- -
- 100%
- +
Для начала я сняла наручники. Потом любезно предложила ему сигаретку и кофе. Клименко, к моему удивлению, согласился. Пришлось вести его на кухню, не люблю таскать угощение для гостей в комнату, удобнее сразу на месте. Правда, стол чуть липким остался, но это по сравнению с моим приемом сущая ерунда.
– Я вам все сейчас объясню, – начала я, доставая пакетик молотого кофе. – Дело в том, что я ожидала прихода не совсем любезных товарищей. Я была уверена, что вы один из них. И пришли меня пытать. Вот и кинулась сразу в наступление. Извините.
– А что, я так похож на «нелюбезных товарищей»? – Олег начал осторожно улыбаться.
– Я в глаза их не видела.
– Тогда многое объясняется. У вас, как я понимаю, опасная профессия. – Клименко оторвал прилипшую к столу руку.
– Между прочим, бардак тоже они устроили. Разбили мне люстру, здесь налили варенья. Домыть еще не успела. Но основную лужу убрала.
– А почему варенье? – с подозрением спросил Олег.
– Вам тоже это кажется странным? – подхватила я.
– Просто я пришел по поводу варенья.
– Умоляю. Только не это! – Я чуть не зарыдала. – И вообще, у меня, к сожалению, сейчас совсем нет времени на ваше дело. Своих проблем хватает. С этими типами разобраться надо, балбеса одного спасти. Давайте выпьем кофе и разойдемся, пока я совсем с ума не сошла.
Но Клименко неожиданно оживился и воспрял духом. Он встал, вымыл над раковиной липкую руку и снова сел.
– Вы не могли бы рассказать мне, что тут у вас происходило? – попросил он, с большим вниманием глядя на меня.
Я инстинктивно поправила волосы.
– А вам какое дело? Это не я, а вы собирались мне что-то рассказать, – опешила я от такой наглости.
– Хорошо. Давайте я вам расскажу.
– Нет. – Я понимала, что противоречу сама себе, но что поделать. – Я все равно не смогу заняться вашим делом сейчас. Если только потом…
– Потом меня не устраивает.
– Вот видите. – Я облегченно вздохнула.
– Если не хотите ничего говорить, – Олег непонятным образом взял инициативу в свои руки, – то все же послушайте меня. Просто послушайте. Есть у вас хоть на это десять минут? Хотя мне и пяти в принципе хватит. А потом уж точно мне ответите.
– Послушать могу. Говорите. Только про варенье ни слова.
– Так почти с него все и началось. Хотя нет. Началось с того, что мой друг попросил меня продать здесь, в Тарасове, кое-что. Не буду пока говорить, что именно. Он скоро приедет, и я к тому моменту должен приготовить ему деньги, – горячо говорил Клименко. – Так вот. Пошел я с этим «кое-чем» к знающему человеку – оценить, прикинуть и так далее. Но сразу не продал. Да у него и денег столько не было. Возвращаюсь домой. И кажется мне, что за мной следят. Я это «кое-что» в банку с вареньем и сунул. А на следующий день, пока меня дома не было, эту баночку украли. Представляете, в какой я панике?
– Представляю.
Я почти сразу догадалась, о чем именно рассказал мне Олег. Но виду не подала. Не буду же я сообщать ему, что бриллианты у меня. Кстати, значит, это на самом деле бриллианты.
– Я сегодня решился и пошел в милицию. Попал на Папазяна. Вкратце объяснил ему проблему, а он засмеялся как-то странно и велел мне идти прямиком к вам. Дал адрес и обещал позвонить, предупредить. Сказал, что лучше вас никто мне не поможет, даже правоохранительные органы. А вы меня, честно сказать, сначала напугали. Я думал, у вас крыша поехала.
– Поедет тут… – Я поняла, что устала. – Ну говорите, что там у вас за «кое-что»?
– А вы возьметесь за это дело? – спросил он.
– Не знаю. Ничего не обещаю, но проверять пока буду. – Я допила кофе и подумала о камнях, что лежат сейчас спокойненько у Ленки Француженки. – Слушайте, а как вы мне докажете, что бриллианты ваши? За ними ведь еще некоторые охотятся.
– Да мы с вами друг друга без слов понимаем, – тихо сказал Клименко. – Я не говорил, что это бриллианты.
– Я мысли читать умею. Сколько штук их было? – внезапно оживилась я.
– Двенадцать.
– Слава богу. Так как насчет доказательств?
