- -
- 100%
- +
Уже стемнело, когда они подъехали к загородному развлекательному центру «Затонский хуторок». За время поездки Алексей стал понемногу приходить в себя, после того как побывал сначала в руках парикмахера и стилиста Гоши, затем сразу трех консультанток из мужского фирменного салона «Босс». Они быстро и ловко примерили на него с полдюжины костюмов, столько же обуви, десяток галстуков. Причем мнением они интересовались исключительно Анастасии Павловны. Стоит отдать должное, что чувство стиля и вкуса у нее было отменное, под стать требовательности. Теперь костюм партнера удачно дополнял костюм дамы. Сразу было видно кто бриллиант, а кто оправа.
Форма явно повлияла на содержание. Теперь из машины на парковке для гостей ресторана вышел уверенный подтянутый зрелый мужчина. Он предупредительно открыл дверь машины и галантно помог даме выйти. Анастасия Павловна заслуженно гордилась тем, что ей удалось за столь небольшой срок вылепить из гадкого, мятого, небритого утенка, такого элегантного лебедя- самца. Она взяла своего партнера под руку и неспешно повела его в сторону ресторана.
– Итак, Алекс, твоя главная задача – ухаживать за мной. Ты улыбаешься, здороваешься, но от меня ни на шаг. По возможности рот не открывай, в беседы не вступай. Улыбайся и кивай, сойдешь за умного. За столом не нажираться, возьми себе немного салатику и ковыряйся в нем. Спиртное только пригубить. Теперь танцы. Шеф обожает вальс, причем сам не танцует. Поэтому вальс обязательно. Запомни это праздник для других, а ты здесь на работе.
– А в туалет?
– Пошутил. Молодец. С этим сам разберешься. Когда мне надо будет пообщаться с шефом, сиди жди меня. На баб не отвлекаться. А теперь улыбнись. Я вывожу тебя в высший свет.
Алексей понял, что это даже не поводок. Это строгий ошейник с шипами и глухим намордником.
Они вошли в зал и у него резко сменилось настроение. Непонятно почему, то ли из-за приглушенно звучащего танго, то ли из-за ощущения запаха явно дорогого парфюма, или особой атмосферы праздника. У него сами собой расправились плечи, ушла нервозность. Он почувствовал себя уверенно в этом дорогом костюме, в этом непростом обществе. Алекс по-хозяйски прижал к себе локоток спутницы, и они пошли здороваться с присутствующими. Большая часть приглашенных уже успела разбиться на группы по интересам. По залу ловко сновали официанты с напитками. С двумя первыми группками Анастасия Павловна соизволила поздороваться только кивком головы и уверенно подвела Алексея к компании из трех женщин и двух мужчин. Она представила Алекса и они мило защебетали о погоде-нарядах. Было очевидно, что присутствующие друг друга давно и хорошо знают, поэтому, как новое лицо, Алексей оказался в центре внимания. Надо было как-то реагировать. Темы работы и моды были явно для него проигрышными, значит надо переводить разговор на более знакомую почву. Он заметил, что одна из женщин, Елена, явно старается продемонстрировать стильные дорогие часики, на которые другие дамы демонстративно не обращали внимание. Она то поправляла челку, встряхивая запястьем, то начинала перебирать браслетку от часов.
– Хелен, какие у вас изумительные часы – Алексей протянул руку и женщина с удовольствием разрешила ему подержать свою ладошку, чтобы он смог получше рассмотреть этот ювелирный шедевр.
– Картье, – кокетливо заметила она.
– Я узнал, – со смыслом произнес галантный кавалер. Анастасия напряглась.
– Вы знаете, в пошлом месяце у нас давала единственный концерт несравненная Ванесса Оуэ. Это действительно пианистка мирового уровня. Мы общались с ней после выступления за кулисами. Так вот у нее была точно такая же модель.
Елена явно была польщена, что подруги вынуждены были заметить ее украшение.
– С какой экспрессией она исполняла каприччио, – мечтательно произнес Алексей. Он заметил удивленные глаза Анастасии, с сожалением отметил: – Дорогая, как жалко, что ты не смола тогда пойти со мной на выступление этой удивительной японки.
