Служба контроля магических существ
- -
- 100%
- +
Пытаясь избавиться от неприятного шевеления под кожей, я, подгоняемая горячей ладонью, ускорила шаг, поглядывая на стеклянный замок в лучах заходящего солнца. Оказавшись вблизи особняков, я с удивлением заметила играющих меж садовых деревьев детей, лет пяти-семи, они прятались за тонкими стволами друг от друга, мешая взрослым демонам собирать урожай.
– Здесь есть дети? – не смогла сдержать своего удивления.
– А кьяни думала, что мы не размножаемся? – Сэйн фыркнул. – Если демоны, которые получили мою опеку, желают завести детей, я не возражаю. Все же потребность в продолжении рода у многих видов демонов – лидирующий инстинкт и оттого самый важный. Пусть заводят и воспитывают свое потомство до десятилетнего возраста, после чего рожденные демоны, не заинтересовавшие меня и не получившие опеку, обязаны покинуть мое гнездо и своих родителей и примкнуть к родному виду, где их всегда примут, если они, конечно, в одиночку смогут добраться по Цэрбесу до родового гнезда.
– В десять лет?! Они же еще дети!
– В Цэрбесе дети взрослеют быстрее, чем на Земле. Закон природного равновесия обязывает учиться выживать еще с пеленок. К тому же продолжение рода в стихийном гнезде это осознанный и самостоятельный выбор, который принимают взрослые демоны, некоторые из них впоследствии покидают мое гнездо вместе со своими детьми, но большинство слепо надеются, что я разрешу оставить их детей в гнезде, хотя это происходит крайне редко, поэтому надеяться на подобное глупо и в высшей степени бессмысленно. Запомни мои слова, кьяни.
– Я не собираюсь заводить здесь детей, если вы намекаете на это.
– Вот и чудесненько.
Я мотнула головой, не желая дальше вообще развивать эту тему, а то и так уже полезли мысли о несчастных десятилетних демонятах, выставленных за ворота охраняемого родового гнезда стихийного демона в жестокий мир без попечения родителей, где их за каждым углом поджидает опасность и, что еще хуже, вероятная смерть.
Сэйн поднялся по парадной лестнице первым, толкнул неимоверно высокие двери стеклянного замка и широким размахом руки пригласил меня внутрь. А внутри все оказалось так же… стеклянно и холодно. Мебель почти отсутствовала, на стенах, отливающих синеватым оттенком, никаких картин, создавалось ощущение, что мы в ледяном замке. И та скудная мебель, что имелась – два кресла около входа, старинный канделябр, статуя обнаженной демоницы с рогами – все состояло из стекла.
Холл в замке был небольшим, напротив входа извивалась прозрачная лестница, ведущая на верхние этажи, и в воздухе, где-то в тридцати сантиметрах от пола, парила стеклянная платформа, альтернатива узкой лестнице, предназначенная для быстрого подъема. Слева и справа от платформы виднелись аркообразные проходы в длинные коридоры, такие же безликие и холодные, как этот холл. Мурашки невольно проступают на коже, когда понимаешь, что придется жить здесь, среди бесконечного стекла с оттенком льда, холода и привыкших к этому демонов. Замок лишь издалека казался красивым, но в итоге не представлял собой ничего, кроме пустой и отчужденной глыбы льда.
– Господин!
Я вздрогнула от радостного женского вскрика, эхом разлетевшегося по коридорам, и тут же увидела двух женщин – одну молодую с рожками, вторую в возрасте – лет сорока, совершенно обычную на вид – они обе выбежали из левого крыла замка, видимо поджидали нашего прихода, и моментально рухнули на колени перед Сэйном.
– Господин инспектор! Добрый вечер, господин! – елейно произнесла та, что с рожками, опустив голову. – Мы можем для вас что-нибудь сделать? Просить подать ужин? Наполнить ванну?
