- -
- 100%
- +
– Совесть имей! – рявкнул второй, – Мы тебе мужа привели, где спасибо?
Мама резко поменялась в лице: заулыбалась, глазки радостью воссияли.
– Ой, и правда, – спохватилась она, – Спасибо вам большое! Нервы просто шалят от пьянок его… Далеко ли тащили?
– В парке нашли, в траве спал. Местных спросили, где живет – сюда указали.
Мужики отвели отца в зал, уложили на диван и вернулись в прихожую.
– Что же он у тебя без меры за воротник закладывает? – строго спросил один из них, – Ты его, чай, доводишь?
– Да что вы такое говорите?! – жалобно пролепетала мама и запричитала, – Я одна вон четверых детей на себе везу…
– Ладно, погорячился я, – извинился спросивший и похлопал мать по плечу, – В голову не бери.
– Ну, прощайте! – произнес другой, и мужчины направились к выходу.
– Не знаю, как вас и благодарить, – засуетилась мама, – Давайте, чаем напою, как раз свежий заварила.
– Не надо, хозяйка, мы спешим.
– Не могу я вас так отпустить, без благодарности. Вон какое благое дело сделали – мужа в семью воротили.
Незнакомцы хохотнули, хмурость спала с их лиц.
– Давайте, я вам цветочков сорву… – продолжила хлопотать мама – мужики скривились в лицах, и мать догадалась, – Не хотите.
Глаза родительницы забегали по сторонам – соображает, чего бы всучить.
– А может, я вам огурчиков соберу? С собственного огорода. Вкусные, маленькие, хрустящие. Корнишоны почти. Тают во рту, – соблазняла незнакомцев мать, – В магазине таких не купишь и даже на рынке не отыщешь. Я семена по каталогу из питомника выписываю.
Гости замешкались, заулыбались, слюну сглатывать начали.
Мать быстро схватила два целлофановых пакета и позвала:
– Пойдемте.
Мужчины сдались и послушно последовали за ней.
Стоило хлопнуть двери на веранде, как из зала донесся слабый хрип:
– Ириска, воды…
Ух ты, папка знает, что дома!
Лара принесла полный ковш, подняла голову отца, поднесла воду. Он глотал жадно, выпил до дна. Не открывая глаз, батя лег обратно и отрубился. Его затрясло во сне. Лара сняла накидки с кресел и бережно укрыла родителя. Когда ты придешь в себя?
Сердце наконец-то успокоилось: папка жив и голова его на месте.
В окно виднелись три фигуры у парника: мать рвала овощи, мужики наблюдали. Родительница распрямилась, и компания переместилась к водопроводу. Мама набрала воды в пакеты с огурцами, потрясла, слила и раздала незнакомцам.
Сейчас уйдут, – ждала Лара. Но троица снова направилась в огород. Мать водила заблудших странников по заветным местам и вещала про морковку, кинзу и смородину. Незнакомцы закидывали в рот огурцы, беззаботно жевали и кивали маминым изречениям.
Экскурсия завершилась, нежданные гости вышли в калитку.
– Пока, Людмила! Береги себя, – громко попрощались мужики и удалились.
Мать вернулась домой, гневно бросила:
– Спит козел?
Лара кивнула.
– Из-за него два… – мама задохнулась, – целых два килограмма молочных огурчиков пришлось отдать. А я их растила, старалась.
Родительница скривилась, почти заплакала.
Зачем мать предложила им подарок, если вовсе не желала?
– Они же не просили, – прошептала Лара.
Мать взглянула с прищуром.
– Они отца принесли – за нами должок. И неизвестно, чего попросят, когда время придет. Вон какие здоровенные агрессивные лбы. Не успели зайти, сразу кричать принялись, обвинять. С такими ухо востро нужно держать, – объяснила она.
– Мама, а кто эти мужчины?
– А я почем знаю?! Приезжие вроде. Попутным ветром к нам занесло…
12.00 Радость и страх
Мама переоделась в красивое голубое платье и разместилась у трюмо. Она тщательно причесалась, любуясь собой в зеркало. Затем нацепила серьги с фиолетовыми камнями, накрасила губы красной помадой и отправилась на работу.
Лара и Кася вышли во двор, братьев нашли у сарая, те продолжали ремонтировать велосипед.
– Кто это был? – поинтересовались мальчишки.
– Батьку принесли. Не местные они, – объяснила Лара.
– Тогда ладно, – успокоенно произнес Тима и хмыкнул, – Что, мать загнала их огород посмотреть?
Лара кивнула и предложила:
– Давайте в жмурки играть!
Братья с радостью согласились.
Пока дети бегали во дворе, на улице собралась толпа ребят с окрестных домов. Ивановы завершили свою игру и присоединились к другим.
Начали веселье с пряток на скале за домом номер два. Пока ведущий считает, дети разбегутся, спрячутся за кусты, пригорки, толстые сосны, залягут в канавки. Когда водящий идет искать, остальные тихо крадутся с разных сторон к заветному дереву, добегают и оглушительно орут: «Туки-туки за себя!» Первый пойманный водит следующий круг.
После пряток перешли на длинную затею, казаки-разбойники. Разбились на две команды, Лара с Касей оказались разбойниками, братья – казаками. Долго носились по окрестностям, прячась от догоняющих. Первый заход закончился победой казаков. До чего приятно жить на свете! Бегать по лесам, визжать во всё горло, радоваться удачной игре, смеяться вместе с друзьями.
Наступил, однако, момент, когда Косуля начала клевать носом и смотреть осоловевшими глазами, потом растянулась на земле.
– Кася хочет спатки? – спросила Лара наклонившись.
Сестра кивнула, ерзая головой по земле. Ох, если бы мать увидела, как плохо Лара следит за малышкой, обязанности свои не выполняет… то сильно бы отходила шнуром от кипятильника.
Лара посадила Косулю на «коняшку», собственную спину, и увезла домой. Братья остались играть.
Будильник показал третий час.
Лара умыла сестру, уложила в постель и только собралась уходить, как Кася неожиданно заплакала.
– Я боюсь…
– Чего? – удивилась Лара.
– Баба-ягу.
– Откуда ей здесь взяться, Косуль?
– Она из-под кровати вылезает и кушает маленьких детей, если они не спят, – прерываясь на всхлипывания, поведала побелевшая лицом Кася.
– Кто тебе такое сказал?
– Мама.
Лара прилегла рядом и обняла наивную сестру. Баба-яга только в сказках бывает.
16.30 Лязг металла
Проснулась Лара от жалобного охрипшего голоса:
– Воды… Ириска… кто-нибудь.
Она вскочила, прошла на кухню. Будильник показал полпятого. Ого, проспала два часа! Хорошо, что никто не видел, маме не расскажет…
Лара зачерпнула полный ковш, отнесла папе в зал. Отец выдул воду до дна, пол-литра за раз, отвернулся к спинке дивана и громко захрапел. Лара прошла на кухню и принялась за посуду.
К шести заспанный помятый отец появился из зала, покопался в бельевом шкафу и вышел из дома, не сказав ни слова. Лара прильнула к оконному стеклу: неужели опять уйдет пить?!
Папка набрал ведро холодной воды из уличного водопровода и зашагал в баню. Через десять минут появился вновь в чистой одежде: белой майке и растянутых на коленях черных кальсонах. Рабочие спецовку и брюки отец постирал, повесил сушиться.
Вернувшись домой, он порылся в продуктовом столе, отрезал большой шмат хлеба, посыпал сахаром и скушал, звучно запивая чаем.
Лара присела на угловой диван и попросила:
– Папа, а ты можешь ножи наточить? Мне хлеб резать трудно.
– Конечно, в чем проблема?! Чай лишь допью. Ты пока наждак притащи да железо приготовь.
Лара собрала по дому все известные ей ножи, даже принесла из сарая мачете и топор. А то мама ругалась, что они шибко тупые.
Отец шумел и пыхтел. Наждак со скрежетом летал по металлу, затем металл скользил по наждаку, несколько раз искры мелькнули. От чудовищного лязга сводило зубы, давило на перепонки, но Лара терпела – папу надо спасать.
У входа на кухню показалась растрепанная Кася. Лара посадила ее рядом с собой и обняла. Так и сидели, наблюдая за ловкой работой отца.
– Готово! – с воодушевлением сообщил батя, – Давно я не резвился. Смотри, как новенькие блестят. Пользуй аккуратно, не порежься.
– Спасибо, папа! – поблагодарила Лара и выдохнула.
День удался: и голову отцу не отрубили, и ножи острые теперь. Значит, мама не отрежет ему яйца. Батя спасен окончательно. Глядишь, помирятся.
Лара разложила заточенные предметы по местам.
Отец притащил два ведра воды, вынес помои, почистил клетки кроликам и накосил им травы. Вернувшись домой, он снова удалился в зал. Послышался скрип дивана.
