Осколок "Надежды"

— Кто не вернулся?

— Один. А может, двое. Я не считаю. И тебе советую забыть про Хаугена. Он уже мёртв. Или почти.

Лиза положила на стойку ещё одну купюру.

— Спасибо. За виски и за совет.

Она вышла из бара. Солнце клонилось к закату, окрашивая поля в багровый цвет. Северный шлюз нашёлся быстро — массивная гермодверь с налётом ржавчины, рядом — лифт, который, к счастью, запустился.

Кабина поехала вниз. Глубоко. Лифт остановился на отметке "Уровень -4". Двери открылись в полумрак.

Коридоры — узкие, с низкими потолками, стены из необработанного камня. Кое-где вмурованы аварийные светильники, но большинство перегорели. Воздух спёртый, с запахом озона и горелой изоляции. И тишина — только далёкая, равномерная капель.

— Хауген? — позвала Лиза. Тишина.

Она пошла по коридору, держась стены. Внезапно — шорох. Сзади. Она резко обернулась — никого. Но тень на стене была не её.

— Выходи, — сказала она негромко. — Я без оружия.

В ответ — выстрел. Парализаторная игла впилась в стену в сантиметре от её плеча. Лиза кувыркнулась в сторону, уходя из зоны поражения, одновременно выхватывая свой бластер. Ещё один выстрел — мимо. Она увидела силуэт в конце коридора и выстрелила на подавление, целясь в потолок над ним — посыпалась каменная крошка, заставив нападавшего пригнуться.

Лиза рванула вперёд, используя его секундную дезориентацию. Удар ногой по руке с оружием, глухой звук, и человек рухнул на колени. Второй удар — и он затих.

Она включила фонарь на запястье. На полу лежал мужчина лет сорока, в чёрном тактическом костюме без опознавательных знаков. Дорогое снаряжение, но лицо простое, не запоминающееся.

Лиза быстро обыскала его. Армейский коммуникатор (зашифрован), нож, запасные обоймы, и — бумажную записную книжку. Старомодно, но в таких не оставляют цифровых следов. Внутри — чистые страницы, только одна запись карандашом: "Хауген – склад №4, уровень -6".

Значит, она на правильном пути. Но кто-то опередил её — этот наёмник явно искал техника не для того, чтобы поболтать. А может, их несколько.

Она связалась по закрытому каналу с Сергеем. Связь была прерывистой, но прошла.

— Серёжа, — прошептала она, — на ферме нечисто. Кто-то охотится за Хаугеном. Я нашла наёмника. Мне нужно спускаться ниже. Если через час не выйду на связь — идите за мной. Я на уровне минус 4, склад №4 будет на минус 6.

— Лиза, подожди, — начал было Сергей, но связь прервалась. Лиза выругалась, убрала коммуникатор.

Она перешагнула через тело мертвого наёмника и двинулась дальше, в глубь. Коридор становился всё уже, стены — голый камень, укреплённый ржавыми балками. Воздух спёртый, пахло машинным маслом и старым железом. Потом добавился запах крови.

Лиза замедлила шаг. Прижалась к стене. Впереди, из-за поворота, бил тусклый свет переносной лампы. Слышались голоса — хриплый, командный, и второй, слабый, прерывающийся. Хауген.

— ...всё, он нам больше не нужен, — сказал первый. - Мочи его и зачистим место

Звук шагов, затем тишина. Лиза выждала секунду, выглянула.

Двое. Оба в чёрных тактических костюмах, без опознавательных знаков. Один стоял, скрестив руки, следя за проходом. Второй сидел на корточках перед Хаугеном — техник был примотан скотчем к старому креслу, лицо в кровоподтёках. Рядом валялись два трупа — видимо, Ларс дался им не просто так.