Для меня, свободного человека, видеть женщин, стоящих на коленях перед мужчиной, подобно бесправным рабыням, было ужасно. Наверное, именно это чувство – ужас, против воли отразилось на лице, потому как Сэйн первым делом обратился не к служанкам, через которых буквально перешагнул, а ко мне:
– Кьяни, которая не хочет вставать на колени перед своим хозяином – глупая кьяни, – нравоучительно, без тени улыбки поведал Сэйн, – а глупая кьяни – мертвая кьяни.
Я потерла виски, не отрывая взгляда от макушек неподвижно сидящих перед входом женщин, покорно ожидающих дозволения встать.
– Мне нужно время, – выдавила из себя три слова, хотя понимала, что, для того чтобы превратиться в нечто такое же бесправное, мне потребуется не просто время, а вечность, – либо нужен ежедневный хлыст, – тихо прошептала про себя, не думая, что кто-то услышит, – которым меня в итоге сломают.
Женщина без рожек дернулась и, разобрав мой лепет, тут же подняла голову. В ее глазах промелькнуло искреннее недоумение. Ах да… ясно как день, что этих женщин никто не заставляет кланяться Сэйну, они это делают по доброй воле, в благодарность за заботу, защиту и ту жизнь, которую он им дает. И все равно дико! Но дикость началась не здесь, а еще там, в камере смертников, или даже раньше, в моей квартире, с появлением охотников службы контроля.
– Это кьяни, – расстегивая мундир, Сэйн остановился на первой ступеньке извилистой лестницы, – она моя новая демоница. Пусть ее покормят, вычистят и избавят от запахов Земли.
Женщины медленно поднялись на ноги и послушно кивнули.
– Что еще желает господин? – все тем же елейным голоском поинтересовалась у Сэйна молоденькая служанка с кроваво-алыми глазами и короткими рожками, торчащими из темно-каштановых волос, собранных в высоких хвост на затылке.
– Сэйн желает ужин, – ответил демон в привычной манере, внимательно посмотрев на демоницу, которая закусила губу и сейчас играла с ним глазками. Очень так… вызывающе. – Кьяни должны объяснить порядки гнезда, выдать ей подходящую одежду, обеспечить посильной работой и местом для сна в комнате с другими демонами.
– В каком особняке, господин?
– В первом кьяни будет легче всего.
Понятно, в первом особняке. Значит, жить я буду не в ледяном замке, что меня все же радует. Может, для личных демонов условия не такие… стеклянные.
– Как прикажет господин, – женщина, очень похожая на обычного человека, поклонилась. – Я помогу вашей кьяни освоиться и подберу ей комнату.
Полностью расстегнув мундир, под которым у демона ничего из одежды не оказалось, Сэйн взглянул на меня, а я почему-то на его грудь… не знаю почему, наверное, чисто научный интерес. Все-таки натренированное тысячелетиями, хищное, сильное, демоническое тело. Сэйн любого может убить магией, своим взглядом, и я не сомневаюсь, что одним ударом руки тоже. Темные волосы разрастались на его невероятно мощной груди, которая мерно вздымалась под моим изучающим взглядом. Вереница волосков спускалась на рельефный живот и уходила под плотную ткань свободных штанов. Я понимаю Эни, точнее, могу понять. Вероятно, для демона Сэйн невозможно красив. Они-то тут небось все привыкли и к его безумным глазам, и к сумасшедшей манере речи, и к страшным рогам!
– Кьяни желает составить мне компанию после ужина? – усмехнувшись, демон перехватил мой взгляд и на одну ступеньку спустился вниз.
Я тут же отшатнулась к двери. Не-не-не! Научный интерес, ничего более!
– Кьяни сходит с ума! – завыла я. – Кьяни нужно прийти в себя! – я схватилась за голову, подумывая, что может я реально свихнулась, ну поехала крыша у меня, с кем не бывает. Вдруг я сейчас сижу в отделении с мягкими стенами и пускаю слюни…
– Кьяни действительно не помешает отдых, – неожиданно согласился со мной Сэйн. – Нэн поможет кьяни, – он указал на женщину в черном платье ниже колен, в белом переднике и ажурном чепчике, – Нэн все ей здесь покажет и объяснит.
– Конечно, господин, – служанка вновь поклонилась, но демон на нее не смотрел, он полностью переключил свое внимание на демоницу рядом. Та все еще играла с ним звериными глазками.
– Ты нравишься Сэйну, – наконец отреагировал он на ее заигрывания. Девушка смущенно потупила глаза, услышав эти слова, и стремительно покрылась румянцем, отчетливым таким, насыщенным.
– Если хозяин все еще желает компании, – пролепетала она взволнованно, – то Альмари с удовольствием ее составит.
Я покосилась на Сэйна. Даже интересно стало, что он ответит, но ответ не нуждался в словах. На жестком лице демона обозначилась улыбка – холодная и отстраненная, но похоже единственная, на которую Сэйн способен. Я поежилась, нутром ощущая тот внутренний холод мужчины, который снаружи умело маскировала обжигающая корка и магический огонь. Как можно желать его компании? Достаточно десяти минут, чтобы понять – Сэйн не способен ни на ласку, ни на нежность, ни на заботу в человеческом проявлении этого чувства. Зверь, он же демон. Жестокий и грубый, хищник этого мира, лидер пищевой цепи.
– Альмари может составить мне компанию, – благодушно разрешил Сэйн демонице, разворачиваясь и медленно поднимаясь по ступеням вверх, на второй этаж. Альмари хихикнула и побежала за ним следом, ни секунды не раздумывая. Счастливая, что на нее обратило внимание существо в десятки раз сильнее, мудрее и старше.
Я услышала короткий вздох. Нэн, низкорослая женщина в теле, которая вряд ли является объектом интересов Сэйна, с тоской посмотрела им вслед, вздохнула и только потом повернулась ко мне:
– Вы слышали хозяина, кьяни, – приняв невозмутимый вид, она решительно направилась на выход. – Идемте, я покажу, где вы будете жить.
Глава 5
Вблизи стеклянных особняков, расположенных в отдалении от замка, за плотной стеной невысоких, но густых деревьев кипела жизнь. Демоны – мужчины и женщины, с рогами и без, человеческой внешности и совсем звериной, в возрасте, но в основном молодые – сновали туда-сюда, как муравьи, собирали урожай с садовых деревьев, заносили в дома корзины с фруктами, переговаривались между собой и смеялись. В одном таком особняке на Земле спокойно могли бы проживать до сорока семей, обычный трехэтажный дом, только состоящий из стекла, от бликов которого болели глаза, с аркообразными окнами, украшенными цветными витражами и небольшими открытыми балкончиками.
Я заметила несколько обособленных компаний, в основном женских, они держались поодаль от остальных демонов – прогуливались небольшими стайками вдоль реки по шесть-десять демониц, беззаботно болтали и шутили о чем-то своем, почти как обычные люди на отдыхе. Всем демонам без исключения нравилось покровительство Сэйна, как и их жизнь в стихийном гнезде.
Следуя за Нэн, я чувствовала на себе оценивающие взгляды со стороны. Многие демоны заинтересованно оборачивались на новенькую кьяни в странных мужских обносках, висящих на ней мешком и, судя по недоуменным лицам, не понимали, что она тут забыла среди них – ухоженных и рогатых. Я тоже не понимала. Не понимала, что я вообще делаю в Цэрбесе, почему именно сейчас, после того как за плечами осталась целая жизнь – человеческая, в другом мире, вдали от всего этого.
