- -
- 100%
- +
Когда старик пошел назад в дом, то задержался на секунду возле двери, а потом резко повернулся и посмотрел в сторону забора, за которым прятались дети, наблюдавшие за ним.
Вся дружная компания отпрянула от щели в штакетнике, а мужчина, постояв несколько секунд, зашел в дом.
— Кто это? — прошептал Жорик, когда дети снова начали разглядывать дом странного соседа.
— Это дед Арсений. Он один живет, так бабушка Пелагея рассказывала, — сказала Катерина. — У него нет внуков.
— У него когда-то был сын.
Все повернулись и посмотрели на Сергея.
— Тебе-то откуда знать, ботаник?
Мальчик не обратил внимания на выпад в свой адрес, просто поправил очки и ответил Феде:
— Слышал разговор мамы и папы, когда они решали, ехать на день рождения бабушки или нет. Когда-то давно его сын здесь пропал. Его так и не нашли. А потом умерла жена деда Арсения…
Неожиданно со стороны дома послышалось, как хлопнула дверь. Вся компания дружно повернулась и уставилась в щели забора. В их сторону шел этот самый дед. Он выглядел очень устрашающе. Обросшая голова и длинная запутанная борода придавали ему вид лешего. Старая, грязная потрепанная рубашка и потертые темные трико, пыльные стоптанные калоши на ногах говорили о том, что старик уже много лет ничего себе не покупал и не обновлял гардероб, не говоря уже о чистоте тела.
Прихрамывая на одну ногу, медленно, дед Арсений шел в их сторону. В руках он держал какой-то странный холщовый мешок с завязками сверху.
Ребята отпрянули от забора и побежали в сторону леса. Девочки визжали, а Жорик и Владик кричали, чуть не плача. Им было страшно, как и взрослым ребятам.
Ваня, который тоже побежал за всеми, споткнулся в двух шагах от забора и упал прямо на дороге. Ударившись сильно коленкой, он перевернулся на спину и схватился обеими руками за ногу. Было больно, но он не заплакал, а просто сморщился и застонал.
В этот самый момент, открылась маленькая калитка, и из нее вышел тот самый страшный дед. Он, недолго думая, поковылял прямо к мальчику.
Ваня лежал на спине, держась за ногу, с закрытыми глазами. Когда чья-то тень закрыла солнце, он приоткрыл веки и увидел перед собой мохнатое чудовище. Крик страха застрял в горле. Мальчик не мог даже слова сказать. Забыв про боль в коленке, он смотрел испуганными глазами на человека, напоминавшего лешего из сказок. Только вот злой он или добрый, мальчик не знал.
Это чудовище схватило Ваню за шиворот и поставило на ноги. Страх настолько сильно парализовал парня, что он не мог сопротивляться. Ваня чувствовал, как дрожат его руки и ноги. Он смотрел безумными глазами на старика, не зная, что ему делать. Язык прилип к небу, в горле пересохло.
Старик хмуро смотрел на ребенка. Его обветренное, опаленное солнцем лицо было спрятано за толщей бороды и усов. Над правым глазом виднелся глубокий шрам, рассекавший кустистую бровь.
Он разглядывал мальчишку, который даже не пытался сопротивляться. В его руке болтался большой мешок, в котором явно что-то лежало. Не отпуская Ваню, старик подтолкнул его за шиворот, и они вместе пошли к калитке.
Мальчик молча шел за этим страшным мужиком, боясь проронить хоть слово. Они зашли во двор, и за ними закрылась калитка.
Ребята, которые все это время были на окраине леса, наблюдая за всем происходящим, потихоньку начали выходить из своих укрытий.
Послышался тихое всхлипывание Василисы. Девочке было всего девять лет, и она сильно испугалась, когда все побежали в лес. А когда Ваню, маленького мальчика их соседа, схватил какой-то страшный лохматый старик, она чуть не разрыдалась в голос.
— Василиса, — начал гладить ее по спине брат Вадик, — не плачь. Мы сейчас пойдем домой и расскажем бабушке и дедушке, что Ваню забрал страшный дед Арсений. Они его обязательно поколотят и освободят Ванечку.
Девочка вытирала слезы. К ней подошла Алена и начала успокаивать. Все остальные подбежали к забору.
— Ты что-нибудь видишь? — спросил Коля брата-близнеца Фёдора.
— Нет. Он, наверное, его в дом потащил или в сарай, — Мальчик махнул головой в сторону отдельного строения.