– У меня есть некоторые бумаги. Я к скупщику ходил. Он мне их оценил и все тут записал, сколько штук, сколько карат в каждом, предположительная стоимость… – Олег подал мне лист бумаги.
Я внимательно прочла его и отдала назад.
– Хорошо.
Прервал нас телефон. Я схватила трубку:
– Да.
– Иванова? – Тот же противный мужской голос, что первый раз грозил мне разлукой с Колей.
– Да, – однозначно отвечала я.
– Ну как? Вернуть нам ничего не хочешь?
– О чем конкретно вы говорите?
– Сама знаешь.
– И не догадываюсь!
– Банку с клубничным вареньем, которую принес твой дружок.
– С сегодняшнего дня у меня в доме нет не только клубничного, но и вообще никакого варенья. И вам должно быть это известно.
– Подумай хорошенько.
– Что с Колей? – решила спросить я.
– Приболел немного, но пока осложнений нет. Возможно, будут, если ты не вернешь банку, – мерзко хихикнул тип.
– Я, конечно, поищу. – Мой взгляд упал на откровенно прислушивающегося Клименко. – Позвоните позже. Коле мой горячий привет.
Я отключила радиотрубку, положила ее, не спеша закурила. Олег молча ждал, когда я начну говорить. Я же решила выдержать паузу.
Клименко тоже закурил, устроился поудобнее и стал разглядывать мою кухню. Я не выдержала.
– Так на чем мы остановились?
– Вы сказали мне: «хорошо», – пустил дым в потолок мой гость.
– К чему это относилось?
– Вы просмотрели бумажку от скупщика, – очень вежливо напомнил Олег.
– Отлично. Давайте говорить начистоту. – Я повернулась к нему и положила руки на стол. – Да, мой знакомый каким-то непонятным образом был связан с этой, как теперь выяснилось, вашей банкой. Банкой с бриллиантами. А не подскажете, почему вы положили камни именно туда? Никак понять не могу.
– Это место показалось мне наиболее подходящим.
– Неужели? Никогда бы так не подумала.
– Вот видите. Я же говорил, что оно самое надежное.
– Но кто-то все-таки вас вычислил, – съязвила я.
– Это самая неразрешимая для меня загадка. Никого рядом не было. Живу я один, – развел руками Клименко.
– Значит, за вами по дороге следили?
– Так мне показалось. Один тип все время шел за мной. И когда я останавливался, он тоже ловил ворон.
– На каком этаже вы живете? Есть ли напротив вас дом? – спросила я.
– Точно! Слушайте, вы на самом деле светлая голова! За мной могли подсмотреть из окошка. Этаж у меня четвертый, и как раз стоит напротив девятиэтажка с удобными подъездными окнами. Только для этого им наверняка понадобился бинокль.
– Или винтовка с оптическим прицелом, – хладнокровно и буднично произнесла я.
Олег дернулся, а потом махнул рукой, словно отгоняя от себя этот мой вариант.
– Как я вам уже говорила, – серьезно продолжила я, – за этими бриллиантами кто-то уже охотится. Они взяли в заложники моего знакомого.
– Колю? – весело сверкнул глазами Клименко.
– А что тут смешного? – повысила я тон. – Человек там, быть может, ужасные пытки терпит, а вы…
– А почему эти «кто-то» решили, что бриллианты у вас? И у вас ли они на самом деле? – спросил Олег.
– Здесь вопросы задаю я. – Я вовсе не собиралась ему рассказывать, где сейчас камушки. Хорошо, что все двенадцать штук в сохранности, ни одного мы с Ленкой не проглотили за чаем. – А почему пристают ко мне? Да потому, что Коля, наивная душа, принес ту банку варенья сюда. М-да, услужил. Мне теперь все это расхлебывать и его шкуру спасать.
– Как вы грубо. – Клименко говорил одно, а глаза его просто потешались надо мной, сияли веселыми искорками.
– Если я найду ваши камни, то имейте в виду, могу не отдать. Мне надо человека вытаскивать. – Я решила припугнуть клиента и заодно поставить его на место. Развеселился больно.
– Не верю, – спокойно ответил тот. – Папазян говорил, что совесть у вас кристальная, незапятнанная.
– Нашли кого слушать. Он скажет что угодно, лишь бы отослать надоедливую муху подальше. Тем более когда услышал о вашей проблеме. Наверняка веселился, что так «помог» мне.
– Спасибо за комплимент. Это я о мухе.
– Бесплатный.
