Хроники Судного дня. Часть первая. Книга Каннибала

    FALLOUT:    Хроники Судного Дня.

              КНИГА      КАННИБАЛА.

                            КНИГА ПЕРВАЯ.

          Вспаханный рай.

    … каждый человек – это Курьер богов.

У меня есть для тебя послание – как и у тебя для меня.   

Даже если ты этого не знаешь.

Сможешь ли ты прочесть мое послание?

Смогу ли я понять, что ты должен донести до меня?…

Как можно постичь бога, не постигнув себя?

Как черно мое сердце пылающее?…

                                                Евангелион.

                                                                  Книга Размышлений Нинурты.

                                          1.

… монотонно стучали колеса поезда, – первого в ее жизни. В старых книгах и фильмах она видела поезда, и часто представляла себе, – как это, наверное, здорово, такое путешествие. Реальность же обернулась кошмаром. Гремели на поворотах ржавым железом буфера, лязгали сцепления, и в вонючей темноте товарного вагона кашляли, рыдали и шептались подростки.

Две девочки держались вместе всю дорогу, с самого начала, дрожа от холода на полу возле закрытой двери вагона. Здесь со всего вагона перекатывалась моча, но если на то пошло, весь пол был в свежем и высохшем дерьме, а здесь через щели двери тянуло свежим воздухом, отгоняя вонь, и Мехра, одна из девочек, ни кому не собиралась уступать это место.

      Теса, ее подруга, дрожала рядом, забывшись нервным сном. Покосившись на нее, Мехра брезгливо подобрала босые ноги подальше от испражнений. К вони вагона девочки привыкли за неделю пути, но голод и холод постоянно терзали ее.

            Голод и холод …

      Тот, кто вырос на выжженных ядерным огнем Пустошах, наверняка просто не обращал бы на эти вещи особого внимания,– как Теса, например. Вон же, спит себе, – и ничего … Но для Мехры, еще пару месяцев назад не знавшей даже слова "Пустошь", голод и холод стали насущным кошмаром. Эти два маньяка преследовали девочку днем и ночью, напоминая о себе как назойливая муха, доводящая до безумия …

      Мысли о своем потерянном доме будоражили ее отупевшее сознание все это время … Убежище 101. Уютный и надежный дом для сотен людей под землей, укрывший своих обитателей от всех ужасов внешнего мира. Подземный мир Убежища 101 давал всем свет и тепло, уютные комнаты и одежду, работу и учебу: здесь нашли спасение представители высших каст – сар и джафа. Как случилось так, что всего этого вдруг не стало? Был внезапный рев сирен тревоги в коридорах, выстрелы, паника, убитые люди …

Вагон резко качнуло, и Мехра очнулась от полудремы. Поезд сбрасывал скорость, пронзительно скрежеща колесами, подростки зашевелились в темноте, встревоженно шепчась, по крыше вагона прогремели тяжелые сапоги, и кто – то хрипло сыпал грязными ругательствами, требуя открыть ворота.

Вагон еще двигался несколько минут, гремя железом, затем сильно дернулся, громыхнув, и, наконец, встал. Снаружи затопали сапоги, загалдела речь, сплошь состоящая из ругательств и проклятий, загремели снимаемые цепи и засовы, и дверь вагона с пронзительным скрежетом отъехала в сторону. Снаружи был вечер, но тусклый свет больно ударил в глаза измученным, замызганным грязью подросткам.

– На выход, ушлепки долбаные! – заорали голоса, и несколько рейдеров, запрыгнув в вагон, пинками и ударами прикладов погнали рабов наружу. – Шевелись, мясо! Конечная! …

      Подростки посыпались на улицу из вагона как горох. Здесь их выстроили вряд и стали считать по головам. Мехра, промаргавшись и привыкнув к свету, быстро и незаметно огляделась. Поезд, составленный из старых грузовых вагонов и платформ, на которых везли мотоциклы и несколько грузовиков, стоял перед каменной высокой грядой, дальше которой по горизонту тянулись, вздымаясь к небу, заснеженные горы. Головной тепловоз поезда застыл на въезде в тоннель.

    Метров двести полукругом вокруг тоннеля, имея позади горы, возвышалась самодельная стена из товарных вагонов, железных и деревянных щитов высотой с трех этажный дом; по ее периметру стояли вышки, и прожекторы освещали периметр внутри и снаружи. Этот выезд рейдеры называли Пересылкой, здесь начиналась их оборона, здесь принимали добычу и рабов.

