Время Майя

— Мы с Эваном решили найти математическую закономерность и объяснение принципам, по которым инженеры майя определяли форму камней для этой кладки, — пояснил Яромир с интересом наблюдавшему Хавьеру. — Посмотри. Кажется, все камни многогранные и разные. При этом стыкуются так плотно, что образуют монолит без раствора!

— Полигональная кладка, — уточнил Эван.

— Да! По такому принципу построены большинство зданий Вака, — продолжил Яромир. — И они хорошо сохранились в течение тысячелетий несмотря на регулярные землетрясения. Получается, инженеры майя могли вычислять зависимость формы камней в кладке и устойчивости будущего здания! Точность обработки камней — поражает. Таких результатов можно добиться сейчас только на серьезном оборудовании в заводских условиях.

— Совсем не факт… — заметил Хавьер. — Возможно, майя умели отливать… Из раствора. Получая имитацию природного камня. Как мы сейчас отливаем элементы конструкций из бетона.

Яромир с уважением посмотрел на Хавьера. А Эван, оторвавшись от работы, широко улыбнулся Хавьеру, подмигнул и показал большой палец вверх в запыленной печатке левой руки.

— Вполне возможно, — согласился Яромир. — Это любимое объяснение Эвана. В том числе для способа строительства египетских пирамид и городов-крепостей инков. Но оно не отменяет того факта, что количество типоразмеров и форм камней должно быть конечным! Иначе рабочие никогда не воплотили бы в жизнь ни один замысел с полигональной кладкой, всё бы перепутали. Вот, будем сортировать и систематизировать весь строительный материал, который извлекаем. Уверен, выстроим логику.

Подошла Ила и легким прикосновением к руке позвала Хавьера с собой. Они спустились на первый этаж обсерватории, где уже давно в прохладе обосновались за складным столом с ноутбуками Асгар и Аяна. На мониторах была видна карта города Вака. Выглядела она гораздо более насыщенной подробностями, чем та, которую обнаружили несколько часов назад на стене.

— Смотри, — сказала Ила Хавьеру, указывая на увеличенное пространство над картой на мониторе перед Аяной. — Здесь когда-то был изображен глиф, читается на майянском «аак», и означает «черепаха». Необычно, что он был высечен отдельно. Традиционно глифы майя располагались парами, в колонках.

— Черепаха? — переспросил Хавьер, но в его голосе не было сомнения, а скорее подтверждение мысли.

Подошел Маркес, выпустил облако сизого дыма из своей любимой трубки и прокомментировал:

— Для древних майя образ черепахи был связан с понятиями времени и космоса. Её медлительность напоминала циклы движения небесных тел. На сохранившихся изображениях панцирь часто поделён на сегменты с рисунками. Возможно, это связано с системой календарных циклов и астрономическими вычислениями.

— Мы нашли кое-что интересное! — прозвучал голос Яромира с лестницы. И вся команда поспешила на верхнюю площадку.

— Механизм приводился в действие после установки глиняной фигурки в углубления на диск, — стал объяснять Яромир коллегам, собравшимся возле разобранной по камушкам части верхней площадки обсерватории. — Установленная в правильное положение фигурка снимала блокировку стопора, и диск поворачивался. После чего, усилие от поворота передавалось на граненный штифт, уходивший вниз через постамент в перекрытие между этажами. Там, штифт соединялся с другой частью механизма, которая запускала в движение открытие замка скрытой двери.

— Она вон там, — показал рукой в пыльной рукавице довольный Эван в сторону стены с картой.

Все, кроме Эвана и Яромира, с недоумением смотрели на каменную стену.

— Сам механизм за века разрушился, что облегчило нам работу по открытию этой двери. — продолжил, сияя улыбкой, Яромир. — Главное, было понять куда приложить усилие, так сказать.

— Это наш профиль, — гордо отметил Эван.

Он подошел к стене, картинно приложил руку к изображению древней карты, замер. Затем, сделав два шага вправо, едва заметным движением надавил на один из каменных блоков. Рядом с ним медленно отодвинулась в сторону часть кладки, оказавшаяся имитацией массивной каменной стены. Открылся проход.

— Вау! — ёмко выразила всеобщий восторг Аяна.

Маркес крепко сжал в объятиях стоявшего рядом Яромира, а затем сгреб в охапку своих могучих рук и раскрасневшегося от избытка всеобщего внимания Эвана.