– Хорошо. Тогда я, пожалуй, пойду? Вы же мне так ничего толком и не ответили. – Клименко встал и направился к выходу.
– Пока ничего и не скажу. Но можете быть уверены, что пока дела этого не брошу. Если мне удастся соблюсти ваши интересы, то двести долларов за сутки. Если нет, мы с вами не виделись.
– Не хотел бы я быть вашим врагом, – покачал головой Клименко. – И товарищем тоже, – после паузы добавил он.
– Вам это и не грозит.
Клименко ушел. Стараясь ни о чем не думать, я быстро еще раз вымыла кухню, потом собрала разбитые висюльки и бросила их в ведро. Теперь точно новую люстру куплю.
Когда квартира стала снова похожа на убранную, я полезла прямиком в тумбочку за своими гадальными костями. Не мешает спросить у высших сил, что за дела такие?
Я погрела три двенадцатигранника в руках, подумала о будущем, а затем метнула кости на стол. Сложилась комбинация – 3+20+27, что означало: «Звезды предупреждают об опасности потерять тех, кто действительно предан вам».
Я долго смотрела на выпавшие цифры. Мне совершенно не хотелось такого вот результата. Неужели с Николаем что-то случится? Я, конечно, не уверена, предан он мне или нет, но ничего другого предположить в данной ситуации не могла.
Сказать, что я расстроилась, – не сказать ничего. Ситуация казалась мне каким-то недоразумением, которое запросто можно исправить. А ведь на самом деле все гораздо серьезнее. Очень серьезно! За такие деньги ведь и убить могут – примерную оценку скупщика я помнила. Значит, надо завтра же срочно что-то предпринимать. Медлить ни в коем случае нельзя.
Вечером, когда я уже легла спать, у меня в голове созрел план. Завладеть этими камушками хочет тот, кто, вероятно, узнал о них случайно. Ведь у хозяина их украли. А рассказать о бриллиантах мог только один человек. И этот человек – скупщик.
К нему пришел мужик продавать брюлики. Тот мигом позвонил куда надо и сообщил о товаре. А те люди не покупают – они просто берут. Вот и украли. А теперь и им не досталось. Интересно, каким боком история связана с Колей? Неужели он занимается такими делами? Или он как-нибудь по глупости встрял? Не удивлюсь, если так.
Ладно. Утро вечера мудренее. Я закрыла глаза и быстро провалилась в сон. Снилась мне новая люстра, как ни странно.
ГЛАВА 3
Разговаривать со скупщиком напрямую было бы глупо. Если он хоть как-то замешан в этом деле, то будет молчать как рыба. Следовательно, надо навестить его, представившись обычной посетительницей. Впрочем, не совсем обычной. Я должна производить впечатление, что денег у меня куры не клюют и сама я совершенно не знаю, чего хочу. Капризная такая особа.
Можно было бы в связи с созданием такого имиджа изобразить из себя даму в годах. Однако к молодой особе мужчины относятся более благосклонно. Особенно если она богата. Естественно, что молодая женщина навряд ли сама добилась материального благополучия. Как ей успеть? Есть, конечно, исключения. Но они редки. Значит, деньги у нее от кого-то. Чаще всего от родителей. А когда деньги не твои, то особенно их не ценишь. Они как легко приходят, так легко и уходят.
Вообще, я против того, чтобы ценить деньги. Без них не прожить, но надо воспринимать их только как средство, а не как цель. Тем более – не как самоцель. Чтобы лучше объяснить это, могу привести такой пример. Лично мне он очень нравится. Представим, что деньги – это лифт. Он нам, безусловно, нужен. Чтобы подняться на какой-то этаж, скажем. Мы могли бы и пешком до этого этажа дотопать, но неохота, да и неудобно. А так просто красота. Так вот. Мы заходим в лифт только для того, чтобы подняться. Он для нас обычное средство. В данном случае средство передвижения. Мы же не заходим в лифт только для того, чтобы там побыть. Чтобы просто постоять в нем и выйти. И тем более не сидим там всегда. Пользуемся им и выходим. А если вдруг получается, что лифт сам по себе цель, то это уже аномалия. Не знаю, получилось ли у меня объяснение. Правда, есть и люди, думающие совершенно противоположно – они часто говорят, что деньги – мусор. Правда, потом добавляют, что очень приятно сидеть на такой мусорной куче.
