Фактчекинг. Чеховы. Изнанка мифа

Это письмо было написано 2 января 1889 года, а 15 марта старший брат сообщил:

«Алтон Палч! Мы с Натальей Александровной порешили обвенчаться. По говну черепки. Просим покорно на свадьбу и просим, кстати, сообщить Ваше мнение в смысле «сближения».

P. S. Антоша, ты на меня не сердишься?».

«Алтон Палч» не ответил.

нервничал Александр. «Отчего ты мне упорно не пишешь и не отвечаешь на мои письма? Не желаешь продолжать переписку – так напиши: я тебя беспокоить не стану», –

В это время семье было не до очередного «сближения» Александра: серьезно занемог Николай. В апреле Антон написал в Петербург: . «Наш Косой около 25 марта заболел брюшным тифом, формою легкою, но осложнившеюся легочным процессом»

Чеховы выехали в Сумы.

Присоединиться к родным захотел и Александру, но его держала служба в газете. Пришлось прибегнуть к проверенному способу: опять наврать про якобы тяжелую болезнь. И вот он на голубом глазу уверяет Суворина:

. «Вы не верите в мой тиф, но клянусь, я прикован к постели. Сообщаю только для того, чтобы Вы не думали, что моя болезнь – пьянство. Клянусь Вам детьми, что я не пью уже в силу болезни. Доктор гонит меня на юг. Разрешите мне отпуск с правом взять жалованье за 2 месяца вперед. Преданный Вам А. Чехов»

Суворин, разумеется, и отпустил, и денег дал, и лишь через некоторое время неприятно удивился, узнав, что сотрудник был абсолютно здоров.

Ал. Чехов с Натальей и с детьми появились в усадьбе 15 июня в два часа дня, а через час Антон уехал из имения к знакомым.

Николай Павлович Чехов умер 17 июня 1889 года. Вскоре после похорон Антон совсем покинул Сумы.

Во время его отсутствия, 12 июля, Александр и Наталья обвенчались в той же церкви, где менее месяца назад отпевали Николая. О событии Антону сообщил Иван:

«Можно было подумать, что венчается не репортер „Нового Времени“, а член клуба оригиналов, оригинальней этой свадьбы я ничего не видел».

А Павел Егорович Чехов получил от старшего сына письмо:

«Дорогой Папа, я сдержал данное Вам слово. Сегодня я обвенчался с Натальей Александровной. Факт совершен. Теперь я – женатый человек. Надеюсь, что Вы по Вашему родительскому милосердию и доброте не откажите мне и моей жене в благословении, которое мы оба глубоко ценим. Целую Вашу руку. Ваш Александр Чехов».

Потрясенный родитель – чудны дела твои, Господи! – благословил. Так Наташеву стала-таки Чеховой.

«Хитрая» Наталья Александровна (как она сама себя называла) не была похожа на рафинированную и сломленную жизнью Анну Ивановну. Тем не менее и ей приходилось терпеть пьяные выходки Александра, упреки в расходах и мириться с его женоненавистнической философией:

«Я по мусульманскому обычаю считаю нужным бабью нацию игнорировать и все, что они делают и говорят, считать вздором».

В письмах к братьям он называл жену лохудрой, бабой ягой, паскудой. Но Наталью это не волновало: ей снился уехавший на Сахалин Антон.

Когда в августе 1891 года родился «законный» сын Миша, всё для Натальи Александровны замкнулось на нем, на ЕЁ Чехове, в чью выдающуюся судьбу она поверила с первым его новорожденным криком.

Однако прошлое Натальи и Антона было, похоже, непроходящей занозой для Александра Павловича, и он явно ревновал, скрывая чувства за язвительными шутками:

«Жена жалеет, что вышла за меня, а не за тебя. Ты у нас – незыблемый авторитет, а я – нуль и ничтожество. Если ты в свою очередь тоже жалеешь, что не женился на моем золоте, то для Вашего обоюдного удовольствия я могу уйти на время в монастырь. Только не советую делать этого опыта; в этом золоте лигатуры больше, чем следует. Все-таки рискни попробовать: поколение будет законным»; «О тебе она такого высокого мнения, что я не знаю, радоваться, ревновать или удивляться ее легкомыслию на старости лет?!»

Вероятно, поэтому он постоянно информирует «соперника» о физиологических подробностях жизни жены:

«Наташа жива и здорова, хотя и разрешается почти ежедневно целыми лентами какой-то ленточной глисты. На старости лет зачервивела, хотя и утверждает, что ей только 35 лет».