— Вы — лучшие! — не пытался сдерживать эмоции Маркес.

Осветив открывшуюся темноту, исследователи увидели узкий спуск с каменными ступенями, который был устроен внутри круглой стены обсерватории.

— Оригинальное решение, — прокомментировал Эван.

Ступени по спирали уходили вниз. Первым пошел Эван, за ним Маркес, потом Хавьер.

— Мы уже ниже уровня фундамента, глубоко под землей, — заметил Маркес через несколько минут после начала спуска.

Луч фонаря неожиданно выпрямился. Спуск закончился. Открылся коридор. Его стены древние строители сложили из массивных каменных блоков различной формы, тщательно подогнанных друг к другу. Свод вверху был невысоким и полукруглым, — можно было достать рукой. В ширину вполне могли разойтись два стройных взрослых человека. Воздух был плотным, пахло древней пылью и временем. Шоколадно-кофейные оттенки поверхности каменных блоков как будто поглощали падавший на них свет.

Коридор закончился совсем скоро: впереди высилась массивная плита, наглухо перекрывавшая проход. Маркес нахмурился, освещая её фонарём.

Эван осторожно провёл рукой по холодному камню, всматриваясь в едва заметные линии:

— Эта плита когда-то двигалась…

— Но теперь она намертво зафиксирована, — добавил подошедший Яромир. — И это не бутафорская стена, как наверху. Вес плиты десятки тонн, навскидку. Поиск механизма, который приводил её в движение вряд ли что-то даст. Он, скорее всего, также разрушен временем. Краном мы сюда не скоро доберемся…

— Чёрт! — выругался Маркес и добавил: — Да и местные власти вряд ли дадут добро на то, чтобы мы пригнали тяжёлую строительную технику и разобрали древнее наследие с риском больше никогда его не собрать…

Яромир с Эваном нахмурились ещё больше.

Разочарованный Маркес отправился назад, наверх — перекурить. За ним последовали Эван с Яромиром.

В подземелье спустилась Ила и застала Хавьера изучающим изображения, высеченные древними мастерами на стенах коридора.

— Смотри, красота какая, — позвал он Илу, осветив фонарем часть каменной кладки, уходящей на несколько шагов перед.

По стене тянулся ряд кошачьих глаз, высеченных с потрясающей детализацией. Художник заложил интересную последовательность: глаза начинались с почти сомкнутых век, словно в дреме, и постепенно открываясь шире, заканчивались широко распахнутым, наполненным первобытной силой и угрозой. Создавалось ощущение, будто камень пробудился от векового сна и наблюдает за каждым их движением.

— А вот здесь, по твоей части, — указал Хавьер на столбцы ажурных глифов, вырезанных на гладкой каменной поверхности.

Ила подошла, смахнула пыль, и навела камеру смартфона на барельеф.

— Чаак Ба'лам хоч» ц'еч ку'уч ц’ак’баан, — прочитала Ила. — Сейчас… Ещё немного времени, подберу наиболее подходящий ситуации смысл.

И через несколько секунд, торжественно произнесла:

— Вот! Красный ягуар откроет собрание мудрости достойному.

— Это, конечно, сразу всё объясняет, — улыбнулся Хавьер.

— Ты сомневаешься в точности работы моей нейросети? — Ила комично прищурил правый глаз и уперла одну руку себе в бок.

Хавьер рассмеялся, а следом прыснула звонким смехом Ила.

— Ещё одна загадка, будем разбираться, — весело подытожил Хавьер.

Пройдя вдоль изображений глаз ягуара, они подошли к массивной плите, перегородившей коридор. Хавьер провел ладонью по камню, посыпался тонкий слой пыли, открывая рельефный рисунок.

Ила отшатнулась. На них смотрела голова огромной змеи.

С потрясающей деталировкой на поверхности плиты была изображена сцена, от которой веяло мощью и тревожной загадочностью.

Огромная змея, извиваясь кольцами, обвилась вокруг черепахи, сжимая её в своих смертельных объятиях. Глаза змеи вырезаны так искусно, что точно ловили взгляд каждого наблюдателя, вставшего перед ней. Куда бы он ни отшагнул.

Раскрытая пасть демонстрировала острые зубы, а витиеватый узор чешуи лишний раз подчеркивали мастерство древнего резчика.