    Мехра успела заметить на вышках охранников и спаренные стволы автоматических зенитных пушек, когда один из рейдеров, проходя мимо, не съездил    ей по лицу.

– Глаза в землю! Удавлю, сука!

    Из вагона за ноги выволокли и сбросили два окоченевших трупа. Подошел рослый рейдер в замызганном акавирском комбинезоне десантника, перекрещенный патронташами на груди, покачивая боевым дробовиком "либершафт" в руке.

– Сколько доехало? – спросил он, отлично сшитым сапогом с высокой шнуровкой переворачивая один из трупов на спину.

– Восемнадцать. Двое сдохло по дороге.

– Закурить дай.

    Прикурив, рейдер в акавирском комбинезоне повернулся к подросткам и скользнул по ним свирепым взглядом. Как позже узнает Мехра, это был Реддап, один из вожаков рейдеров. Его голова острижена наголо, он носил засаленную бородку и усы, и как у многих рейдеров, его лицо было в язвах и оспинах. Махира сразу подметила такие язвы у многих рейдеров, еще в пути, и подумала тогда, что они все чем – то больны.

– Освежевать, – Реддап стволом дробовика указал на трупы. – Че мясу – то пропадать … Остальных – в сарай. С утра заберем.

– Сделаем, – равнодушно ответил ему рейдер.

    Подростков погнали мимо поезда к тоннелю. Здесь было три старых облупившихся здания: два явно некогда были депо и мастерская, сейчас там ночевали рейдеры, а третье было некогда складом. Сейчас там запирали перед отправкой рабов.

    Когда двери захлопнулись, рабы расползлись по складу – кто небольшими кучками, кто с новым другом, кто в одиночку. Здесь были какие – то ржавые контейнеры и станки, и две новые подруги, Мехра и Теса, уселись на какое – то тряпье за ржавым ящиком.

    Есть хотелось невероятно, хотя голова уже не кружилась и не тошнило, но все же Мехра спросила подругу, стуча зубами.

– Как думаешь, поесть нам дадут?

– Не знаю, – отозвалась Теса. – Они нас завтра еще куда – то повезут. За нас заплатили. Не думаю, что им нужен мертвый товар.

– Ты говорила, что тебя выкупят родители. Думаешь, они найдут нас так далеко на севере? Здесь уже Загроские горы!

– Конечно! – горячо кивнула Теса, прижимаясь от холода к подруге, и стуча зубами. – Мои родители меня обязательно найдут!

    Мехра, по правде сказать, так не думала,– от того места, где работорговцы перепродали их рейдерам, их увезли на поезде за сотни километров. Среди их партии рабов было еще трое подростков – мальчишек; они были из поселения Тесы, но по непонятным Мехре причинам не пускали в свою "гопку" ее подругу, держались вместе, и даже отобрали у кого – то из детей еду.

          Мехра предпочитала не спускать с них глаз.

– Если нам не дадут еды, мы умрем, – проскулила Теса.

– Не исключено, – просто ответила Мехра.

    Дверь распахнулась, и вошел рейдер, держа автоматическую винтовку "штурмгевер" у бедра на изготовку.

– Жрите, ушлепки! – пьяно проревел он, отступая в сторону, и кто – то снаружи закинул в склад несколько горстей мяса и потрохов, разлетевшегося по полу перед испуганными рабами.

    Дверь захлопнулась, и рабы зашевелились. Они брали с пола мясо и полу обглоданные хрящи, кто – то брезгливо бросал их назад, и Мехра услышала испуганные возгласы.

– Что это, о боги? Что это?

– Это мясо …

– Человеческое мясо! – истерично закричала одна из девочек; она была с сестрой – близняшкой, и сейчас швырнула кусок мяса в дверь, визжа – Они нам скармливают трупы!

– Боги!

– Это те двое, что ехали с нами …

    Мехра уже и сама поняла, что им кинули, и сидела не двигаясь. Теса тихонько заскулила, уткнувшись лицом в колени.

– Мехра, что с нами будет! Я ведь говорила тебе, что все рейдеры – каннибалы! У них вещи из человеческой кожи! Они …

– Заткнись, – ровным голосом произнесла Мехра, взглянув на Тесу, и ее подруга замолчала, рыдая в голос.