Я немного отвлеклась. Вернемся к нашим баранам. То бишь – бриллиантам. Так вот, если я приду в образе легкомысленной девицы, которая направо и налево швыряет денежки, то такой вариант может очень даже неплохо сработать.
Я достала из шкафа дорогой брючный костюм. В нем нет никаких наворотов, но знающий человек без труда на глаз определит его стоимость. К нему подошли босоножки из кожи крокодила, нашлась и сумочка в тон. Теперь надо сделать макияж. Возраст скрывать я не буду, но схожесть с Таней Ивановой надо исключить.
В своем арсенале я нашла темно-карие линзы, такого же цвета очень короткий стильный парик. Забрала свои волосы под сеточку, надела новую «прическу», а потом села рисовать лицо. Что можно сделать только при помощи косметики? Да что угодно! Я зрительно увеличила брови и губы. Густо накрасила ресницы. Спокойный макияж к данному случаю не подходил – я должна была выглядеть этакой пустой красоткой. Не забыла украсить себя колечками, цепочками и сережками.
Адрес скупщика мне Клименко вчера сообщил. Я не стала пользоваться своей машиной, а добралась до его конторы на частнике. Конечно, это могло броситься в глаза, если меня, к примеру, увидели бы из окна, но на такой случай я заранее придумала историю.
– Доброе утро. – Я грациозно вошла и окинула взглядом небольшую, но очень уютную комнату.
– Здравствуйте. – Мужчина невысокого роста встал из-за своего стола, вышел мне навстречу и предложил присесть.
Интересно, он со всеми так приветливо обращается или уже успел прикинуть цену моего наряда.
– Мне вас рекомендовали, – небрежно сказала я.
– Отлично. Чем могу быть полезен? – Мужчина присел на свое место.
– Меня интересуют драгоценности, – важно сказала я. – Хочу купить что-нибудь эдакое… необычное… – закатила я глаза.
– Можете уточнить?
– Мне нужно то, что я смогу показывать знакомым и друзьям. Хотелось бы вещи такого плана, чтобы мне их не носить, а иметь, – загадочно произнесла я.
– Это как? – поднял брови скупщик.
– К примеру, если у меня будет драгоценная диадема, я не смогу ее носить. Что я, дура, что ли? Но зато с каким удовольствием я смогу показывать ее другим. Или, скажем, россыпь бриллиантов, или золотой слиток… Они будут лежать у меня в сейфе и греть душу.
К моему удивлению, мужчина совершенно не удивился таким речам. Очевидно, он уже ко всему привык за время своей работы. Мало ли среди богатеньких людей с причудами. Ему-то главное, чтобы деньги платили.
– Знаете, – без тени сомнения посмотрел на меня скупщик. – Пока у нас нет ничего похожего. Но мы ждем в ближайшее время один товар. Он может вас заинтересовать.
– И что это? – как бы воспрянула я духом. А то уже кислая сидела.
– Не буду говорить, а то не сбудется.
– Вы такой суеверный?
– Профессия наложила отпечаток.
– Какой вы противный… – Незаметным движением руки я прилепила под стол подслушивающее устройство. – Ладно. Пусть так. Но, может, все-таки покажете мне хоть что-нибудь красивое.
Я понимала, что просто не имею права уйти отсюда просто так, даже ни на что не посмотрев. Мужчина показал мне несколько колечек, затем серьги с бриллиантами и красивый, если не сказать великолепный, браслет. От него я на самом деле не могла оторвать глаза.
Затем я встала, гордо выпрямилась и пообещала, что скоро снова загляну. Так что пусть он придержит для меня то, про что намекал. Скупщик клятвенно обещал.
Я вышла на улицу. Если мой приезд сюда мог остаться незамеченным, то сейчас хозяин конторы наверняка смотрит в окошки. Эх, забыла сказать ему, что моя машина в ремонте.
На мое счастье, у дороги остановился блестящий черный джип. Я быстро подскочила к нему, открыла дверцу и впорхнула в салон. Мужик за рулем выпучил глаза.
– Не понял… – сказал он.
– Вы должны спасти мне жизнь. – Я захлопнула дверцу. – Умоляю, до перекрестка подвезите. Если хотите, я могу вам заплатить.
Мужик осмотрел меня с ног до головы и остался явно доволен моим видом. Секунд через тридцать он даже улыбнулся.
– Не нужны мне твои деньги, – хохотнул он. – Куда тебе?
– Да говорю – до ближайшего перекрестка. Главное, от этого магазина отъехать.
– Загадочная ты баба, – снова засмеялся тип за рулем.