Лиза вжалась в стену. Сердце колотилось, но дыхание держала ровно. Пальцы сжали рукоять бластера — заряженного усиленными патронами ПБ-14 изготовленными из плазмолита. Материал добывали в системе Тау Колец — ничем не примечательном промышленном узле, где плазмолит штамповали миллионами патронов. В простонародье его называли "гееннийский кристалл" — из-за характерного адского свечения при разряде. В основе материала лежала искусственно выращенная квантовая решётка, способная накапливать колоссальную энергию в межатомных связях. При подаче короткого электрического импульса определённого вольтажа эта решётка мгновенно распадалась — межатомные связи рвались, превращая твёрдое тело в сгусток высокотемпературной ионизированной каши, известной как плазма. Удерживали её в стволе электромагнитные поля, а разгоняли пять последовательных электромагнитов (в пехотных винтовках их было пятнадцать — разница в дульной энергии была десятикратной). Сгусток покидал ствол со скоростью 3,7 километра в секунду — вдесятеро быстрее обычной пули. Никакого хлопка пороховых газов, только короткое шипение высоковольтного разряда да лёгкий треск соприкосновения плазмы с воздухом, тонущий в шуме вентиляции. Бронированный тактический костюм? Не проблема. Плазма прожигала его раньше, чем нервные импульсы добегали до пальцев.

Один выстрел — и человек не встанет.

Она представила, как бы поступил Йорк. Не геройствовал бы. Выбрал бы момент, когда они расслаблены, и уничтожил обоих до того, как они успеют выдохнуть. Холодно. Без жалости.

Но лампа висела прямо над наёмниками, освещая всё. Если выстрелить в человека, второй мгновенно среагирует. А если в лампу — темнота даст фору, но выстрел будет заметен.

Она подняла с пола камень — обломок бетонной крошки. Метнула в противоположный конец коридора. Камень глухо стукнулся о стену, отскочил, покатился.

Наёмники среагировали мгновенно. На отточенных рефлексах сначала стрелять, потом думать, они одновременно выхватили оружие и выстрелили на звук — две короткие очереди в темноту. Пули застучали по камню, подняв облачко пыли. Затем один из них включил мощный тактический фонарь на стволе, луч заметался по коридору.

Это заняло три секунды. Три секунды, пока они стреляли и подсвечивали, Лиза вышла из тени.

Она не стала целиться в лампу. Теперь у неё были те самые секунды, пока их глаза привыкают к свету собственных фонарей и они не переключились обратно на Хаугена. Два выстрела. Бесшумные, короткие хлопки. Первый сгусток плазмы вошёл в затылок тому, кто стоял у стены — он рухнул без звука. Второй — в грудь коренастому у Хаугена, прямо в щель между бронепластинами. Тот дёрнулся, выронил пистолет и осел на пол, не успев даже вскрикнуть.

Тишина. Только запах горелой плоти.

Лиза опустилась на колени, перерезала скотч. Хауген смотрел на неё мутными, затухающими глазами. Пулевая рана в животе — смертельная. Кровь текла быстро.

— Слушай меня, — сказала она негромко, наклоняясь к самому его лицу. — Ты всё равно не жилец. Это честно. Скажешь мне правду — я дам тебе обезболивающее. Уйдёшь без боли. Наёмники пытали тебя, но ты молчал. Мне можешь сказать. Я от Короны.

Хауген закашлялся, кровь потекла по подбородку. Глаза на секунду сфокусировались.

— Обезболивающее? — прохрипел он.

— Да. — Лиза достала шприц-тюбик, показала ему. — Стимулятор. Уберёт боль, даст силы говорить. Минуты три, не больше. Но ты ничего не почувствуешь. Я вижу, как ты устал от пыток.

Он кивнул в знак согласия, и она вколола ему в шею, возле ключицы. Хауген дёрнулся, потом его лицо разгладилось. Дыхание выровнялось, взгляд стал почти осмысленным.

— Спрашивай, — выдохнул он.

— Пятнадцать лет назад, лаборатория №2, — торопила Лиза. — Ты видел, как забирали деталь перед пожаром. Кто был этот человек?

Хауген закрыл глаза на секунду, вспоминая.

— Пришёл мужчина. Ничего особенного: дорогой костюм. С виду — чиновник среднего звена или менеджер из корпорации. С ним начальник склада о чем-то разговаривал. Я стоял у стеллажа, проверял накладные, меня не замечали, но я ничего не слышал.

Он сглотнул, помолчал.

— И вот этот мужчина протягивает начальнику бумаги. И рукой… он сделал так, — Хауген слабо шевельнул пальцами: три пальца вперёд, чуть сжаты. — Быстро, незаметно. А начальник понял. Сразу. И ответил тем же. Просто дотронулся до этих трёх пальцев своими подошечками. Секунда — и всё. Я даже не понял, что это было, но начальник после этого стал спокойным. Кивнул и что-то сказал: толи «Слушаюсь», толи «Исполню».. я не помню…

Лиза слушала, не перебивая.

