Сергей Давыдов. Зелёный Колодец

– Лодька уходит в поход, вы с ребятами тоже улетаете, – грустно вздохнула мама, откладывая в сторону Владькин разрисованный учебник. – Учителей в своей школе замучили, теперь решили изводить учителей в другой школе… Ладно, хоть отдохну от вас немного…

Владька наконец расправился с уроками и мама загнала его в постель, выключила свет, и оставила открытой дверь.

Мальчик беспокойно ворочался в постели. Засыпал он плохо, потому, что всё время думал о завтрашней поездке, и вот когда за окном стал накрапывать дождь, мальчика всё-таки сморило.

Виноваты ли в этом были Мишкины страшные байки, или школьные тревоги, но на границе сна и яви Владька вдруг увидел в коридоре, в дверном проёме комнаты в самом мраке большую кошачью голову.

Кошек у них в квартире никогда не было.

"Может через форточку забралась?" – пришла Владьке на ум догадка.

И только сейчас Владик заметил что-то ненормальное, страшное в ночном пришельце. У головы не было глаз и нижней челюсти…

– Ты кто? – испуганно прохрипел Влад. – Чего тебе нужно?

Кошачья голова не шелохнулась. Она будто парила в черноте, пожирая мальчика чёрными провалами вместо глаз.

– Мама! – прохрипел мальчик, всё больше пугаясь. – Мама…

Но мама не слышала. А тварь словно наслаждалась страхом мальчика.

Влад зажмурился, а когда открыл глаза снова увидел кошачью голову, только терерь она была ещё страшнее. Она приблизилась и внимательно изучала мальчика огромными чёрными дырами глаз.

– Выходи… – дрожащим голосом произнёс Владик. – Я тебя вижу.

– Нет! – шелестящим шёпотом ответило существо. – Ты пока ещё не можешь видеть меня!

Оно отпрянуло в тень и стали видны только его вспыхнувшие красным глаза.

Испугаться как следует мальчик не успел, слишком уж тянуло в сон под монотонный стук дождя. Кошачьи глаза мигнули и исчезли под письменым столом. Владька открыл глаза и сел на койке.

Зловещей кошки нигде не было. Кажется это был только сон…

Или нет?

А на границе сна и яви мальчик услышал злой смех из тёмного угла…

4

Владька так боялся, что проспит, что два раза вскакивал ночью и в предрассвеный час, когда спали все, даже призраки. В доме и за окном стояла мёртвая тишина, не гудел даже проспект, а мальчик хотел бежать на улицу.

О кошке Владька забыл, словно она была сном.

Мама тоже просыпалась и силком тащила мальчика спать, говоря, что лететь ещё рано и она сама его разбудит. В третий раз Владик уже не мог заснуть и лежал на постели, притворяясь, что спит.

Страх, что ребята уедут одни не давал Владьке покоя до самого рассвета. И вот тут-то мама вошла в комнату.

– Владюша, пора вставать! – ласково сказала она, затормошив Влада.

Владька вскочил, и через минуту они уже мчались по улице. Мальчики улетели рано и всё утро проспали на заднем сидении аэромобиля.

Спросонья было зябко, мальчишки спали, прижавшись друг к другу, а взрослые тихо разговаривали под монотонное бубнение радио.

Ещё бы, не спать! Их разбудили в сумерках рассвета и в аэромобиле они досыпали те часы, которые провалялись без сна ночью.

Влад открыл глаза и уставился в люк на крыше салона, затем в окно.

Солнце стояло в зените и сквозь прозрачный люк грело мальчикам лица.

– Ну что, проснулись, ребята? – обернулась к ребятам с переднего синения Мишкина мама, ухватив сына за ногу. Мальчик выдернул её и потянулся под покрывалом.

– М-м-м… – промычал Миша и потянулся.

Владька окончательно проснулся. Начали просыпаться и другие ребята.

– Владюх, слезь, у меня ноги затекли, – попросил Юра, на котором Влад лежал, когда они все уснули. Юрка зевнул и сел у окна.

Владик тоже потянулся и посмотрел в заднее окно. Шоссе под ними петляло, поднималось на холмы и спускалось в низины.

За окнами аэромобиля свистел ветер, раскачивая еловые лапы. С деревьев капало, но в люк на крыше влага не попадала.

Мишкин дед прибавил громкости в приёмнике:

"Как-то ехал я, перед рождеством

Погонял конягужевым хлыстом.

На моём пути тёмный лес стоит,

Кто-то в том лесу вое и кричит…"

В окна задувал сквозняк, и сонная одурь растворялась в его дуновениях, пахших землёй, прелой травой и хвоей.