Нэн провела меня по аллее садовых деревьев, усыпанных голубыми плодами, круглыми, как огромные яблоки, но с потусторонним свечением вокруг, словно внутри каждого фрукта была зажжена яркая лампочка, настолько яркая, что свет пробивался наружу и окутывал мягким свечением все дерево. И это почему-то показалось мне невероятно завораживающим и таким любопытным, что я невольно остановилась, рассматривая необычайной красоты явление. Сердце в груди забилось, требуя сорвать светящийся плод, прикоснуться к нему, попробовать на вкус… И я прикоснулась, с удивлением отметила, что он горячий, но тут же отдернула руку, услышав испуганный вскрик:
– Что вы делаете?! Не смейте это трогать, если помирать не собираетесь! – остановила меня Нэн, когда я уже потянулась к одному из плодов, одиноко весящему на нижней ветке. Такой сочный и, наверное, вкусный, а я такая голодная… – Вы что, впервые увидели дерево смерти? – Нэн недовольно взяла меня за руку и повела прочь, дальше по аллее. – Плоды привлекают внимание, но один кусочек, и вас вряд ли спасет даже хозяин. Их собирают не для демонов. Плодами смерти питаются грифоны, а магическим соком плодов и энергией смерти – костяные псы.
Я обернулась, полностью поддаваясь неконтролируемому желанию вернуться и сорвать запретный, сочный, вкусный… О чем я вообще думаю?!
– Что за чертовщина? – я замотала головой, прогоняя из своего сознания чужой голос, который так настойчиво упрашивал меня вернуться. – Я одна это вижу?
Плоды смотрели на меня с каждой веточки, покачивались в такт ветру, и деревья тянулись листочками в нашу сторону, прогибаясь в стволах.
– Так, идемте скорее! – Нэн нахмурилась и потащила меня вперед, все дальше и дальше от плодов смерти, в глубь аллеи, мимо собирающих урожай демонов к одному из многочисленных стеклянных особняков. – Вам стоит привыкнуть к запаху цветущих деревьев, иначе галлюцинации обеспечены, – посоветовала Нэн, все еще удерживая меня, видимо опасаясь, как бы я не сиганула обратно, ведомая желанием сдохнуть от манящих плодов. – Сейчас как раз сезон цветения. Большинство демонов вынуждены заниматься садом, чтобы сократить…хм, скажем так, расходы на корм грифонам и псам. В дни солнцестояния они предпочитают мясо, но сейчас довольствуются и плодами. Наземные и воздушные проходы в гнездо охраняют именно псы и грифоны, если они сыты – мы в безопасности, если они начинают голодать, мы не защищены, а значит уязвимы. В интересах всех демонов поддерживать жизнь стихийного гнезда, даже если хозяин и его семья подолгу отсутствуют в имении.
– У Сэйна есть семья? – не то чтобы я удивлена, просто неожиданно. Он не похож на семейного человека или пусть даже демона.
Нэн недоверчиво на меня посмотрела. Очень так недоверчиво. И я поняла, что мой вопрос ее поразил.
– Разумеется есть, – медленно протянула она, словно объясняя какую-то элементарную вещь несмышленому ребенку, – вы об этом не знали? Двое сыновей, оба высшие демоны. Они такие же полноправные хозяева стихийного гнезда Лирэй, как и их отец.
Я пожала плечами. Не знала, не спрашивала, никто об это не говорил. Впрочем, это и неважно. С такими любвеобильными служанками удивительно, что только двоих демонят умудрились заделать. Здесь, наверное, каждая третья жительница Цэрбеса желает понести от инспектора службы контроля демонического ребеночка. Я представила себе эту картину – малыш с рожками – и усмехнулась. Все дети милые и хорошенькие, пусть даже с рогами… но любые дети неизбежно взрослеют и превращаются в менее хорошеньких и совсем непривлекательных демонов.
– Столовая, душевые и общий зал находятся на первом этаже, – начала рассказывать Нэн, заводя меня в стеклянный особняк, самый ближайший к замку и, похоже, менее заселенный, чем остальные. – Жилые комнаты занимают второй и третий этаж, а так же чердак.
Внутри относительно тихо и спокойно: просторный холл с белоснежными и, к моей радости, обычными, кожаными диванами; с живыми растениями в высоких горшках и статуями обнаженных по пояс демониц, идеально вписывающихся в лаконичный и до жути холодный интерьер. Две извилистые лестницы, ведущие на верхние этажи, располагались напротив парадной двери, под ними скрывался аркообразный проход в коридор, как раз ведущий в столовую, куда мы с Нэн и направились.
– Обычно завтрак, обед и ужин проходят по единому для всех расписанию, но сегодня хозяин разрешил сделать для вас исключение. – Нэн подозвала к нам служанку, работающую в столовой, до этого начищающую до блеска стеклянные столы. Расторопная и молодая шестирукая демоница в белоснежном переднике выслушала приказ Нэн подать ужин, кивнула и тут же исчезла из поля зрения. – Вам следует запомнить, что обычно хозяин не делает исключений, – Нэн села за ближайший столик, – в следующий раз, если вы случайно пропустите обед или ужин, вас никто не накормит, придется дожидаться утра. Это касается и всего остального. Учитесь придерживаться правил жизни в гнезде, кьяни, и общего распорядка.
Ужин принесли почти сразу. Демоница молча поставила две прозрачные тарелки с какими-то фруктами или овощами на стол и также молча удалилась, возвращаясь к излишне тщательному натиранию столиков, хотя они уже и без того блестели, как и стеклянные стены, и пол, и потолок.
– Почему здесь все из стекла? – наконец мое любопытство не выдержало. – Это же не совсем практично.
– Это драконье стекло, – отмахнулась Нэн, с удовольствием уплетая за обе щеки непонятные фрукто-овощи, – не бьется, не царапается, не пылится. Куда практичней-то? Нет куда более прочного материала, чем стекло, опаленное пламенем северных драконов. И вообще-то это странно, – озадачилась Нэн, – странно, что вы задаете подобные вопросы, кьяни.
– Что поделать…
– Почему вы ничего не знаете? Вы из темного квартала? Хозяин выкупил вас из рабства или где-то нашел?
Я поковырялась вилкой в овощах с паприкой. Вроде кабачок, но красный, немного поджаренный, и при малейшем нажатии из него вытекает кровь или алый сок. Это точно съедобно?
– Нашел – это громко сказано, – сухо ответила я и после недолгого раздумья все же пояснила: – Я из другого мира, с Земли, а не из темного квартала, и в рабстве тоже никогда не была. – Я задумалась, правильно ли вообще делаю, что рассказываю Нэн о себе. Как местные отнесутся к тому, что теперь с ними будет проживать иномирное существо? Хоть и безобидное, и возможно временно. – Я жила на Земле с рождения двадцать пять лет, у меня была прекрасная человеческая семья, поэтому простите за вопросы, Нэн, но я и вправду ничего не знаю ни о Цэрбесе, ни о вашем драконьем стекле, ни о хозяине. Здесь есть драконы?
– Е-есть…
Нэн оторвалась от трапезы и напряженно покосилась на меня. Я заметила тревогу в ее глазах, чуть ли не страх. Зря, наверное, рассказала про Землю. Не все здесь такие жизнерадостные и дружелюбные, как Эни, по лицам же вижу. Я опустила голову, чтобы не смущать служанку, и снова поковырялась в овощах, с интересом изучая красную субстанцию. Попробовав ее на вкус, убедилась, что это действительно кровь, и решила даже не размышлять над тем, что едят здесь демоны и что это за странный кровавый овощ и овощ ли вообще, а то вдруг навсегда аппетит пропадет. Поэтому я просто последовала примеру Нэн. Есть надо, что дают и когда дают, если не буду есть, то скорее умру от голода, чем от какого-нибудь сумасшедшего демона или хищного животного.