Лара подмела всю квартиру, подкопала и начисто вымыла шесть картошин, как просила мама.
Кася это время мирно сидела за кухонным столом, играя куклой. Она переодевала игрушку в разные одежды, сшитые Ларой: юбочки, маечки, платья, шапочки и шарфы.
20.00 Крокодила позови
Мать вернулась с работы в начале девятого. Внимательно осмотрела пол без мусора, помытую посуду, чистые столы, полные воды ведра и пустую помойную емкость.
– Что за праздник сегодня такой? Не пойму, – похвалила она семью.
Мама вытащила из холодильника кастрюлю с заранее отваренной курицей в бульоне и поставила на плиту разогреваться. Она схватила из миски очищенную картошину и приступила к нарезке.
– Ух ты, нож острый! – озадаченно-удивленно воскликнула родительница, – Кто точил?
– Папа, – громко ответила Кася.
– Вот гад! Хоть бы предупредил, чуть не порезалась из-за него. Ни за что не поверю, что сам додумался, дебила кусок. – Мама схватила следующую картошину. – Ну да ладно, вдруг за ум взялся, с водкой решил завязать…
Она мечтательно улыбнулась. Лара молчала.
Через полчаса куриный суп с вермишелью был готов. Парни вернулись с улицы, заняли привычные места на диванчике. Касю пересадили в детский стульчик.
Разливая еду по тарелкам, мать скомандовала Ларе:
– Позови крокодила есть. Заперся он там, прячется от нас!
Тима и Сеня весело расхохотались, повторяя непрерывно: «Крокодил». Лара тоже улыбнулась: иногда мама смешно говорит. Так хотелось быть похожей на нее, уверенной, умеющей пошутить и развеселить окружающих.
Лара постучала, зашла в зал и радостно сообщила:
– Крокодил, иди есть.
Валяющийся на диване отец приподнял голову и обиженно произнес:
– Зачем ты меня оскорбляешь?
– Так мама велела позвать, – оправдалась Лара, ощущая, как слабеет тело и звук ее голоса.
– Думаешь, мне приятно от дочери подобную издевку слышать, – продолжал отец.
Лара замерла и замолчала.
– Мать твоя тут хозяйка, а ты на положении бедного родственника, без прав. Она что угодно пущай говорит, а ты сначала вырасти, деньги на себя заработай, потом обзываться будешь.
Лара похолодела. Совсем не думала обидеть папу, а лишь хотела быть похожей на сильную уверенную юморную маму. Ларе следует извиниться. Она попыталась, но не смогла произнести и слова: челюсти свело от напряжения, в горле застрял комок. Какая же Лара неудачница, всё неправильно делает!
Батька пошарил рукой под подушкой, вытащил деньги и мелкие бумажки. Вдвоем пошли на кухню и сели за стол. Папа положил перед матерью купюры и два талона на продукты: сахар и крупа.
– Вот, халтурил на днях, всё домой принес, – пробормотал он.
Мамины глаза расширились; звездочки, переливаясь серебром, словно снег в солнечном свете, закружили лихой хоровод.
– Ладно подлизываться… – едва сдерживая улыбку, промолвила мама и тотчас спохватилась, посерьезнела, – Давайте-ка есть!
Застучала посуда у братьев, Лара тоже загребла полную ложку. Как же она проголодалась! Суп наполнял желудок, от сытости по телу разливалась радость и расслабленность. До чего аппетитно мама готовит!
Кусок синюшной курицы Лара оставила напоследок. Присмотрелась – часть голени. Жесткий, так просто не сдастся. Лара положила мясо в рот. Вкусно, но твердо. Кура жевалась с трудом, дети переглядывались и втихую от матери посмеивались.
Когда доели, папа протянул руки в сторону мамы и печально спросил:
– Людок, ты не знаешь, отчего у меня вены так сильно выступают?
– Пить надо меньше, – ответила мать и кокетливо улыбнулась.
– А у тебя – нет. Покажи-ка! – Отец аккуратно взял материнскую ладонь.
Хоть бы они помирились, папа пить завязал, мама спокойнее стала. У них получилась бы дружная счастливая семья, совсем как у Марины.
Тимка встал из-за стола, привычно поблагодарил:
– Спасибо, было очень вкусно!
Родительница окинула взглядом пустые тарелки.
– Черт вас подери, засранцы! Забегалась, снова забыла приправ в суп положить. И хоть бы кто напомнил… – сокрушалась довольная мама. – Ладно, сегодня я добрая, но завтра держитесь, двойную порцию кинзы получите.