– Пацаны гляньте, какая погода зашибенсая! – оживился Миша, приподнимаясь на локтях и заглядывая в окно.

– А скоро приедем? – нетерпеливо спросил Андрей.

– Уже половину пути пролетели, – успокоила его Мишина бабушка.

Ясный день заливал золотистыми солнечными лучами осенние пейзажи за окном. Аэромобиль мерно гудел антигравом, летя над шоссе. Мимо проносились убранные поля и хвойные чащи. Пожухлая трава сверкала капельками росы. Два раза они останавливались по дороге, чтобы позавтракать и пообедать и немного размять ноги. И вот опять замелькали леса и поля…

– Мам, может ещё немного погуляем? – спросил маму Миша.

– Наверно часов через пять, мы прилетим, детвора, – взглянув на часы, заметила Мишкина мама. – Тогда и нагуляетесь!

Аэромобиль мчался мимо деревушек. Проносились избы, деревенские прудики за заборами. Они пролетали над мостами через мелкие речушки и видели качавшиеся у берега лодки.

В полёте мальчишки коротали время за разговорами. Мишка уже который раз пересказывал байку о безголовом менте, о ведьмах, которые устраивают шабаши каждую ночь и летают на пылесосах, о чертях в старой церкви, полной чёрного ужаса, об огромной зловещей чёрной кошке, которая бродит в окрестностях деревни.

– Вот кошка эта, – увлечённо говорил Миша, едва лишь они пересекли длинный железный мост через широкую реку, – и есть главная ведьма!

Владька почувствовал, как внутри у него похолодело. Мальчик вспомнил то существо, которое глядело на него из тёмного коридора и его красные глаза.

Но тут же решил, что померещилось спросонья.

– А про упырей слышали? – горячо спросил Миша. – Вот у нас есть там река, а через неё мост. И вот, кто в полночь встанет на середине моста…

– Миша-а, – протянула Мишина мама, – хватит уже ребят пугать.

– А я не пугаю, – замотал головой Миша.

– Мы не боимся, – хором поддержали Мишку друзья.

А места становились всё глуше, лес всё темнее. Всё реже виднелись дома заводские трубы и радиовышки. Но вскоре исчезли и они…

Наконец они пролетели знак радиационной угрозы и началось тёмное лесное безлюдье, где жили страхи, провожавшие их недобрыми вхглядами…

5

Наступил вечер, а они всё летели, уже без привалов. Шоссе спускалось в низину, где уже клубился вечерний туман. Всюду темнел лес. Мишкин дед поднял штурвал и аэромобиль полетел прямо над туманом.

Наконец появился ржавый и дырявый дорожный знак:

"Зелёный Колодец, два километра"

Мальчишки оживились и прилипли к окнам, озирая обочины шоссе. Они заросли высокой травой и осокой, а деревья попадались сплошь хвойные.

Неспокойная гладь водохранилища, чьи воды плескались у дамбы слева от шоссе, сверкали в солнечных лучах. Оно уходило вдаль, а за ним на горизонте виднелся зелёной полосой лес.

– Ну что детвора, хотите пройтись до деревни? – окликнул их Мишкин дед, загадочно улыбаясь. Мишка тоже заулыбался и посмотрел на друзей.

– А мы что, уже прилетели? – недоверчиво спросил Андрюшка и на всякий случай глянул на часы у себя на запястии. – Мих, мы прилетели?!

– Может не надо? – с сомнением спросила деда Мишкина мама. – Кто знает, какая дрянь из леса может вылезти?

– Да пусть проогуляются, – небрежно отмахнулся дед. – Ничего с ними не случится.

– А что, давай по лесу прогуляемся? – согласился Мишка, когда аэромобиль подлетал к обочине шоссе. – Дед, мы у того знака спрыгнем, ага?

Они остановились у знака и в салон влетел сырой осенний ветерок.

– А если заблудимся? – забеспокоился Илюха, первым спрыгивая на траву, возле ещё одного ржавого знака радиационной угрозы.

– Не боись, я здесь каждую тропинку знаю! – заверил друзей Мишка и спрыгнув на землю, сладко потянулся, разминая руки и ноги.

– Ладно дети, погуляйте, до деревни всего ничего, – разрешила Мишкина бабушка, – ждём вас дома, а нам ещё устраиваться, – и взъерошив внуку волосы, она запрыгнула в аэромобиль. – К ужину, чтоб были дома!

– Ага! – обрадованно откликнулись ребята.

Аэромобиль снова взмыл в воздух, и гудя, полетел над шоссе в лес.

– Идём в сайву, здесь недалеко, – позвал за собой друзей Миша и мальчики пошли по пустынному шоссе в лес. В деревне, за лесом лаяли собаки.

