Дневник Кассандры

«Все с вами понятно», – подумала я и пошла за документами, оставленными наверху.

Оказавшись на палубе, я увидела Василича, он уже вернулся с берега и привязывал катер к яхте. Подойдя к нему, я поинтересовалась, далеко ли находится ближайший рынок, на что он сообщил:

– Километрах в трех есть два рынка, и чуть дальше – еще один. Тебе для чего? Купить что-то хотела?

– Нет. Так, на всякий случай спросила, вдруг что-нибудь понадобится, – сделав безразличный вид, ответила я, хотя меня серьезно интересовало расстояние, на которое мог удалиться Ван Мо. Так, значит, километров на пять, не больше, – это хорошо. Вернувшись, я взяла бумаги и пошла к Диане, думая, что она уже должна успокоиться. Когда я спустилась, она со спокойным лицом смотрела какой-то молодежный сериал. Подойдя к ней, я протянула бумаги и коротко сказала:

– Вот, Коваль привез.

Взяв у меня бумаги, Диана подошла к одной из картин, висевшей на стене, и сняла ее. За ней оказался сейф. Я увидела в нем такие же файлы с бумагами. Мне показалось несерьезным доверять банковские документы посторонним людям, и я решила спросить об этом Диану:

– Вы всегда передаете бумаги через шофера?

– Да. Это обычные копии договоров, не имеющие никакой ценности. Более важные бумаги привозит муж, но это случается весьма редко, – пояснила мне Диана, закрывая сейф. – У нас с мужем сейчас сложный период в отношениях, и поэтому без лишней надобности он старается здесь не появляться.

Мне нужно было проверить прослушку, и, повернувшись к выходу, я сказала:

– Пойду посмотрю, что у нас происходит на берегу.

– Женя, вы не могли бы позвать ко мне Ван Мо? – попросила меня Диана, когда я уже практически поднялась.

– А его нет. Он уехал за продуктами на берег.

– Ну, ладно, я попозже сама поднимусь, он обычно надолго не уезжает.

Мое прослушивающее устройство походило на современный МP3-плеер, так что, увидев меня с наушниками в ушах, любой человек принял бы меня за обычного меломана, слушающего музыку. Только в отличие от плеера мое устройство могло не только воспроизводить звук, но и записывать его, имея большой объем памяти. Расположившись в плетеном кресле, я включила его и стала слушать. По обрывкам фраз, по разным вопросам и ответам я могла себе представить, чем сейчас занимался китаец. Вот он сел в маршрутку, вот он передает деньги; молча едет; покупает разные фрукты и овощи. Когда он стал покупать кофе для меня, я прислушалась – ведь мне это было небезразлично. Но нет, китаец действительно оказался знатоком не только в своих заморских блюдах, но и в кофе тоже. Кроме этого момента, пока не было ничего интересного для меня, и я на время выключила устройство.

Жизненная теорема о том, что самая тяжелая работа – это ничегонеделание, была мне очень близка. Я не в состоянии долгое время находиться в пассивном ожидании, я из тех, кто уверен, что движение – это жизнь. Не спорю, на свете существует множество людей, которые могут сутками лежать на диване, и даже не стоит искать их – Диана тому наглядный пример. Но я привыкла чем-нибудь себя занимать независимо от обстоятельств, в которых я нахожусь. Вот и теперь, немного подумав, я «сочинила» для себя полезное занятие. Только для этого мне понадобится кусок какой-нибудь ненужной доски. Я отправилась к Василичу. Как я и предполагала, он находился в рабочей части яхты, наверное, он, как и я, не мог подолгу находиться без дела. И хотя на этой современной яхте с импортным оборудованием не могли случиться никакие поломки, он все равно всегда все проверял, осматривал и протирал. В общем, Василич был настоящим трудоголиком. Он вопросительно посмотрел на меня. Наверное, он уже успел привыкнуть к тому, что я к нему все время подхожу с каким-нибудь вопросом или просьбой. Подумав об этом, я улыбнулась и спросила: