Сорцерий. Книга III. Вендетта
- -
- 100%
- +
– Благодарю, – отозвался он. – Не поймите не правильно, но быть в таком мире и жить в каменной коробке, пусть и роскошной, я не хочу.
Алиса как никто другой понимала отца, ведь она сама только о том и мечтала.
– У рода Тугенд есть небольшой дом. Он находится за пределами крепости и принадлежит вам, – вспомнил Август. – Я могу показать это место.
– Я бы отправился туда немедля, чтобы успеть оценить обстановку и обустроиться.
– Я с радостью помогу вам в этом, – воспрянул Александр.
Все вместе проследовали во двор, где к ним подвели крылатых животных. Виктор обошел стороной фелиса и оседлал льва. Видно, более обыденное животное, имеющее аналог в мире людей, вызывало больше доверия. Алиса невольно посмеялась, хотя ее первые встречи с ныне любимым чудовищем прошли куда менее забавно.
С громкой хрипящей одышкой к Александру подбежал низкорослый пузатый эльф, что служил во дворце. Редкими волосами, зачесанными назад, он неумело скрывал округлую лысину. Эльф полушепотом сообщил о визите к королю некой важной персоны.
– Сожалею, я должен остаться, – откланялся Александр. – Дела.
– Я скоро вернусь, – улыбнулась Алиса и поцеловала короля на прощание.
Август резко отвел взгляд: не было ничего мучительнее, чем видеть, как любимых губ касается другой. Принцу давно следовало вернуться в родное королевство, но он хотел не просто привести Алису в Сорцерий, а оставаться подле, видеть ее. Хотя бы просто видеть. В конце концов Август лишь третий сын, он не правитель, а воин. Оттого, посчитав, что в ныне мирное время в нем нет нужды, принц без зазрения совести позволил себе задержаться в королевстве Дирилис на длительный срок.
Животные мигом доставили к родовому гнезду Тугенд. Окружающая небольшой дом площадь заросла высокой сорной травой. Сама постройка для минувших лет сохранилась вполне прилично – не развалилась. Ожидая худшего, но не в таком запустении, Виктор пришел в замешательство.
– Не беспокойтесь, – улыбнулся Август, – мы быстро приведем его в порядок.
Принц кивнул головой, зазывая друзей к дому. Адам зажал в кулаке Кристалл Амфитриты, в другой руке – Посох Предков. Он направил кристальный бутон на постройку. Вырвавшийся луч света коснулся стены и, обращаясь в воду, погрузил в себя дом целиком. Вода взметнулась вихрем, закружилась туда и обратно, а затем сошла в землю. Дом обрел чистоту внутри и снаружи, но оставался прежней развалюхой. Август протянул руку, и Адам вручил ему посох. Принц подошел к перекошенной двери и медленно и осторожно отворил. Ступая по трухлявому полу с опаской, он скоро занял место по центру дома. Август вознес посох вверх, кристальный бутон засиял. Принц со всей силы стукнул концом посоха об пол, заставив старые доски под ногами треснуть, но тут же раскрывшийся бутон залил помещение светом. Надломившиеся доски точно передумали ломаться, выпрямились и принялись впитывать свет, что наполнял их новой жизнью. Дом заскрипел, будто сгорбленный старик, который вдруг сумел выпрямиться. Постройка обрела свежий вид. Теперь, без страха оказаться под завалом, в дом изящно впорхнула Лилиан. Эльф перехватила Посох Предков у принца, закрыла глаза и зашептала, касаясь губами кристального бутона. Из основания его прорезался новый изумрудный листок, а из раскрывшегося бутона, словно пыльца, поднялась и рассеялась по дому золотистая пыль. Сияющие искорки легли на прежнюю мебель, печь, шторы, даже гнилые подушки. К чему бы ни прикоснулась золотистая пыль – все обретало вид, обретало вторую жизнь.
Лилиан бросилась к окну и, распахнув, высунулась в него почти всем телом:
– Заходите, все готово!
Эльф бросила посох Адаму и тот ловко его поймал.
Виктор ступил через порог своего нового жилища. Чудеса превращения разрухи в славный дом случились на его глазах и он, признаться, находился в смятении. Виктор не понимал, как такое возможно, разум отказывался верить в увиденное. Чудо заворожило и в то же время несколько напугало. Он медленно шагал по дому, разглядывая обстановку, что сохранила атмосферу жизни ведьм давно позабытых времен. В некоторых стеклянных пузырьках даже остались нетронутыми зелья, но их Лилиан торопливо изъяла, все-таки прошло много лет. Виктор чувствовал запах свежей древесины, что также казалось ему невозможным. Однако, каким бы странным не казалось чудо, он кожей ощущал, что это его место. Виктор пожелал остаться в родовом доме.