Солнце зашло за лес. Он затенял дорогу и ребятам было зябко.

Войдя в сайву, Владька почему-то оглянулся назад. У мальчика чаще забилось сердце, когда он заметил на дорогееё, чёрную кошку.

Она была размером с собаку и глаза её горели красноватым светом. Кошка смотрела на Владьку и в спины ребят, и будто улыбалась. Но улыбалась недобро, даже зловеще и у мальчика похолодело внутри.

Виной этому был конечно не ветер. Владик зажмурил глаза, досчитал до десяти и открыв глаза, увидел, что дорога пуста. Чёрной кошки и след простыл.

– Владька, идём! – позвали его ребята. – Ты чего там увидал?

– Ничего, – успокоил друзей Владик. – Иду!

Владька ещё раз оглянулся назад и побежал к мальчишкам, решив ничего им не рассказывать про эту кошку.

"Ещё решат, что я струсил, – резонно подумал мальчик, – какой-то уличной кошки испугался!"

Чёрная кошка была огромной, но мало ли чего с испугу привидется?

Влад посмотрел, как мечутся на дороге световые пятна и тени от ветвей и побежал догонять друзей, то ли боясь остаться один в этом заброшенном месте, то ли боясь, что эта тварь с красными глазвами, может вернуться…

Глава III

Кладбищенская крапива

1

Сайва была дремучей и непролазной. Мальчики приехали в глубинку и места здесь были дикими. Колючие еловые лапы нависали над старой бетонкой, по которой шли друзья. Догорал холодный сырой день, а ему на смену шла промозглая, тёмная, полная страхов осенняя ночь.

– Мишка, а в твоей деревне есть пионерский клуб? – спросил друга Влад, выбегая вперёд, по старой бетонке, ведущей в сайву.

– Есть конечно, и школа сельская, – кивнул Миша, свернув направо и махнув рукой, приглашая идти в лес. – И ребята хорошие. Хотя есть трое гадов…

– Узнаем, чем вы тут занимаетесь, – озорно улыбнулся Андрюха, рассматривая свои испачканные в грязи кроссовки.

– Сейчас пойдём по той дороге, через болото, – сообщил Мишка, срубая веткой уже пожухлый дудник. – Выйдем прямо к Вовкиному дому.

– Это твой друг? – с интересом спросил Илья, срубив стебель крапивы.

– Ага, – небрежно ответил Мишка, – он старше тебя на год. Надя рядом живёт, на отшибе… Я вас короче познакомлю. Они интересные ребята.

В лесу у самой земли клубилась вечерняя дымка. С деревьев капало и очень противно было когда вода попадала за шиворот.

А лес становился всё более тёмным. Солнце едва виднелось за могучими елями, и лишь их верхушки озарялись янтарным светом. Косые лучи всё же пробивались вниз и плясали на опавшей хвое.

Густая лесная растительность была мокрой, мох тоже пропитала влага. В воздухе парило и мальчики расстегнули куртки.

Наконец начались плиты какой-то давно заброшенной бетонки. Всюду росли болотные травы, а сама бетонка здесь поросла болотным мхом.

Вымокшие под ночным дождём дебри, в сумерках были мрачные, даже в этот солнечный день. Болото не раскисло, зато болотные травы и нескончаемая капель с деревьев вымочила ребят до нитки.

– Здесь уже близко, – подбодрил друзей Миша, когда бетонка стала спускаться вниз, к болоту. – Айда на болото, срежем по гати!

– Спятил чтоль на болото идти? – недовольно буркнул Юрик. – Нас комары съедят! А ещё мы вымокнем…

– А здесь мы ещё пуще вымокнем, – гнул своё Мишка, накинув капюшон, и раздвигая еловые лапы, нависшие над землёй. – Идём, так мы быстрее к Вовке и Надьке выйдем. Они же на отшибе живут.

– Не пойду! – заупрямился Юрик, и зябко передёрнул плечами.

– Юра, чего ты вредничаешь? – снисходительно хмыкнул Владька, подходя к другу и решительно хватая его за руку.

– Да отцепись ты! – сердито буркнул Юрик.

– Эй ребят, помогите мне этого нести! – попросил Владик ребят и озорно хихикая, они набросились на мальчика.

И за руки, за ноги понесли визжащено Юрку сквозь ельник.

– А ну не брыкайся, а то в трясину уроню! – весело прикрикнул Владька на вырывающегося Юрку, пробираясь через ельник.

Юрик пыхтел, стараясь освободиться, когда мальчики шли по гати пахнувшего тиной и прелыми травами болота.