Окружающие, и прежде всего Елена, поддержали тему классической музыки. Алексей, как знаток, обсудил с ними репертуар филармонии на ближайший месяц. В это время к ним направилась пара, на которую все обращали внимание, стремились первыми поздороваться или хотя бы поймать одобрительный взгляд. Им все были рады. Это мог быть только глава фирмы с законной супругой. Вся компания сделала стойку, все улыбались, говорили женщинам комплименты. Президент фирмы выглядел довольным и умиротворенным. Возможно причиной этому был устойчивый запах алкоголя.
– У нас новое лицо, – наконец заметил он Алексея и протянул ему руку. – Виктор Иванович.
– Очень приятно, Алексей, – под пристальным взглядом спутницы, он постарался произвести как можно более благоприятное впечатление.
– Виктор Иванович, Алексей нам рассказывал как они встречали Ванессу Оуэ. – Поспешила заявить себя Елена.
– Да-а? Так вы, молодой человек, тоже меценат?
– Ну что вы. Нам до вас далеко.
Надо было срочно сходить с этой скользкой темы.
– Какие впечатления остались у мадам Оуэ от нашей публики?
– Вы знаете, Виктор Иванович, график гастролей нашей гостьи был очень напряжен. Её явно утомили перелеты. Но мне кажется удалось поднять ей настроение. Я попросил ее оставить свой автограф в роскошном издании произведений известного японского писателя Кобо Абэ. Так как считаю, что её вклад в музыкальную культуру сравним с вкладом Кобо Абэ в литературу. Оказалось, что она боготворит метра. Так же как и для него – главное это творчество, а остальное вторично.
Виктор Иванович неожиданно оживился.
– Ха-ха. Подсунул японке японскую книжку? Грамотно. Я, в боевой молодости, помню был делегатом Фестиваля молодежи и студентов в Москве. Так нам, как провинциалам, доставались встречи с делегациями преимущественно развивающихся стран. Ну, о чем с ними говорить? Хорошо у нас была одна девушка с филфака. Начитанная, просто журнал «Иностранная литература» в юбке. И она, как ответственная за проведение встречи, накануне просвещала нас об их литературе. Помню мексиканцы радовались как дети когда я им стал говорить как у нас ценят мексиканскую культуру в лице… Сейчас и не вспомню кого. А бразилец, когда я сказал ему что являюсь поклонником Жоржи Амаду… Помнишь тогда был популярен фильм «Генералы песчаных карьеров»? Так он подарил мне свою шляпу с широкими полями. Сложнее было с африканцами.
– А как же вы с ними? – проявил заинтересованность Алексей.
– У них оказывается был свой «Паровоз африканской литературы». Молодец девчонка провела с нами заранее инструктаж. Хотя, по-моему, некоторые только от нас и узнали, что у них есть свои писатели. Вот что значит журнал «Иностранная литература».
– По-моему за это надо выпить, – Алексей понял за какую струнку надо потянуть.
– Обязательно, – одобрил его шеф и обратился к гостям: – Коллеги, давайте выпьем за мировую литературу, которая как и кино сближает народы.
Рядом сразу же материализовался официант, который явно был проинструктирован о предпочтениях президента.
– Виктор Иванович, а ведь вы были крупным деятелем в комсомоле в свое время, – заметил Алексей, когда вместе с боссом взяли по доброй порции хорошего виски.
– Да, замсекретаря Кировского райкома ВЛКСМ.
– Так я вас помню. Вы меня в комсомол принимали.
– Да ты что! Крестник значит. Ну, тем более. Давай еще выпьем. Дамам шампанское.
Он повернулся к Анастасии Павловне и поощрительно кивнул. – Наш человек. Одобряю.
Она удовлетворенно улыбнулась и взяла покрепче Алексея за локоть, победно оглядев сослуживцев. В это время тамада-распорядитель пригласил всех за стол. Алексей с достоинством, не спеша сопроводил свою спутницу и помог занять место. Корпоратив пошел по классическому сценарию. Он постарался быть максимально галантным, окружив Анастасию Павловну вниманием и заботой. Он заметил, что и она стала воспринимать его гораздо доброжелательнее. Через час-полтора часть публики уже осоловела, а остальная, напротив, жаждала активности. Наступило время танцев. Очевидно президент компании придерживался классических взглядов, поэтому первым был вальс. Не многие рискнули выбраться на середину зала. Алекс, под зорким присмотром своей спутницы, практически не пил, слегка перекусив салатиками, поэтому был в полной боевой готовности. Они вышли взявшись за руки на паркет, под одобрительные хлопки коллег и начали танцевать. Первый тур они приноравливались друг к другу. А на второй круг пошли уже более уверенно.