      Мехра, подавив приступ голода, огляделась. Не все отреагировали столь бурно, как близняшки: кое – кто, отвернувшись, жадно ел, а те трое подростков из поселения Тесы, ползали по полу, собирая лучшие куски мяса и жадно насыщаясь.

    Они явно намерены выжить, подумала Мехра. Берегут силы, держатся вместе … Нет, правда, молодцы. Не знаю, помнят ли в их поселении о богах, но как учил Владыка Ю Хуан Ди: " Умереть может любой дурак. Выживи и выполни свой долг!" Да, все правильно. Но я не позволю никому выжить здесь за счет меня …

    Мехра задремала, но уже вскоре очнулась – Теса трясла ее за руку, вытаращив перепуганные большие глаза.

– Мехра они дерутся!

    Девочка выглянула из – за ящика. Эти трое ушлепков сейчас избивали одного из рабов, молодого парня; он был старше всех и умел драться, но явно ослабев от голода, он был сбит с ног, и эта троица сейчас избивала его куда попало. остальные рабы только жались к стенкам и кричали, прося их остановиться.

– Что происходит? – спросила Мехра у Тесы.

– Они дерутся!

– Скорее плющят втроем одного. А в чем дело?

– Я не знаю! Они …

    Теса не договорила. Одна из близняшек бросилась к ним, повиснув на руке старшего подростка из этой троицы.

– Что вы делаете! Остановитесь сейчас же!

– Отвали! – подросток отшвырнул ее; девочка вновь кинулась их разнимать, и кто – то из парней врезал ей по лицу.

– Да уймись ты, сука долбанутая!

    Что она делает, подумала Мехра… они уже почувствовали свою силу, они будут забирать еду и ставить свои порядки… ведь у рейдеров есть наверняка те рабы, кто присматривает за другими.

    Теперь внимание озверевших от крови юнцов переключилось на близняшку. Они обступили девочку, и она в ужасе попятилась.

– Перестаньте!

– Да успокойся ты, – ухмыльнулся старший.– Нормально все будет!

– Че – то ты визжишь до хрена, – расхохотался второй и рывком поставив ее на колени, затем от души врезал близняшке ногой по печени. Девочка рухнула на пол, захлебнувшись криком ужаса и боли и согнувшись по полам.

Мехра прислонилась спиной к стене и прикрыла глаза. Она слышала, как трое отморозков избивали и насиловали близняшку; она дико кричала, умоляя кого – ни-будь помочь ей, но единственный из парней, кто вмешался бы, избитый раньше, лежал в отключке, и Мехра уже давно уяснила себе, что даже если жертв больше, чем хищников, и у них нет лидера, ни кто к тебе не придет на помощь…

        Теса, дрожа от ужаса, проскулила

– Они идут сюда!

    Насытившись первым, старший из отморозков сейчас петухом прохаживался по складу, лениво наезжая на детей и жадно рвя зубами кусок мяса. Близняшка, которую сейчас насиловал следующий из его дружков, лишь рыдала и слабо стонала.

          Старший, жуя, остановился перед Мехрой и Тесой.

– А, Теса, привет, – проговорил он лениво.

– Что вы делаете, Хави, – завизжала ему, страх заглушая криком, Теса. – Мы ведь всеиз одной деревни! Мы не рейдеры!

    Почувствовав власть, человек быстро входит во вкус. И Мехра не особенно удивилась, когда парнишка с ноги врезал Тесе по лицу. Наступив ногой на ее шею, он гнусно ухмыльнулся.

– Теса, ты же умная девочка … И знаешь что? Держись с нами, землячка, и мы вместе не пропадем.

          Она лишь что – то прохрипела в ответ.

– Но чтобы я тебя защищал, – глумясь, продолжал юнец, – ты отсосешь у нас всех, а за одно я тебе целку поломаю… Ты ведь еще никому не давала, а, Теса?

      Красуясь самим собой, Хави косился на Мехру. Мехра знала, что очень привлекательна, и выглядела старше своих лет, с длинными стройными ногами, высокой грудью и широко очерченными бедрами. А значит, неизбежно привлекала внимание.

        За спиной Хави, сыто отдуваясь, встали его дружки.

