- -
- 100%
- +
Разговор, похоже, был закончен, и мы вежливо распрощались. К этому моменту наша верхняя одежда стала совсем мокрой от неснятых купальников – пришлось поторопиться.
Мы зашли в номер. Девушка несколько минут стояла молча, переводя взгляд с предмета на предмет. Было видно, что роскошный номер произвел на нее впечатление и на миг отвлек от грустных мыслей.
– Вы здесь одна живете?
– Временно отдыхаю.
– Вот это номер!
В ее голосе промелькнула нотка восхищения, но тут же пропала. Взгляд также потускнел, и лицо стало непроницаемым.
Да, не позавидуешь профессиональным психологам. Разговаривать с «маской» дело заведомо проигрышное. А как поступать профессиональным детективам, которым в силу специфики работы приходится становиться такими вот психологами?
Ведь это равносильно разговору с подушкой с моей кровати. Можно даже поколотить ее – ноль эмоций.
Очень хотелось есть. Издеваться над собственным желудком дальше было выше моих сил. Я громко обратилась, причем не знаю, к кому больше – к разглядываемой подушке или к гостье:
– Я чертовски хочу есть. Можешь составить мне компанию. Ну как?
Малопонятным жестом спасенная дала понять, что ей все равно.
– Тогда я закажу на свое усмотрение, а ты отдохни пока, а еще лучше прими ванну. В штормовом море всегда полно всякой гадости.
Ужин я заказала по полной программе: тосты, мясо, салаты, напитки, фрукты. Не успела трубка лечь на рычаг телефона, она задребезжала от звонка.
– Алло?
– Танюша, ну почему я опять не могу к тебе прорваться? – проговорил такой приятный и почти родной голос Гены.
Тут я случайно посмотрела на электронные часы, стоявшие на камине. 21.00, а зашли мы в номер в 20.30, и практически сразу я засела у телефона. Я явно увлеклась.
– Танечка, твой телефон занят уже двадцать минут, а до этого он безнадежно молчал. Прости мою настойчивость, но я боялся, что ты опять исчезнешь.
Ну уж нет, купаться я в ближайшее время не пойду, увольте.
– Исчезать больше не собираюсь. А по телефону я обсуждала меню ужина.
– У тебя какой-то акулий аппетит, надо это учесть, тем более что я хотел пригласить тебя на ужин в ресторан.
Я еще раз прикинула в уме сделанный мною заказ – лучшее враг хорошего!
– Гена, спасибо, но я сегодня отлеживаюсь после активного плавания в море. Если пригласишь в следующий раз – не откажусь.
– Как насчет завтра? – быстро сориентировалась трубка и продолжила: – Я заеду за тобой после работы, в семь. Подойдет? До завтрашнего вечера ты наверняка проголодаешься, несмотря на сегодняшний основательный заказ!
– Идет. Сейчас мощно ужинаю и до завтрашнего вечера голодаю.
– Тогда до завтра. И очень прошу тебя – пожалуйста, никуда не пропадай, иначе я останусь голодным.
– Представляешь картину в ресторане: такая с виду солидная пара набрасывается на еду, будто неделю ничего не ели. Мне будет стыдно за нас обоих. Поэтому заезжай как договорились – буду готова!
Я еще чуть подурачилась и положила трубку. Кольнула мысль о семье Бойкова. Но я трезво рассудила, что отпуск закончится быстро и я спокойно вернусь в родной Тарасов.
К окончанию моих переговоров девочка уже успела вымыться и привести себя в порядок. В моем ярком махровом халате она казалась еще моложе своих лет. Я тоже понежилась под струями теплого душа, натянула на себя футболку с шортами и вышла к гостье.
Ужин поспел как раз к этому моменту. Столик был сервирован на славу.
Спасенная робко устроилась в кресле, поджав под себя ноги. Я с удовольствием утонула в подушках дивана и с аппетитом принялась за еду. Пока я с наслаждением уминала ресторанную стряпню, моя гостья сидела не шелохнувшись. Было видно, что никакая роскошная кухня ее сейчас не заинтересует. Опасаясь, что она еще не совсем освоилась, я не начинала никакого серьезного разговора.
Влегкую выдавала «рецензию» на каждое отведанное блюдо. Особенно хорошо местному повару удались фаршированные шампиньоны. Это я отметила. После чего перешла к конкретике:
– Знаешь, нелегко рекомендовать гастрономические изыски человеку без имени. Тем более что я уже представлялась. Помнишь, как меня зовут?