– Ну как, Анастасия Павловна? – поинтересовался Алексей.
– Пока молодец.
К концу они продемонстрировали хороший уровень и заслуженно получили свои аплодисменты. Анастасия была явно довольна.
– Откуда такие способности, Алекс?
– Я, может быть, Анастасия Павловна, всю жизнь готовился к встрече с такой женщиной как вы, – с жаром промолвил молодой человек. Алкоголь на голодный желудок действовал возбуждающе.
Во время танца Алексей постоянно ловил на себе заинтересованный взгляд Елены. После тура Анастасия Павловна отправила Алексея к фуршетному столу, а сама направилась на минутку к Шефу. Елена тут же нарисовалась рядом с Алексеем.
– Алекс, прошу вас поухаживать за одинокой дамой. Мне очень хочется выпить с вами шампанского. Я знаю здесь одно теплое укромное местечко возле бара.
– Очень смелое предложение.
– Ну и вы мужчина не из робкого десятка, я надеюсь. Поэтому и спутница вам нужна не из пенсионерок.
Алексей не успел ответить, как быстро подошла Анастасия Павловна.
Она решительно оттеснила Елену, даже не глядя на нее.
– Алекс, ну никак нельзя оставить тебя одного. Ты обязательно во что-нибудь вляпаешься. Пойдем подышим свежим воздухом на веранду. А то тут чем-то неприятным и дешевым пахнет.
– Я же ваш кавалер, Анастасия Павловна.– Они подручку вышли во двор ресторана.
– Господи, скоро на корпоратив будут приглашать уже уборщиц, – дала волю эмоциям женщина.
– Вы преувеличиваете, – начал успокаивать ее Алексей, но неожиданно из-за угла с громким рыком выскочила большая черная собака. Это была здоровенная немецкая овчарка. Громкий лай, оскаленная пасть с крупными белыми клыками, капающая на землю слюна – все это привело женщину в такое состояние испуга, что она оцепенела и уже готова была упасть в обморок. Злобный яростный лай заставил все похолодеть внутри. По телу побежали крупные мурашки. Анастасия Павловна с испугом вскрикнула. Она, как и многие женщины, панически боялась собак. А тут не какой-то милый щенок. Настоящий цепной пес, лагерный. Алексей инстинктивно схватил женщину в охапку, защищая от нападения, закрыл ее своим телом. Псов могло быть несколько. Чтобы защитить женщину со всех сторон он прижал ее к стенке и прикрикнул на пса:
– Фу! Пошел вон.
Собака была хорошо натаскана. Пока не поступила команда от хозяина «Взять» или «Чужой» она охраняла территорию проявляя свои намерения только лаем. Выбежавший сторож быстро взял собаку на поводок и, матерно ругаясь, увел черного кобеля.
– Вы как, Анастасия Павловна?
Женщина обмякла в руках Алексея. Получилось, что он ее то ли поддерживает, то ли обнимает. После нескольких месяцев одиночества мужчина почувствовал непреодолимое влечение к этой женщине, такой привлекательной и в то же время настораживающей своим непростым характером. Хотя возможно его фантазия и необычность ситуации сыграли с ним злую шутку. Иногда бывает, чем демоничнее образ, тем сильнее он привлекает. Особенно если демон показал свою слабость. Алексей понимал, что Анастасия Павловне не какая то «сладкая женщина», от которой иногда становится горько, а освежающий душ, который всегда будет держать тебя в тонусе, не давая расслабляться и терять бойцовскую форму.
– Ты знаешь я чуть не… умерла от страха. Я так боюсь собак. А ты меня закрыл.
– Ну а как я еще мог поступить.
Анастасия Павловна, со свойственной ей манере, окинула его быстрым испытующим взглядом и попросила – Давай вернемся в зал.
– Конечно.
Он приобнял ее и повел в зал. Анастасия вдруг почувствовала, что в груди у нее что-то ворохнулось. Нахлынули тщательно скрываемые воспоминания.
