Наследство с приключениями или приключение в наследство. Книга 1( часть 1 )

Костя внимательно взглянул на портрет и с интересом отметил про себя, что Марфа очень похожа и с тётей Алисой и с Лизой. Ему опять показалось странным, что их с сестрёнкой ни разу не привозили в Ведуны.

— Кость, глянь-ка,- восхитился Андрей, застыв у камина,- на фотографии вылитый ты.

— И вправду!- удивился Костя, разглядывая старинный снимок в затейливой рамке, стоявший среди других на каминной полке. – А вот ещё один,- сказал он, взяв в руки другой. Похожие как две капли воды юноша и девушка в гимназических формах держались за руки на катке. – Надо же – 1912-ый год. Интересно, кто они?

— Брат с сестрой – это точно,- сказал Андрей, внимательно рассматривая старинную карточку.- Наверное, какие-то твои предки. Не зря же у вас такое сходство.

— Идёмте,- поторопил Степаныч, -- успеешь ещё своей родословной заняться. А нам побыстрее нужно ещё спальни осмотреть, да первый этаж.

Изрядно уставшие они с Андреем механически подчинились. Осмотр остальных комнат прошёл довольно вяло, хотя роскошь убранства не переставала впечатлять. Оживились только внизу, бегло оглядев уютный кабинет со старинными бюро и секретером, необъятную библиотеку из нескольких помещений, с вращающимися шкафами. Большая гостиная вновь поразила воображение уже порядком утомлённых парней -- это был островок старины, затерявшийся в веках. Французские окна, как и в библиотеке, выходили в сад.

— Настоящая бальная зала!- восхитился Костя, представляя танцующих менуэт дам и кавалеров. – Только диваны и столы сдвинуть.

— Можно и стены сдвинуть, тогда добавится свободное пространство, даже оркестр поместится, — отозвался Степаныч, — так было задумано. Нам ещё заглянуть в столовую, а через неё пройдём на кухню и поужинаем. У нас в Ведунах воров не водится!- гордо заявил он. – И здесь, как я и предполагал, всё в порядке. Теперь, ребятки, можем и картошки к курочке отварить.

— Лучше пожарить! – в один голос воскликнули Костя с Андреем и рассмеялись.

— Я сейчас принесу сумку, а вы начинайте, — предложил Костя. – Ох, — спохватился он, — а про животинок-то совсем позабыли. Где их корм, Андрей?

— В холодильнике, сейчас достану,- отозвался тот, зажигая газ.

Костя мигом обернулся, притащив объёмный пакет, доверху набитый разной снедью. Увидев в собачьих мисках сырое мясо, он схватился за голову.

— Ты им ещё супа плесни! – возмутился парень. – Так псов и уморить недолго!- кипятился он, не замечая, что все присутствующие, включая собак и котёнка, слушают его с иронией.- Им нужен специальный сбалансированный корм, как вы не понимаете!

— Уморил! -- хлопнул себя по коленкам старик, вытирая слёзы. – Ты же умный, образованный, а такую чушь порешь. Собаки всеядны, запомни. Марфа кормила их очень сбалансированно: супами с овощами, кашами, фруктами. Вспомни, когда эти корма появились. А до этого столько веков чем, по-твоему, псин кормили? То-то, — укорил он задумавшегося Костю,- кто-то решил на этом нажиться и стал обрабатывать доверчивых простачков, что естественная еда – это вредно. Скажите на милость, а не пойми что из пакетов – это теперь здоровая пища.

— Ты ещё скажи, что уже и котёнку нельзя молока! – фыркнул Андрей, открывая холодильник, где за прозрачной дверцей стояла целая батарея пакетов с молоком. – Сам-то ты будешь питаться кузнечиками и тараканами? – Костя в ответ только рассмеялся, отрицательно мотая головой. – А что так?- деланно удивился капитан, ловко добывая из шкафчика у двери ещё одну миску и наполняя её для котёнка. – Это же модно! А пройдёт ещё чеверть века, и все будут уверены, что любая другая пища – это отрава!

— Ваша взяла!- сдался Костя, шутливо поднимая вверх руки. Он внимательно осмотрелся в просторной кухне с большими встроенными холодильниками по стенам, разными электрическими и газовыми плитами, всевозможными шкафчиками, очень большим столом посередине и удивлённо спросил: — Скажите на милость, для чего это всё было нужно одинокой старушке, словно в доме целая орава жила. Даже моек несколько, зачем?

— Дом был рассчитан не на одного человека, значит, и кухня планировалась соответственно. Так мне Марфа объясняла, — ответил старик, нарезая картошку,- а все зти приспособления ей жизнь облегчали и время экономили. Ребятки, нужно ещё колбаски нарезать, да и салат бы не помешал.

Костя с Андреем добыли из холодильников гору деликатесов и овощей, быстро и споро нарезали салат, сыр, ветчину, колбасу, подогрели и разделили курицу.Нашлась даже бутылка водки «для сугреву». Степаныч, тем временем накрывал на стол. Костя, который терпеть не мог есть на кухне, вздохнул про себя, но покорился, чтобы не обидеть своих новых друзей. Ужин удался на славу: уплели всё, даже тарелки отшлифовали до блеска кусочками хлеба. Немало вкусного перепало и хвостатым.

За чаем зашёл разговор, что будут делать завтра. Степаныч поведал, что Марфа Фёдоровна, предчувствуя кончину, обо всём позаботилась сама. – Она в больницу своего поверенного вызвала и отдала нужные распоряжения. Я её как раз навещал,- пояснил он.- Знаю, что даже зал для поминок заказан в лучшем ресторане города. Лечащий врач, услышав это, сильно возмутился и обозвал её пессимисткой. Она же в ответ только усмехнулась и возразила: «Я – ведунья, поэтому смерть свою ясно вижу». А ещё как-то странно оговорилась: «Жаль только, что всего 900 лет и прожила». Той же ночью её и не стало. – Степаныч отвернулся и вытер глаза, а потом предложил Косте: — Позвони тёте и узнай, когда она сможет приехать. На этот день похороны и назначим.

— И пусть тёплые вещи тебе захватит, — озабоченно вставил Андрей,- а то насмерть застудишься в своей модной курточке.

— Давненько я Алису Кузьминишну не видел, — рассуждал старик, — раньше она часто приезжала,да и на Лизу интересно взглянуть – поди, выросла, похорошела. Я её ещё совсем крошкой помню. Мы с Марфой раньше соседями были, девочка, когда осиротела, какое-то время у неё жила. Она нам с женой призналась, что охотно бы её сама удочерила, но той в столице будет лучше.

Неожиданно их беседу прервал бой старинных часов, удивительно гармонично вписавшихся в современную обстановку. Часы пробили медленно и торжественно двенадцать раз.

— Уже полночь! – охнул Степаныч. – Ну мы и засиделись, пора и честь знать, — объявил он, поднимаясь. – Я к тебе завтра пораньше зайду и объедем нужные конторы.

— Спасибо большое!- расстроганно произнёс Костя. – Даже не знаю, что бы я без вас делал. Посуду я сам уберу и помою, не беспокойтесь, — добавил он, заметив, что Андрей собирает тарелки.

— - Вот мы и остались одни в этом большом пустом доме, -- сказал парень сопровождавшим его псам,закрыв за гостями калитку. Он тоскливо посмотрел на пустынный заснеженный двор, перевёл взгляд на дом, где светилось только кухонное окно, но вместо обречённости испытал прилив непонятной радости, хотя ему всегда было неуютно на новом месте. Костя неожиданно понял, что сейчас он дома. Удивляться уже не было сил: предстояло сделать ещё кучу дел. Он вернулся на кухню, прибрался, потом отправился за телефоном, который забыл вынуть из куртки, чтобы позвонить тёте. Но не успел он сделать несколько шагов до вестибюля, где повесил куртку, как услышал шум на втором этаже: там явно что-то упало.

— Неужели, эта коза забралась! — буркнул он в сердцах и помчался к лестнице. Впереди нёсся Мурзик, перепрыгивая со ступеньки на ступеньку. Костя, стремительно вылетев в коридор между гостиной и спальнями, прислушался: тишина. Парень заглянул во все помещения, но нигде ни души, только в одной из угловых комнат была слегка приоткрыта дверь на балкон.