После ужина Нэн провела краткую экскурсию по коридорам стеклянного особняка, предназначенного исключительно для личных демонов Сэйна с редкими видами магии. На мой вопрос, для чего Сэйну нужна редкая магия других демонов и как он ее использует, Нэн широко улыбнулась и сделала вид, что вопроса не расслышала, лишь продолжила дальше объяснять про жизнь в гнезде.
Каждый особняк придерживался своего распорядка. Каждый демон участвовал в жизни стихийного гнезда. Кто-то работал на кухне, кто-то прислуживал господину в замке, другие занимались садом и хозяйством, мужчины с боевой магией и развитой физической силой, те, кого лично отобрал Сэйн – охраняли обширную территорию имения от вторжения диких существ и незваных гостей. Гнездо большое, а если верить Нэн, то чуть ли не самое густонаселенное из стихийных гнезд в Цэрбесе, поэтому работы здесь хватало на всех. Поддерживать жизнь такого гнезда тяжело.
– Любой демон, проживающий в стихийном гнезде, обязан вносить свою лепту в его существование, иначе рискует лишиться поддержки хозяина, – между делом скрыто пригрозила мне Нэн, придерживаясь одной рукой за перила и осторожно поднимаясь по извилистой, стеклянной и, чего уж греха таить, скользкой лестнице на второй этаж особняка. – Изгнанные из гнезда демоны уже никогда не обретают новых хозяев, поэтому они вынуждены существовать в Цэрбесе в одиночку. День, два, в крайнем случае, месяц. Одиночки, которые не смогли найти свое родовое гнездо или какое-нибудь убежище в одном из кварталов в Цэрбесе, не выживают – это вам на заметку… кьяни.
– Ясное дело, – хмыкнула я, поднимаясь за Нэн следом, – дайте-ка угадаю, их сжирают животные или убивают более сильные демоны?
– В большинстве случаев изгнанных убивает климат, но вы правы, другие демоны тоже не упустят возможности заполучить магию ослабленного демона, его жизненные силы и реже всего плоть. Кое-какие виды питаются мясом демонов. – Заметив мое отвращение, Нэн пояснила: – Например, трупоеды – низшие создания, или бедняки из темного квартала, еще некоторые разновидности горных демонов, арьгов и… – она взглянула на меня и резко замолчала.
– И кто? – потребовала продолжения я.
– И… кьяни, – нехотя закончила Нэн, развернулась и ускорила шаг, уходя от дальнейших расспросов.
Я остановилась на лестнице, вцепилась рукой в гладкие перила и закрыла глаза, чувствуя, что меня мутит.
– Нет, – пробормотала я, – нет, это неправда. Может, тогда я не кьяни вовсе?
Но Нэн уже ушла вперед и меня не слышала.
– Кьяни, пожалуйста, не отставайте!
Я отпустила перила и, шмыгнув носом, поплелась наверх, медленно догоняя Нэн, которая, ко всему прочему, оказалась одной из десяти смотрительниц стихийного гнезда Лирэй. Именно она отвечала за порядок в замке и за состояние личных демонов Сэйна, назначала рабочих и следила за служанками в особняках. Ей подчинялась вся прислуга, а личные демоны через нее получали указания и пожелания своего господина. Что она за демон, я поняла не сразу, лишь когда она во всю продемонстрировала несколько рядов своих острых зубов, точно таких же, как у того парня в комнате смертников. Вампир. Нэн – вампир.
По всему коридору на втором этаже, как в гостинице, тянулась вереница жилых комнат. Некоторые двери были открыты и, проходя мимо, я искоса заглядывала внутрь, вот только ничего хорошего для себя не увидела. Условия жизни, как в военной казарме, в каждой комнате десяток двухъярусных кроватей без каких-либо перегородок, располагались они через два метра друг от друга. Туалеты и душевые на первом этаже. Удобства не сахар, но никто и не обещал простую новую жизнь.