Настя всегда была отличницей. Она быстро усваивала уроки, а если он повторялся дважды, то это в ней оседало накрепко. Первый раз она обожглась когда была глупой первокурсницей. Анастасия прямо таки обожала точность и порядок. Поэтому ей нравились точные науки. Когда у них стали читать курс математической логики, то большая часть студентов, а курс в экономическом институте был практически полностью девчачий, занялась от скуки своими делами. Да и преподаватель был неинтересный. Старик, за сорок, вечно в мятом испачканном мелом костюме, очкарик с взлохмаченной прической. Зато с каким жаром он объяснял, разжевывал, что такое силлогизм. Он с блеском махал опасной «бритвой Окамма». С какой любовью он пытался помочь бедной черепахе обогнать Ахиллеса. Бедная Настя влюбилась сначала в логику, а потом в Розена. Несмотря на то, что он был женат и имел двух дочерей. Он не искал успеха у женщин, поэтому и не имел его. Но очевидно кризис сорокалетнего мужчины и восторженные серые глаза девушки сгубили его супружескую жизнь. Он ушел из семьи. Они сняли угол и стали жить. И тут выяснилось, что повелитель законов Аристотеля очень неряшлив в быту. Особенно это касалось выпивки, а выпивал он часто. Оказалось, что он «тихушник». Настя терпела, ведь любовь – змеюка подколодная, требует жертв. Но после второго аборта, когда врачи сказали, что у нее больше не будет детей, у нее вдруг открылись глаза. Она сохранила любовь к логике, но бросила Розена.
Любовь была запакована в коробку и задвинута под кровать. Надо было учиться и начинать карьеру. Змея выбралась из коробки и выползла через год после окончания института. Настя к этому времени устроилась на солидную фирму и определялась по какому пути идти дальше. Либо карьера экономиста и заниматься коммерческими вопросами. Как красиво звучит слово «маркетинг». Либо пойти по бухгалтерской стезе, где царит порядок и четкие правила. В нее влюбился сынок главного бухгалтера, этой почтенной женщины с большим весом. Совсем юный восторженный юноша. Он добивался ее почти три года. Слава богу, мамаша не возражала и оказывала будущей невестке протекцию. Благодарность за помощь в карьерном росте помогли затаенной любви выбраться из коробки. Однако, любовь-змея была уже малость контужена и яд ее был не столь опасен для Анастасии. Упорство и настойчивость Вадима завершилось шикарной свадьбой. Молодой муж был счастлив. После стольких лет он наконец-то добился благоволения неприступной женщины. К этому времени он закончил университет и распределился на местную телерадиокомпанию журналистом. У Вадика был несомненный талант, а у его папы серьезные связи. Он стал вести передачи «с мест» для столицы. Его заметили и не только руководство, но и кружащие вокруг мира кино и телевидения «мотыльки». Закон сохранения энергии гласит: если где-то убыло, значит где-то прибыло. Когда Анастасия сдалась и на нее не надо было тратить много сил, эти усилия можно было тратить на более доступных завлекательниц. Вадик оказался завзятым бабником. Через год они развелись. Любовь-змея была засушена и заспиртована в бутылке, которая осталась от Розена. Существование в одной фирме бывших свекрови и невестки противоречило всем законам логики и жизни. Анастасии Павловне пришлось все начинать заново. Оба урока она усвоила накрепко.
Женщина сходила в туалетную комнату, привела себя в порядок. Для снятия стресса, они выпили по бокалу шампанского. После второго бокала Анастасия Павловна расслабилась. Ее контроль за собой ослаб, речевые центры растормозились. Алексей тоже был не железный, да и женщина была, особенно в свете выпитого, чертовски привлекательна. Он предложил тост:
– За любовь! – дальновидно готовя почву чтобы следующий тост был уже на брудершафт. Тогда можно было переходить на «ты» и более близкую дистанцию.
– За эту дрянь пить не буду, – взбрыкнула несовсем трезвая женщина.
– Почему? – пьяно удивился партнер.
– Потому что ты дурак, Алекс.
– Не согласен, – попытался обидеться мужчина.
– Давай лучше выпьем за свободу.
– За свободу от чего? – ему стало интересно.
– За свободу от всего. За свободу в поступках, в действиях.
– Ага, за свободу от трусов, – попытался пошутить Алекс, чувствуя, что начинает пьянеть.
– Я же говорю, что ты дурак. Да. В том числе и за свободу от трусов. Я не сторонница нудизма, но дома я всегда хожу без белья. Не люблю когда меня что-то сдерживает, ограничивает.