Черепаха выглядела величественной, даже спокойной. Её массивный панцирь был украшен замысловатыми узорами. Голова поднята вверх, в противостоянии змеиному захвату.

Хавьер провёл пальцами по гладко отполированным линиям рисунка, ощутив прохладную шероховатость камня.

— Ещё одно послание, теперь с угрозой, — прокомментировал он.

По камням под ногами что-то зашуршало и мелькнула еле уловимая тень. Ила резко отпрянула, а Хавьер, не раздумывая, шагнул ближе, прикрывая её собой. Свет фонаря выхватил из темноты чернохвостого скорпиона, явно не довольного и светом, и пришельцами, нарушившими покой его владений.

Изогнув вперёд угольно-черный хвост, он широко расставил шесть упругих лап и угрожающе развел в стороны массивные клешни. Постояв так несколько секунд, оценив весовое преимущество непрошенных гостей, недовольно попятился и скрылся в трещине камня.

Хавьер медленно убрал руку, но Ила не отстранилась, её пальцы всё ещё касались его предплечья. В воздухе витали остатки тревоги, и он заметил, как неровно вздымается её грудь после испуга, как напряжены плечи. Несколько секунд Ила словно колебалась, а затем медленно опустила голову на грудь Хавьера, прижавшись сильнее.

Голова кружилась от цветочных запахов её волос и кожи. Она посмотрела ему в глаза и прижалась ещё сильнее.

Глава восьмая

Вечер окутал лагерь археологов мягким, тропическим сумраком. Сквозь кроны высоких деревьев проглядывали серебристые блики далёких звёзд, а в воздухе витала смесь ароматов свежесваренного какао, поджаренной кукурузы, кориандра и лёгкой горчинки дыма костра.

Ветерок, несущий влажный запах листвы и прелых древесных стволов, шевелил края навеса из сухих пальмовых листьев, под которым собралась команда. Тёплый свет фонарей колыхался в полутьме, отбрасывая длинные тени на грубый деревянный стол, где плясали неровные отблески очага.

Тьяго — неиссякаемый оптимист и признанный кулинар — был в своей стихии. Серьёзный, как дирижёр перед началом симфонии, он ловко помешивал соус в керамическом горшке и в полголоса напевал себе под нос на португальском. Его загорелые руки уверенно управлялись с деревянной ложкой, а вечно взъерошенные волосы упрямо сопротивлялись любому порядку. Тьяго не просто готовил — он создавал атмосферу.

— Сегодня у вас ужин, достойный правителей древних майя! — с гордостью сообщил Тьяго, расставляя перед каждым глубокие миски с дымящимся касеуэлита — густым рагу из тушёных овощей, кокосового молока и корня маниоки, источающим терпкий, обволакивающий аромат.

— А это что? — с любопытством спросила Аяна, разглядывая высокий сосуд с прохладным напитком, покрытым узорами, будто вырезанными вручную.

— Фреска-де-кас, — пояснил Тьяго с лёгкой улыбкой, разливая в глиняные кружки жидкость густого янтарного оттенка. — Ферментированная кукуруза, ваниль, какао, немного мёда… Майя знали толк в удовольствиях.

Хавьер поднял кружку, вдохнул тёплый, чуть землистый аромат и сделал осторожный глоток. Напиток оказался густым, насыщенным, с мягкими нотами сладости, переходящими в лёгкую терпкость.

— Определённо, они знали толк, — согласился он, улыбнувшись Иле, которая сидела рядом. Она ответила тёплым, легким, тем самым живым блеском в глазах, который невольно приковывал к ней взгляд.

За столом воцарилось приятное оживление — еда, разговоры, тихий смех, шёпот листвы в ночи. По воздуху плыли ароматы томатного соуса с лаймом и пряных лепёшек. В широкой миске на столе красовались свежесобранные дикие помидоры — крошечные, размером с виноградину, с гладкой блестящей кожицей. Они были насыщенного красного, оранжевого и даже золотистого оттенков, словно рассыпанные самоцветы. Их вкус, в отличие от привычных фермерских томатов, был ярким, интенсивным. С пряной кислинкой, напоминающей смесь спелых ягод и свежих трав. За столетия селекции культурные томаты стали крупнее, но утратили этот дикий, взрывной вкус предков.

Все ели с удовольствием, нахваливая Тьяго, который, наконец, сел с тарелкой и довольной улыбкой.

