METTA DAO. Децентрализованное государство
- -
- 100%
- +
Всё как обычно.
И в этом «как обычно» — главный обман.
Потому что вам кажется, что мир стабилен. Что он стоит на прочном фундаменте. Что так было, так есть и так будет.
Но это не так.
Фундамент трещит. Просто вы этого не видите, потому что стоите прямо на нём.
Стабильность — это не свойство системы. Это свойство вашего восприятия.
Система может быть на грани коллапса, но если она меняется достаточно медленно — вы не замечаете изменений. Вы принимаете их за норму.
Лягушка в кастрюле.
Вы слышали эту притчу?
Если бросить лягушку в кипяток — она выпрыгнет. А если посадить в холодную воду и медленно нагревать — она сварится, не заметив.
Мы — лягушки. А мир вокруг — медленно закипающая вода.
Каждый день по чуть-чуть.
Курс доллара подрос на копейку. Цены в магазине — на рубль. Налоги — на полпроцента. Свободы — на один пунктик.
И вы не бьете тревогу, потому что «ну, не смертельно же».
Но сложите эти «по чуть-чуть» за десять лет.
И вы увидите, что уровень жизни упал в два раза. А вы живёте так же, как жили. Просто стали меньше покупать, реже отдыхать, сильнее экономить.
И думаете: «Ну, наверное, так у всех».
Это не так у всех. Это так у тех, кто не заметил нагрева.
Что случится, если выключить свет
А теперь представьте.
Однажды утром вы просыпаетесь.
Телефон не заряжен. Нет интернета. Телевизор не работает. Карты не открываются. Деньги с карты не снять — банкоматы молчат.
Свет есть? Света нет.
Что вы будете делать?
Первые минуты — растерянность. «Сбой какой-то, сейчас починят».
Первые часы — звонки, попытки понять. Никто ничего не знает.
Первый день — начинается паника. Магазины закрыты — они работают по безналу. Продукты только за наличные, а у вас их — тысяча рублей. Бензин на последней трети.
На второй день — люди начинают злиться. Кто-то идёт на рынок — там меняют вещи на еду. Кто-то в лес — дрова для печки, потому что газовый котёл без электричества не работает. Кто-то срывается и идет грабить.
На третий день — старые структуры рушатся окончательно.
Полиция не приезжает — связи нет, бензина нет, приказов сверху нет. Больницы работают только на том, что есть — но хирургия без света — это средневековье. Власть молчит — её никто не слышит, и она никого не слышит.
На десятый день — появляются новые структуры.
Соседи объединяются. Кто-то умеет чинить генератор. Кто-то знает, где есть скважина с водой. Кто-то выменял мешок гречки на старый телевизор.
Люди самоорганизуются.
Не потому что они альтруисты. А потому что поодиночке не выжить.
Этот сценарий — не фантастика. Он случался много раз.
Аргентина, 2001 год. За месяц сменилось пять президентов. Люди не могли снять свои сбережения — банки заморозили счета. На улицах — очереди за едой, протесты, погромы. И при этом — тысячи соседских общин, которые сами организовывали помощь, сами распределяли продукты, сами чинили то, что можно починить.
Венесуэла, 2010-е. Гиперинфляция. Деньги обесцениваются быстрее, чем их печатают. Люди рассчитываются граммами, а не купюрами. И снова — горизонтальные связи спасают там, где вертикаль провалилась.
Не надо думать, что «у нас такого не случится».
Случалось. И случится.
Не потому что мы плохие. А потому что любая централизованная система имеет точку отказа.
Один сервер — упал.
Один регулятор — ошибся.
Один приказ — пришел слишком поздно.
И всё. Система посыпалась.
Как карточный домик. Аккуратный, красивый. Но дунешь — и его нет.
А мы стоим внутри этого домика и думаем, что мы в крепости.
Люди ищут новое, но не знают, где взять
Самое интересное происходит еще до коллапса.
Когда напряжение накопилось, но свет еще горит.
Вот в таком состоянии мы живём сейчас.
Поезд еще едет, но колеса уже стучат странно. И пассажиры перешептываются: «Слышишь? Что-то не так».
Люди чувствуют.
Они чувствуют, что их финансовый счет — это просто цифры, которые могут исчезнуть.
Чувствуют, что диплом — просто корочка, которая не даёт ни ума, ни денег.
Чувствуют, что брак по расчёту или по привычке — это пустота.
Чувствуют, что голосование раз в пять лет — это не участие в жизни страны, а ритуал.
Они ищут альтернативы.
Тысячи людей уходят в криптовалюту — не потому что они разбираются в блокчейне, а потому что банки вызывают тошноту.
Тысячи переходят на удаленку — не потому что они любят сидеть дома, а потому что офисная культура похожа на детский сад.
Тысячи создают свои кружки, сообщества, мастерские — не потому что они социальные активисты, а потому что официальные клубы по интересам умерли ещё в девяностых.
Тысячи не заводят детей «по графику» — не потому что они эгоисты, а потому что не хотят передавать травмы дальше.
Они ищут.
Но! Они не могут сформулировать, ЧТО именно они ищут.
Спросите вашего друга, который держит деньги в биткоине: «А какое будущее ты строишь?» Он скажет про децентрализацию. Про свободу. Про то, что государство не должно контролировать его кошелек.
