- -
- 100%
- +
Бормоча себе под нос проклятия, я повернула ключ зажигания и, пока мотор урчал, набирая обороты, быстренько выхватила из бардачка сотовый и потыкала в кнопки. В трубке потянулись гудки.
Я уже потеряла всякую надежду, когда на том конце провода послышался голос:
– Отдел уголовного розыска.
– С полковником Ольшанским соедините! – выкрикнула я в трубку.
Через полчаса я уже сидела в какой-то дешевой забегаловке почти на самой окраине города. В маленьком грязном зале было полно народу, в основном мужики, распивающие пиво, скорее всего, все они из клана работяг – здесь неподалеку как раз расположен завод. Ни о каком кондиционере не могло идти и речи, а напольный вентилятор бестолково гонял горячий воздух от одной обшарпанной стены до другой.
Я пребывала в состоянии легкого шока от подобного антуража и пыталась заглушить жуткое впечатление кофе с коньяком, хотя содержание кофейных зерен и алкоголя в коричневой бурде, которую здесь подавали, было под сомнением. Но, так или иначе, в голову это пойло ударяло.
Что самое интересное, моего спутника вся эта обстановка ничуть не смущала. Он с аппетитом жевал отбивные, прихлебывал кофе и уверял меня, что лучшего места для «подобной» встречи не найти во всем Тарасове. Пришлось делать вид, что я верю этому заявлению, и как положено «держать отчет перед начальством», то бишь излагать во всех подробностях о моем с Кротом знакомстве.
Когда все сведения иссякли и я наконец-то захлопнула рот, Ольшанский кашлянул, отодвинул от себя тарелку с недоеденным обедом и подытожил:
– Значит, Крот сам нанял тебя телохранителем.
– Да. Представляете?
– Это хорошо… Очень хорошо… – бормотал полковник, довольно потирая руки.
Я внимательно смотрела на него и ждала. Честно говоря, знаю полковника… Я припомнила, когда же мне довелось встретиться с Александром Петровичем впервые, и поняла – это было так давно, что память просто отказывалась выдавать информацию о годах столь давно минувших. В любом случае, когда я с ним познакомилась, то еще была старшеклассницей, а сам полковник, вернее сказать, тогда еще лейтенант, числился лучшим приятелем моего отца. Потом меня ждала учеба в Ворошиловском институте, работа во вневедомственной охране, затем частная практика телохранителя. Ольшанский за это время дослужился до звания полковника. И хотя мой отец давно умер, но дружеских отношений с нашей семьей Александр Петрович не прервал, исправно звонил по красным дням календаря, навещал на дни рождения и иногда помогал мне в моей работе – подкидывал нужную информацию, сообщал любопытные сведения о разных товарищах… Короче говоря, выручал меня и был во всех смыслах очень полезным человеком!
Именно поэтому, когда Ольшанский позвонил мне на телефон и взволнованным голосом сообщил: «Женечка, мне очень нужна твоя помощь! Выручай!» – я, даже не выслушав, что случилось, с ходу ответила:
– Вам всегда рада помочь. Говорите, что нужно делать?!
Как потом выяснилось, нужно было заманить известного тарасовского мошенника по прозвищу Крот в ловушку…
Так вот, за все время знакомства с Александром Петровичем я не припомню, чтобы он хоть раз был в таком оживленном состоянии, как теперь.
– Это просто отлично, – потирал он руки, – значит, ты все время будешь рядом с ним.
– В принципе, он на это и рассчитывает, – кивнула я.
– Вот и хорошо. Будешь мне отзваниваться каждый день – утром и вечером, – принялся наставлять Ольшанский. – Если не получится звонить, просто скидывай эсэмэс, но в любом случае обязательно держи меня в курсе дела. А когда он соберется грабить банк…
– Знаю, сразу же сообщаю вам, а вы высылаете на место действия группу захвата. Мошенника ловят с поличным – моя работа выполнена! – скороговоркой пробубнила я уже сто раз слышанный текст задания. – Скажите, а неужели за все то время, что Крот орудует в городе, его так ни разу и не удалось поймать? Ведь он занимается этим промыслом не первый год.
– Это такая хитрая пройда! – покачал головой полковник, прикуривая сигарету и выдыхая вонючий дым. – Сколько раз мы по наводке выходили на его след: точно знали, какой объект он будет грабить, приезжали туда, устанавливали полное оцепление. И что ты думаешь? Этот мошенник успевал обстряпать свои дела, выкрасть все денежки подчистую и смотаться! Ну как, скажи мне на милость, ему это удавалось?! Одно время думали, что у него есть компаньон – кто-то из наших, крыса, которая сливает ему информацию о готовящихся операциях. Прошерстили всех сотрудников! Даже уборщиц трясли на допросах, и все зря. Можно было сделать только один вывод: Крот действует в одиночку, просто всегда успевает вовремя смотаться. Другой вопрос – как?!! Как можно проскочить незамеченным через оцепление? Сквозь землю, что ли, он проваливается?! Кстати, мы потому и прозвали его Кротом… Так что помотал нам нервы этот тип. И теперь уж если поймать его, то наверняка, не на пустом месте, чтоб уж точно отвертеться не смог! Придется тебе, Женечка, глаз с него ни спускать, тем более когда он соберется грабить банк. Теперь у тебя и повод отличный есть. Я на такую удачу даже и рассчитывать не мог! Думал, что тебе придется на всякие хитрости пускаться, предлагать ему сотрудничать в качестве напарницы… А тут такое везение!!!
– Постараюсь вас не подвести. Кстати, а откуда вам стало известно, что Крот намерен грабить банк.
– Есть у меня свои люди… Крот у них обычно оборудование для своих делишек достает, – ввел меня в курс дела полковник.
– Кстати, – я залпом допила остатки кофе с коньяком, поморщилась и закончила: – Кстати, за Кротом охотятся люди какого-то Романа Глаголева. Мы от них еле ноги унесли. Он обмолвился, что они уже не раз выходили на него.
– Глаголев?
Ольшанский наклонился к пепельнице и раздавил в ней окурок.
– Знаю такого. И где же Крот ему дорогу перешел?
– Без понятия, – пожала я плечами. – Кажется, украл у него что-то.
– Ага, значит, так…
Ольшанский снова схватился за пачку сигарет. Я почувствовала, что от гула, стоящего в забегаловке, и от отвратного курева полковника у меня начинается мигрень.
– Есть у меня один план.
Я тряхнула головой и постаралась сосредоточиться.
– Где ты договорилась встретиться с Кротом?
– У вокзала, – осторожно ответила я.
– Ага, а потом что?
– Ну, я так думаю, поедем к нему. Где-то же находится его логово.
– Вот! Я не могу так рисковать тобой. Ты не должна жить в его норе.
– А где же мне жить?
Полковник подался вперед и заглянул мне в глаза.
– Нужно выманить его из этой норы и заставить поселиться в другом месте, которое мы сможем контролировать.
– Мне кажется, это невыполнимая задача!
– Ошибаешься. Я все продумал! – хмыкнул Александр Петрович. – От вокзала вас будут вести наши люди. А как только вы войдете к нему в квартиру (ну, или где он там сейчас скрывается), то мы устроим облаву.
– Зачем? – никак не могла я взять в толк. – Логичнее всего дать Кроту спокойно подготовиться к ограблению банка, усыпить его бдительность, чтобы потом схватить за хвост. Разве не затем я вам нужна была? Зачем теперь устраивать эти засады?
– А затем, чтобы Крот понял: его логово разоблачили. Ему придется спешно искать новое жилье, тут-то ты ему и предложишь пожить в загородном доме своей тетки.
– У моей тети нет никакого дома, – на автомате произнесла я.
– И не надо! Это подставное жилье. Оно хорошо знакомо людям из моего отдела, неподалеку все время будет дежурить кто-то из наших… Короче, что бы ни случилось, там ты будешь всегда в безопасности! И тебе так лучше, и мне спокойнее!
– Ну-у… Пожалуй, вы правы. Только пусть ваши люди особо не светятся, а то спугнут Крота, и тогда всему делу конец. Что бы ни произошло, я и сама справлюсь.
– Не сомневаюсь.
Я только улыбнулась. Полковник, несомненно, знал, что я работаю профессионально, а иначе бы и не предложил мне участвовать в этой операции.
– Тогда запоминай адрес…
Всю обратную дорогу я не закрывала окон и с наслаждением вдыхала воздух, который, даже несмотря на городской смог, казался свежим после той душиловки, которая царила в харчевне.
Я начала размышлять о Кроте. В моей практике частного телохранителя, конечно, случалось всякое. Но охранять вора мне приходится впервые. Впрочем, вести двойную игру и готовить для этого же самого вора западню – тоже… И не то чтобы меня это смущало, но заставляло немного дергаться.