— Немецкие учёные обнаружили следы табака и коки в египетских мумиях, — вдруг сообщил Маркес, довольно улыбаясь в ожидании реакции собравшихся.

— Да, ну?! — поднял голову Вито. — Но ведь эти растения родом из Южной Америки!

— Значит, древние цивилизации контактировали между собой гораздо раньше, чем мы думали, — оживился Асгар.

— Совсем не удивительно, — добавила Пэй-Линг, задумчиво покручивая глиняную кружку в руках. — В древних китайских текстах есть упоминания о морских путешествиях на тысячи километров. А в сохранившихся бумажных документах майя, которые уцелели после завоеваний испанцев, есть рисунки кораблей, созданные задолго до их прихода.

— А фигурки ольмеков, так напоминающие африканские маски? — вмешалась Аяна. — Простое совпадение?

— Вот именно, — усмехнулся Маркес. — Древние цивилизации Египта, Аравии, Индостана, китайские империи… Майя вполне могли быть частью этой большой общности. Есть доказательства, что они использовали те же технологии, что и римляне!

— В каком смысле? — изумился Хавьер.

— Мы с Эваном выяснили, что майя изготавливали известковый раствор почти так же, как древние римляне в третьем веке до нашей эры, — пояснил Яромир, отставляя свою кружку. — Высокотемпературный обжиг известняка, гашение водой, тщательное смешивание с песком и вулканическим пеплом… Именно так они создавали прочные покрытия для мощёных дорог — сакбе и строили здания!

Эван кивнул, поставив локти на стол.

— И это объясняет, почему их сакбе до сих пор в таком хорошем состоянии, — продолжил Яромир. — Настоящие магистрали шириной до десяти метров, прочность которых только увеличивалась с годами. Все на искусственных насыпях из камней и щебня — для устойчивости к влажности и разливам рек. Инженерные шедевры!

— Что поразительно, — добавила Пэй-Линг, — мощёные светлым камнем на известняковом растворе сакбе получились светлыми и видимыми даже в темноте. Кстати, в Мексике, приступили к тщательному изучению Великой белой дороги майя — с помощью лазерных радаров и беспилотников. Почти сто километров по джунглям — как вам?

— То есть, если бы не колонизация, технологии майя развивались бы дальше… — задумчиво произнёс Хавьер.

— Безусловно, — поддержала Пэй-Линг. — На прошлой неделе, здесь, в Вака, мы нашли детские игрушки с колёсами. Это окончательно рушит миф о том, что майя не знали колеса. Они его знали — факт.

Аяна достала смартфон и пролистав несколько снимков, передала Хавьеру.

— Вот они. Две фигурки — ягуар и крокодил, обе на четырёх колёсах. Майя, выходит, не только создавали прочные дороги, но и вполне могли использовать колесо…

Когда ужин закончился, постепенно все начали расходиться. За столом остались только четверо: Маркес, Пэй-Линг, Ила и Хавьер. В свете догорающего костра лица казались загадочными, а разговор постепенно сместился в более личное русло.

Пэй-Линг удобно устроилась рядом с Маркесом, её рука легко лежала на его предплечье, пальцы лениво скользили по коже, словно играя с огнём, который отражался в её тёмных глазах. Никто в лагере не сомневался в их отношениях — между ними была тихая, зрелая близость, выстроенная за годы совместной работы и путешествий.

— Где вы познакомились? — спросил Хавьер, наблюдая, как Маркес чуть наклоняется к Пэй-Линг, ловя её взгляд.

Маркес усмехнулся, его губы тронула тень улыбки. Он слегка откинулся назад, позволяя Пэй-Линг перехватить инициативу. С лёгкой улыбкой она провела пальцами по запястью Маркеса, её движения были задумчивыми, почти ласковыми.

— Мы встретились в Гонконге, когда Маркес читал лекцию о майя. Я задавала слишком много вопросов, и в какой-то момент мы просто ушли из зала, продолжая обсуждать каждую деталь.

— В итоге, спор превратился в ужин, ужин — в прогулку по набережной, а на утро я понял: не хочу представлять экспедиции без неё, — подхватил Маркес, накрывая руку Пэй-Линг своей. Его пальцы слегка сжались, передавая больше, чем можно было выразить словами.

Ила слушала с живым интересом:

— Часто ругаетесь, совмещая работу и отношения?

Пэй-Линг слегка прижалась к Маркесу, её голос стал мягче:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.