Спросите дальше: «А как именно будет выглядеть мир через 10 лет? Как ты будешь платить налоги? Как ты будешь растить детей? Как ты будешь решать споры с соседом?»
Он замолчит.
Потому что ответов нет. Есть только ощущение, что «старое не работает, а новое — еще не родилось».
Это чувство — точка сборки.
Это момент, когда вы уже вышли из старой системы, но ещё не зашли в новую.
Самое тревожное и самое продуктивное состояние.
Тревожное — потому что нет опоры. Продуктивное — потому что вы действительно открыты.
Посмотрите на мир вокруг.
Старые институты — как зомби. Они двигаются, но они мертвы. У них нет души, нет энергии, нет развития.
А новое — пробивается, как трава через асфальт.
Вот эти вот DAO, про которые пока мало кто знает.
Вот эта вот экономика участия, где люди вкладывают не деньги, а время и талант.
Вот эти вот «школы без оценок», где ребенок сам выбирает, что учить.
Вот эти вот «осознанные отношения», где люди договариваются, играют, а не должны.
Это пока маленькие ростки. Их можно не заметить.
Но если собрать их вместе — увидите очертания нового мира.
Мира, в котором нет единого начальника. Нет обязательных программ. Нет денег ради денег.
Есть сообщества, которые договариваются. Есть люди, которые сами выбирают свой путь. Есть ресурсы, которые текут туда, где они нужны.
И самое главное — этот мир не надо изобретать с нуля.
Он уже есть.
Просто мы привыкли смотреть в другую сторону.
Три истории из этой главы.
Первая — про лягушку в кастрюле. Мы не замечаем нагрева, потому что он медленный.
Вторая — про выключенный свет. Любая централизованная система имеет точку отказа. И эта точка наступит.
Третья — про людей, которые ищут. Они уже здесь, уже пробуют новое. Просто не знают, как это собрать в целое.
Глава 3. Старые институты трещат по швам
Вертикаль власти: от римских легионов до наших дней
Давайте посмотрим правде в глаза.
Вертикаль власти — это древняя конструкция.
Очень древняя.
Она появилась тогда, когда люди впервые сказали: «Давайте дадим одному командиру, чтобы он решал за всех».
Римские легионы. Централизованное командование. Император наверху, легионеры внизу. Приказы спускаются сверху вниз. Информация — снизу вверх, но медленно и с искажениями.
Эта система выигрывала битвы. Потому что враг был такой же. Тоже с вертикалью. И побеждал тот, у кого вертикаль жёстче.
Прошли тысячи лет.
Что изменилось?
Появились демократии. Выборы. Парламенты. Разделение властей.
Но суть осталась прежней.
Там, наверху, принимают решения. Здесь, внизу, выполняют.
Разница только в том, что «наверху» теперь не один император, а группа людей. Но принцип вертикали — незыблем.
Кто-то скажет: «А как иначе? Как без вертикали? Анархия же наступит!».
Погодите с выводами.
Давайте посмотрим, как вертикаль власти работает в XXI веке на практике.
Вы живете в городе. У вас во дворе яма. Глубокая. Опасная для детей.
Что вы делаете?
Вы идёте в управляющую компанию. Вам говорят: «Это не наша зона ответственности, обращайтесь в муниципалитет».
Вы идёте в муниципалитет. Вам говорят: «Напишите заявление. В двух экземплярах. Приложите фото. Мы передадим в департамент благоустройства».
Вы пишете. Ждете месяц. Вам приходит ответ: «Ваше обращение зарегистрировано под номером 3485/2. Рассмотрение займет до 45 рабочих дней».
Проходит 45 дней. Вы звоните. Вам говорят: «Мы передали заявку подрядчику. Он должен выполнить работы в течение квартала».
Проходит квартал. Яма всё там же. Вы пишете жалобу в прокуратуру. Они отвечают: «Провели проверку, предписали устранить нарушение».
Ещё через месяц яму закатывают асфальтом. Криво.
Прошло полгода.
Вы потратили десятки часов. Десятки нервов. Десятки рублей на транспорт.
Из-за одной ямы.
Это не сбой. Это норма. Это работа системы.
Вертикаль власти — это конвейер бюрократии. И проблема не в конкретных чиновниках (хотя и в них тоже). Проблема в том, что конвейер устроен так, что любое движение вниз требует времени и бумажек.
А теперь представьте обратный поток — снизу вверх.
Вы — чиновник среднего звена. Вы видите проблему. Вы знаете, как её решить. Но ваши полномочия этого не позволяют.
Что вы делаете?
Вы пишете докладную наверх. Потом начальник просит уточнения. Потом согласование с соседним отделом. Потом правовая экспертиза. Потом всё это идёт к начальнику начальника.
Пока ваша идея дойдет до верха — пройдут месяцы. А за это время проблема усугубится. Или появится новая. Или сменится руководство, и идею закопают.
Так устроена вертикаль.
Она хороша для повторяющихся операций, где сверху уже поняли, что делать. Она ужасна для всего нового, быстрого, локального, нестандартного.
А современный мир — это сплошное новое, быстрое, локальное и нестандартное.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.