Пока отец погрузился в расспросы о магии и домашнем быте иного мира, Алиса вышла во двор, заросший высокой сорной травой. Беззаботно кружась над цветами, в догонялки играли бабочки. Алиса оглядела дом со стороны. Здесь выросла первая ведьма рода Тугенд, ставшая больше, чем просто волшебницей, здесь берет начало легенда о покровительницах. Все-таки есть в этом всем что-то чертовски завлекательное!
Покровительница подошла к ветхому забору и аккуратно дотронулась – он шатался и едва ли исполнял роль ограды. Алиса приложила к нему ладони. Она давно не колдовала, но чувствовала уверенность, что с забором справится. По старым доскам волной перламутра пошла пелена, казалось, они задышали. Сбрасывая вуаль волшебства, доски обращались в живую изгородь из мелколиственного кустарника. Алиса отпрянула. Она всего-то хотела обновить забор, как вдохнули новую жизнь в старый дом друзья. Да, получилось, но совсем по-другому. Почему ей так тяжело дается воплощение даже самого простого желания? Не потому ли, что в других желаниях ложь и бардак? Анне все давалось легко, потому что она была честной с собой, со своими мыслями и окружающими. Уж Анна бы сумела добраться до истины в голове сестры.
Взгляд Алисы упал на Августа, который расчесывал лохматую шерсть фелиса и что-то шептал ему на ухо. Они выглядели настоящими друзьями. Казалось, умей чудовище разговаривать, то смеялось бы в ответ над шутками и с удовольствием поддерживало беседы. За то время, что Алиса провела в Калпсизе, эти двое особенно сблизились.
Алиса подошла, прервав монолог принца:
– Не помешаю? – Август улыбнулся. – Сильван говорил, можно найти способ избавить меня от крыльев, значит, можно избавиться и от того, что от них осталось?
– Это настолько тебя беспокоит?
– Они привлекают ненужное внимание. Что я, по-твоему, думаю, когда кто-нибудь на них пялится?
Глаза Алисы требовали сказать правду. Не было смысла увиливать и списывать на недопонимание, Август прекрасно знал, что дело не в непривлекательности обрубков:
– Что ты не спасла Анну. – Принц выдержал паузу. – Ты не виновата…
– Виновата. Но я хочу жить дальше. Помоги мне избавиться от останков крыльев. Сократив внимание – я обрету часть покоя.
Август задумался:
– Я не знаю, что делать и к кому обратиться, но Эвелина проводит много времени у некой ведьмы в королевстве Аструм. Уж столько восхищений я прежде ни о ком не слушал. Хвалит, называет всеведущей. Она-то нам и подскажет!
– Ты знаешь, как ее найти? Летим к ней! Летим сейчас! – Август оглянулся на дом. – Нет, мы никому не скажем куда собираемся! – пресекла Алиса. – И прощаться не станем, иначе вопросы неизбежны. – Она запрыгнула на спину фелиса.
Август не стал отказывать, сейчас они здесь не нужны. Да и какими бы ни были желания Алисы, для него они все важны. Принц разместился на фелисе. Расправив крылья, зверь взмыл в синее небо.
Глава 3
Дом хваленой ведьмы находился в глухой чаще, на границе королевств Дирилис и Аструм. Здесь даже птицы не щебетали. Стены старой постройки покрывал густой вьющийся плющ, который потрудился скрыть окна. Дом ведьмы едва ли можно найти в лесу, не зная, где тот стоит, тропы заросшие, как и строение.
У стены дремал черный крылатый лев, что говорило о вероятном присутствии Эвелины. Открытая нараспашку дверь приглашала незваных гостей. Август постучал, прежде чем заглянуть внутрь.
– Входите, – послышалось в ответ.
В скромном помещении на табурете, спиной к ним, сидела женщина. Ее длинные черные волосы в косы сплетала Эвелина. Принцесса изменилась с последней встречи с Алисой. Когда королем стал Александр, Эвелина вернулась во дворец к прежней забытой жизни. Стала носить совсем другие наряды, прически. Она заново стала принцессой. Возможно, Эвелине не хватало собственной значимости, потерянной вместе с магией, потому она никогда не снимала диадему. Без магии принцесса могла варить только зелья, чем и занималась у всеведущей ведьмы.