– Ладно, уж как-нибудь все обойдется, – махнула я рукой и переключила скорость.
До шести часов у меня еще было немного времени, и я решила использовать его с умом, а вернее, как и обещала Кроту, заскочила домой.
На звук захлопнувшейся двери в коридор выглянула тетя Мила.
– Я уж думала, ты опять сегодня не будешь ночевать дома, – закудахтала она.
– Я и не буду. Забежала на пару минут, чтобы забрать кое-какие вещи. – Говоря это, я тщетно пыталась выпутаться из кроссовок.
– Опять работа? – покачала головой тетя Мила.
Благо, мы с тетушкой живем в одной квартире давно, после кончины моего отца. Так что к моей работе и моим ночным отлучкам она уже привыкла, и самое большее, на что ее хватает, так это на сокрушенное покачивание головой и вот такое замечание из серии «работа доконала, но на то она и работа».
– Да, работа, – откликнулась я.
Мне все же удалось выпутаться из обувки, и я быстрым шагом прошла в свою комнату. На ходу прихватила спортивную сумку, которая всегда у меня наготове, распахнула шкаф и принялась ронять вещи в саквояж. Так, пожалуй, обойдусь парой футболок, вполне может сгодиться и сарафан…
– Кто на этот раз?
Я обернулась. Тетя Мила стояла в дверях и внимательно следила за моими сборами. Рассказывать тетушке о том, что нелегкая заставила ее любимую племянницу связаться с отъявленным мошенником, не хотелось.
– Один бизнесмен, – отговорилась я. – Едет на пару дней в Петровск и просит меня его сопровождать – боится, что конкуренты устроят ему там подлянку.
– Значит, тебя несколько дней не будет в Тарасове?
Я вздохнула. Врать, конечно, плохое занятие, но куда деваться. И я кивнула.
– Вернусь через пару-тройку дней.
– А что за бизнесмен? – не отставала от меня тетя Мила. – Чем он занимается?
– Точно не знаю, кажется, перепродает технику.
– Женат? – допытывалась тетушка. Нет, она не сноб и не ханжа и сейчас не последует нравоучений на тему поддержания морального облика незамужней девушки, скорее наоборот. Тетушка Мила всей душой ратует за то, чтобы я наконец-то нашла себе подходящего мужа и забросила свою опасную и совсем уж не женскую работу. Втолковать ей, что я занимаюсь охранной деятельностью не за деньги, а по велению души, – бестолковое занятие. Убедить ее в том, что семейный быт и все, что к нему прилагается, вызывает у меня тошноту и почесуху – задача и вовсе непосильная. Потому я каждый раз, когда моим клиентом становится представитель противоположного пола, вынуждена всеми силами отбиваться от нападок тети Милы сосватать мне нерадивого мужика.
Чтобы на этот раз избавить себя от этого неблагодарного занятия, я тут же отрубила:
– Женат. Уже много лет. Двое детей.
Тетушка поджала губы и, не говоря ни слова, вышла из комнаты, предоставив мне спокойно собираться «в дорогу». Чем я и не преминула заняться: вслед за скудным припасом вещей сунула на дно сумки пистолет, несколько баллончиков с газом. «На войне как на войне! – решила я. Потом подумала еще немного, припомнила звероподобных служителей неведомого мне пока что господина Глаголева и прихватила из письменного стола складной нож. – Авось и пригодится…» Я перекинула свою легкую поклажу через плечо, окинула комнату беглым взглядом и решительно вышла в коридор.
– Ты бы хоть поужинала, – снова материализовалась рядом со мной тетя Мила.
– По дороге перекушу, – отмахнулась я, попрощалась с тетушкой, заверила ее, что буду крайне осторожна и, получив последние наставления, покинула родной дом.
Глава 2
На вокзал я прибыла, как и положено, ровно в пять. Встала у центрального входа, опустила сумку на землю и принялась поджидать своего новоявленного клиента. Благо одуряющая жара начала спадать и можно было не рыскать по узкой площадке в поисках тенька. Вот только лучи заходящего солнца били прямо в глаза, и приходилось щуриться, всматриваясь в толпу. Но поток людей меланхолично обтекал меня стороной, а все мои попытки различить среди них Крота оказались напрасны. Вора нигде не наблюдалось.