Кивок головой.
– А как мне к тебе обращаться?
– Оксана.
– Ну, наконец-то познакомились. Оксана, попробуй хорошего красного вина – очень полезная вещь для поддержания сил.
С этими словами я наполнила бокал добротным кагором. Девушка отпила немного и задумалась, глядя сквозь стекло бокала.
– У тебя стряслась беда? Только не рыдай, а то опять начнется истерика и придется вызывать «Скорую»… – быстро затараторила я, заметив, что у собеседницы задрожал подбородок.
Это подействовало.
– Так да?
Кивок головой.
– Я поняла. Тебе трудно говорить. Сделаем так. Я задаю вопросы, а ты отвечаешь жестами или короткими фразами: «да», «нет».
– Ты одна отдыхаешь?
Почти безучастное мотание головой.
– С родственниками?
Кивок.
– С мамой?
Голова завертелась влево-вправо.
– С отцом?
Вот радость, отгадала! Да, процедура явно затянется надолго. Продолжим:
– Значит, ты здесь с отцом. Так?
Опять повороты головы.
– Давай еще раз: ты говоришь, здесь не одна, а с родственником, правильно? И родственник – твой отец. Пока верно?
Кивок.
– Значит, с вами еще кто-то. Так?
Утвердительный кивок.
– Отлично.
Дальше призадумалась я. Перебирать всех возможных родственников было слишком утомительно. А вот исключить родственные связи сразу было бы большой удачей. При помощи жестов удалось выяснить, что родственников у девушки здесь больше нет. Это несколько облегчило мою задачу. Но несильно.
– Получается, что с вами либо друг, либо подруга. Вот только не знаю чей. Твой или папин? Не последнее? Стало быть, твой. Так друг?
Отрицание.
– Подруга, – тяжело вздохнула я. Это становилось похожим на пытку, причем жертвой выступала я.
Я задала еще с десяток вопросов, прежде чем выяснила, что Оксана с подругой попали в переделку. Я приготовилась выдать следующую порцию вопросов, но в этот момент Оксана опустила голову и закрыла лицо руками.
Наш разговор был ненамного лучше диалога слепого с немым. Да, пешком до Киева ближе, чем до Оксаниной правды. Последовала долгая пауза. Пора было добираться до сути.
– Оксан, так я ничем не смогу помочь. Попробуй сама рассказать. Только без слез. С чего все началось?
– Мы с Лерой пошли на дискотеку, – отрешенно проговорила Оксана. – Познакомились с парнями…
Дальше я могла продолжить за нее: знакомство, хи-хи, ха-ха, пьянка, изнасилование. А потом слезы сожаления: я думала, он хороший, говорил, что я чудная девушка, а он… Ой, девочки, девочки, ну что ж вы такие наивные… дурочки, короче…
Я очень долго вытягивала эту историю на белый свет. Думаю, что помогло красное вино.
Результатом моих трудов было следующее: отец Оксаны приезжает сюда ежегодно. Он курирует сеть каких-то заведений или магазинов. Дочери предложил отдохнуть и взял ее в командировку. Оксаниного отца здесь знают и уважают. Поселили их с подругой в отдельном номере рядом с номером отца.
Вчера на дискотеке девочки познакомились с местными парнями. Это происходило в летнем кафе на третьем этаже. Мило шутили, веселились, короче, ничего нового. Ближе к ночи молодцы предложили пойти потанцевать в ресторан внизу. Там девчонкам налили выпить вина, и дальше они то ли заснули, то ли забылись. Ничего не помнят. Очнулись на мятых и грязных простынях в незнакомой комнате. Горела куча ламп и еще каких-то светильников. Одежды на обеих не было никакой.
– Я в тот момент от стыда не знала куда деться, – опять рыдала Оксана.
Как я поняла из дальнейшего повествования, обеих девочек изнасиловали и все это действо запечатлели на видеопленку. Пленку тут же им показали. Оксана еле смогла выговорить, что заснято на видео – парни имели их и вместе и по очереди. Это было ближе к пьяной оргии, чем к изнасилованию. Девчатам пригрозили, что пленки покажут отцу и отправят по почте родственникам. Адреса парням были известны.
Взамен пленок требовали обслужить клиентов по указанным номерам, проще говоря, поработать проститутками бесплатно. Обыкновенный шантаж. Но девчонок жалко.
– Они еще сказали, что мы так отлично все отрепетировали.. О-ох, как сдохнуть хочется!!!
