- -
- 100%
- +
— Это наши люди, — закричали они негромко. «Соглядатаи» неловко переступали с ноги на ногу.
— Ну что ж, — сказал я, — наши так наши.
Мы сели в «Виллис».
— Давайте знакомиться, — предложил я.
«Пинкертоны» представились: — Лейтенант Гусев, Лейтенант Кураков. Гусев представил водителя: — Сержант Шокин. Извините нас, товарищ подполковник, мы должны были встретить вас и развести по адресам, которые Вы нам должны были сообщить. Но вышла неувязка. Мы думали, что вы будете держаться вместе. Ваших помощников мы увидели сразу, а вот Вас упустили. И каково же было наше удивление, когда мы увидели, что Вы садитесь в автобус. А тут, как на грех, машина не заводится, и нам ничего не оставалось, как поспешить в автобус, оставив ваших помощников на попечение сержанта.
— А как вы нас узнали? — небрежно спросил я.
— По фотографиям.
— ?!
— Не удивляйтесь. Все очень просто. Мы получили несколько фотографий, среди которых есть ваши. Нам приказано встретить вас, и выполнять ваши распоряжения.
— Официально?
— Нет, конечно.
— Кто с вами беседовал?
— Был человек из Москвы. Передал фотографии и инструкции.
— Кто еще присутствовал?
— Никто.
— Где вы получали инструкции?
— В управлении.
— Точнее.
— В кабинете у начальника.
— А где был начальник?
— Его не было.
Стоп! Не может быть. В нашей системе запрещалось оставлять свои кабинеты без присмотра. Если хозяина кабинета — в данном случае начальника Управления — не было на месте, кабинет должен был быть закрытым на ключ. Таковы жесткие правила системы. Ежели кабинет был открыт, и в нем находились посторонние, а хозяина кабинета не было (если верить лейтенантам) — то это значит, что начальник Управления там был! И если «человек из Москвы» имитировал его отсутствие — мое дело швах. Я понял, что лейтенантов подставили. Значит, кто-то еще интересуется нашим заданием, и этот или эти имеют здесь большое влияние на начальника Управления госбезопасности, а может и наоборот. В таком случае, «человек из Москвы» тоже подставлен. Но кем и зачем?
— А что за инструкции вы получили? — так же равнодушно спросил я. Лейтенанты замялись.
— Да как Вам сказать, — неуверенно начал Гусев, — это не должно разглашаться.
— Ну, в данной ситуации — это неуместно, — парировал я. — Это, во-первых. А во-вторых, можно спросить и у вашего инструктора. Как его зовут? — Лейтенанты переглянулись:
— Он не представился.
«0 Господи, — взмолился я, — кто вы такие, лейтенанты? Кто взял вас на службу? За такие дела браться — двух голов мало, а у вас и одной на двоих нет. Не представился. А вы спрашивали? За что вас взяли в органы, за красивые глаза?»
Чертыхаясь про себя, я сохранял невозмутимость. Лейтенанты удрученно притихли. Так, молча, мы продолжали ехать. Внезапно что-то насторожило меня. Я почувствовал опасность. Интуиция, никогда не подводившая меня в самых несуразных обстоятельствах, вновь заработала. Источник опасности был рядом! Сердце забилось, зачесалась спина. Я сидел на переднем сиденье, и поэтому мог позволить себе принять полулежащую позу. Все хранили молчание. «Виллис» небыстро двигался по нечищеным улицам. Из-под прикрытых век я следил за маршрутом. До войны я два раза был в Копейске по личным делам, и немного изучил город. Сейчас, по моему разумению, мы подъезжали к рынку. Еще один перекресток — и справа от меня покажутся арочные ворота с фанерными буквами на перемычке: РЫНОК. Однако, не доезжая до перекрестка, водитель свернул влево, во двор какого-то старинного деревянного дома. Потом, чертыхнувшись, развернулся и снова выехал на эту же улицу и повернул налево. Мое дыхание еще больше участилось, и я понял причину моего беспокойства: она была в десяти сантиметрах слева от меня. Опасность исходила от сержанта, который за все время не проронил ни звука. Он плохо знал город. Это подтвердил и тот факт, что несколько секунд назад наш водитель нарушил «Правила». При выезде со двора, на углу дома висел знак «Поворот налево запрещен». И водитель нарушил «Правила» вовсе не потому, что он пренебрег ими, а потому, что он не видел знака, что, конечно же, непростительно для профессионала, работающего в органах. Я стал исподволь разглядывать «сержанта». Вел машину он неплохо, но все же было заметно, что опыта у него не хватает. Я сам провел за баранкой в общей сложности почти двадцать лет, и мне были видны промахи нашего водителя. Я обратил внимание на его руки. Это были руки человека, никогда не дружившего с гаечным ключом. Ногти ухожены, чистые. Под ногтями тоже чисто. Полушубок хоть и поношен, но тоже чистый. На ногах собачьи унты. Лицо водителя представляло застывшую маску. Я чувствовал, как внутри его мощного, выпуклого — без морщин — лба, шла огромная работа ума. Мне казалось, что еще чуть-чуть, и я проникну в его мысли…
— Товарищ подполковник, — громыхнул над моим ухом голос Гусева. — Куда ехать? — На вокзал, — спокойно ответил я, одновременно заметив боковым зрением, как напряглось, заострилось лицо «сержанта». На какой вокзал? — хрипло спросил он, и этим вопросом окончательно признался, что он не местный.
