Последняя ночь Клеопатры

Глава 2

Утром я проснулась в восемь часов, и первой мыслью, которая меня посетила, была мысль о Константине Городенчикове, брате убитой Елизаветы и сыне Алевтины Григорьевны. Неспроста ведь Городенчикова солгала мне по поводу рода его занятий. Вряд ли бизнесмен, как она его мне представила, станет пить горькую. Не думаю, что соседка Клаша наговорила про него понапрасну. И если дело обстоит именно так, то не замешан ли Константин в убийстве своей сестры? Алконавтам ведь часто не хватает средств, чтобы добыть любимое зелье. Таким образом, на повестке дня стоит вопрос: мог ли в принципе Константин убить свою сестру? Ну, может быть, и не сам лично, а, скажем, при помощи третьего лица? Ведь финансы у Елизаветы были, и немалые, судя по элитной квартире, обстановке в ней и тому образу жизни, который она вела. Это, конечно, не значит, что Константин лично пришел, чтобы перехватить у сестрицы денег, а ему отказали, вот он с досады и шмякнул ее в висок. В общем, с этим вопросом надо разобраться. Необходимо выяснить хотя бы то, где Константин находился в то время, когда произошло убийство. Значит, решено. Сегодня первым делом я направляюсь в администрацию Волжского района, где, по словам соседки Алевтины Григорьевны, работает Константин Городенчиков.

Я отбросила в сторону одеяло и встала с постели. Потом подошла к окну и раздвинула шторы. Комнату тут же затопили потоки солнечного света. Видно, и сегодня погода будет жаркая и сухая. Я прошла в ванную комнату и встала под контрастный душ. Он хорошо меня взбодрил, а уж когда я еще и основательно растерлась жестким махровым полотенцем, то почувствовала и прилив энергии, и возросший аппетит. Что бы такое мне приготовить на завтрак? Учитывая то обстоятельство, что мне целый день придется трудиться не покладая рук, чтобы отыскать убийцу Елизаветы, утренний прием пищи должен быть калорийным. Поэтому приготовлю-ка я себе омлет. Я полезла в холодильник и достала пару яиц. Я уже было собралась разбить их в сотейник, но тут мне пришла идея получше. Я вспомнила, что вчера в «Фамильном» я наряду с остальными продуктами купила еще и упаковку замороженных блинчиков. Я так давно их не ела, а печь их самой… То совершенно некогда из-за расследований, а если свободное время и появляется, то мне элементарно лень с ними возиться. Я поставила блинчик в микроволновку, а пока он разогревался, быстро пожарила яичницу. Переложив готовый блинчик на тарелку, я сверху на него выложила глазунью, потом, подумав, добавила еще и кусок ветчины. Но завтрак я решила начать с салата. К традиционным помидорам и огурцам я добавила несколько ломтиков консервированного тунца, потом нарезала репчатый лук и заправила салат растительным маслом, соевым соусом и соком лимона. Получилось очень вкусно. И вот сегодня – вчера у меня не получилось – я решила, что непременно выпью свой любимый кофе, как полагается, не торопясь, без спешки, с чувством, с толком, с расстановкой.

Я закончила смаковать свой любимый напиток и начала собираться в администрацию Волжского района. Раздвинув дверцы шкафа-купе, я пробежалась взглядом по своему гардеробу. Для визита в подобное учреждение необходим строгий костюм. У меня было несколько нарядов как раз для таких случаев. Я сняла с плечиков ансамбль, состоящий из темно-зеленого короткого пиджака и юбки-карандаш, тоже зеленого цвета, только на тон светлее. Кажется, это то, что надо: и строго, и в то же время женственно. Теперь осталось только причесаться и нанести легкий дневной макияж, и – можно отправляться в путь. Я обулась в элегантные «лодочки» бежевого цвета на высокой шпильке, спустилась вниз, села в свою «девятку» и отправилась в администрацию.

Миновав зону охраны и войдя в просторный вестибюль, я подошла к столу, за которым сидел дежурный.

– Здравствуйте, мне необходимо пройти к Городенчикову Константину Максимовичу, – сказала я.

– По какому вопросу? – спросил дежурный и как-то странно посмотрел на меня.

– По личному, – не вдаваясь в подробности, ответила я.

– Пройдите в пятнадцатый кабинет, это на втором этаже, – сказал он.

Я поднялась на второй этаж и, отыскав нужный кабинет, постучала в дверь.

– Войдите, – послышался густой баритон.