Здесь она замолчала, и я испугалась, что снова она детально обдумывает свою последнюю мысль. Пожалуй, такая школа жизни слишком сурова для шестнадцатилетней девочки. Подобный опыт чреват лютой ненавистью и к сексу, и к противоположному полу на всю оставшуюся жизнь.
Оксана сидела в кресле, поджав ноги, и постоянно всхлипывала. Наверное, на рев и плач у нее не осталось ни сил, ни слез. Отпив из стакана пепси, она чуть передохнула и еле слышно проговорила:
– Мы же им еще в ресторане все разболтали. Про то, откуда приехали, где живем. Один из них – коренастый такой – расспрашивал подробно. Говорил, что у него там брат служит, даже имена какие-то называл. И про то, что папа мой рядом в номере живет, – тоже мы рассказали. Еще смеялись, что папа не строгий – дочку одну отпускает…
Оксана замолчала. Испугавшись, что она прервет рассказ, я попыталась ее слегка подтолкнуть:
– И когда вам нужно идти в номер или номера. И где сейчас Лера, не знаешь?
– Они сказали, что номера будут одноместные (мы им за это «спасибо» должны сказать). Явиться туда нужно завтра в 23.00. Вести себя приветливо и ласково. Кассеты нам отдадут только в том случае, если мы понравимся этим «клиентам».
– А Лера?
– Она решила идти, у нее жених в Кривом Роге. Говорит, что кассеты заберет, и никто ничего не узнает.
Ой, молодость, молодость, ну до чего ж ты наивная! С кассеты ведь копий можно налепить сколько угодно. А еще завтра окажется, что вдруг объявился новый похотливый отдыхающий и его тоже требуется обслужить. Или клиент остался недоволен – опять же штраф, работай дальше. Короче, вариантов масса. Было бы желание, а у организаторов «бизнеса» его, видимо, предостаточно.
Похоже, девчонок надо выручать. Вляпались они сильно. Я никогда не была ярко выраженным альтруистом, однако девчонки не заслужили такого обращения с собой. К тому же по этим местным подонкам явно плакала тюрьма. А зло вообще, по моему мнению, должно наказываться. Ради этого можно на время забыть о своем деловом подходе в работе – «деньги вперед!» – и помочь девчонкам выпутаться из всей этой грязи.
Для большей уверенности следовало бросить кости.
25+7+17.
«Ваши действия должны определяться вашими идеями».
Ну и отлично. Со своими идеями я уже определилась.
Оксана с удивлением смотрела на мои манипуляциями с костями:
– Это игра или гадание?
Я в краткой форме объяснила девочке свой метод прогнозирования жизненных ситуаций при помощи двенадцатисторонних костей.
Закончив мини-лекцию о гадании, я взяла Оксану за руку и заговорила на другую тему:
– Послушай меня. Нам необходимо изъять кассету…
– Легко сказать, – не дождавшись окончания фразы, ответила Оксана.
– Ты не торопись и слушай дальше… Эта банда «предпринимателей» явно загулялась на свободе. Попытаемся восполнить пробел. И вот еще что: тебе потребуется медицинское обследование, а может, и лечение. Случайные связи – сама понимаешь.
В Сочи недалеко от аэропорта в свое время обосновался мой давний приятель по институту. Он и его нынешняя жена учились со мной в одной группе. Одно время мы часто общались втроем. Я даже подозреваю, что тогда Володька (именно так звали моего сокурсника) долго не мог определиться, за кем ухаживать – за мной или за Инкой. Скорее всего он вовремя понял, что с Инкой у него больше шансов быть ухоженным, окруженным заботой и лаской и, главное, сытым. Жена же Иванова «кормила» бы его своими умозаключениями о разновидностях карточного гадания, магии чисел и дедуктивно-розыскном методе работы с преступниками. Короче, Инна Осадчая стала Вовке прекрасной супругой, а впоследствии и матерью их очаровательной дочки. Какое-то время мы с Инной переписывались, и она прислала фотографию шестилетней Анны Владимировны.
До сегодняшнего вечера я не собиралась нарушать размеренность жизни моих друзей времен студенчества. Но после всего увиденного и услышанного пришлось поменять свои планы. Девочек необходимо сейчас убрать подальше от гостиницы. По крайней мере, дня на два, максимум на три. За это время я планировала отыскать шантажистов. Нужный мне телефон нашелся очень быстро в моей записной книжке. Трубку взяли почти сразу. Высокий голос и интонации с придыханием Вовки Зубова я узнала бы и через больший промежуток времени. Меня же он узнал далеко не сразу. До тех пор, пока я не представилась.