Друзья вывалились на пожухлую осоку. Вывалились к ногам незнакомых мальчика и девочки, которые сидели на ржавой трубе и жевали жвачку.

– Мишка, сколько лет, сколько зим! – радостно закричали ребята, спрыгивая вниз и бросаясь обнимать Мишу. – Как здорово, что ты прилетел! А это твои друзья, да? Мы уже соскучились, честное слово!

– Чуть не раздавили! – жизнерадостно пропыхтел Влад, первым вскочив на ноги, а незнакомые ребята подошли к друзьям.

– Пацаны, вам плохо? – весело спросил ребят незнакомый мальчик.

– Да нет, мы просто играем… – смущённо улыбнулся Влад, рассматривая мальчика. Он был ростом чуть выше его. Владик был коренастым, а этот мальчик худеньким, рыжим и длинным. У него было озорное лицо, усыпанное веснушками. Рыжие волосы чёлкой закрывали глаза.

– Мальчишки! – фыркнула девочка, влезая в хвощ, чтобы поднять кепку. Она явно была старше всех. Лицо было серьёзным и красивым. Девочка носила длинные русые волосы собранные в конский хвост. – Все вы одинаковы…

– Значит это твои друзья? – ревниво спросил Мишку рыжий мальчик, с интересом изучая Ильку, Влада, Юрика и Андрюшку.

– Андрейка, – показал Миха на друга. – Самый весёлый у нас во дворе. Видите, лыбится? Это Илюха и Юрик, друзья неразлей вода. Это Владька, он правда мрачный немного, но друг хороший. Они в одном классе учатся.

– Чё это я мрачный? – обиделся Влад и друзья пожали ребятам руки.

– Я вам про них рассказывал, – небрежно сказал Миша, оборачиваясь к ребятам, – Мы в одной школе учимся.

– Я Вовка, – представился рыжий мальчик, – а это Надя, мы за одной партой сидим и играем…

– Владька, – протянул руку Влад и улыбнулся.

– С дураками двумя руками! – ухмыльнулся Вовка.

Владька заметил странность и по его коже пробежали муражки. Руки мальчика и девочки были холодные, вялые и склизские…

– Ну ты! – засмеялся Влад. Он совсем не обиделся.

– Пойдём погуляем? – предложила Надя.

– И зачем мы пошли на болото? – с раскаянием вздохнул Вовка, отмахиваясь от комаров. – Идём в деревню?

– Идём в лес и поищем бетонку, – не тепрящим возражений голосом проговорила Надя. – Вместо того, чтоб болтать, дорогу бы лучше искали!

– Надька, ты не вожатая в пионерлагере, – передразнил подругу Вовка.

Девочка лишь высокомерно хмыкнула в ответ.

– Вот дёрну тебя за косичку, будешь знать! – пригрозил подруге Вовка.

И весело болтая, друзья двинулись по болоту в темнеющую сайву. На болоте было тихо, только звенели поздние комары. А над болотом стелился туман, из которого торчали коряги и покосивщиеся телеграфные столбы.

– Ребят, где тут у вас вода есть? – спросил Юрик, на ходу разглядывая свои кроссовки, подошвы которых он испачкал.

– Мишка разве не рассказывал? У нас есть река, – рассеянно заметил Вовка, тоже изучая свои, испачканные ноги. – Вы бы летом приезжали, – вздохнул мальчик, – мы прямо с моста купаемся. Жаль узкая только…

– Ага, тебе озеро подавай! – фыркнула Надька, ероша мальчику волосы.

Друзья нырнули в лес. Солнечные пятна плясали на лесной подстилке.

В лесу было не страшно. Миша знал лес как свои пять пальцев.

Окрестности купались в вечерней дымке, по небу плыли розовые и оранжевые облака. Деревья шумели листвой и хвоей, их ветки трепетали на прохладном, бодрящем октябрьском ветерке, как будто сами по себе…

2

Зелёный Колодец был деревней, окружённый сайвой. Заросшие бурьяном заборы на востоке и севере смотрели на поле. Лес был мрачен, особенно сейчас, поздней осенью, ещё до снегопадов и зимних вьюг. Солнце висело над полем и косые лучи падали на дома и лес. В сайву уходила широкая старая бетонка заброшенного шоссе. Бетонка шла через поле и на её обочинах росли высокие тополя. А там, за лесом, в десяти километрах была уже другая деревня. Она тоже находилась в низине и окружали её леса. Немного ближе, совсем в лесу стояла заброшенная деревня. Давно, в ней случилась какая-то аномалия и деревенские её покинули. У местных она считалась местом проклятым, нечистым, населённым чертями, ведьмами и призраками.