— Может, он его уже того?
— По логике, если бы старик начал убивать Ваню, то тот скорей бы всего кричал и пытался убежать, но со стороны дома не доносится ни звука.
Все повернулись и посмотрели на Сережу.
— Слышь, ботан. Ты че, такой умный, да?
— Нет. Просто много читаю книг. Чего и тебе желаю. По логике, если убийца берет жертву в заложники, то он начинает кричать и вырываться. Звать на помощь. Иван, в данном случае молча, направился в дом старика. Здесь несколько вариантов. Первый — у брата мог быть шок, сдавило горло, и он не смог позвать на помощь. Второй — ему угрожали, и он молчал.
— А в-третьих? — усмехнулся Колька.
— В-третьих, — сказал Сергей, вновь поправляя очки в области переносицы, — Ваня, скорее всего, уже мертв.
После этих слов Василиса зарыдала еще громче, а Алена, Алиса и Катя округлили глаза в ужасе. Вадик и Жора побледнели.
— Ты че несешь? — начал наступать с кулаками на Сергея Федя.
— Подожди, — остановил его Коля, — надо проверить. Не оставим же мы Ваньку в доме с этим лохматым чудовищем. Он сто процентов жив.
Колька повернулся и тайком показал Сергею кулак.
— Так, — сказал возбужденный Федя. — Алиска, Катька, берите малышей и идите с ними домой, а мы с Колькой пойдем к дому. Надо Ваньку спасать.
— Я тоже пойду, — возразила Алиса. — Ваня мой брат. Пусть Катя идет с малышней.
— А почему я? — возразила Катерина. — Я тоже хочу помочь.
Между девочками начался спор.
— Тише вы, — шикнул на них Федя. — Обе идете домой. Вы нам только мешать будете. Мало ли. Вдруг нас тоже поймают.
— Ой, — вскликнула Алиса.
Федя кинул быстрый серьезный взгляд в сторону сестры.
— Я сказал, мало ли. Но мы с Колькой не сдадимся просто так. Поэтому топайте домой. Если что, ждите нас там. Только взрослым ничего не говорите.
Девочки перестали спорить и, взяв детвору, пошли туда, откуда пришли, пообещав, что будут ждать их возле дома.
Солнце уже клонилось к закату, когда Федька и Колька, как два шпиона, открыли калитку и зашли во двор старой дачи Арсения Петровича Причалова.
Глава 3
Когда Ваня побежал за всеми, он неожиданно для себя споткнулся обо что-то и упал, проехав одной коленкой по асфальту. Ногу засаднило, а на коже появились кровавые царапины. Ваня повернулся на спину и согнул ногу в коленке, обхватив ее руками. Было больно, но он не заплакал, а только зажмурился и застонал. Солнце палило вовсю, но через несколько секунд его закрыло чья-то тень. Открыв глаза, он увидел перед собой старика. Тот стоял хмурый, весь обросший, с темным от времени лицом и кучей морщин. Правую бровь рассекал глубокий шрам. Он походил на снежного человека, которого Иван видел только в фильме, который ему разрешили посмотреть.
На старике была старая рубашка, которая болталась на теле как тряпка, и потертые трико. В руках он держал большой холщовый мешок. Вокруг, кроме Вани и деда, никого не было. Ребята убежали, а он не успел. Это всё его странная неуклюжесть виновата. Он даже в саду мог запутаться в собственных ногах.
Страх пробрался под майку, хватая тело мальчика холодными щупальцами. Крик застрял в горле. Во рту пересохло.
Старик нагнулся и схватил ребенка за шиворот. Подняв его на ноги, он подтолкнул Ваню вперед и тот, как теленок, пошел за ним. Почему, он и сам не знал. То ли от страха силы куда-то делись, то ли еще по какой-то причине, но мальчик молча направился с дедом в его дом. Вернее, дед вел его, держа за шиворот.
Зайдя внутрь вместе со стариком, Ваня осмотрелся. Это был коридор, темный, со старыми свисающими обоями в некоторых местах и деревянным полом. Дед молча подтолкнул мальчика вперед, и они вошли в комнату побольше, где стояли старый диван, накрытый серым пледом, и круглый стол со стульями. В углу, возле большого окна, — два коричневых кресла, а вдоль стены — большой сервант. Внутри за стеклом Ваня заметил фотографии ребенка. На каждом снимке мальчик был разного возраста. С краю стояло, видимо, последнее фото, где ребенку на вид было лет девять-десять.
