволь…

– Нет. Хватит. Все. С меня довольно.

Иди домой.

– Ты ждешь его? -

Виталька бровь скривил невольно.

– Иди. Достаточно всего. -

Он усмехнулся.

– Дура-Лелька! Ведь он использует тебя!

Таких как ты он видел столько,

А ты… Не любишь ты себя! -

Пожал плечами, отвернулся.

А я не знала что сказать.

Он вышел вон, не обернулся.

Хотелось в голос зарыдать.