21.00 Хитрая и упрямая
Лара поблагодарила за еду, вышла из-за стола и направилась к выходу из кухни.
– Подожди. Я сегодня не могу тебя вычесать, занята. – Мама бросила взгляд на отца, тот одобрительно кивнул. – Поэтому сама. Возьмешь гребень, газету… иди в зал и закройся, чтоб никто не мешал.
Лара достала из личного ящика в трюмо расчески, забрала из прихожей старую прессу, принесла подушку под колени. Она приготовила место и наклонилась. Волосы свисали, едва касаясь газеты. Но стоило Ларе занести руку с гребнем, как голова опускалась ниже и грива ложилась на бумагу. Отчаявшись справиться с волосами, Лара пошла на кухню.
Родители весело болтали. Батя сидел, поставив ногу ступней на диван, мама мыла посуду. Увидев Лару, родительница раздраженно рыкнула:
– Чего тебе?
– У меня не получается, волосы ложатся на пол, – пожаловалась Лара.
– Ой, тупица, возьми вторую подушку.
– Где?
– У брата, у меня… да где хочешь! Не отвлекай, видишь, занята, – раздражалась мать.
Лара принесла в зал дополнительно две подушки. Постелила на уже лежащую вторую – волосы опять на полу. Кинула третью – грива всё равно на газете, а Лару шатает по сторонам, движение – рухнет вниз.
Вздохнув, Лара направилась на кухню. Сейчас ее отругают, но, если не вычешет, тоже влетит. Выхода нет. Чтобы ты не делал, будет плохо. Нужно заранее смириться с неизбежной участью: ничего хорошего тебя не ждет.
Мать от досады швырнула о стол тряпку для мытья посуды и крикнула, метая металлические болючие искры:
– Пошли, покажешь! Не дай бог, врешь!
Лара продемонстрировала позиции – родительница призадумалась.
– Мама, давай волосы подстрижем! – с надеждой предложила Лара.
Очевидно ведь, что пора!
– Ни за что! – упрямилась мать.
– Может, хотя бы укоротим на десять сантиметров, типа кончики подровняли. Никто разницы не увидит, а волосы перестанут путаться на концах и задевать газеты. Я ведь хвост постоянно делаю, незаметно будет, – убеждала Лара, приводя всевозможные доводы.
– Какой же ты отвратительный ребенок! Хитрая и упрямая. Пока своего не добьется, не успокоится. Ладно, наклоняйся, измерю, сколько отрезать.
Хлопнула входная дверь. Сердце Лары екнуло. Папка ушел? Куда? Покурить или к друзьям водки выпить?
Лара села на табуретку, выпрямила спину. Мама отмерила ровно пятнадцать сантиметров, схватила ножницы, раскрыла их и попыталась свести – кожа головы Лары натянулась нещадно.
– Тупые! – заорала родительница, – Этими ножницами да яйца бы козлу отрезать!
Ну почему Лара забыла ножницы папе на заточку отдать?! Какая же она рассеянная! Из-за нее теперь мать отцом недовольна. Надо будет снова его попросить наждак в руки взять, когда мама на работу уйдет.
Родительница, возмущаясь, с трудом укоротила волосы.
– Свободна! Не забудь убрать лохмы с пола и вычешись, как полагается.
Мать удалилась, а Лара в тревоге побежала к окну. Батя сидел на скамеечке, втягивая папироску и покачивая дырявым тапком. Не ушел!
22.30 Все будет хорошо
В постель легли позднее, чем обычно. Мама громко негодовала, что Лара всех задержала уходом за волосами.
Платье ровно висело на спинке кровати, рука ощущала упругую бахрому. Взгляд скользнул наверх, на мощного взрослого оленя. Лара стоит уже рядом с ним.
– Привет, Витторио! – Друг радостно потерся мордочкой с влажным носом.
Они неспешно двинулись вглубь леса по привычной тропинке. Вдоль ее краев росли бесчисленные кустики спелой черники. Нагие ноги ступали с наслаждением по мягкой почве. Солнце ярким пятном заходило за скалу, пахло багульником и сосновой смолой.
Издали слышались задорные крики детей. Здесь безопасно, пусть играют на здоровье!
От компании отделились и прибежали братья.
– Мы с тобой пойдем!
Спустя время к ним присоединились Мила и Каспер. На спине олененка приехала смеющаяся Косуля.