Наташа этих писем не читала; она продолжала слать Антону поклоны, передавала подарки, а муж комментировал:

«Если ты хочешь выкинуть сигары в нужник, то смотри, как бы потом тебе не пришлось их обратно вытаскивать и в мокром виде в рот брать. Эти сигары тебе моя Наталья послала и купила их на собственные средства».

В 1895 году Чехов, будучи в Петербурге, заехал к брату на обед и был доволен увиденным:

– писал он сестре. «Его жена кончила кулинарные курсы и в самом деле готовит кушанья великолепно», 

Особенно хвалил Антон их младшего сына. Наталья была счастлива, а ее муж уж и не знал, как реагировать:

. «Баба моя – в сердечном восторге за то, что ты обласкал ее Мишку. Зовет тебя, без календаря, когда тебе вздумается, завтракать, обедать и ужинать. Расходилась вовсю. Это – ваше с нею дело. Ключ от ее сердца при сем прилагаю. Пользуйся»

Шло время. Александр много работал, хороший достаток позволил им купить под Петербургом участок с домом. Когда Наталья уезжала на дачу, они переписывались редко: отметил в дневнике Александр. Как-то Наталья прислала с дачи записку:. Муж опять взялся дневник и откомментировал: «Оба, оказывается, жалуемся друг другу, что нечего писать», – «Погода худая и я больше жить тут не желаю» «Мне очень нравится это „больше жить тут не желаю“. Юпитеровский тон …из оврага».

Подросших пасынков, дабы не влияли дурно на семилетнего Мишу, спровадили из дома: старшего – на флот, младшего – на двенадцатичасовую работу в типографию.

Так и жили, вписавшись в созданную систему координат: он в своем кабинете сочинял «глупые романы» (по собственному его выражению), она в детской читала сыну «Каштанку» и кокетливо писала Антону:

«Дорогой Антошеву. Не думайте, что я пишу спроста, нет, я хитрая. Слыхала, что вышла Ваша новая книга. Уж больно хочется мне ее почитать, не подарите ли? Любящая Вас Наталья».

«Можете считать меня попрошайкой или как хотите, но я непременно хочу иметь все ваши сочинения. Я люблю читать Вас. Доставьте мне эту возможность. Искренне любящая Вас Наталья Чехова».

Обязательно поздравляла с именинами, подписываясь «пЗвала в гости:. реданная Вам Наталья». «Надеюсь, когда будете в Петербурге, дадите посмотреть на себя? Я так давно не видала Вас»

И все пытала мужа: не женился ли Антон?

А Александр не уставал писать брату, что  или: . «Наташеву теперь – сгорбленная старуха» «Моя законная половина приобрела жидовский животище

Себя Александр пытался убедить, что они с женой хорошая пара: . Наверное, в определенном смысле так оно и было. «если брак – лотерея, то оба мы вытащили по счастливому номеру»

Последний раз Наташеву видела своего Антошеву в 1904 году. Это был февраль. Тогда Антон Павлович написал жене:

. «В Ялте в настоящее время проживает Александр, с ним Наталья Александровна, сын Миша – гимназист, кормилица и собака. Живет он на даче Чекалиной»

В июле Чехова не стало.

После смерти Антона Александр совсем отделился от жены. Мария Павловна вспоминала, как во время одного из ее приездов в Удельную Александр „По словам М. П. Чеховой Александр . «со сжатыми кулаками жаловался свою жену: это такая проклятая жидовка, она забрала все мои деньги“». «по завещательному письму Антона получил 3000 руб. на которые купил себе имение в Финляндии, чтобы уйти от такой жены»

Действительно, весной 1907 года Александр купил себе в финляндской деревне Куутерселька маленький домик, куда и переселился. С восторгом он описывал свое холостяцкое житье брату Михаилу:

. «Самое большее, что меня радует и удовлетворяюще щекочет мою душу, это то, что я один. Главное дело – безбабие; никто у тебя над душою не стоит, не ноет, и не скулит»

Но как-то раз накатила тоска, и Александр написал жене длинное письмо, в котором упрекал ее за враждебное к нему отношение, признавал, что жизнь сложилась грустно и жаловался:

. «Мне всегда рисовалось тихое счастье: мы, два старика, сидим в теплой комнате в уютных креслах. Ты что-то вяжешь, а я пишу, и изредка мы перекидываемся словом о сыне, делающем успехи. Но это были только мечты. Старость уже наступила, а мягких кресел нет»

Примечания