— Должно быть ветер, — облегчённо вздохнул Костя, закрывая её.- Пожалуй, останусь здесь, — решил он, оглядывая очень уютную комнату с роскошной старинной кроватью. Мурзик тут же взлетел на неё и начал кататься по перине, лукаво поглядывая на хозяина. В резном комоде нашлось свежее постельное бельё и новые пижамы, подходящие по размеру. Захотелось немедленно принять душ и выспаться.

— Нет, блохастик, так не пойдёт, строго сказал Костя, решительно подхватывая котёнка на руки,- сначала банька, а потом баиньки. Котёнок попытался вырваться, но весовые категории были слишком разные, поэтому в следующие полчаса из ванной доносились только обиженные вопли вперемешку с Костиными чертыханиями, потом послышался шум фена. Наконец, воцарилась тишина, и из ванной галопом вылетел чистый и пушистый Мурзик. Он сердито запрыгнул на кровать и начал демонстративно облизываться. Вскоре из ванной вышел и довольный Костя, он совершенно позабыл, что хотел принести свой телефон и завалился спать. О тёте Алисе и Лизе, которые давно беспокоились, куда он пропал, парень уже и не думал. Он крепко спал, раскинувшись на кровати под балдахином в уютной тёплой спальне. Котёнок свернулся клубочком в ногах. Так они и прохрапели до утра. Даже сильные порывы ветра,бушевавшего за окном, не могли их разбудить.

* * * * *

Комфортно устроившись на лиловом пушистом раскидистом дереве, нависавшем своей кроной над берегом, обрамлявшим заводь, Емеля жадно наблюдал за противоположным берегом. Он был в лёгкой рубахе – вокруг царило лето. Зной, истома, на небе ни облачка. На противоположном берегу, задумчиво постукивая кисточкой по губкам, стояла у мольберта красивая девушка. Солнечные лучи мягко освещали её точёную грациозную фигурку и нежное лицо. Глаза у неё были большие синие, обрамлённые густыми длинными ресницами. Емеля просто пожирал её взглядом, а она, не подозревая, что за ней следит тайный поклонник, увлечённо наносила на лист мазок за мазком, поглядывая на цветущий луг. Внезапно налетевший ветерок сорвал с её головы шляпку и понёс к заводи. Парень поёжился,ожидая, что шляпка, коснувшись воды, сгорит. Он так на днях лишился верёвки, потому что это была Огненная заводь. Переплыть её Емеля не мог – оставалось только вздыхать и томиться.Юная красавица,досадливо поморщившись, щелчком пальцев вернула головной убор. «Ловко!»- восхищённо подумал Емеля, гадая кто же она такая, что не боится находиться в этом пользующемся дурной славой месте. Они с Данилой были пришлые и ещё не успели толком освоиться. Ему было известно только, что в этом замке, возвышавшемся над Огненной заводью, обосновалась грозная Чёрная королева и её приспешник: жестокий и беспощадный герцог Верворльф.

Емелю немного мучило раскаяние, что он смылся в разгар рабочего дня, оставив Данилу отдуваться за двоих,но он ничего не мог с собой поделать. Его каждый день непреодолимо тянуло сюда, чтобы полюбоваться прекрасной незнакомкой. Он открыл это место, когда они с братом решили построить себе жильё. Здесь в изобилии росли нетронутые деревья с очень гибкими ветками, из которых лешие обычно плели свои незамысловатые хижины. Возле поселения леших давно уже не осталось таких деревьев – нужно было идти на поклон к гномам, а там … как повезёт.