Старик посадил Ваню на один из стульев возле стола, кинул мешок на диван, а сам вышел в другую комнату через проход в зале.
Мальчик осмотрелся. Дом внутри был таким же обветшавшим, как снаружи. Здесь явно давно не делали ремонт. В другой комнате загремела посуда. Ваня медленно поднялся со стула, но нога в месте, где была болячка, защипала, мальчик поморщился. Нужно бежать отсюда, но как и куда — он пока не понимал. Старик мог схватить его в любую секунду.
Бабушка говорила, что этот дед живет один и совсем одичал от одиночества. Ни с кем не общается и никуда не выходит. После смерти его маленького сына и жены он долго еще пытался найти своего ребенка, но это ничего не дало. Много лет он ходил по местному лесу, нырял в озеро, но безрезультатно. Он надеялся найти если не живого мальчика, то хотя бы мертвое тело, чтобы похоронить по-человечески, но и это ему не удалось.
Кто-то думал, что ребенка украли и увезли куда-то, но эта версия не подтвердилась. Мальчика объявили пропавшим без вести. Почему исчез именно его сын, для всех осталось загадкой.
Ваня посмотрел в сторону соседней комнаты, где старик чем-то гремел, и увидел стол, на котором лежало что-то красное. Рядом был воткнут большой нож с черной ручкой.
Мальчик поежился, чувствуя, как холодок пробежал по телу, а мурашки дошли до самого затылка, покрывая всю спину.
Неожиданно все стихло, только звук капель, которые стекали со стола и падали на пол, были слышны в этом старом доме. Ваня присмотрелся и побледнел. На полу образовалась небольшая кровавая лужа. Так вот чем так пахло! Он, когда вошел с дедом в дом, сразу почувствовал запах чего-то сладкого вперемешку с запахом пыли.
Мальчик смотрел немигающим взглядом в проход, когда вдруг появился старик. Ваня подтянул ноги к себе и поморщился. Коленка заныла. Его большие глаза, наполненные страхом, смотрели прямо в глаза старику. Но когда взгляд ребенка упал ниже, он увидел в руке деда большой нож. Старик сжимал рукоятку пальцами, а потом двинулся к мальцу. Ваня от страха закричал и закрылся руками, как бы защищаясь. Но ничего не происходило. Старик подошел с ножом к серванту и начал ковырять им в замочной скважине. Через минуту что-то щелкнуло, и дверца открылась.
Ваня чувствовал, как сердце от страха бешено стучит о ребра. Он часто задышал и чуть не плакал. В глазах стояли слезы.
Старик достал из серванта вату и какой-то пузырек с коричневой жидкостью. Подойдя к испуганному мальчику, он положил нож на стол, а сам открыл пузырек и промокнул кусок ваты пахучей микстурой. По комнате разнесся запах йода.
Поднеся вату к коленке, он помазал покарябанное место и стал дуть. Ваня почувствовал, как начало щипать, сначала поморщился, а потом закричал.
Дед поднялся с корточек и, собрав лекарство, убрал обратно в сервант. Взяв большой мешок, который он кинул на диван, открыл его и достал горсть карамелек. Подойдя к испуганному Ване, он вложил ему их в ладонь. Мальчик посмотрел на конфеты и слегка улыбнулся.
Старик взял Ваню за руку и повел к двери, но только уже с другой стороны дома. Выйдя с ним на улицу, где после тусклого света комнаты глаза ослепило яркое солнце, он подвел мальчика к забору и открыл калитку.
Ваня выбежал как ужаленный со двора старика и побежал к своему дому, где стояла толпа детей.
***
Федя и Коля, проводив взглядом ребят до поворота, подошли к калитке, куда совсем недавно старик потащил их брата Ваню, и тихонько открыли ее. На полусогнутых ногах, сквозь высокую зеленую траву, вперемешку с сухой, они, пряча головы и стараясь не высовываться, пробирались к дому.
В окнах ничего не было видно. Солнце падало на стекла так, что они отражали свет и слепили глаза. Мальчишки потихоньку вбежали на крыльцо старого обшарпанного дома и затихли. Коля приложил ухо к двери, но ничего не услышал.
— Как думаешь, — прошептал он, глядя на брата, — Ванька еще там?
Федя пожал плечами и приложил палец к губам, а потом и сам начал прислушиваться к тишине внутри дома. Мальчик пытался хоть что-то услышать за дверью, но как он ни старался, ничего не слышал. Он смотрел на испуганного брата, который просто пожал плечами.