– А всё из-за ведьмы, – многозначительно заявил Миша. – Она тут давно уже людей пугает. Вот я был маленьким, она ко мне в комнату, через окно заглядывала. Жуткая такая бледная старуха с чёрными глазами. Злющая! И всё грозилась забрать меня.

– Она и меня пугала, – вспомнил Вовка и вздрогнул. – Я как-то видел одну бабку. Она к нам заходила, взять золу. Стоит на крыльце и просит. А войти не может. У нас там чертополох висит над дверью… Короче мама дала ей золы, и она пропала. А там, где она стояла, я увидел кашачьи следы!

– А там, где она появляется, – подхватила Надя, – там либо всё когтями изодрано, либо чёрное горелое пятно…

У заборов качалась высокая крапива.

– Как много здесь у вас крапивы… – задумчиво заметил Андрюшка.

– Она здесь давно, – неопределённо вздохнула Надя. – С тех пор, как здесь стала шастать ведьма, всё прямо поросло крапивой!

– Её наши колхозники травобоями поливали, – отстранённо сказал Вовка. – Мой папа агроном, он чего только не перепробовал, чтоб избавиться от крапивы. А она всё равно растёт, как заколдованная!

Дым с соседского деревенского двора стелился над самой землёй и сливался с туманом. Всё шло к большому ненастью.

– Айда к церкви, – предложил Миша. – Она тут недалнко.

– Миш, может ну её, эту церковь? – рассудительно заметил Вовка. – Да ещё к ночи! Ты же знаешь, что там творится.

– Да не трусь, рано ещё! – взбуждённо ответил Миша. – Ещё два часа до темноты, успеем посмотреть.

Солнце уплывало на запад и по бескрайнему полю ползли гротескные вечерние тени от высоченных елей густого перелеска. Зелёным кольцом, они окружали бескрайнее, заросшее высокой травой поле.

– А чё вы её так боитесь? – озадаченно спросил Владик Надю.

– Она заброшена, – покусав губу, ответила девочка, – и в ней нечисть поселилась. Когда она ещё работала, там одного пацана отпевали, так вот, как поп стал читать молитву, из гроба кровавая дрянь полезла… Ну в общем жуть. А потом, как её забросили, там люди стали пропадать. Пропадут, а потом приходят, мертвее мёртвого! И чуть их тронешь, они на куски разваливаются.

– Сектонисты там однажды поселились, – увлечённо подхватил Вовка, – да так и пропали, а по ночам в церкви их голоса слышали. Кричат, чтоб их освободили. А те, кто живые оттуда приходил, говорят, что там иконы висят с жуткими ликами и они, короче прямо на тебя так смотрят… И будто их кто-то зовёт. И если согласиться и пойти на голос-назад не вернёшься.

– И чертей там часто видели, – внушительно сказал Миша. – Короче чего только о церкви не говорят. Да вы сейчас сами её увидите.

Они свернули и увидели её. С карканьем с креста в небо взмыли вороны.

3

Церковь была из красного кирпича, обветшалая, с дырявыми куполами, с ржавыми крестами, которые стояли вкривь и вкось. Заходящее солнце било в церковь и та казалась розовой, а из окон смотрела ночная чернота.

– Там ещё кладбище было, – вспомнила мимоходом Надя. – Я летом, днём туда лазала, и там сгнившие кресты и холмики, все крапивой заросли…

Владька почувствовал, как шевелятся у него волосы под шапкой.

– В церкви колоколов уже давно нету, – со значением сказал Миша, – а она нет, да и зазвонит по ночам… И как прозвенит тринадцать раз, так у ведьм и чертей там шабаш начинается.

Ребята дошли до церкви. Вблизи она была ещё страшнее. Вся она была изрисованая хулиганами, а из крапивы торчали покосившиеся сгнившие кресты, которые жутко скрипели на ветру.

– В этом месте давно уже не осталось ничего доброго, – таинственно сказал Вовка. – Как пришла ведьма, так и поселилась здесь нечисть. Сначала собака чёрная в церковь стала ходить. Потом начали покойники прямо из гробов вставать. Когда отпевали одного утопленника, в него будто вселилась какая-то нечисть и он бросился душить священника. А потом в двенадцать часов ночи стали видеть чёрта, который оседлал купол и пилил крест…

Они обошли церковь и кладбище, над которым повисли клочья вечернего тумана и вернулись в деревню.

– А что сегодня со мной было! – заметила Надя. – Мама меня послала в сельпо за мукой, я пошла, взяла муку, мама замесила тесто, напекла пирогов с мясом, я откусила, а внутри были могильные черви!