Сергей Давыдов. Трудно быть всадником

– Что с твоими коленками? – придирчиво спросила она.

– Ничего… – проронил я.

А коленки были грязные, ведь я выбежал в шортиках, потому, что джинсы, в которых я бегал, были так извазюканы и измачалены, что у мамы, когда она их отмывала, чуть не случился обморок…

– Как ничего? – нравоучительно воскликнула Дашка. – Я же вижу, что они у тебя грязные! Как ты в таком виде пойдёшь завтра в школу?!

Я послюнявил ладонь и стал тереть коленку.

– Вьюжанин! – простонала Дашка. – Ты чего делаешь? Сейчас же домой отмывать коленки. Иначе не пущу тебя в бассейн!

– А иди ты! – раздражённо бросил я. – Злюка! Крыса очкастая!

Дашка принялась вопить, но тут же охрипла. Все ребята засмеялись. Она обещала наябедничать на нас совету дружины и тоже стала убирать стекло.

3

Стекла было так много, что уборке не было видно конца и края. Но его нужно было убрать, потому, что завтра здесь у малышей будет физкультура.

Убираясь, я сердито смотрел на друзей. Нашли с кем связаться! Юрик ладно, он в их классе учится. Но эти двое! Васёк и Корька, о которых давно все знали, что они хулиганы, и разбить лампочку для них плёвое дело. Они могут и подловить кого-нибудь из ребят и излупить, или сотворить что похуже…

Я их знал хорошо. Эти могут всё, что угодно натворить.

– Серёня, ты никому не слова, – предупредила меня Катя. – Мы на совете отряда разберём этих разбойников. А так, во дворах и в школе помалкивай.

– Угу, – сказал я, и тут же не удержался, сказал, что меня тревожило. – А вообще, они ведь в отряде с прошлого лета. Должны же знать, с кем связались…

– Это ты им сам объясни, – накалённо сказала Катя. – Мне сейчас в институт бежать, а я тут с этими головорезами.

Катя училась в педогогоическом институте. Из всех воспитателей в нашем отряде и в нашей школе, она была самой молодой, считай ещё девочка. И с нами, ребятами проводила много времени.

– Зачем вы с ними связались? – с чувством спросил я Гурьку и Лодьку, когда мы шли по нашей улице. – Они же хулиганы.

– Да ты их не знаешь, – горячо ответил Гурька, защищая приятелей. – С ними знаешь, как злорово играть!

– Ага, знаю я какие они! – мрачно заметил я, вспоминая, как мы с ребятами дрались с Тёмычем и его компанией прошлым летом.

– А чё, нормальные пацаны, – пожал плечами Лодька.

– Нормальные? – ещё больше разгорячился я. – А самих чуть из пионеров не выгнали! Нам рассказывали на совете дружины.

– Ага, будто ты не чудишь! – хлопнул меня по плечу Гурька. – Самого уличным бедствием называют!

– Они не нарочно… – вторил Гурьке Лодька.

– Дайте честное пионерское слово! – потребовал я.

Мальчишки посмотрели на меня с мольбой и с изумлением.

– Честное пионерское, – угрюмо сказали они.

Конечно же они сказали неправду. Мне сразу стало одиноко и слякотно.