– Вот это сюрприз, сто лет, а то и больше! Ты где находишься, откуда звонишь? – радостно зазвучал зубовский фальцет.
Выяснив, что я нахожусь в непосредственной близости от них, последовал безапелляционный тон:
– Так, Иванова, не знаю, как ты здесь оказалась, догадываюсь – по делу. Но уж будь добра наведаться по указанному адресу…
Последовали четкие инструкции с перечислением названий улиц, проспектов, автобусных остановок и прочее. Выслушав всю эту тираду, я попросила объяснить все сначала с поправкой не на городской транспорт, а на такси.
– Тогда все просто, – одобрила трубка, – улица Лермонтова, дом 22, в районе аэропорта. Калитка будет открыта, злых собак во дворе нет. Ждем. Да, я как-то не сообразил, ты одна?
– Отдыхаю я в общем-то одна, но к вам, прости уж, приеду по делу. И привезу двух девочек. Надо выручить.
– Ты как всегда – вся в работе. Ну, приезжайте. До встречи. Сейчас Инну обрадую новостью.
Я положила трубку и задумалась. По Оксаниным словам, отец уехал из города дня на три. Следовательно, искать дочь эти дни он не будет. До завтрашнего вечера шантажисты девчонок трогать не должны. Но вот послезавтра могут засуетиться, хотя тоже не факт. И тем не менее. Береженого… короче, надо Оксану с подругой убирать из гостиницы, пока вся история не распутается. Может быть, мне повезет и я разберусь во всей этой фигне дня за три. А там и отец Оксаны объявится.
Позвонив в справочную, я поинтересовалась, как вызвать такси. Затем набрала нужный номер и заказала на 22.00 машину к гостинице. Время у нас еще было. Правда, после столь щедрого ужина было огромное желание забраться на свою чудо-кровать. Пришлось взбодриться чашкой крепкого черного кофе.
– Теперь, Оксаночка, дорогая, постарайся описать мне этих «знакомых» так хорошо, чтобы я их узнала при встрече. Внешность, речь, манеры – все, что помнишь.
После минутного раздумья девочка быстро заговорила:
– Один маленький такой, коренастенький, ноги чуть кривые, весь волосатый, как обезьяна. Лицо… наглое такое: глаза карие, чуть раскосые, нос с горбинкой, подбородок удлиненный. У него родимое пятно на шее размером примерно со сливу. Он у них за главного, а в компании заводила. Он весь вечер шутил и смеялся. Второй, наоборот, молчаливый, он все больше просто улыбался. Светлый, ростом чуть выше первого. А третьего я только слышала – очень характерный кавказский акцент. Вот, пожалуй, и все.
– Ну, Ксюша, большего и не требуется. Одно это родимое пятно – визитная карточка «героя». Главное, чтобы оно было на видном месте, а не под воротником.
– Оно у него прямо под подбородком, на виду.
– Природа на нашей стороне, это хорошо.
Теперь нужно было отыскать Леру и отправляться к Зубовым. Об этом решении я и объявила Оксане. Та молча кивнула и пошла переодеваться. Натянув свой сарафан и причесав волосы, она преобразилась. Из зареванной несчастной девочки превратилась в очень миловидную стройную девушку. Хотя воспаленные глаза и круги под ними выдавали внутреннее состояние Оксаны.
Леру мы нашли в гостиничном номере этажом ниже. Настроение подруги было не лучшим. Она лежала поперек кровати, оперевшись головой о стену, и тупо смотрела в потолок. Как могли, при помощи успокаивающих таблеток и холодного душа, мы привели Леру в порядок и втроем вышли из гостиницы.
На улице уже стемнело. С моря потягивал легкий холодок, и я невольно поежилась. Из темноты вынырнул пучок света, и машина остановилась метрах в трех от парадного входа «Жемчужного». Назвав адрес, мы забрались в теплый салон «Волги». Водитель молча кивнул и включил передачу.
Езда по ночным серпантинным сочинским дорогам действовала на меня благотворно. Созерцание темных вершин гор навевало философско-фаталистическое настроение. Таксист пытался пару раз завести разговор, но тщетно. Так и ехали, думая каждый о своем.