Девушка отошла от мольберта и, заложив руки за голову, слегка прогнулась назад. Восхищённый поклонник, потеряв осторожность, высунул из листвы голову и встретился с ней глазами. Красавица нахмурилась, её синие глаза начали темнеть, а голубое платье изменило цвет на фиолетовое, она гневно взглянула на наглого лешего, -- тот и не понял, что был на волосок от гибели,- но внезапно смягчилась, заметив, с каким неподдельным восхищением он на неё смотрит. Девушка улыбнулась и взглядом шаловливо потрясла дерево, на котором сидел зеленоглазый чудак. С верхних веток Емеле за шиворот посыпались листья, стручки, бутоны, гусеницы, жуки, но он, по-детски широко раскрыв глаза, продолжал смотреть на неё взглядом, полным любви и преданности. Лада, которой он последнее время упорно добивался, была полностью позабыта. Незнакомка пришла в хорошее настроение, но не успела она затеять новую шалость, как замерла, прислушиваясь. Насторожился и Емеля, услышав мелодичное посвистывание. Он мгновенно исчез в густой листве, не желая встречаться с молодым мужчиной в сером атласном камзоле.

— Тоже мне,щап, гляньте-ка как вырядился!- ревниво фыркнул леший. – Бантитки, кружевца, белоснежные чулочки. А каменьев, каменьев-то нашито и навешано, ослепнуть можно!

Мужчина и вправду был одет очень старомодно и богато, впрочем, как и юная художница. Емелю раздражало в том всё: и его очень красивое бледно-матовое лицо с правильными чертами, и серо-зелёные, слегка подтянутые к вискам глаза, и копна пепельно-русых волос, стянутых лентой. Незнакомец выглядел очень холёным и нестерпимо самоуверенным, а главное, что полностью испортило Емеле настроение, — тот несомненно был очень близок его прекрасной незнакомке. «Муж или любовник,»- уныло решил леший, наблюдая за ними.

Красавец мялся, не решаясь начать разговор. Он подошёл к мольберту, прищурился и немного подправил рисунок.

— Гюргий, что случилось?! -встревоженно спрросила девушка, отбирая кисточку.

— Почему сразу, случилось?- пожал тот плечами, кривя душой и оттягивая время, а на висках выступили и запульсировали синие жилки. Лицо из матового-белого стало бледно-голубым. – Ничего особенного, Агата.

— Агата, — мечтательно прошептал Емеля,- надо же, какое редкое имя! – Больше он в разговор не вслушивался, повторяя про себя «Агата» на все лады.

— Я знаю тебя как облупленного,- не отставала она, — не лги! Эту мелодию ты насвистываешь, только когда очень чем-то озабочен.

— Не волнуйся, Искорка!- обнял её за плечи Гюргий,привлекая к себе. – Мне только что доложили, что царевич нашёлся.

— Так он жив?!- вскричала красавица с неподдельным ужасом и пошатнулась.- Ты уверен?! Ты же меня убедил, что он погиб! – Её платье стремительно начало темнеть. – Гюргий, откуда ты это узнал?

— Мне донесла волчья стая. Их вожак сам его сегодня видел.

— И не растерзал?! Хорошо же тебе служат!

— Мне отлично служат, милая,- обиделся щёголь,- они не раздумывая помчались за ним, но нарвались на драконов. Две трети стаи мертвы, остальные покалечены.- Она обмякла и сдавила тонкими пальцами виски. Гюргий усадил её на качели и встал перед ней на колени.- Ну, ну, милая, не паникуй! – уговаривал он,целуя ей руки. – Мне доложили, что он ведёт себя как человек. Наверное, поэтому Альберт и не смог его вычислить.

— Этим должен был заниматься ты,- глухо возразила она. – Ты должен был найти его и уничтожить! – сверкнула девушка глазами.- Даже за Патрикеей как следует не проследили,- сокрушённо пеняла Агата, поднимаясь с качелей.- На Альберта, выходит, уже нельзя положиться,- горевала она.

— Тебе ли не знать, что я недолюбливаю Альберта, — пожал плечами Гюргий,- но Патрикея – очень хитрая лиса! Я несколько раз сам пытался сесть ей на хвост, но она мгновенно меня вычисляла и исчезала.

— Идём домой,- подавленно произнесла девушка.

Гюргий не стал спорить и, щёлкнув пальцами, собрал её рисовальные принадлежности. Агата оперлась на его руку и они пошли к каменной лестнице у подножия холма. Огорчённый, что его красавица уходит, Емеля долго смотрел вслед этой прекрасной паре, пока они не исчезли из вида. Потом неохотно спустился и принялся за работу, рассчитывая задобрить Данилу великолепными ветками.