– А кто твоя подружка? – глумливо продолжал Хави. – Если она постарается, то мы и ее защитим от невзгод …

      Не меняя позы, Мехра спокойно взглянула ублюдку в глаза, и Хави немного замешкался, сбитый с толку, – девочка смотрела на него без страха, с холодной спокойной яростью и интересом. И Хави, немного растерянный, оглянулся на дружков, но кровь уже была распробована, и он не видел причин к отступлению.

– Ты че пялишься, сука?! – заорал он на Мехру, взмахнув кулаком. Девочка не шевельнулась, и Хави наклонился к ней. – Хули ты бычишь, я спрашиваю? Ты че,– немая?!..

    Если тебя хотят убить, учит Владыка Нинурта,– бей первым. Если ты позволишь наступить себе на пятки,– тебе наступят на шею. Если ты позволишь ударить тебя один раз, – это будут делать всегда. Не разговаривай с тем, кого ты собрался убить …

    Мехра вскинула руки, схватив наклонившегося к ней юнца за голову и одним резким движением сломала ему шею. В следующее мгновение, подскочив как пружина, Мехра отбросила уже мертвого вожака, и с размаху врезала ребром ладони ближайшему отморозку по переносице: жаль сил не хватило, чтобы на смерть, но он был выведен из строя, и Мехра развернулась к третьему. Парнишка нашелся на удивление быстро, – наверняка он не был новичком в драках, – уже в следующий миг она отлетела к стене, получив боковой в бок, и он насел на нее, яростно работая кулаками, стараясь попасть в солнечное сплетение или в челюсть и не дать ей ответить ему на удары.

    " Если ты пропустила удар – не останавливайся,– прозвучал в голове Мехры голос инструктора по боевой подготовке.– Это ошеломит твоего противника, ведь во время обычной драки это сигнал для окружающих, что ты вроде как проиграла."

    Поплыв от удара, девушка все же уцепилась за его руки, задыхаясь от боли, стараясь не дать ему нанести точный удар, и Мехра вцепилась зубами ему в нос, рванув хрящ; противник дико завыл, выпустив ее, Мехра врезала ему коленом в пах, схватила    согнувшегося парня за голову, крутанув вправо, и с наслаждением услышала хруст позвонков.

    Теса, подвывая, отползла в сторону. Мехра, тяжело дыша, утерла с разбитого лица кровь и взглянула на последнего из троицы, сейчас очнувшегося и вставшего на ноги. Его нос был изуродован ударом, глаза по щенячьи взирали на Мехру.

– Я больше не буду, правда! Замяли, все, лады?..

          Не оставляй в живых врага – он может отомстить.

          И Мехра, от души вложившись в удар, прыгнула вперед, словно была в спортзале Убежища, ударив парня головой в многострадальную переносицу. Противник с воплем рухнул на пол, и Мехра несколько раз врезала ногой ему в горло, прямо по кадыку, забивая на смерть, зная, что тот больше не жилец …

Мехра села на свое место. Кровь все еще текла с разбитого носа, болело избитое тело, но девочка испытывая настоящее наслаждение от драки,– впервые в жизни.

    Папа бы мной гордился, – рассеяно подумала она. Интересно, сколько еще мне придется убить людей, чтобы отвоевать свое место под солнцем?..

Утро было сумеречным и холодным, над горами клубился туман, – впрочем, погода здесь часто была такой, хотя температура редко опускалась ниже нуля. На счастье рабов, которые здесь редко носили что ни-будь кроме набедренной повязки и обуви, а то и вовсе без нее.

    Подростков построили у товарного состава, вновь пересчитали по головам. Мехра спокойно смотрела, как убитых ею троих юнцов выволокли за ноги из сарая во двор.

– Какого хрена! – один из рейдеров пинком перевернул на спину окоченевший труп – Трое – жмуры! Че за мясня? Кто учудил?…

    Несколько подростков молча указали на Мехру. Рейдер шагнул к девочке, больно взяв пальцами за подбородок, и прохрипел в лицо, дыша вонью перегара и лука.

– Это ты тут фарш устроила, малолетка?

– Да, – не опуская глаз, разжала девушка разбитые губы.

– Ну ты … зверюга какая, – рейдер отпустил ее, расхохотавшись, и крикнул товарищу – Видал? Не дает!

– Один хрен, кто ни-будь целку порвет, – отозвался кто – то, и рейдеры вокруг разразились хриплым, перепитым хохотом.