Я открыла дверь и оказалась в сравнительно небольшом кабинете. У самого окна стоял длинный стол для переговоров, за которым сидел мужчина. Его возраст приближался к пятидесяти годам. Ничего себе! И это Константин Городенчиков? Однозначно он не мог им быть. Ведь Клаша, соседка Алевтины Григорьевны, сказала, что Елизавета – старший ребенок в семье. Стало быть, если ей было тридцать шесть лет, то ее брату, Константину, должно быть еще меньше. Передо мной же сидел полный мужчина с начинающими седеть редкими волосами и умными карими глазами. И потом, он никак не был похож на человека, который злоупотребляет спиртным. Нет, это какая-то ошибка!

– Простите, меня направили в пятнадцатый кабинет, но мне нужен Константин Максимович Городенчиков, – сказала я прямо с порога.

– Проходите, пожалуйста, и присаживайтесь, – пригласил мужчина и жестом показал на стоявшее рядом со своим столом кресло.

Я прошла в глубь кабинета и села.

– Представьтесь, пожалуйста, – попросил мужчина.

– Пожалуйста. Меня зовут Татьяна Александровна Иванова, я частный детектив.

– Меня зовут Игорь Петрович Алексашкин, – сказал мужчина.

– Очень приятно, Игорь Петрович, но мне нужен Константин Максимович Городенчиков, – сказала я.

Алексашкин вздохнул.

– Константин Максимович, к сожалению, не может вас сейчас принять, Татьяна Александровна.

– Вот как? А что с ним случилось? – спросила я.

– Он болен, – лаконично ответил Алексашкин.

– И давно? Давно он болеет? – спросила я.

– Татьяна Александровна, скажите, зачем частному детективу понадобился инструктор одного из отделов районной администрации? – вопросом на вопрос ответил Игорь Петрович.

– Я расследую убийство Елизаветы Максимовны Городенчиковой, меня наняла ее мать, Алевтина Григорьевна. В связи с этим я опрашиваю всех лиц, которые так или иначе контактировали с убитой. Согласитесь, что родной брат явно не был посторонним человеком для Елизаветы Максимовны.

– Лизу убили?! – ошеломленно произнес Алексашкин. – Но кто?

– Сейчас я это выясняю, Игорь Петрович, – ответила я.

– Но не хотите же вы сказать, Татьяна Александровна, что подозреваете в убийстве Лизы Константина? – спросил Алексашкин.

Я пожала плечами.

– Я подозреваю всех, Игорь Петрович. По мере расследования лишние фигуранты, конечно, отсеиваются. Но в самом его начале я непременно встречаюсь со всеми, кто хотя бы как-то, каким-то образом был связан с жертвой преступления, – ответила я. – Тем более что о Константине Максимовиче у меня самые противоречивые сведения. Алевтина Григорьевна поначалу отказалась отвечать на мой вопрос о том, чем занимается ее сын. Потом все-таки она нехотя сообщила, что Константин Максимович является бизнесменом. А вот ее соседка сказала, что работает в администрации и еще – что он пьет.

Тут я вопросительно посмотрела на Алексашкина.

– Хорошо, я вас понял, Татьяна Александровна, – сказал он. – Видите ли, я не случайно так подробно стал вас расспрашивать. Дело в том, что я был другом покойного Максима Трофимовича, отца Лизы и Кости. По его просьбе я и устроил Константина сюда. Но… В общем, соседка Алевтины сказала вам правду: Константин действительно алкоголик, причем запойный. Алевтину можно понять, какая же мать признается в том, что ее сын практически потерял человеческий облик. Вот она и придумала сказку про бизнес.

– И что же, он так очень быстро спился, что, как вы говорите, потерял человеческий облик? – спросила я.

– Увы, – со вздохом произнес мужчина. – Я нашел Косте хорошего врача-нарколога. Он весьма авторитетный специалист в своей области, его диагнозу можно верить на все сто процентов. Так вот, он сказал, что у Константина очень сильная алкогольная зависимость. Ну вот наподобие той, которая бывает у некоторых народностей, и благодаря ей они моментально спиваются. Хотя у них это связано, кажется, с какой-то желудочной патологией или что-то в этом роде, я, знаете ли, не силен в медицине.

– Но Константин Максимович, насколько мне известно, не принадлежит к их числу, – заметила я.

– Вы правы, не принадлежит, – подтвердил Алексашкин, – так вот, нарколог провел с Костей подробное тестирование и вынес свой вердикт: если Константин не хочет умереть от цирроза печени или от алкогольной горячки, он никогда не должен брать в рот ни капли спиртного. Одним словом, все спиртные напитки ему строго противопоказаны. Причем ни в какой, даже в самой минимальной дозе. И ни в каком виде, даже на пиво накладывается табу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.