Эвелина обернулась и невольно оглядела чуждые взгляду шорты и майку Алисы.
– Вернулась все-таки, – тон ее прозвучал осудительно. – Уже виделась с Александром?
– Сразу же, как перешла.
– Тогда зачем вы здесь?
– Хочу избавиться от останков крыльев…
Алиса повернулась спиной и подняла рукой волосы. Майка совсем не скрывала обрубков. Скрипнув старым табуретом, всеведущая ведьма поднялась, подошла к покровительнице и прикоснулась к тому, что осталось от некогда прекрасных крыльев.
– Будет больно, – заключила она.
– Я вытерплю, пожалуйста, помогите!
Алиса обернулась и столкнулась с черными бездушными глазами ведьмы, но это не испугало ее и не оттолкнуло. Спасибо общеизвестной легенде Сильвана, из-за которого все стали воспринимать подобную особенность как нечто прекрасное. Виктория могла более не скрываться, а благодаря Эвелине заработала прекрасную репутацию. Руки ведьмы закрывали длинные рукава, никто не ведал ее тайны. Да, Виктория потеряла Майю – сосуд своего могущества, многое не свершилось, но это лишь дало старт новой игре, с новыми пешками. Неудача – всего лишь кочка на пути к цели. Главное не опускать руки и по-прежнему стремиться вперед. Цели достигает тот, кого не ломают трудности.
– Помогу. Через час зелье будет готово. Аромат у него скверный, вам лучше находиться на свежем воздухе.
– Спасибо! – Алиса потянула Августа за руку. Они вышли к фелису и пристроились у него под боком как в прежние времена.
Виктория подвела принцессу к котлу и достала с полки различные ингредиенты. Под четким руководством ведьмы Эвелина начала варить волшебное зелье. Помещение наполнилось резким тошнотворным запахом. Хоть гости и находились вне дома, Виктория зашептала:
– Он ей не просто друг.
– Так мои опасения… Нет, нет! – отмахнулась Эвелина. – Алиса не такая, она бы не стала лгать!
– Это легко проверить – не добавляй в зелье листья арноглосса.
– Тогда от нестерпимой боли она войдет в состояние Остирды! Это чревато, это опасно!
– Поверь мне, этот чудак поглотит всю ее боль, потому что его чувство взаимно и, хоть они и не ведают, обладают силой Любви. – Эвелина оставалась в сомнениях. – Неужели ты думаешь, я не смогу пресечь состояние Остирды, если, как ты полагаешь, я ошибаюсь, – Виктория изобразила обиду.
Эвелина задумалась и отодвинула глиняную миску с листьями арноглосса в сторону:
– Хорошо, проверим.
Ведьма отступила от Эвелины и подошла к широкому длинному деревянному столу. Она расчистила его от вещей, сняла скатерть и пригласила Алису.
– Ложись на живот, – скомандовала Виктория.
Алиса расположилась на столе. Ведьма одним взмахом острого лезвия ножа разрезала ее майку.
– Боль будет страшная, твоя сила будет рваться наружу. Постарайся сдержаться. – Виктория обернулась на принца: – Подойди. Если увидишь, как поглотило ее состояние Остирды, возьмешь за руку.
– Но я слышала об этом жуткие вещи… Это не опасно для Августа? – уточнила Алиса.
– Нет, – отмахнулась Виктория и снова обратилась к принцу: – Только не медли, не хочу, чтобы ее энергия уничтожила мой славный дом.
Взаправду же, чародей, потерявшийся во тьме сознания, мог оказаться губительной силой для того, кто попробует к нему прикоснуться. Только Любовь, взаимная любовь, могла поглотить опасность и рассеять мрак сознания. Прикосновение Августа даст ответ кто на самом деле Алиса: грязная лгунья или чистое сердце.
– Готово! – объявила Эвелина, подхватила котелок и, цокая каблучками туфелек, мелким торопливым шагом подлетела к столу.
Убирая со спины длинные волосы Алисы, Август коснулся кожи, что была мягче шелка. В изгибах спины Алисы таилось что-то магическое и притягательное. Увы, эти веснушки, рассеянные по плечам, ему не принадлежат.