    Мехра спокойно огляделась. Из тоннеля выехал, сверкая полированным хромом, мощный мотоцикл – байк, с которого соскочил рослый и широкоплечий рейдер в обычной броне местных налетчиков, в шортах и высоких сапогах со шнуровкой, с невероятно засаленной бородой и устрашающим ирокезом на бритой, растатуированной голове. Это был Криншоу, один из главных вожаков местных рейдеров, и как позже узнала Махира, правая рука их короля – лугаля по имени Ашур.

    Вышел Реддап, что – то доложил. Криншоу явно был чем – то недоволен, хрипло матерился, качал головой, и, наконец, махнул рукой в перчатке из человеческой кожи.

– Гони их в стойло, Реддап!

    Подростков загнали в товарный вагон, двери закрылись, загремели засовы. Мехра уже привычно уселась на загаженный пол, в полумраке у двери, рядом дрожала и жаловалась Теса; наконец, поезд загремел железом, тронувшись с места.

    Мехра закрыла глаза, укачиваемая тряской. Голод притупился, но никуда не ушел, терзая нудно и безжалостно…

– Есть хочу, – проскулила рядом Теса.

– Заткнись, – сквозь зубы отозвалась Мехра.

    Поезд ехал долго через тоннель, около часа, и когда они остановились, детей вновь выгрузили и посчитали. Здесь уже стояли под охраной рейдеров взрослые рабы, человек двадцать, и пока шел пересчет, Мехра торопливо огляделась.

    Здесь была старая товарная станция, стояли несколько грузовых поездов, высились груды кирпича и металлолома, и насколько хватало глаз, вокруг были высокие горы.

    Подростков согнали в общую кучу рабов, и двуногий скот погнали по старой шоссейной дороге через небольшое ущелье. Рабы кашляли, сморкались, шаркали по старому асфальту ноги, и когда скалы перед ними внезапно расступились, над толпой прокатился дружный изумленный вздох.

    Шоссейная дорога выходила к огромному железному мосту, сплошь забитому грузовыми машинами, автобусами, смятыми легковушками, – словно огромная пробка образовалась здесь, – и осталась навсегда. Но не это вызвало вздох у рабов,– за мостом вздымались как горы, а часто и выше гор, шпили и сияющие коробки небоскребов огромного города, его заводские трубы и пирамиды храмов, все в огнях и переливающемся неоне реклам, и гордо сияло над въездом моста огромный баннер, – " Добро пожаловать в город Дери".

    Мехра уже видела по дороге сюда мертвые города, погибшие в последней войне, – полуразрушенные, жуткие, как разлагающийся труп, чудом уцелевшие районы в хаосе перекореженного бетона и металла, в цепочках огней и уцелевших реклам, но этот город – призрак, город Дери, поразил рабов своим первозданным, не тронутым видом. Но уже подойдя к мосту Мехра поняла, что лоск Дери был только миражом. Рабов повезли через реку на старой, ржавой речной барже, и рабы задыхались как рыбы, выброшенные на берег, – испарения от реки, несшей свои воды с чистейших, казалось, гор, были радиоактивны; набережная обветшала и выглядела как после артобстрела. Нет, город Дери не получил ядерной оплеухи, как другие города, но он был пуст и заброшен, вселяя ужас своим немым благолепием.

    Тяжело дыша от испарений, Мехра торопливо вслед за остальными выбралась на набережную с баржи. Поразительно, не без трепета подумала девушка, весь север Шумера разрушен, все города в руинах, а Дери совершенно не тронут, – почему?.. Неужели рейдеры – бывшие обитатели этого города? Но тогда этих маньяков должно быть больше, а рейдеров, между тем, не так много, ну может, несколько сотен…

        Обманул и город.

    Когда рабов гнали с набережной по улицам, Мехра с удивлением отметила про себя, что сами рейдеры опасливо стараются покинуть скорее пустую набережную. Длинные пяти и восьми этажные дома, офисы и магазины зияли выбитыми окнами и дверями, мостовые были загажены мусором и ржавыми машинами, и миновав пару улиц, рабы вышли к огромной баррикаде, достигавшей третьего этажа домов, – правильная стена, сложенная из автобусов, смятых машин и трамваев, с рельсовыми воротами посредине. Баррикада была окутана до верха колючей проволокой, на которой висели мины, по верху ходили часовые, торчал длинный ствол танкового пулемета. Это озадачило Мехру, – от кого они тут так обороняются?… Бежать через радиоактивную реку было безумием, без баржи просто не реально, а дальше были горы, туннель на входе или выходе охраняли те же рейдеры…