Любой местный житель знает, что вокзал может быть только железнодорожный и никакой больше, потому что это единственный вокзал в городе. Был, правда, небольшой вокзал местного аэропорта, но его никто не брал в расчет, поскольку он находился далеко за пределами Копейска. «Вот ты и попался, ««дружок». Однако, чтобы не спугнуть «сержанта», я сказал довольно равнодушно:
— На железнодорожный, — и, видя, как недоуменно приподнялась бровь водителя, попросил остановиться.
— Что-то укачало. Да тут рядом, пройдемся пешком. А вы езжайте в Управление, доложите начальству, что встретили нас, развезли по адресам, а завтра мы сами явимся и обговорим все детали нашей командировки. Лейтенанты кивнули и приказали водителю ехать в Управление.
Машина уехала, а майоры недоуменно посмотрели на меня.
— Ничего страшного, — криво улыбнулся я, — немного голова закружилась. Скоро пройдет.
— Куда же теперь?
— Что же дальше?
Майоры ждали от меня ответа, но я не хотел первым объявить, что наши дела плохи. Я хотел, чтобы майоры дошли до этого сами. Но они созревали очень медленно, поэтому я вынужден был сказать, что встреча с лейтенантами не входила в мои планы.
— Утечка информации?
— Получается так, — подтвердил я.
— Что же делать?
— Искать ночлег. Вы сейчас зайдете в подъезд, оставите там чемоданчик и пойдете по указанным адресам. Встречаемся на рынке согласно договору.
Майоры зашли в подъезд дома, на который я указал, и тут же вышли, но уже без чемоданчика. Я легонько кивнул им, в знак прощания, и они скрылись за углом. Незаметно осмотревшись, я зашел в подъезд, и в это время послышался скрип тормозов. Я оказался прав! Это был «Виллис». За рулем сидел «сержант». Лейтенантов в машине не было. Это упрощало дело. Нажав невидимые кнопки в чемоданчике, я разобрал его крышку, и через несколько секунд у меня в руках оказался пистолет — маузер облегченного типа, с укороченным стволом с глушителем.
Загнав патрон в ствол, я выглянул на улицу. «Сержант» все еще сидел за рулем, и через приспущенное стекло пассажирской дверки вглядывался в полумрак моего подъезда. На втором этаже послышались голоса — кто-то с кем-то прощался.
Времени у меня не оставалось. Я глубоко вздохнул, задержал дыхание, высунулся из своего угла и вскинул пистолет. Выстрела я не услышал, что-то теплое дрогнуло в руке — и только. «Сержант» оставался неподвижен. Наверху хлопнули двери, послышались шаги. Я спрятал маузер за пазуху и вышел из подъезда. Спокойно подошел к машине, открыл дверцу со стороны водителя, бросил чемоданчик на заднее сиденье, передвинул «Сержанта на пассажирское место и сел за руль. Мотор работал, поэтому мне оставалось лишь выжать сцепление и включить передачу. «Куда же теперь? «», — думал я.
На повороте голова «сержанта» повернулась, и я с удовлетворением отметил свою «работу»: Пуля вошла точно в переносицу. Он даже не успел закрыть глаза.
Я обыскал его, но кроме пистолета «ТТ» и нескольких десятков рублей ничего не нашел. В душу закралось сомнение — а того ли я «шлепнул»? Не ошибся ли? Рука «сержанта» опустилась ниже, и я увидел на запястье часы, они показывали 11.50. Я решил ехать в аэропорт. Пусть его найдут там. Лейтенанты скажут, что ничего не знают, потому что он им ничего не сказал — в этом я был уверен. Он решил вести игру, но ему не повезло. Я открыл «бардачок» и не смог удержать улыбку. Вот оно — доказательство моей правоты: карта города и несколько фотографий с изображением главных улиц, перекрестков и площадей. Были здесь и наши фотографии… Вот моя, а вот и майоры…
— Так вот ты какой «человек из Москвы». — Ну что ж, посмотрим кто кого…
Глава четвертая
Уже смеркалось, когда постовой милиционер старшина Морев обратил внимание на одинокий «Виллис», стоявший неподалеку от багажного отделения вокзала.