Через две минуты, когда Федя безнадежно оторвался от двери, раздался крик Ваньки. Близнецы от страха побледнели и кинулись обратно к калитке.
— Скорей, бежим! — крикнул Колька, выбегая первым со двора старика. — Надо срочно рассказать родителям и всем, что нашего брата пытает дед Арсений!
Ребята добежали до поворота и чуть лоб в лоб не столкнулись с мальчишками, которых знали все в дачном поселке. Витька, Женька и Димка. Родители привозили этих друзей, как только заканчивался учебный год, и не только. Эта троица проводила здесь большую часть времени. Выходные, каникулы и длинные праздничные дни.
Видимо, они настолько надоедали своим родителям, что те пытались от них отдохнуть, сплавляя к бабушкам и дедушкам.
— Какие люди!
— И без охраны!
Вся троица захохотала в голос. Были они чуть старше близнецов, Федора и Николая, но вели себя как шестнадцатилетние подростки. Могли и побить, и обозвать, в общем, самые настоящие подрастающие бандиты.
Федька посмотрел на них и нахмурился. От быстрого бега он тяжело дышал, но это не мешало ему сделать серьезный вид.
— Нам некогда, мы спешим, — ответил он ребятам.
Женька усмехнулся. Он был самым старшим. Мальчику недавно исполнилось четырнадцать лет, и он на правах старшего всегда выступал первым.
— Что, пора в койку, а то бабка с дедкой заругают?
Вся троица снова засмеялась.
Колька увидел, как у его брата сжались кулаки, а ноздри заходили ходуном от злости.
— Серьезно, — решил влезть Николай, — там нашего Ваньку дед Арсений убивает, мы домой бежим, родителей позвать.
Ребята перестали смеяться и нахмурились.
— Брешешь, — сказал Димка, самый младший из всех.
— Я серьезно. Федь, скажи, — Колька посмотрел на брата, который все еще стоял с грозным выражением лица.
— Пацаны, нам, правда, надо бежать. Дед Арсений схватил нашего маленького брата и потащил к себе в дом. А потом Ванька начал кричать.
Тут уже Женька стал серьезным.
— А на фига вы к нему поперлись? Все знают, что он дикий.
Димка покачал головой.
— Хана вашему брату.
Колька испуганно посмотрел на Димку и тихо пропищал.
— Федька, побежали. Там наш Ванька один на один с этим сумасшедшим в доме.
Ребята расступились, и близнецы побежали в сторону дома.
Витька посмотрел убегающим вслед мальчишкам и сказал:
— Пошли, пацаны, посмотрим, что там.
Ребята быстрым шагом направились в сторону дома Комаровых.
***
Ванька подбежал к воротам своего дома, где стояли перепуганные Катя, Алена и Алиса. Они все это время смотрела на дом деда Арсения. Проводив во двор Жору, Вадика и Василису, они остались стоять возле ворот. Говорить что-либо взрослым дети побоялись. Увидев, как открывается калитка, девочки замерли в ожидании. Они боялись, что сейчас выйдет старик и направится к ним, но из калитки выскочил испуганный Ванька и рванул прямиком к дому.
— Ты как? Что он с тобой сделал?
Алена взглянула на коричневое пятно на коленке мальчика.
Ванька отдышался и, повернувшись, посмотрел на дом Арсения Петровича, но калитка была закрыта. Значит, старик за ним не пошел.
Мальчик выдохнул и открыл ладонь, в которой лежала горстка карамели.
— Вот!
— Что это? — спросила Алена.
— Дед мне конфет дал из того большого мешка, который был у него в руках.
— А с коленкой что?
— Это он мне какой-то гадостью намазал. Щипало жутко, я даже закричал. Но он мне конфет дал и до калитки проводил.
— Так он что, просто болячку твою помазал?
— Ага, — ответил Ваня и еще раз посмотрел на дом деда Арсения.
Тут из-за угла появились два близнеца. Они неслись с такой скоростью, что все подумали, что что-то случилось. Но когда те увидели Ваньку, сбавили обороты и, запыхавшись, подбежали к калитке.
— Ты живой? Он тебя не убил?
Колька полез обнимать брата.
— Ты чего? — сказал удивленный Ванька. — Он мне болячку помазал и конфет дал. Он и вам хотел дать, но вы разбежались и бросили меня.
Иван обиженно отвернулся и тут же получил подзатыльник от Федора.
— За что? — мальчик потер голову.