Я только пожала плечами. Вот подобрал сравнение. Никогда бы не подумала, что меня можно назвать бабой. Но спорить сейчас я не собиралась. Пусть как угодно называет, но лишь бы отъехал на несколько метров.
– Едем? – поторопила я.
Мужик завел мотор и поехал. Когда мы оказались у первого перекрестка, я поблагодарила его и вышла из машины.
– Телефончик дала бы, – крикнул он мне вслед.
– У меня нет, – захлопнула я дверцу и пошла в обратном направлении.
Я уже пожалела, что не приехала на своей «девятке». Надо было оставить ее за углом. Как же я теперь подслушивать буду? Конечно, можно просто стоять и слушать, но это и неудобно, и внимание привлекает. Да. Осечка вышла.
Вложив маленький наушник в ухо, я остановилась покурить. В кабинете скупщика никто не разговаривал. Только бумажки какие-то шелестели. Перед его окнами прохаживаться я не могла. Так что пришлось стоять.
И тут вдруг в ухе раздался резкий звонок телефона, я даже вздрогнула. Скупщик взял трубку. Сначала он однозначно ответил на какие-то вопросы, а потом разговор, кажется, зашел обо мне.
– Сегодня у меня была одна богатенькая особа, которая, думаю, могла бы купить то, что вы предлагаете, – сказал скупщик своему абоненту. – Думаю, да. Хорошо. Звоните.
На этом разговор закончился. Как жалко, что я не могла слышать того, что говорил звонящий. Но это мне урок на будущее – в следующий раз обязательно вверну специальный «жучок» в трубку телефона. Я заметила, что телефон у скупщика с определителем номера. Так что я смогу слышать разговор обеих сторон, а заодно у меня будет номер звонившего. Да, надо обязательно проделать это. Как? Решим потом.
Я вернулась домой. Переоделась и снова стала Танькой Ивановой. Совершенно безотчетно я потянулась к телефону, чтобы позвонить Ленке. У нее сейчас как раз должна быть перемена. Спрошу, все ли у нее в порядке.
Трубку в учительской взял какой-то незнакомый мне мужчина. Неужели есть еще такие, кто идет работать в школу? Даже не верится. Я попросила позвать Ленку. Но мне ответили, что она сегодня на работе не появлялась и даже не звонила, чтобы предупредить. Обычно такого за ней не наблюдалось.
Я удивилась и стала звонить подружке домой. Но трубку никто не брал. Странно. Не слышит? Крепко спит? Или уже вышла в школу? На всякий случай решила доехать к ней и узнать на месте. Захватив с собой отмычки на случай, если дома никого не будет – а мне просто необходимо осмотреть квартиру, – я на своей «девятке» поехала к подруге.
Уже стоя перед дверью квартиры – а мне никто не открыл, – по сотовому я еще раз дозвонилась до школы и узнала, что Ленка так и не приходила. Что ж, выбор у меня небольшой. Я осмотрелась по сторонам, достала отмычки и открыла дверь квартиры подруги.
Тишина. Я заглянула в кухню, а потом в комнату, в ванную, в туалет. Даже на балкон выглянула. Никого. Значит, Ленка куда-то ушла. Но почему она ничего никому не сказала? Ладно, мне не позвонила, но в школу-то она просто обязана была позвонить и предупредить.
В комнате убрано. На кухне тоже чистота и порядок. Только вот пачки с бриллиантами я не обнаружила. Спрятала она ее, что ли? Я почувствовала некоторое раздражение.
И тут в прихожей на вешалке я вдруг увидела зонт. Ничего особенного, но это только для человека непосвященного. А я знаю, в чем тут дело. Это – знак опасности.
Когда Ленка жила с одним товарищем, не буду сейчас называть его имени, у нас с ней была некая договоренность. Я в те дни часто приходила к ней в гости. А тот тип ужас как не любил посетителей. Иногда настроение его было нормальным, а иногда он просто рвал и метал. Сколько раз уговаривала я подругу бросить такого чокнутого мужика, но Ленка почему-то только голову опускала. К счастью, все это в прошлом. Теперь она снова свободна, и разного рода предосторожности нам просто не нужны.
А делали мы так. Если тип был дома и не в себе, то Ленка вешала зонт на вешалку. В остальное время он преспокойненько лежал себе на верхней полочке. Не всегда у меня была возможность переговорить с Ленкой или даже обменяться с ней взглядом, если открывал дверь тот мужик. Зато я всегда смотрела на вешалку и знала, стоит мне заходить или лучше в другой раз. Вот так бедная моя подружка мучилась.