Нужный дом на улице Лермонтова отыскался быстро. Нас доставили прямо к калитке с номером 22. Может, дом был знаменит, а может, таксист хорошо разбирался в городских лабиринтах. В любом случае за добросовестно выполненную работу ему перепала пара рублей чаевых. Кивнув нам на прощание, он умчался прочь.
В доме услышали шум отъезжающего авто, и калитка открылась нам навстречу. Заметно располневшая Инна с веселыми репликами кинулась меня обнимать, а Володька чопорно чмокнул в щеку.
Под возгласы хозяев мы прошли в добротный каменный дом. Апартаменты Зубовых были превосходны: большие, просторные комнаты, широкие коридоры, высокие потолки. Комнаты были прибраны и уютны. А по всему дому витали вкуснейшие запахи, и я жалела об одном – что уже поужинала. Короче, рачительная хозяйская рука виднелась повсюду.
Для обильного застолья я была слишком сыта. Оксана попросила очень скромную порцию салата. С Лериным аппетитом все было нормально, и она по достоинству оценила поварско-кулинарное искусство хозяйственной Инны. Осадчая всегда отменно готовила. Девочки быстро отправились в спальню, а мы еще долго вспоминали былое студенчество за бутылкой портвейна.
За вином и разговорами пролетела ночь. Угомонились мы все под утро, засыпая под крики здешних петухов.
Пробудившись, я стала собираться к себе в гостиницу. За девочек я была спокойна. Инна обещала сегодня же показать их хорошему врачу.
Разговор о врачах навел меня на одну мысль. Я задумалась о своих дальнейших шагах в деле поимки обидчиков девочек. Прежде всего мои планы предусматривали знакомство с шантажистами. Не следовало забывать, что они парни, пусть и не спецы. Кроме того, их несколько. Предугадать действительный разворот событий я пока не могла. Но вот подготовиться к ним лишний раз не помешало бы.
При всей своей скупости на похвалу, инструктор, обучавший меня приемам рукопашного боя, считал меня достойной ученицей. Но последнее время меня очень интересовал мирный подход в урегулировании взаимоотношений. Одним из таких способов являлся обычный хлороформ. Эту идею давно хотелось применить на деле.
Инке тут же поступило задание – у знакомого врача попытаться раздобыть хлороформ.
– Только смотри, качественный, – напутствовала я.
Осадчая пообещала постараться.
Оксану и Леру устроили в отдельной дальней комнате с уютным диваном и телевизором. Прощаясь, я обещала их навещать. Таксист на «Жигулях» подъехал ровно в заказанное время, ни минутой позже. До «Жемчужного» я добралась к обеду и после теплого душа нырнула в мягкие перины кровати. Последней мыслью было – проснуться до визита Бойкова. И это мне удалось.
* * *Удалось даже больше. К его приезду я была готова на все двести процентов. Ресторан так ресторан. Обычно я предпочитаю джинсовый стиль одежды, но сегодня допустимо исключение. Короткое платье цвета моря, очень оживляющее «каштан» моих волос, и туфли на высокой шпильке с добротными металлическими набойками.
Больше всего времени ушло на макияж. Я решила соответствовать вечернему ресторанному стилю – краски больше, тона темнее.
Очень важный штрих в моем туалете – фианитовый кулон-капелька на тонкой серебряной цепочке. Камень непередаваемо играл при свете электричества. Настроение сразу улучшилось. Я подошла к зеркалу и шутки ради заграбастала копну волос на затылке. Оказывается, густые волосы практически закрыли декольте. Я поспешила исправить ошибку. В арсенале быстро нашлась заколка для волос причудливой формы. Честно говоря, она обычно предназначалась для защиты, нежели для украшения. Концы заколки были достаточно острыми и сильно загнутыми вверх. В непредвиденных ситуациях такое дополнение к туалету не было лишним. Но сегодня я собиралась использовать эту вещь по конкретно-целевому назначению – убрать волосы с плеч и тем самым нагло оголить грудь. Глупо было врать себе – я хотела понравиться Бойкову. Ибо мне он уже нравился, и достаточно сильно. Короче, я решила его завоевать. Он и сам не прочь был влюбиться. В этом я не сомневалась. И даже знала в кого. Вот пусть сегодня и определяется в чувствах.
Для большей уверенности следовало бросить кости. Решение Тани Ивановой, помноженное на предсказание двенадцатигранников, – это ли не гарант победы. Итак, сосредоточилась, бросок.
5+20+27.
Вот тебе и здрасьте. «Грядут трудности, но вы сумеете овладеть ситуацией».