Огромной толпой двинулись дальше и наткнулись на спящего посреди тропинке отца.
– Батька, проснись! – Тима потряс папу за плечо.
Тот открыл глаза, бодро вскочил. Совсем трезвый!
– Устал да задремал чего-то! – оправдался родитель.
Жужжащей от голосов компанией направились к скале, болтая и веселясь.
Всё будет хорошо! – тверда знала Лара. В ее мире, единственном месте, где она на что-то влияет, все будет хорошо.
Пятница. Вне семьи
09.00 Червяк не еда
Ранним утром Лара проснулась от активной тряски за плечо. Мама наклонилась и прошептала:
– Мы с батькой на работу пошли, в первую смену сегодня. Каша на столе, списки с делами там же. Придем после трех – чтоб всё успели сделать. Можете подольше поспать.
Выслушав, Лара мгновенно сомкнула веки. Очнулась от тихого голоса Косули:
– Няня, проснись, все встали.
Лара огляделась: кровати парней пустые. Она побежала в кухню и взглянула на будильник: девять утра. Как же долго сегодня спала!
Лара привела себя и Касю в порядок, усадила сестру кушать. Сама вынесла матрац и отправилась кормить животных.
Парни шныряли по участку с жестяной, из-под консервированной сельди-иваси, банкой в руках, искали червей. Они поднимали разные доски, вёдра, куски материалов и основательно ворошили почву в поисках будущей наживки. Каждую пятницу в теплое время года братья уезжали с отцом рыбачить на двое суток.
Пацаны приблизились к владениям Волчи. Лара присела на скамейку, сейчас начнется представление.
Пес мгновенно выскочил из будки и, слегка оскалившись, кинулся к кормушке. Ткнув носом в пустое дно кастрюли, он отошел в сторону и достойно прилег на траву. На его еду никто не покушается, можно успокоиться.
Мальчишки ухватились за углы собачьей будки и отодвинули ее. Волча, показав в оскале клыки, ринулся к открывшейся поверхности, поводил основательно носом и отошел, но стоял поблизости. Еды не было, но вдруг он случайно пропустил.
Тима поднял жирного дождевого червяка. Волча рванул к добыче, тщательно обнюхал ее, разочарованно отвернулся и снова залег. Брат сунул извивающегося червя в жестянку и, недолго покопавшись, отрыл следующего. Пес стрелой настиг добычу, принюхался, лизнул и понуро поплелся обратно.
– Волча, какой же ты дурачок! Мы червей копаем под тобой третий год, а ты нам так и не веришь. Не съедим мы твои харчи. – Рассмеялся задорно Тимьян.
Вытащив еще трех отборных особей, мальчишки задвинули будку на место. Волча залез внутрь и смотрел наружу тоскливым взором – покушать не удалось.
10.00 На Болотное
Лара вернулась домой. Сестра кашу доела, сидела на полу в кухне и гладила Рыжика.
– Кто его запустил?
– Ни наю, – бесхитростно ответила Кася.
Лара вынесла усатого на улицу, аккуратно держа за шкирку. Вернулась и открыла скороварку. Последний оставшийся сектор каши был основательно покоцан с обеих сторон. Вот и спи подольше, сразу обделят.
Покушав, Лара изучила списки дел. Животных она накормила, осталось посуду к приходу матери помыть. Братья и воды принесут, и с помоями разберутся, на рыбалку-то хочется. Сегодня можно не волноваться.
Всего десять утра. Они свободны на четыре часа.
Вместе с Касей вышли на улицу. По пути Лара отшвырнула ногою рвущегося домой кота.
Братья сидели на скамейке, разглядывали пса.
– Пойдемте купаться на Прозрачное, – предложила Лара, – Волчу возьмем.
– Нужно нам больно в вашей луже плескаться! – Тимка скроил презрительное выражение лица. – Мы вечером на настоящее большое озеро поедем. На Болотное. Волчу не трогайте, он с нами.
Везучие парни! Будут отдыхать и купаться целых два дня на огромном красивом водоеме. И делать ничего не надо…
10.30 Спелая земляника
Лара положила в холщовую сумку полотенце, сменную одежду для сестры и завернутые в газету два куска хлеба. Вместе с Касей двинулись в путь.
Шли медленно, разглядывая камешки и муравьев на дороге, листики и цветочки на растениях, облака и птиц в небесах. Малышку интересовало всё.
– Няня, спой! – попросила Косуля.
– Какую хочешь?
– Про улыбку! – громко воскликнула сестренка.