Эвелина надела высокую кожаную перчатку, сунула руку в кипящее зелье и намазала горячей синей жижей обрубки крыльев. Через минуту варево зашипело и начало покрываться лопающимися пузырями. Алиса заметно краснела, зелье жгло кожу. Когда начала растворяться кость, покровительница взвыла от дикой боли. Эвелина нанесла новый слой жижи. В страшном вопле Алиса вспыхнула ярким синим пламенем, глаза заволокло темной пеленой. Принцесса едва успела отпрянуть в сторону. Август не дрогнул, сквозь пламя обхватил Алису за руку. Ее крик тут же стих, а пламя, что покрывало теперь и принца, вовсе не причиняло вреда. Он чувствовал ее боль, но теперь она делилась на двоих.
Утихло пламя, утихла боль. На месте крыльев остались лишь два небольших неприметных ожога. Обессилив, покровительница погрузилась в крепкий сон.
Август отстегнул плащ и, укутав в него, взял Алису на руки.
– Спасибо, это было важно для нее.
– Отвези Алису домой, – строго попросила Эвелина. – К Александру! – напоминание прозвучало слишком сурово. Казалось бы, кому, как не Августу, лучше других об этом помнить, но взгляд Эвелины обвинял и осуждал за любовь.
Забравшись на фелиса, Август крепко прижал к себе покровительницу. Весь полет он смотрел на ее длинные черные ресницы, аккуратный нос, пересохшие алые губы. Словно их первая встреча на берегу повторилась, но теперь он вынужден расстаться с Алисой. Тогда, в тот день, мог ли он предположить, что полюбит девушку, упавшую с неба?
Глава 4
Жизнь во дворце оказалась совсем не такой, как рисовало прежде воображение. Алиса выла от скуки. Каждое утро кудесница-портниха выдумывала для покровительницы новые роскошные платья, затягивая ее в тугие корсеты. После завтрака Александр исчезал, занимался приемами важных персон и разрешением проблем своего народа. Алиса встречалась с королем снова только за ужином, после которого совершалась небольшая прогулка по садам у дворца. По-настоящему вдвоем они оставались лишь ночью.
Эвелина пребывала во дворце не так часто, потому редко составляла компанию Алисе. Принцессе хотелось, как раньше, проводить время в обществе ведьм, хотя это и заставляло терзаться отсутствием магических сил. Она ни разу не предлагала отправиться с ней, потому как считала, что Алиса вернулась, чтобы быть с Александром, а значит ее место во дворце. Казалось, Эвелина затаила на покровительницу обиду за столь резкий и грубый побег в Калпсиз. А как иначе? Эгоистка страдала лишь год, а брат – целый десяток лет!
Алиса занялась изучением языков Сорцерия, чтобы иметь возможность понимать заклинания, читать книги и, банально, названия заведений, вывески, знаки. Не лишним будет и знание эльфийского наречия, признанного самым древним и сложным. Жаль занятия с учителем не длились бесконечно – Алиса часто не знала, чем себя занять.
Даже отец был занят более чем она. Виктор полностью погрузился в освоение магии с Адамом, в процессы зельеварения с Лилиан. В руках обычного человека волшебные кристаллы – простые камни, но Виктор хотел во всем разобраться. В скором времени у него начали получаться правильные отвары.
Алиса часто заглядывала в родовое гнездо. Вылазки позволяли снять платье, полетать на фелисе, пообщаться с отцом и друзьями. Алисе нравилось, что Адам проводит время с Виктором, стал ему другом, опорой. Нет, колдун не мог заменить Анну, но, казалось, она есть в нем, в его сердце, душе, разговорах, повадках. Они все это чувствовали.
Не меньше времени проводили с Виктором и Август, и Лилиан. Они вместе ходили в лес, собирали нужные ингредиенты для зелий. Зачастую их сопровождали лемпириды, помогая находить те или иные растения. Хранителям леса нравился Виктор, он общался с ними весьма уважительно и нередко приносил угощения.