– Как я хочу чтобы ты пригласила меня к себе домой. Я так хочу почувствовать себя свободным, – мужчина еще оставался на грани приличия.
– Ты еще и придурок, – поставила диагноз Анастасия.
Страхи от встречи со злой собакой прошли, но возбуждение осталось. Анастасия Павловна испытывала острую признательность к спутнику, что было ей несвойственно. А может быть это уже была не только признательность. Ведь если приглядеться мужчина был себе даже очень ничего. Галантный, обходительный и даже надежный защитник. Женщина с интересом посмотрела на спутника. Он не отвел взгляда, они невольно потянулись друг к другу. Тут зазвучало танго и они не сговариваясь закружились в танце. Она позволила партнеру прижать себя более смело и даже сама положила руку ему на затылок. Жаркое мужское дыхание возле аккуратного ушка, возбуждало женщину. Этого давно с ней не случалось. Партнерша, склонилась к его уху и дала волю женскому любопытству.
– Ты разбудил мое любопытство, а для женщины нет большего удовольствия, чем удовлетворить свое любопытство. Скажи, ты действительно спонсировал приезд Ванессы Оуэ?
– Да будет вам, Анастасия Павловна. Здесь нет никакой загадки, – Алексей поплотнее притянул к себе округлую фигуру и не встретил сопротивления. – Моего меценатства может хватить лишь на пару билетов в партер.
– Но ты с ней встречался после выступления?
– Я помогал осветителям. После выступления Ванесса была в ярости от холода и сквозняков на сцене. А особенно от того что ее плед в который она куталась в перерывах и который она оставила перед выходом на сцену на рояле, банально сперли. Это был подарок от поклонников из Аргентины, чистая шерсть альпака. Она так привыкла к нему за три года. Она негодовала. Да к тому же не оказалось ее любимой марки воды без газа, а была только кислая отечественная газированная минералка в большой пластиковой бутылке. Толстый потный администратор что-то лопотал об извинениях по-русски, так как не знал английского. А она уже вошла в роль и, как творческую личность, остановить ее было невозможно.
– А автограф?
– Я вспомнил, что в углу за кулисой уже год пылится стопка книг, которые вынесли из кабинета завлита на время ремонта и забыли. Там был томик Кобо Абэ из серии «Мастера современной прозы». Я его достал и действительно стал ей говорить о его вкладе в литературу, о ее вкладе в музыку.
– Ты знаешь английский?
– Так, был на курсах. Но хуже чем немецкий. Она так расчувствовалась. Оказалось, что это ее чуть ли не дальний родственник, а ее кумир Достоевский. Ну, в общем, все закончилось хорошо. За улаживание международного конфликта администратор нам вечером бутылку коньяка презентовал.
Алексей так увлекся, что не заметил как Анастасия в задумчивости сначала убрала руку с его затылка, а затем и вовсе отстранилась. Возбуждение понемногу улеглось, действие шампанского заканчивалось и она опять входила в роль холодной расчетливой женщины.
– Я так понимаю и в комсомол ты не вступал.
– Почему. Вступал, только в Ленинском райкоме. А в Кировском я частенько бывал.
Анастасия Павловна отвела в сторону глаза.
– А работаешь ты кем? – в её голосе появилась холодная напряженность, как в начале их знакомства.
– Пока работаю электриком в филармонии. Но надеюсь найти работу получше.
– И какова сейчас зарплата электрика?
Алексей оглянулся по сторонам, склонился над её ушком и зашептал.
– Это за неделю? – удивленно спросила женщина.
– Нет, за месяц.
– Понятно. А живешь ты где?
– Пока снимаю угол, – заметив, что партнерша перестала танцевать, тихо добавил: – У моей мамы есть квартира. 42 квадратных метров. На третьем этаже, с балконом. – Алексей чувствовал, что теряет ее как женщину. Но ничего сделать не мог. Он понял, что его акции на этом рынке сильно упали. На продолжение отношений можно не рассчитывать.
– Пошли выпьем.
Анастасия Павловна привыкла переживать неудачи, поэтому внешне ее поведение не изменилось. Алексей услужливо помог ей занять место за столом.
– Шампанское, вино?
– Коньяк, – кратко распорядилась женщина и молча выпила полную рюмку. Мужчина, на всякий случай, её поддержал.
– Анастасия Павловна, а у вас семья есть?
– Зачем это тебе, – резко спросила женщина.