– У меня нет никаких вещей, – обратилась я к Нэн, – даже сменной одежды.
– Позже я выдам вам все необходимое.
– А что насчет личных вещей? – с напором повторила я, намекая, что неплохо бы в сложившейся ситуации иметь хотя бы сменное белье и женские принадлежности, а то кошмарный переворот в жизни становится только кошмарнее, и никакого просвета пока не видно, лишь тьму в глубокой погребной яме. – Здесь есть магазины? Или что-то подобное? Может, лавки, ярмарки, рынки? Я могу купить себе вещи, белье и все необходимое? Мне нужны для этого деньги? Или вы не деньгами расплачиваетесь? Как их заработать? Что для этого здесь нужно делать?
– Не знаю, что такое «деньги», – нахмурилась смотрительница, – но покидать территорию без разрешения хозяина всем личным демонам запрещено. Если вам необходима какая-то одежда, помимо общепринятой формы гнезда Лирэй, то вы должны сшить ее сами, как это делают все демоны и демоницы в нашем гнезде, да и вообще во всем Цэрбесе.
– Сшить? – со смешком переспросила я, неуверенная, что Нэн меня до конца понимает. – Одежду? Нижнее белье? Ночные сорочки? Обувь?
– Да что хотите, то и шейте. Вас никто не ограничивает в полете фантазии.
– Ага… А нитки, швейную машинку, материалы и выкройки я тоже должна себе нафантазировать? Как вы вообще это представляете?
– Очень просто! Магией пользоваться умеете?
– Нет.
– Что ж, – Нэн развела руками, – очень жаль, стоит обучиться хотя бы бытовым азам, потому что всю необходимую одежду мы шьем из корневидных нитей магического древа Вивьен. Для этого нужна магия и свободное время, никаких машинок и всего прочего вам не потребуется. Сад Вивьен находится у скал на южной стороне гнезда. Но не забывайте, что вне жилого особняка вы должны придерживаться формы одежды личных демонов.
Отлично. В мире магии без магии делать нечего. Теперь вопрос на миллион – а где, собственно, мне взять магию? Или как ей обучиться?
– Так, кьяни, вам сюда. – Нэн толкнула одну из незапертых дверей и впустила меня в комнату, где играла тихая музыка и еще в коридоре слышались отчетливые женские голоса. – Прошу, заходите. Здесь вы будете жить.
В комнату-то я заглянула, но вот переступать порог что-то совсем не захотела. Не после того, как несколько пар глаз воззрились на меня в немом удивлении, которое с каждой секундой принимало агрессивно настроенный оборот. И уже через какое-то непродолжительное время все демоницы, присутствующие в комнате, смотрели на меня с откровенной враждой в звериных глазах.
– Заходите, заходите! – недовольно заворчала Нэн, совсем не с женской силой заталкивая меня внутрь. – Чего вы в дверях-то застряли!
До нашего появления демоницы лежали на кроватях, разговаривали, слушали мелодичные мотивы, разлетающиеся по комнате из динамиков стеклянной коробки с антенной, самые младшие из них, почти дети – лет двенадцати, играли в карты или не в карты, но в нечто похожее – в какие-то цветные карточки, задорно смеялись и шутили. Но все резко и кардинально изменилось, как только дверь открылась и Нэн впихнула меня в комнату, нарушая личное пространство дружной компании, уже сформировавшейся, должно быть, за многие годы жизни в гнезде. И я в эту компанию совсем не вписывалась, уже хотя бы по внешним демоническим признакам. Рогов у меня нет, клыков и острых ушей тоже, даже лишней пары рук не имеется. «Интересно, – я задумалась, – а считается ли отсутствие рогов и всего остального как признак непривлекательного внешнего вида в Цэрбесе?» Просто ничем другим объяснить ярую неприязнь к моей безобидной персоне у всех здесь присутствующих я не смогла.