Мне вспомнились его слова о том, что если он не появится ровно в шесть, то можно считать, что сделка сорвалась… На душе противно заскребли кошки. В голове начали роиться самые противные мысли: «Менты его точно не могли загрести, я сейчас, можно сказать, одна из них… Может, он опять нарвался на людей Глаголева? Или еще кто выцепил подлого мошенника?» Гадать можно было до бесконечности. Думается, Крот и сам не припомнит всех своих недоброжелателей. Да если так посудить, то каждый пятый житель Тарасова мечтает поквитаться с пронырой.
Я бестолково топталась на месте, то и дело смотрела на часы. Когда минутная стрелка остановилась на отметке «десять», я начала корить себя за то, что позволила Кроту уйти. «В конце концов, с Ольшанским можно было просто созвониться. Без пары сменных кофт я бы вполне обошлась». Еще через десять минут я пришла в отчаяние, а когда минутная стрелка остановилась на отметке «половина» – собралась звонить полковнику и сообщить ему печальную весть о том, что Крота я упустила.
– Привет, дочка… – прохрипел позади меня незнакомый мужской голос как раз в тот момент, когда я хотела достать телефон. Я так и подпрыгнула на месте от неожиданности. Резко крутанулась назад и нос к носу столкнулась с каким-то дедом жутковатого вида.
Грязный и в каких-то лохмотьях, он явно был из числа попрошаек, которые толпами реют на привокзальных площадях в надежде на жалость и сострадание рядовых граждан. Впрочем, лично у меня данный субъект вызывал только одно чувство, а вернее желание – прихватить свои пожитки и смотаться куда подальше.
– Вам что? – отшатнулась я от бомжа.
– Не узнала, что ли? – неожиданно хитро сощурился дедок.
– Сергей?!! – опешила я. – Что ты с собой сделал? Где достал эти обноски?!!
– Конспирация превыше всего, – философски заметил мой друг. – Я тут уже час кручусь, все высматривал – не привела ли ты за собой «хвоста».
– Ну и как? – криво улыбнулась я, хотя веселого в данной ситуации было мало. «Хвост»-то имелся…
– Нет никого. Пошли.
– Куда?
– Ко мне, – ровно ответил Крот, как если бы пригласил к себе в гости на чашечку кофе. Но чаепития наш визит в логово вора явно не предусматривал.
– Здесь совсем недалеко, – продолжал вещать он, уверенным шагом переходя дорогу.
Пришлось хватать свою сумку и послушно идти за Кротом.
– Где ты взял все эти вещи? Решил теперь грабить не только обеспеченных людей, но и покусился на собственность маргиналов? – не унималась я.
– Ага, – чему-то обрадовался мужик. – Здорово я придумал, да? Да людям Глаголева и в голову не придет, что это я. Они к такому и близко не подойдут!
Я еще раз глянула на Крота и передернула плечами. Если что, то у меня опустившиеся маргиналы тоже симпатии не вызывают, но об этом вор как-то не подумал.
– Идем скорее, уже почти пришли!
И действительно, мы свернули за угол высотки, обогнули какое-то приземистое здание, обнесенное забором, и оказались в маленьком дворике с буйно цветущим жасмином и ухоженными клумбами под окнами панельной пятиэтажки.
– Сюда, – торопил меня мой провожатый. – Чего еле плетешься?
Подгоняемая его наставлениями и попреками, я протопала мимо уютно сдвинутых скамеечек, миновала цветник и остановилась напротив двери в подъезд.
– Нам сюда. – Крот уверенно толкнул дверь и шагнул вперед.
Я бегло глянула назад – никого. «Интересно, где нелегкая носит напарников Ольшанского?» Вздохнула и тоже переступила через порог. В подъезде оказалось на удивление светло и чисто. Никаких разводов на полу, по углам не мотаются клочья пыли, а на стенах отсутствует «наскальная живопись». Здешние жители явно следили за порядком, чья-то внимательная рука даже поставила картонную коробку у почтовых ящиков, чтобы жильцы скидывали в нее ненужные листовки. «И среди таких добропорядочных граждан затесался вор?! – невольно пронеслось у меня в голове. – Быть такого не может! Наверняка ворюга собирается ввалиться в чужую квартиру».
– А к кому мы идем? – сорвалось у меня с языка.
Крот сделал пару шагов по лестнице, остановился, глянул на меня сверху вниз и пожал плечами:
– Ко мне.