– Хотел узнать. Может я могу чем-нибудь помочь.
– Ты себе сначала лучше помоги. Психолог. – На женщину накатывало раздражение. Но она не могла понять от чего она бесится. Кто в этом виноват – он или она сама. Ее тянуло к этому мужчине, но он не соответствовал главному критерию – обеспеченности. Настя сама выросла в нужде. Лишения закалили ее характер, но еще в юности она поклялась себе, что свяжет свою судьбу только с человеком, который обеспечит ей безбедную, состоятельную, обеспеченную жизнь. Все остальное – возраст, мужское обаяние, наличие вредных привычек – вторично. Это правило ставило крест на Алексе. Но она помнила его крепкие руки, в которых вдруг она почувствовала себя защищенной. Ей так хотелось назвать его Лешенькой. Эмоции, желание рвались наружу, а она, по привычке, загоняла их внутрь. Борьба это всегда насилие, порождающее жестокость.
Алексея тоже захлестнула обида. Он перед ней раскрылся, хотел быть честен и откровенен во всем. Вот и получил по больному месту
– Когда я могу вернуть вам вещи?
– Налей ещё. Это тебе гуманитарная помощь от меня. Только носи аккуратно – может быть ещё сынку донашивать придется. – Она не чокаясь выпила.
– У меня нет сына.
– Какая разница. У тебя вообще ничего нет. Проводи меня до машины. – Это был уже приказ.
Алексей помог ей встать, сопроводил до поджидавшего такси. Открыл дверь, помог усесться, аккуратно захлопнул дверь и стал обходить автомобиль, чтобы сесть с другой стороны. В это время машина резко набрала скорость. Алексей сначала ошарашено смотрел ей вслед, как будто надеясь что за ним вернутся. Затем достал из кармана деньги, пересчитал, вздохнул, снял галстук и, засунув руки глубоко в карманы, пошел по дороге в сторону огней ночного города. Стояла лунная спокойная ночь. Над дорогой во мраке ночи мерцают огни пригорода. На бархатно-черном необъятном небе трепетно сияют крупные звезды. Прекрасное небо, чья красота такая манящая и холодная.
До дома Алексей добрался только ранним-ранним утром. Можно было поголосовать на дороге, но он решил весь путь пройти пешком. Погода была тихая, теплая. А звезды за городом оказываются такие большие. Большие и вечные. Под ними чувствуешь себя совсем букашкой. А какие у букашки могут быть эмоции? Правильно, никаких. Поэтому злость, благодаря осознанию своего места во Вселенной и накатывающей от длительного перехода усталости, прошла. Но горечь обиды осталась. Сначала Алексей во всем винил самого себя – так было проще и привычней. Но, по счастью, психика устроена таким образом, что человек не может длительное время винить самого себя. Иначе чувство вины либо загонит тебя «в петлю», либо пробьет организм на сердечнососудистые, нервные и другие заболевания. Чувство самосохранения всегда ищет на кого свалить «вину». Наиболее ярко это проявляется у детей. Ясно же написано в дневнике «2 за невыполненное домашнее задание». Но он же не виноват, потому что учительница не должна была спрашивать, так как он уже позавчера отвечал, потому что сосед вовремя не подсказал, потому что перепутал и неправильно записал задание и так далее. Короче, все бабы дуры.
Когда Алексей переступил порог квартиры, выяснилось, что и ее хозяин не спал.
– Ты чего не спишь? – удивился поздний гость.
– У меня завтра библиотечный день, – хмуро пояснил хозяин.
Володя вместе с Алексеем вместе учились на физфаке университета. Но больше всего его манила философия. Со второго курса он посещал философский студенческий кружок, выступал на научных конференциях, писал статьи в межвузовские сборники. Завкафедрой, Валентина Николаевна, благоволила к нему даже больше, чем к студентам профильного истфака. Они четко делились на 2 касты – будущие функционеры-карьеристы либо странные зацикленные на чем-то своем ребята, подменяющие серьезную науку философию пустой болтовней. Зато физфак давал системность в знаниях, что качественно выделяло Владимира перед профильными конкурентами. Уже на 3 курсе кроме как о поступлении в аспирантуру при кафедре философии Володя думать ни о чем не мог. В итоге в аспирантуру он поступил, диссертацию защитил, место старшего преподавателя получил. И в придачу очень скромненькую зарплату.