    Ворота в баррикаде отъехали вправо с надрывным ржавым грохотом, и рабы вступили на другую сторону улицы, а точнее – в сам город рейдеров Дери. Лишь позже Мехра узнает, что налетчики жили всего в трех кварталах города у набережной, все переулки и улицы в город были перегорожены такими вот баррикадами, образуя огромный закрытый периметр, внутри которого был ступенчатый храм – зиккурат и обнесенная бетонным забором громадина какого – то старого завода. Не без удивления Мехра увидела, что из пяти дымовых труб завода валит дым и пар, грохотали над районом железом какие – то механизмы. Дыхание перехватывало от запаха гари, вони разложения, улицы были загажены мусором и гниющими отбросами, кое – где валялись обглоданные кости. Что сразу отметила про себя Мехра, так это натянутые над улицами, как мостики и переходы, ржавые армированные сетки, – эти натяжные мосты соединяли между собой    многие дома, были установлены между дворами, и не сложно было представить себе, что если случится в городе рейдеров восстание рабов или ворвется враг, то местные хозяева, обитающие на верхних этажах зданий, устроят врагу беспощадный огонь сверху; видимо, тот кто думал об этом, не зря приказал замуровать подъезды домов и забить железом окна первых этажей.

    Но жизнь здесь кипела, – своя, жуткая и безжалостная. Отсюда рейдеры Дери ходили в налеты на Пустошь, сюда свозили добычу и рабов, а те из банд, кто был сейчас здесь, охраняли периметр, пропивали добычу, дрались и резались в барах. Здесь было сборище самых отъявленных головорезов и душегубов, насильников и убийц, многие из которых крепко сидели на наркотиках или алкоголе, и ни кто из этих мужчин и женщин не ставил жизнь ни во грош, – ни свою, ни чужую, и рейдеры Дери считались самыми беспощадными налетчиками, приходящими с Севера из Бесплодных Земель…

    Рабов через ворота загнали во двор завода; человеческое стадо сбилось, в кучу, дрожа от ужаса и холода, не смея поднять глаза на охранников, грязных не меньше самих рабов, но одетых в армейские камуфляжные комбинезоны или самодельную рейдерскую броню, – из человеческой кожи, щетинившуюся ржавыми шипами, и высокие шнурованные сапоги.

    Детей и подростков отсеяли в отдельную группу и погнали в один из дворов завода, где был мед. блок. Рабы заходили сюда по одному, и дожидаясь своей очереди, Мехра присела вместе с Тесой на землю у стены. Спокойно оглядываясь по сторонам, девушка встретилась взглядом с одним из подростков,– этот крепкий парнишка и пытался вчера защитить своих слабых товарищей от тех отморозков, убитых Мехрой.

    Они пристально посмотрели друг на друга, и Мехра с искренней симпатией протянула ему руку.

– Мехра,– представилась девушка.– Ты смелый парень.

– Хорст,– он пожал ее руку и усмехнулся разбитыми губами.– Как видишь, смелость не заменит умения драться. Где так намастрячилась, если не секрет?

– Я из Убежища,– просто ответила она, пожав плечами.– Из настоящего Убежища фирмы «Волт Тек». Я из касты сар.

– Охренеть,– с искренним восхищением кивнул Хорст.– Я давно о вас ничего не слышал. Как ты здесь оказалась – то?

– Не хочу об этом говорить, Хорст, – попросила девушка; Хорст понимающе кивнул, и тут Теса проскулила, потянув Мехру за руку

– Там еду дают!

    У соседней стены стояло несколько ведер, заполненных потрохами и какими – то    костями с остатками мяса; двое рабов сортировали эту смердящую массу на замызганном кровью столе, отгоняя роившихся вокруг мух, и один из рабов громко и равнодушно повторил, обращаясь к новеньким

– Кто голоден, можете взять поесть, сколько влезет!

– Идем?– заглядывая ей в лаза, проскулила Теса

– Я не хочу,– с омерзением глядя на содержимое ведер, ответила Мехра – Иди, если хочешь.

    Теса немедленно умчалась к столу, и Хорст осторожно присел рядом с Мехрой, которая пристально посмотрела на него.