— Это чтобы быстрее бегал.
Тут послышался голос, от которого мурашки пробежали по спине.
— Так вот как вашего брата дед Арсений убивает!
Ребята повернулись на голос и увидели трех друзей, которые как, оказалось, пошли следом за Федором и Николаем.
— Да они просто струсили, Женек, — сказал, усмехаясь, Витька, — нас увидели и придумали эту историю с младшим братом.
Федька хотел что-то сказать, но послышался шум открываемой калитки. На улицу вышли Пелагея и Николай Звягинцевы. С ними рядом шел Жорик.
— Катерина, ты здесь? Хорошо, — сказала Пелагея Эдуардовна, — уже поздно, вечер на дворе, пойдем домой. Завтра поиграете.
После этих слов троица засмеялись в голос. Катерина покраснела, а Федя сжал кулаки.
Следом вышел Константин Быстров и его внуки Вадик и Василиса.
Попрощавшись с ребятами, каждая семья пошла к себе домой. Федор, Николай, Алиса и Алена с Ваней вошли во двор, где их родители убирали со стола. Вечер подошел к концу, а значит, скоро всех отправят спать.
Глава 4
После вечерних посиделок на кухне все начали расходиться по комнатам. Маленький Сашенька капризничал и тер глаза.
— Екатерина, давай я его уложу?
Клавдия Петровна трясла мягкой игрушкой, пытаясь успокоить малыша.
— Да нет, мам. Я сама. Не пойму просто, в чем дело, второй день так себя ведет. Может что-то беспокоит?
Катерина поднялась с дивана и, взяв сына на руки пошла с ним наверх.
— Андрей, еще немного — и пусть мальчишки тоже поднимаются. Время уже позднее.
Наталья закатила глаза. Ее сестра всегда такой была, даже в детстве. Вставала и шла спать, крича матери, что времени уже много, и они все идут по комнатам. Непонятно, что ей двигало, но Глебу, Тимофею и Наташе приходилось идти спать.
Тимофей…. Наталья почти не помнила брата. Он пропал, когда ей было шесть лет, а Кате — семь. Глеб тогда сильно переживал и винил себя, хотя это было не так. Они просто поменялись кроватями в тот день. Мать до сих пор считает, что Тимофей вылез из окна спальни и по крыше первого этажа спустился вниз. Этого никто не слышал. Мальчик убежал, и что с ним случилось, никто не знал. Мысли ее прервал голос Глеба.
— Мы завтра в обед домой поедем. У меня в ночь самолет, лечу на конференцию. Нужно почитать лекцию в нескольких институтах для абитуриентов. Ребятам необходимо знать, куда они поступают, и что их ожидает в будущем.
Клавдия Петровна заулыбалась.
— Ты как отец. Очень любишь свою работу и готов посвятить ей всю свою жизнь. Глебушка, но семье необходимо уделять больше внимания. Вон у Катеньки уже четверо детей. У Натальи двое. Вам бы с Валюшей задуматься еще об одном.
Глеб тут же напрягся.
— Не надо, мама. У нас прекрасный сын, нам этого хватает.
Женщина не стала развивать эту тему дальше, а просто опустила голову и затеребила край своего платья.
Андрей встал, хлопнул в ладоши и сказал, обращаясь к своим детям:
— Так, парни, пора на боковую.
— Алена, Алиса, — отозвалась Наталья, — вы тоже давайте.
Девочки заканючили, но под строгим взглядом отца поднялись и пошли вслед за мальчишками наверх.
— Вы давайте укладывайтесь, а я позже приду и почитаю вам сказку, — крикнула Клавдия Петровна.
— Мама, — улыбнулась Наталья, — они уже взрослые, какие сказки? У каждого есть мобильный телефон, из которого они не вылезают.
— Ничего. Мы найдем, о чем почитать, — ответила Клавдия Петровна.
Мужчины вышли на веранду, подышать воздухом, Наталья и Валентина начали прибирать чайный столик, а старушка пошла за детьми на второй этаж.
Федя и Николай заняли кровати сверху и кидали друг в друга подушками. Ваня пытался тоже это сделать, но снизу удавалось плохо. Сергея в комнате не было.
— Так, сорванцы, — сказала Клавдия Петровна, заходя в спальню к внукам, — это что вы тут делаете? Ну-ка перестаньте, вон перья уже по всей комнате летают.
Ваня быстро юркнул под одеяло, накрывшись с головой, а близнецы перестали баловаться.