– Хочешь сказать, что у тебя здесь квартира?
– А куда я, по-твоему, тебя веду?
– Ну… Может, это квартира твоего приятеля, – слукавила я – уж больно не хотелось говорить о своих истинных подозрениях.
– Нет, это моя квартира. Я ее снимаю.
– Понятно, – кивнула я, хотя отлично знала, что грош цена каждому слову этого мошенника.
Мы миновали еще один лестничный пролет и остановились на площадке третьего этажа. Я огляделась. Так, всего две двери. Справа – обитая дешевым красным дерматином под номером 15, такую можно открыть и гвоздем, а та, что слева, – металлическое творение фирмы «Тайзер».
– Вот, здесь я и живу, – с этими словами Крот выудил из кармана жилетки ключи и сделал шаг в сторону двери под номером 15.
«Бывает…» – подумала я. Очевидно, моя вытянувшаяся физиономия более чем выражала все те мысли, что роились в моей голове, потому что, когда Крот толкнул дверь и обернулся, услужливо предлагая мне войти первой, его губы невольно растянулись в улыбке.
– А ты что ожидала увидеть? Медвежью берлогу? – хмыкнул он.
«Что-то типа того». Я стряхнула со своего лица идиотское выражение, поудобней перехватила сумку и шагнула в квартиру.
– К сожалению, квартира не очень большая, – бубнил Крот за моей спиной, втискиваясь в коридор, – всего пара комнат, кухня и балкон.
– Не беда, – сухо заметила я.
– Я тоже так думаю. Ты пока проходи в гостиную, а я переоденусь. Жуть как неудобно в этих шмотках, и борода колется!
«Мало тебе!» – подумала я, но вслух, разумеется, ничего не сказала. Пока Крот приводил свою внешность в порядок, я прошла в одну из комнат и в очередной раз удивилась моему новому знакомому. У окна тесно сдвинута мягкая мебель, добротный комод стоит у стены, чуть в стороне плазменная панель телевизора, противоположная же стена полностью занята аквариумом. Я остановилась напротив стеклянного ящика с водой. «В жизни не скажешь, что это квартира холостяка!»
– Это будет твоя комната. Можешь оставить все свои вещи здесь.
Я обернулась. Крот стоял в дверях и внимательно на меня смотрел. Жуткий балахон нищего он сменил на джинсы и светлую майку. Избавился он и от засаленной бороды. Но лично я по-прежнему была чем-то недовольна.
– Моя комната – соседняя, следующая дверь по коридору, – продолжал информировать меня вор. – Ближайшие несколько часов у меня нет никаких дел, так что… Пошли на кухню, сварю кофе, авось найдется и чем подкрепиться.
Никаких возражений против чашечки кофе у меня не было и я, оставив нераспакованную сумку в кресле, с готовностью последовала за своим новым знакомым.
В пищеблоке, как, впрочем, и во всей квартире, царила все та же феерическая чистота и порядок. То ли вор здесь слишком редко бывает, то ли передо мной редчайший пример мужской аккуратности.
Я примостилась на табурете.
– Ты давно работаешь телохранителем? – спросил Крот, не оборачиваясь ко мне.
«Ага, кажется, начинается проверка…» – по спине пробежал неприятный холодок. Хотя, чего я нервничаю? Ведь Ольшанский все предусмотрел на этот счет. Где нужно, уже имеется информация о Женечке Охотниковой, как о сотруднице тарасовского банка.
– Уже несколько лет… – не стала вдаваться я в подробности. – Либо беру частные заказы, либо оформляюсь в какую-нибудь фирму, ну, скажем, по вакансии секретаря, а сама выполняю охранную работу.
– Своего рода конспирация?
– Ну, да, – как можно более развязно ответила я. – Далеко не каждый босс хочет афишировать свой страх быть подстреленным и выставляет за своей спиной роту бойцов в камуфляже. Вот и нанимают меня. Вроде девушка, вроде по документам числится секретарем… Короче, никому и в голову не приходит, что я на самом деле телохранитель!
– Да, здорово придумано! – одобрил Крот и наконец-то обернулся ко мне. – И в тарасовском банке было так же?
В руках он держал чашку, над которой поднимался пар. По кухне поплыл пряный аромат арабики. Похоже, вор не только патологический чистюля, но еще и отличный кофевар. Ну, просто не мужчина, а золото, жаль, есть один изъян…
– В тарасовском банке? – оторвалась я от своих мыслей, – Ну да. Все то же самое, – пожала я плечами.