— Потом мужчина полез в карман за документами, и в этот момент сканер на потолке — старый, его давно не калибровали — повернулся. И его лазерный луч скользнул по его шее. И что-то блеснуло. Клеймо, девушка. Не татуировка — маленький значок, вживлённый под кожу, на сантиметр ниже уха. С такого расстояния деталей не разобрать, но видно было: круги, треугольники, пересекающиеся линии. Простые фигуры, а сложены вместе — как схема или знак. Это было буквально секунду, никто другой не мог видеть, но я запомнил.

Хауген перевёл дух.

— Потом он сказал начальнику: "Деталь заберём сегодня". И они ушли. А через неделю лаборатория сгорела.

— Ты никому не рассказывал?

— Нет. Испугался.

Хауген замолчал. Глаза его закатились, дыхание стало прерывистым. Стимулятор кончался. Лиза наклонилась к самому лицу.

— Три пальца? Жест? Клеймо из кругов и линий? Ты уверен?

— Да… — прошептал он. —…

Он не договорил. Рука безвольно упала.

Лиза посидела ещё минуту, потом встала. Убрала шприц. Посмотрела на мёртвых наёмников, на тело Хаугена. Три пальца. Клеймо из кругов и линий.

Она достала коммуникатор, набрала Сергея:

— Серёжа, Хауген мёртв. Но я знаю больше. За деталью пятнадцать лет назад приходил человек в штатском. Он использовал тайный жест — странное рукопожатие тремя пальцами, и начальник склада ответил тем же. Значит, пароль. Потом лазер со сканера высветил на его шее клеймо под кожей — круги, треугольники, линии, простые фигуры, как схема. Проверь, на какую секту, которая действовала в Федерации 15 лет назад, это похоже. Наёмников было трое, нейтрализованы. На них никаких следов или зацепок. Я возвращаюсь.

— Понял, — голос Сергея был напряжён. — Ждем стыковки на орбите. Мы на подлёте.

Лиза убрала коммуникатор, бросила последний взгляд на техника и пошла к выходу, перешагивая через тела.

* * *

В рубке было тихо. Йорк сидел за пультом, его пальцы бегло скользили по сенсорной панели, запуская какой-то долгий, многоступенчатый протокол. Сергей стоял у него за спиной, не мешая.

— Что делаешь? — спросил наконец.

— Секретный протокол «Глубокий зонд», — ответил Йорк, не оборачиваясь. — Подключаюсь к архивному терминалу КРС на базе «Тихий ручей» через ближайший ретранслятор связи. Это в поясе астероидов, старый узел связи, который никто не использует. Но он всё ещё активен и напрямую связан с хранилищами данных. Нам нужно больше данных по секте, а через обычные каналы мы уже всё выбрали.

Экран мигнул, засветился голубоватым светом, затем на нём поплыли иерархические списки баз данных, запросы доступа, подтверждения уровня секретности. Йорк приложил мандат Короля к считывателю на пульте. Тишина. Потом зелёный индикатор и короткая трель.

— Доступ подтверждён. Ищем по ключевым словам: «три пальца», «геометрические фигуры»

Экран погас на секунду, затем выдал три результата. Йорк развернул их на главный дисплей.

— Вот. Дело почти столетней давности. Операция СОТРА двадцатилетней давности. И наш рапорт по операции «Чистое небо». Читайте.

Из шлюза донесся звук стыковки — Лиза заходила внутрь. Сергей невольно подался вперёд, ловя себя на том, что всё это время ждал этого звука. Когда дверь рубки открылась и Лиза появилась на пороге — уставшая, с красными глазами, но всё ещё собранная, — он удержался от того, чтобы встать. Только чуть расслабил плечи и коротко кивнул.

Лиза вытерла лицо влажной салфеткой, бросила её в утилизатор и перевела взгляд на Сергея. В нём мелькнуло что-то тёплое, почти неуловимое — облегчение от того, что он здесь, жив, что они снова вместе. Но она тут же отвела глаза, пряча эту секундную слабость за привычной деловой маской.

— Что пропустила? — спросила она, занимая кресло.

Йорк, не поднимая головы от пульта, ответил:

— Историю Ордена. Садись, смотри.— Историю Ордена, — сказал Йорк. — Садись, смотри.