Когда Алисе доводилось не просто присутствовать в доме отца, наблюдая за обучением, но и участвовать в его жизни – она расцветала. Покровительнице особенно нравились вылазки в лес, где ей доставалось внимание не только Виктора, но и Августа. Алиса скучала по обществу принца королевства Валор. Август совсем не заглядывал во дворец, хотя мог бы. Тому виною сплетни. С возвращением покровительницы, судачить о неразделенной любви Августа стали на каждом углу. Сплетники душили сочувствующими взглядами, а немногие дамы, зная, что его сердце принадлежит Алисе, смели дерзко предлагать свое. Но не разговоров и слухов избегал Август – он не желал видеть возлюбленную с другим. Встречи в родовом гнезде Тугенд избавляли принца от боли и ревности, от наблюдательных любопытных взоров и предоставляли время, которое он мог провести подле Алисы. Только здесь он мог не сводить с нее глаз, открыто наслаждаться широкой улыбкой, звонким смехом, ненавязчиво обнимать и награждать рыжую макушку неуловимым поцелуем. Все эти мелочи наполняли принца счастьем. Беда в том, что Август видел, как за улыбкой Алисы снова скрывается тоска – она не счастлива. Но она должна быть счастлива – в этом смысл его жизни! Каждую встречу принц задавал вопросы, чтобы узнать истинную причину печали – все ответы были не те. Тогда Август вспомнил. Вспомнил, в чем счастье Алисы.
В этот солнечный день Алиса прогуливалась пешком. Она подходила к дому рода Тугенд, когда земля вдруг содрогнулась, и на заднем дворе в небо устремился бурный поток воды. Алиса пулей обогнула дом и приготовилась сдерживать дикое явление природы. Но она остановилась, опешила и пальцы собрались в кулаки. Происходящее – дело рук Лилиан. Под руководством Августа эльф сооружала колодец для Виктора. Она то и дело строила из себя дурочку, лишь бы принц лишний раз прикоснулся, направляя ее руки. Прижималась, шутила, громко смеялась. Покровительница молча скрежетала зубами.
– Ревнуешь? – оказавшись подле Алисы, тихо спросил Адам. От неожиданности она вздрогнула.
– С чего бы мне вдруг ревновать?
– Тогда почему ты такая угрюмая?
– И вовсе я не угрюмая!
– Значит, тебе должно быть все равно, если я скажу, что Август и Лилиан приняли решение расстаться друзьями еще в тот день, когда ты сбежала. Она, кажется, передумала, с некоторых пор хвостом вьется, но он ее не замечает. Он никого не замечает. Дышал тобой, даже не думая, что ты можешь вернуться. Август любит тебя одну…
– Прекрати! – сорвалось в дрогнувшем голосе.
Алиса несдержанно проявила эмоции: губы скривились, лицо сморщилось, глаза с трудом сдерживали накатившие слезы, дыхание сбилось. Весть Адама рушила все оправдания и обнажала трусость Алисы. Август сделал выбор и давно, а она осталась со своей ложью. Не просто осталась, а возвела ложь в ранг истины.
Глаза Алисы остекленели, она развернулась и ушла прочь, точно бездушная марионетка, даже в дом не зашла. Адам смотрел ей вслед. Он не сомневался – Алиса любит Августа, только не понимал, отчего она так упорно запрещает стать этой любви реальностью и счастьем.
Открыв правду, Алиса перестала появляться в родовом доме Тугенд, засела во дворце, латая трещину на потайном ларце, который словами разбередил Адам, в который сумел заглянуть против ее на то воли. Как было просто думать, что Август не смог оставить Лилиан, как хотелось верить, что не она одна струсила. А теперь все, что ее окружает, ложно.
Август не ведал причин исчезновения Алисы и тосковал. Он ждал ее визита изо дня в день, но она не появлялась. К тому же принц заготовил особый подарок, способный зажечь в глазах Алисы звезды, сделать счастливой. Ранним утром восьмого дня, не выдержав казавшейся столь долгой разлуки, он решился идти за ней во дворец.
Мягкие лапы фелиса опустились на широкий мраморный балкон королевской спальни. Август соскочил с лохматого зверя и вошел в покои, где Алисы не обнаружил. Вознамерившись обойти весь дворец, принц спешно и резко распахнул двери, но тут же столкнулся с Александром. Молодой король встретил друга с каменным, суровым лицом. Подобный визит порадовать просто не мог, Александр более не желал видеть прежде дорогого друга. Известная каждому любовь Августа к Алисе беспокоила короля, потому что покровительница целыми днями пропадала за пределами крепости; потому что знал, пропадала именно с принцем королевства Валор. И хотя Александр верил Алисе, ревность все больше застилала ясность ума, не давала покоя, заставляла злиться. Он верил и Августу – друг не предаст, просто хотел знать, что его любовь иссякла, конец. Потому что именно эта любовь заставляла беспокоиться и кипеть изнутри – Август излишне близок с покровительницей.
– Неслыханная наглость! – Александр заставил Августа вернуться в спальню и закрыл двери. – Ты бы хоть немного задумывался о чести! Мало того, что болтают о вашем с Алисой романе, так ты еще смеешь открыто выходить из моей спальни!