Крот поставил передо мной чашку.
– Ты охраняла директора банка? – не унимался он.
– Именно. Я охраняла Никанорова Андрея Геннадьевича, – благо полное имя генерального директора тарасовского банка мне было отлично известно, и я не упустила шанс это продемонстрировать.
– А кем ты числилась в штате?
Я наклонила голову, чтобы скрыть улыбку. Значит, полковник был прав, говоря, что Крот обязательно захочет проверить информацию о моей работе в банке. Похоже, вор разжился знаниями и сейчас проверяет меня. Ну, лови подачу, дружок!
– Старшим менеджером кредитного отдела.
Вторая чашка кофе опустилась на стол, затем появилась немудреная закуска в виде бутербродов, сам Крот присел напротив меня и закурил сигарету. «Похоже, я с успехом выдержала это испытание!» – мысленно поздравила я себя и отхлебнула кофе.
– Но почему ты все же решила перейти в лагерь врага? – серые глаза Крота впились в меня.
Я медленно поставила чашку на стол.
– Понимаешь… – начала я. – Как бы тебе сказать… Некоторое время нас с Никаноровым связывали не только деловые отношения.
Крот с нарочитым удивлением на меня уставился, но на дне его глаз плескались веселые искорки. Плевать! Пусть думает все, что ему угодно! Главное, чтобы верил! А Сергей верил, причем с большой охотой.
– Я была его любовницей, собственно говоря, именно в постели он как-то и разболтался о работе, ляпнул к чему-то банковскую шифровку, а я запомнила… А потом он поступил, как последняя свинья, – от души обругала я мало знакомого мне мужика. – Когда я перестала быть ему нужной в качестве охранника, он погнал меня вон и вообще из своей жизни. Рассчитал как обычную служащую и выставил за дверь! И вот теперь я очень хочу, чтобы этот гад мне за все ответил. – Я облокотилась о стол и, приблизившись к Кроту, быстро-быстро зашептала: – Давай ограбим его чертов банк! Пусть он разорится!
– Разорится… – продолжая сверлить меня хитрым взглядом, заверил Крот. – Обязательно. Это я тебе могу обещать.
Я откинулась на спинку стула.
– Тогда откровенность за откровенность… Ответь мне на один вопрос.
– Какой?
– Что ты будешь делать, когда ограбишь банк?
Ответить Крот так и не успел. По квартире разнеслась оглушительная трель звонка, и почти тут же на дверь обрушились удары.
– Милиция! Быстро открывайте! Нам прекрасно известно, что вы в квартире!
– Вот гады! Все же засекли… – прошипел вор.
«Вот дура! Совсем забыла о договоренности с Ольшанским!» – обругала я себя.
– Ни в коем случае нельзя открывать дверь. Попробуем смотаться отсюда.
– Как?
Я быстро встала, подошла к окну и глянула вниз.
– Так на каком этаже ты живешь?
– Третий… – выдавил из себя Крот и тут же добавил: – Но прыгать вниз я не буду.
– А придется, – расстроила я мужика. – А теперь быстро убирай все чашки, хватай необходимые вещи – и уходим!
Крот тут же заметался по кухне: швырнул чашки в раковину, выключил газ. Я ради пущей убедительности схватила пепельницу и опрокинула ее содержимое в мусорное ведро.
Звонок теперь тренькал не переставая, и так же монотонно кто-то барабанил кулаком в дверь. «Интересно, товарищи полковника долго собираются продолжать этот цирк?» – пронеслось у меня в голове, и в ту же секунду на дверь навалились с такой силой, что она заскрипела и отошла от косяка. Боюсь, как бы ребята не перестарались… И тогда нам с Кротом не ради забавы, а всерьез придется прыгать из окна.
Чтобы не допустить такого развития событий, я толкнула вора в бок:
– Давай шевелись! Шмотки в зубы, и валим!
– Сейчас!
Крот тенью метнулся в свою комнату. Я шмыгнула в зал, где осталась моя сумка с вещами.
Если не ошибаюсь, именно в апартаментах, отведенных по мою душу, должен располагаться балкон. Я схватила сумку, перекинула ее через плечо и шагнула к окну. Руки ухватились за край атласной шторы и рванули ее в сторону. Так и есть – дверь на балкон именно здесь.
– Что ты там так долго?! Поторопись! – шикнула я на Крота.