Документ № 1

Департамент общественной безопасности Федерации

Отдел по борьбе с экстремизмом

Гриф «Для служебного пользования»

Рапорт о деятельности «Братства равной доли» (впоследствии «Орден Справедливого Равенства»)

Период: 2645–2655 гг.

Составил: инспектор Ли Вэй

В 2645 году в системе Сектор-63 (аграрная колония) возник кружок интеллектуалов под руководством Пракаш Чаухан, философа-самоучки. Пракаш проповедовал равенство всех звёздных систем, критикуя «диктатуру центральных миров». Первые десять лет движение носило мирный характер: дискуссионные клубы, публикация манифестов, сбор подписей за переустройство Федерации на «октагональной» основе. Однако после отказа Совета рассматривать петиции (2653 г.) Фогель радикализировался.

В 2654 году последовали первые акции гражданского неповиновения: блокирование грузовых терминалов, захват ретрансляторов в знак протеста. Власти ответили арестами. В 2655 году группа последователей Пракаша попыталась захватить оружейный склад на планете Нойхаузен-26. При вмешательстве полиции завязалась стрельба, погибли двое полицейских и семеро членов «Братства». Пракаш Чаухан, был убит при штурме его штаб-квартиры.

Организация была запрещена, большинство членов осуждены. Однако часть ушла в подполье, разбившись на малые ячейки. Последующие 30 лет о них практически ничего не было слышно.

Приложение: копия манифеста Пракаш Чаухан «О равенстве октагонов».

«Ниже манифеста не было — только пометка «Уничтожен по ветхости». Лиза покачала головой:

— Столетие назад всё начиналось почти мирно. А потом ушло в подполье и затаилось.

Йорк мрачно усмехнулся:

— Тише вода под землёй течёт.

Документ № 2

Объединённое командование СОТРА

Штаб по противодействию терроризму

Гриф «Секретно. Особая папка»

Оперативная сводка по нейтрализации ячеек «Ордена Новой Доли»

Период: 2710–2713 гг.

Составил: полковник Крайцер К.К.

После десятилетий молчания в 2710 году зафиксирована новая волна активности. В университетских центрах (планеты Кор Секундус, Новая Афина, Альтаир-5) прошли мирные протесты под лозунгами «Равенство систем» и «Остановите диктатуру рынка». Следствие установило, что эти выступления координировались подпольными структурами, использующими пароль «Октагон ждёт» и опознавательный жест (три пальца). Финансирование протестов шло от сочувствующих представителей богатых семей, уставших от коррупции Совета.

Одновременно с мирными акциями произошла серия терактов:

12.02.2711 — подрыв ретранслятора гиперсвязи в системе Тау Колец;

04.06.2711 — взрыв в зале биржевых торгов на Альдебаране-3;

19.11.2712 — попытка диверсии на верфи «БХ-33/04» (срыв поставок двигателей для флота).

В ходе операции «Осенний ветер» (2713 г.) СОТРА совместно с полицией провели массовые задержания: арестовано 2342 человека, из них 158 организаторов. Изъята литература с пропагандой «октагонов», «плановой экономики» и «принуждения к благу». Рядовых участников распустили, лидеры получили сроки до 20 лет на каторжных планетах. Однако некоторые ячейки избежали разгрома и вновь ушли в глубокое подполье.

Вывод: Орден обладает высокой способностью к регенерации. Вероятно, сохраняется центральное руководство.

— Это объясняет, как они выжили, — сказал Сергей. — Сначала мирные протесты, которые никто не связывал с терактами. А финансирование от богатых семей — интересный штрих.

Лиза добавила:

— Богатые, которые устали от власти Короля. У них свои счёты. А Орден использовал их как кошелёк, а потом выбросит, когда придёт к власти. В их уставе нет места частному богатству.

Документ № 3

Королевский рыцарский совет (КРС)

Оперативный отдел

Гриф «Совершенно секретно. Рассекречено по мандату»

Итоговый рапорт операции «Кузнечный молот» по ликвидации Ордена Равной Доли

Дата: 25.12.2715

Составил: рыцарь КРС Л. В. Берг

Предыстория. В 2714 году получены агентурные данные о возрождении Ордена под старым названием "Орден Всеобщего Блага", в простонародье "Октагонщики". Орден восстановил иерархию: Проводник, 8 Голосов, по числу сторон восьмиугольника, Хранители, Привратники. Центральная база обнаружена в заброшенной археологической колонии «КА-635/2» (система Денеб).