— А еще, бабулечка, они обзываются — начала ябедничать Алена.
Федя показал ей кулак, а девочка в ответ язык.
— Ну-ка, ну-ка успокаиваемся! А то Сашеньку разбудите. Он только уснул.
Старушка подошла к кровати Николая и поправила простыню, заправляя ее под матрац.
— А где же Сергей?
Клавдия Петровна указала на пустую кровать.
— А он все никак перышки не почистит, — засмеялся Колька, свисая с кровати сверху.
В этот момент дверь в комнату открылась, и вошел Сергей с полотенцем в руках.
— Лучше быть чистым, чем с заляпанным лицом и грязными коленками.
Последнее замечание было адресовано в сторону Вани, который высунул голову из-под одеяла.
Старушка хлопнула по круглым бокам.
— Это кто же у нас не умывался?
Она посмотрела на всех внуков, пока Сергей, стоящий в синей пижаме, пытался расправить одеяло.
— Бабушка, — прозвучал тихий голос Вани, — это я коленки не помыл. Я сегодня упал, и дед Арсений мне их чем-то намазал.
Старушка сначала удивленно посмотрела на мальчика, потом нахмурилась.
— А что ты делал у нашего соседа?
В комнате повисла тишина. Никто из ребят не рассказывал взрослым о сегодняшнем происшествии.
Алиса зажала рот рукой, Колька протяжно вздохнул, даже Федя издал что-то нечленораздельное.
— Мы подсматривали за его домом, а он как выйдет и к нам! Все разбежались, а я упал и коленку поранил. Он меня привел в дом, намазал чем-то коричневым и вонючим, — мальчик состряпал гримасу, — а потом дал конфет и проводил до калитки.
Бабушка слушала Ваню и с каждым его словом ее лицо все сильнее вытягивалось от удивления.
— Вот это дела! Не успели приехать — уже такое.
Она хмуро посмотрела на всех внуков и сказала:
— Пообещайте мне, пожалуйста, что вы больше никогда не будете подходить к дому Арсения Петровича. Обещайте.
Дети смотрели на свою бабушку и не понимали, почему она сердится, но спрашивать и спорить не стали.
— Обещаем, — послышалось с разных концов спальни.
Старушка улыбнулась и ответила:
— А теперь бегом в ванную, мыть ногу, обрабатывать! А потом я вам почитаю.
Ваня, поняв, что его не будут ругать, вылез из-под одеяла и скрылся за дверью. Через пятнадцать минут, когда все водные процедуры были закончены, а рана обработана, Клавдия Петровна села на кресло, выключила основной свет, включила настольную лампу и, улыбнувшись, открыла книгу, которую принесла с собой.
— Ну, про что почитать вам? Здесь есть много разных сказок. «Золушка», «Русалка»...
— Ну, бабуль, — донеслось сверху, прерывая перечисление старушки, — ну мы че, маленькие? Расскажи какую-нибудь страшную историю.
Старушка посмотрела на внуков, которые уставились на нее своим озорным детским взглядом, отложила книгу, которую принесла для чтения, и загадочно улыбнулась. В свете настольной лампы ее улыбка казалась зловещей, блики на стеклах очков таинственно сверкнули. Клавдия Петровна начала рассказ.
— Я вашим родителям рассказывала, и вам расскажу. Давным-давно это было…
***
Когда-то очень давно, когда бабушка Клавдия была совсем маленькой, ей ее бабушка рассказывала на ночь истории и вот одна такая была самой жуткой.
Жил среди леса древний дух по имени Бабай. Это было существо с глазами, горящими огнём, и длинными руками-крючьями. Пальцы у него были тонкие, цепкие, с острыми когтями. Черные волосы покрывали все тело, а лицо украшала сеть мелких морщин. Бабай прятался в густых зарослях кустарника и дожидался ночи, когда дети забывали ложиться спать вовремя или не слушались родителей.
Как только в домах гасили свет и дети засыпали, он осторожно выходил из своего укрытия, пробирался к домам и искал непослушных — тех, кто не спит или балуется. Бабай просачивался в щели, превращаясь в тень среди мебели, тянул свою костлявую руку... А потом неслышно исчезал вместе с ребенком обратно в лес, туда, откуда пришёл.
Существо это необычное, его никто никогда не видел, кроме тех, кого он утаскивал под кровать. Детей после этого не могли найти. Поговаривали, что он засовывал малышей в большой холщовый мешок и уносил куда-то в лес.