Это как же понимать? Бойков от меня сбежит, а я его догоню?
Ладно, разберемся на месте. Я попыталась отвлечься от результатов моих гаданий и подошла к огромному зеркалу, висевшему на стене.
Своим внешним видом я осталась довольна, как никогда. Осталось прихватить дамскую сумочку. Среди прочих женских принадлежностей и денег там обычно имелся газовый баллончик – так, на всякий случай.
Электронные часы выставили 19.00 точно под сигнал авто, раздавшийся под окнами. На небольшой заасфальтированной стоянке красовался серебристый «Рено» с Бойковым за рулем. Не зря говорят: чем пунктуальнее люди – тем богаче. Геннадий эту мысль подтверждал. Быть бедной мне никогда не нравилось, и я поспешила на выход.
Увидев меня, Бойков вышел из машины и пошел навстречу. После нежного поцелуя в щеку заулыбался:
– Прости за несдержанность, но ты слишком аппетитно выглядишь.
– Прощаю. Об аппетите ты верно напомнил – со вчерашнего вечера ничего не ела, веришь?
– Верю, минут двадцать еще выдержишь?
С этими словами он распахнул правую дверцу машины. Я кивнула и неторопливо села на мягкое и комфортное сиденье иномарки. Ради смеха взглянула на часы – 19.05 – и сообщила, что время пошло.
– А с «мерсом» что стало? – не удержалась я от вопроса.
– А с «мерсом» ничего не стало, на нем наш вице-президент в Крым укатил, на встречу с партнерами.
На бешеной скорости мы пролетели несколько селений и затормозили рядом с огромным гостиничным комплексом под названием «Курортный».
– Думаю, тебе понравится, и кухня достойная, и ресторан солидный.
«Курортный» возвышался над всем побережьем несколькими высотными строениями, со стороны напоминающими башни. Между собой эти отдельные «башни» сообщались стеклянными галереями. Со стороны улицы это напоминало огромные витрины магазинов, за которыми разгуливают люди. Некоторые пролеты были затемнены различными тропическими растениями.
Мы прошли по освещенному закатным солнцем переходу и оказались у широких дверей лифта. Лифт отвез нас на последний, четырнадцатый этаж.
Зал ресторана был достаточно просторным. На ярко освещенной эстраде в исполнении оркестра звучала очень мелодичная музыка.
Нам подали красиво оформленные легкие закуски и салаты. С Бойковым было необычайно хорошо и уютно. Мы почти все время разговаривали и непрерывно смеялись. Вечер складывался лучше всяких ожиданий.
Музыкантов сменили стройные танцовщицы в откровенно открытых костюмах. Посетителей заметно прибавилось.
Кухня действительно оказалась более чем… Подали горячее – свиные отбивные на косточках. Ничего более вкусного в жизни я не пробовала. Пока я наслаждалась, Бойкову пришлось разговаривать по не вовремя зазвонившему сотовому телефону.
Из слов и фраз Бойкова типа: «срочно?», «прямо сейчас?», «понятно!» – несложно было сделать вывод о скором завершении совместно проведенного вечера. Детективные навыки были для подобных умозаключений излишни. И действительно, отключив телефон, Бойков обреченно вздохнул и, пожав плечами, разъяснил ситуацию:
– Танюш, очень не хочется прерывать такой отличный вечер, но мне пора. Конкуренты затеяли какую-то пакость, нужно срочно разобраться. Хочешь, сейчас завезу тебя в гостиницу… или пришлю сюда шофера чуть позже. Тогда назначь время.
Я как раз вцепилась зубами в сочную и ароматную свинину и этим самым невольно дала понять, что ужин еще не закончила.
Бойков терпеливо ждал ответа. Прожевав, точнее проглотив нежнейшее мясо, сказала:
– Ген, я долго здесь не задержусь, но и торопиться не хочу. Вот спокойно съем все заказанное – и в «Жемчужный». Так что не переживай, поезжай по делам. Несмотря ни на что, это был прекрасный ужин и вечер. Надеюсь, до моего отъезда мы еще увидимся.
Бойков тотчас оживился:
– Вот что. Давай встретимся завтра пораньше…
– Мы поедем на рыбалку? – не удержалась я от шутки.
– Эх, пораньше не получится – мне утром в Краснодаре нужно быть. Но я только туда и обратно, к обеду освобожусь. Давай так, завтра в обед тебя ждет сюрприз. Целую. До завтра.