Лара затянула песню, Кася с восторгом подпевала. Закончили одну – перешли на другую. Путь вперед показался быстрым.
У озера они скинули верхнюю одежду, долго плескались и плавали: Лара – сама, Кася – на Лариной спине. Вода стала еще теплее, чем была пару дней назад. Купание завершили только, когда Касю с синюшными губами затрясло крупной дрожью.
Лара вытерла Косулю, переодела в сухое, поставила греться ближе к огню. Сама оторвала две длинные ветки ивы, насадила хлеб, разместила над верхним пламенем костра.
Когда кусочки почернели, Лара сняла их. Вдвоем с Касей сели на полотенце, медленно скушали вкусняшку, хрустящий хлеб с запахом дыма.
– Пойдем обратно? – спросила Лара.
Косуля кивнула.
– Хочешь земляничку поискать?
– Да! – неожиданно громко ответила сестра, раскрыв широко глаза в предвкушении.
Лара собрала вещи, взяла сестру за руку и повела прямо в лес. Много раз Лара здесь бродила, потому не боялась потеряться.
Поляна оказалась нетронутой. Давненько сюда никто не ходил! Ягоды висели огромные, налитые соком. Лара объяснила Касе: «Кушают только красные», – и показала, как срывать. Косуля неплохо справлялась. Сядет смешно под кустик, головку вбок наклонит – выглядывает ягодку. Сорвет, в рот аккуратно положит, жует и смачно чмокает.
А вот Тима маленьким не справлялся. Сколько ему тогда было? Три года, Ларе – пять с половиной. Однажды мама повела их в лес. Пришли на огромную поляну. Мать выдала детям по металлической кружке и объяснила, что красную землянику следует брать.
Лара находит ягоды и срывает. Братик садится в присядку, пытается отыскать, а не получается.
– У меня нет! – жалобно сообщает он и начинает кукситься.
Мать подлетает и проверяет кустик.
– Да как нет?! – возмущается она, – Вот эта… и та… еще три… Ленивый мальчик, рви давай!
Тима срывает, кладет в кружку. Мать убегает подальше.
Брат направляется к следующему растению – снова нет красных. Слезинки катятся по пухлым щекам. Так жалко, беднягу! Найти не справляется и маму боится позвать – та кричать будет.
Лара подходит к Тимофею и показывает каждую спелую ягодку – малыш собирает.
Скоро и мать воротилась, держа полную литровую банку земляники. Увидела, как мало Лара набрала, наморщилась хмуро. А Тимка, поди, и не помнит этого случая…
Обратно сестры шли долго, на середине пути Касю одолела сонливость. Она растянулась на грунтовке и прошептала:
– Боше не могу…
До чего Косуля милая и смешная! Лара улыбнулась и предложила:
– Ладно, полезай на «лошадку».
Пару раз за дорогу Лара сильно уставала, снимала Касю. Та проходила две минуты ногами, снова опускалась на землю в изнеможении.
– Устала…
Кое-как доплелись домой. Лара уложила сестру на кровать, Кася сразу закрыла глаза, раскинула руки по сторонам и шумно засопела. Даже не надо рядом находиться, чтоб Косуля не боялась!
Лара развесила мокрые после купания белье и полотенце на веревке. Братья дружно сидели на скамейке, наматывая леску. Перед ними на земле лежали удочки и жестяная банка с червями. Готовятся на рыбалку.
Лара прошла в дом. Так и есть: емкости с водой наполнены до краев, ведро для отходов пустое. Что же, Лара выполнит свою часть. Она прибралась и помыла грязную посуду.
15.30 Вместе
Родители вернулись с работы вдвоем. Мама обняла Сеню и Тиму, мотнула головой Ларе на сумки – черные волосы взлетели и опустились. Лара, не мешкая, схватила котомки, но задержалась, услышала папин голос. Тот спросил у братьев:
– Как день прошел?
– Хорошо! – дружно ответили парни.
– Наживку добыли?
– А то! Секунду!
Тима открыл дверь, юркнул в нее и появился вновь, держа в руках жестяную банку. Он приподнял крышку. В темной земле передвигалась кишащая масса.
– Смотри, батя! Черви отборные, качество проверено Волчей. Он лично каждого обнюхал, часть даже облизал. Не верит нам, что они несъедобные для собак. – Загоготал Тимка.
Папа рассмеялся в ответ и похвалил:
– Молодцы, много накопали! На два раза с лихвой хватит. Можем со Степанычем поделиться.