И теперь я снова увидела на вешалке старый потертый зонт. Могу голову дать на отсечение, что вчера его тут не было. Следовательно, Ленка хочет меня предупредить. О чем? Нового ухажера не завелось, значит, о чем-то другом.
И тут я вспомнила предсказание костей – «звезды предупреждают об опасности потерять тех, кто действительно предан вам».
Неужели с Ленкой что-то случилось? Но как ее нашли? Следили за мной? Это каким же надо быть оперативным, чтобы сразу, как только выяснилось, что бриллиантов в варенье нет, устроить за мной слежку! А я-то, когда к Лене приехала, прямо с банкой в руках из машины вышла. Смотрите – вот она! Ах какую глупость я совершила!
Но почему у нее в квартире нет следов обыска? Решили просто украсть подругу, чтобы лучше меня прижать? А что, вполне реально. Если Коля меня не интересует, что мои враги уже поняли, то ради подруги я просто обязана им помочь, наверняка они так и подумали.
Я опустилась на табуретку и задумалась. Только вчера я сидела тут и ни о чем подобном, ужасном и помыслить не могла. А теперь… Двое похищенных людей. И я должна им помочь. Но я ведь не знаю, где камни! У меня-то их нет.
Что же делать? Где мне найти Ленку и как переговорить с ней? Ага, надо срочно возвращаться домой и ждать звонка. Если Француженку мою действительно украли, то похитители скоро свяжутся со мной.
Я закрыла дверь квартиры подруги и поехала к себе. Ну вот, теперь и отойти никуда нельзя.
Сварив кофе, я села около телефона и закурила. Ждать всегда плохо, особенно если новости не обещают ничего хорошего.
Но звонить мне не торопились. Я встала и нашла пока «жучок» на телефон скупщика. Эх, жаль, что не всегда удается вернуть свою аппаратуру. Бывает, что так и оставляешь столь ценные вещи там, куда прилепила, и потом приходится новые покупать. Но, к счастью, с моим гонораром я могу себе это позволить.
Телефон не звонил. Я сделала бутерброды и еще чашку кофе.
Интересно, сколько еще придется так сидеть? И будет ли результат?
Мне упорно не желали звонить. Так, и что же мне предпринять? Пойти к скупщику и сказать, что вот она я, у которой пропали знакомые. И якобы бриллианты тоже у меня. А что потом? Камни отдать я не могу, так что о возвращении друзей мечтать бесполезно. А может, вернуться в Ленкину квартиру и хорошенько перерыть все там? Или пачку уже забрали? Вряд ли. Тогда к чему было подругу красть… Ничего не понимаю.
ГЛАВА 4
И тут зазвенел звонок. Я протянула руку и взяла трубку.
– Иванова? – Абонент был все тот же.
– Иванова. – Мне хотелось нахамить. Типа того, например, чтобы поинтересоваться, кого еще они ожидают услышать по этому номеру. Но позволить себе этого я не могла. Одно дело дурень Коля в их плену, другое – лучшая подруга.
– Вы не надумали отдать нам камни? – напрямик задал мужик вопрос.
– Лена у вас? – вместо ответа задала я свой вопросик.
– И она тоже.
– Мне надо поговорить с вашим хозяином, – твердо сказала я.
– Камни у тебя? – раздраженно спросил мужик.
– Повторяю еще раз: с тобой говорить не собираюсь. Мне нужен твой босс. Иначе вы от меня и слова больше не услышите.
Конечно, я очень рисковала. Они могут не удовлетворить мою просьбу. Но интуиция подсказывала мне, что бриллианты нужны им гораздо больше, чем мне моя подруга.
Ничего не сказав, абонент отключился. Ага, значит, его проняло. Сейчас пойдет докладывать обстановку, а потом будет звонить снова. Подождем.
На удивление, решение было принято довольно быстро. Я даже забеспокоиться не успела, как вновь раздался телефонный звонок.
– Я слушаю вас, – не представляясь, ничего не спрашивая, проговорил уже другой голос, на сей раз довольно высокий. Но принадлежал точно мужчине. Наверное, он толстый, и лицо у него добродушное.
– Мне нужно встретиться с вами и поговорить. Обязательно.
– Камни у вас?
– Я не буду пока отвечать вам на этот вопрос, я сначала должна увидеть заложников и удостовериться в том, что с ними все в порядке.