Ход операции. Штурм базы и ячеек ордена в 12 системах, включая Кор Секундус, проводили отряд КРС при поддержке спецназа флота. В ходе боя уничтожено 47 членов Ордена, включая Проводника (установленная личность: Михаэль Ланге, бывший профессор экономики, подозревался в связях с корпоративными кругами). Захвачены архивы с детальными планами переустройства Федерации: «Этапы ослепления, обезглавливания, пробуждения, принуждения, воспитания».

Результаты. Арестованы 7 из 12 Голосов, остальные покончили с собой. Хранители и Привратники частично уничтожены, частично рассеяны. Архивы конфискованы, часть уничтожена из-за повреждений. Несколько членов внутреннего круга добровольно сдались и дали показания. Среди них — Джеймс Вуд (кодовое имя "Библиотекарь"), бывший Привратник. В настоящее время под постоянным надзором СОТРА работает на офисной должности в каком-то комитете в Административном квартале H-9. Его настоящее имя и учётные данные известны только начальнику отдела кадров комитета и уполномоченным сотрудникам КРС.

Вывод. Орден Всеобщего Блага можно считать уничтоженным как организованная структура. Однако ввиду наличия неарестованных Голосов и возможности сохранения подпольных ячеек, рекомендуется периодический мониторинг и готовность к повторной активации.

Особые отметки: при изучении архивов обнаружены чертежи устройства, названного "Ключ". Согласно технической документации, устройство генерирует сверхмощный электромагнитный импульс широкого спектра действия, способный выводить из строя электронные системы управления, наведения и пуска ракет, а также иные бортовые компьютеры любой военной техники в радиусе нескольких тысяч километров. ПК противника, логические модули, системы связи — всё превращается в бесполезный хлам. Главная особенность — не требует близкого подхода к цели. Чертежи переданы на экспертизу и дальнейшее изучение.

Вот ещё короткая хроно-справка – Джон открыл короткий документ с датами.

2670 г. Первые упоминания о секте в донесениях патрулей пояса астероидов.

2610–2613 гг. Пик активности: диверсии на гиперпорталах, подрыв маяков, саботаж на верфях «22» и «112».

2615 г., начало. Агенты КРС выявляют центральную базу секты – заброшенная археологическая колония «Ковчег» в системе Денеб. Операция «Кузнечный молот».

Результаты операции «Кузнечный молот»:

Проводник (третий по счёту) – Густав Вандер (бывший офицер корпоративной безопасности) – убит при штурме.

Клеймо Проводника изъято и уничтожено.

Задержаны 7 из 12 «Голосов», остальные покончили с собой.

Архивы секты конфискованы.

После 2715 г.: Секта официально считается разгромленной. Последние десять лет – полное радиомолчание со стороны любой структурированной организации.

— «Ключ», — прочитал Сергей. — Десять лет назад они уже работали над чем-то похожим на часть детали, которую нам дал Король. Не успели доделать?

— Или успели, но уничтожили чертежи, — предположила Лиза.

Йорк отложил планшет.

— Всё сходится. Ордену почти сто лет. Они пережили разгромы, затихали, потом снова набирали силу. Десять лет назад мы ударили по ним, убили Проводника, арестовали Голосов. Но некоторые ушли. И, похоже, за десять лет они восстановились. А теперь у них хватило наглости или отчаяния ударить по самому Королю. Только теперь их планы масштабнее — не просто университетские протесты и подрывы ретрансляторов.

— И нам нужен тот, кто знает об Ордене больше, чем есть в отчётах, — сказал Сергей. — Перебежчик "Библиотекарь". Сейчас он работает на офисной должности в каком-то комитете на Кор Секундус. Его настоящее имя и учётные данные есть в защищённой информационной системе СОТРА. Если он десять лет назад был Привратником, то видел внутреннюю кухню. Ритуалы, иерархию, возможно, имена тех, кто остался на свободе, но тогда были не интересны СОТРА или КРС. Может даже знает старые тайные убежища, которые не всплыли в архивах. Того заказчика "04" в плаще с клеймом — он мог знать в лицо или по описанию.

— Согласен, — Йорк кивнул. — Он не укажет нам координаты нынешней базы — иначе мы бы её уже взяли. Но он может дать ключи к тому, как Орден восстанавливается, кто их сочувствующие в верхах, как они передают приказы. Это поможет нам выйти на след.

— И поймём, кто стоит за покушением на Короля, — добавила Лиза. — Хотя бы направление.

— Тогда курс — Кор Секундус, — сказал Йорк. — Готовьтесь к разговору с параноиком. Лиза, подготовь вопросы. Сергей, возьми с собой распечатки этих отчётов — он явно не доверяет электронике, будем показывать бумаги. И мандат Короля.

— А если он откажется говорить? — спросила Лиза.

Йорк подошёл к иллюминатору, глядя на звёзды.

— Он согласится. Потому что единственное, чего боятся такие перебежчики больше разоблачения, — что Орден вернётся за ними. А он уже вернулся. И «Библиотекарь» это поймёт.

Джон провёл рукой по левой брови и прищурился, подождал секунду словно думал о чем-то, и продолжил:

— Я знаю одного полковника из СОТРА. Старый друг по "Пескам Андромеды". Хавьер Родригес. Мы вместе служили, ещё в те времена, когда 4й штурмовой флот гонял пиратов в Поясе Разлома. Он сейчас в СОТРА, но не по линии защиты свидетелей или полиции— занимается оперативным планированием. Однако у него широкий круг знакомств и доступ к межведомственным запросам. Если я попрошу — поможет быстро узнать под чьим именем работает этот Привратник.

— Он надёжный? — спросила Лиза.

— Как броня крейсера. Хавьер не задаёт лишних вопросов, если дело касается старых друзей. Но в открытую рисковать не будет. Мы с ним отработаем схему: он через свой канал выяснит, под какой легендой сейчас числится Вуд, и передаст мне контактную точку. Официально — никакого следа. Неофициально — мы получим возможность встретиться с перебежчиком. Нам не надо светить мандатом Короля лишний раз на территории Совета.

Лиза удивлённо подняла бровь:

— Никогда не думала, что у тебя такие контакты в их стане, Джон. — В её голосе прозвучало искреннее уважение.

— В этом мире враги — это просто друзья, с которыми ты ещё не расплатился, — усмехнулся Йорк. — А я привык, чтобы долги были за мной.

Йорк оторвался от навигационного пульта, потянулся.

— Курс проложен. До выхода из прыжка — 6 часов часа. Пойдёмте ужинать.

Они спустились в кают-компанию. На столе уже лежали три одинаковых матовых контейнера — система "лотерея", к которой давно привыкли.

— Выбирайте, — сказал Йорк, беря первый.

Сергей взял второй, Лиза — третий. Открыли одновременно.

У Йорка оказалась запечённая рыба с лимоном и овощами. Он одобрительно кивнул.

У Лизы — овощное рагу из кабачков и перцев. Она скривилась: такое она не любила.

У Сергея — стейк из мраморной говядины с жареным картофелем и зеленью. Пар поднимался от мяса, аромат разносился по каюте.

Сергей посмотрел на свой контейнер, потом на овощи Лизы, потом снова на стейк. Не говоря ни слова, он подвинул свой контейнер к Лизе.

— Ешь, — сказал он. — Тебе нужнее, особенно после приключений в подземельях.

— Серёжа, это твой ужин, — возразила Лиза, хотя глаза уже блестели.

— А я запечённые перцы люблю. — Он не церемонясь ткнул вилкой в её еду одной рукой, а второй потянул к себе её контейнер, не оставляя выбора.

Йорк, делая вид, что поглощён своей рыбой, хмыкнул почти без звучно и ничего не сказал.

Они ели молча. Лиза справилась со стейком быстро — после всего пережитого на планете была она была сильного голодна. Сергей жевал овощи, поглядывая на неё.

Когда контейнеры опустели, Йорк откинулся в кресле.

— Лиза, расскажи о своём задании в Цефее-9. Кратко.

Лиза вытерла губы, кивнула.

— Обычная работа. Таможенная станция "ФТ-7". Мелкие контрабандисты возят редкоземельные металлы в обход пошлин. Засветился один чиновник, который за взятки пропускал их грузы. Я зафиксировала переводы на его счета, имена посредников.