Постукивая каблуком о каблук, он неторопливо подошел к машине и заглянул через заиндевевшее стекло внутрь. Ему показалось, что в машине кто-то есть. Старшина открыл дверцу и оторопел. На пассажирском месте сидел человек с простреленной переносицей. Он был мертв. Старшина захлопнул дверцу и поспешил в дежурку. Сообщив по телефону о происшествии в отделение милиции, Морев стал составлять рапорт. Вскоре подъехала машина из уголовного розыска с двумя оперуполномоченными и врачом. Осмотрев убитого, врач заключил, что смерть наступила около четырех часов назад от огнестрельной раны в область переносицы. Осмотр убитого и машины ничего не дал. Пока оперуполномоченные составляли протокол, Морев несколько раз обошел вокруг «Виллиса». Старшина посмотрел на номер машины, и он показался ему знакомым. Именно этот номер имела машина, на которой месяц назад его отвозили из Управления госбезопасности, после «дружеской беседы» с начальником по вопросу перехода работать к ним. Морев сослался на возраст, на нехватку образования, на что начальник ответил, что все это ерунда. Главное — желание защищать страну от внутренних врагов. Он распорядился отвезти старшину домой, и на прощанье многозначительно подмигнул:
— Приглашение работать у нас многие почитают за награду. Подумай. Но старшина, нашел в себе мужество отказаться, и от него отступились.
— Товарищ оперуполномоченный, — обратился Морев к одному из них.
— Чего тебе?
— Эта машина из госбезопасности.
Все переглянулись.
— Ты что, старшина, в уме ли?
— Ну, зачем же так? — нахмурился Морев, — я помню этот номер.
— Да-а, — протянул врач, — дела… А кто же убитый? Вот это каша заварилась. Теперь затаскают… эх мать-перемать!
— Я пойду, позвоню им, — удрученно сказал Морев.
— Звони, — закивали все. Старшина позвонил в Управление и вернулся.
— Ну что? — осторожно спросил врач.
— Скоро будут, — ответил старшина.
Понемногу стали собираться зеваки, но Морев быстро разогнал их. Вскоре подъехал такой же «Виллис». Из него вышли двое в одинаковых пальто с каракулевыми воротниками и таких же каракулевых шапках. Молча подошли к машине с убитым, переглянулись.
— Кто это? — строго спросил один из них.
— Не знаем, — пожали плечами оперуполномоченные.
— Когда обнаружили?
— Около часа тому, — сказал Морев. — Здесь мой пост. Гляжу, стоит машина и стоит. Ну и подошел, а тут вон какое дело. Машина-то ваша?
— Машина наша.
— А убитый?
— Мы его не знаем. Вы составили протокол?
— Да, да, — заволновались сыщики, — возьмете с собой?
— Нет. Дадите ему законный ход. — Один из сотрудников госбезопасности открыл капот:
— Радиатор разморозило, придется буксировать.
— Еще чего не хватало, — огрызнулся другой, — перенесем труп в нашу машину, а буксировкой займутся, кому положено.
Морев помог перенести тело убитого во второй «Виллис», и машина уехала.
— Ну и что дальше? — спросил он.
— А кто его знает, — развели руками оперуполномоченные.
— Угораздило же этому случиться в мою смену, — зло сплюнул Морев, — ходи теперь… доказывай. «Ну ладно, старшина, — сказал врач, — у нас тоже проблемы будут. Но не горюй, все образуется».
Они уехали, а Морев прошел в дежурку, поставил чайник на плиту и стал буквально по минутам восстанавливать сегодняшний день:
6.00 — подъем, завтрак.
7.00 — вышел из дому.
7.50 — прибыл в отделение милиции.
8.00 — развод.
9.00 — прибыл в аэропорт, принял пост.
11.00 — сходил в буфет за булочками.
11.30 — пил чай.
12.00 — снова на посту… А был ли «Виллис» в это время здесь? Морев призвал на помощь зрительную и мышечную память. Нет, «Виллиса» не было. Он появился позже. А где же я был? А.. в уборной. Точно! Когда шел обратно, краем глаза увидел какую-то машину… так-так. Значит, «Виллис» появился между 11-ю и 12-ю, надо будет записать.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.