– Между нами ничего нет, – заверил принц.
– Знаю. – Он выдержал паузу. – Ты ведь Алису ищешь? – Август кивнул в ответ. – Она здесь. – Александр прошел на балкон, где стоял фелис, и рукой указал вниз.
Расправив пышные юбки изумрудно-зеленого платья с золотой вышивкой, Алиса сидела на траве под раскидистым деревом в саду у дворца. Жесткий корсет сдавливал ребра, не давая свободы и сбивая с мыслей. Волосы, забранные в высокой прическе, погружали голову в мигрень туго натянутыми локонами. На ключицах лежало совершенно ненужное тяжелое колье, что искрилось, блистало и просто мешало. Алиса читала повесть на одном из языков Сорцерия. Книга давалась тяжело, для новичка и вовсе стала не лучшим выбором, но покровительница терпеливо продвигалась вперед по страницам.
Август разглядел Алису в искреннем непонимании:
– Зачем ты рядишь ее в эти платья, она их не любит! – Слова сами сорвались с языка и задели Александра, что принял высказывание за показное знание его женщины лучше него самого.
– Да потому что нельзя скрывать ее красоту! – сердито начал король. – Взгляни на эти шелковые плечи и длинную шею, что бесконечно хочется покрывать поцелуями. Всего-то аккуратная прическа, а сколько нежности открывается глазу. Да и разве можешь ты знать, как она наполняется страстью, когда я высвобождаю ее из плена корсета; как она покрывается сладкой дрожью, когда моя рука нежно скользит по ее бедрам, поднимая пышную юбку?! – Внутри Александра взорвалось ядро ревности: – Да, она платья не любит, зато любит, когда я с нее их снимаю!
Король раздавил принца взглядом победителя, точно раскаленным мечом пронзил самое нутро Августа – Алиса принадлежит Александру. Сердце принца сжалось сильнее прежнего: Алиса не его женщина, никогда не была и не будет, если он это так оставит. Адам прав, Август должен украсть покровительницу у целого мира! Только бы знать, что борьба за ее сердце не навредит Алисе, не разрушит счастья, которого он, возможно, не видит. Знать бы, что ей это нужно. Но Алиса топтала чувства, которые питала к Августу: преданность любимому королю – вот что по-настоящему важно; любить можно лишь одного – не бывает иначе. То, что Алису так тянет к другому мужчине, оскорбляло ее собственные убеждения. Потому так важно было освободиться от сомнительных чувств, поверить в самообман и ни в коем случае не предавать любовь, которую выбрала.
Промелькнув крупной тенью, над садом покружился и тихо опустился фелис. На спине лохматого зверя восседал Август:
– Как ваши успехи, миледи?
– Что ты здесь делаешь? – с восторженной улыбкой Алиса оторвалась от повести.
Закрыв книгу, покровительница позволила принцу увидеть название. Удивленный выбором, он решил непременно подарить Алисе произведение иного рода, которое сможет понравиться ей куда больше – сказки. Покровительница поднялась с земли и подошла к фелису. Она и не рассчитывала на визит Августа.
– Мы за тобой, – принц потрепал зверя по голове и осмотрел наряд Алисы.
Он видел ее в платье второй раз за все время их знакомства, но сейчас, не смотря на весь очаровательный образ, оно раздражало его из-за слов короля. Слова Александра заставили глаза Августа покрыть шею и плечи Алисы переполненными любви желанными поцелуями, заставили прижать к себе ее трепещущее нежностью тело и впиться в сочные губы обжигающей страстью.
– Что-то случилось? – вопрос Алисы разрушил грезы. – Ты странно на меня смотришь.
– Не привык видеть на тебе платья. Очень красиво.
– Да, пожалуй, но в платье я – совсем не я.
– Тогда переодевайся, я отвезу тебя в одно место. Обещаю, тебе там понравится.
Заинтригованная, Алиса улыбнулась и поторопилась со сборами.
Миновав стены крепости, фелис пролетел над полями, деревушками, сгущающимся лесом и цветущим лугом. Остальная часть пути пронеслась над непроходимыми дебрями. Зверь опустился на поляну у скромного прозрачного озера с крохотными желтыми камешками на дне, что, отражая чистое небо, казалось голубым. Лужайку наполняло настоящее уединение, лес вокруг стоял плотной стеной. Птицы пели сладкие трели. На другом берегу, наблюдая за неизведанными гостями поляны, спокойно стоял олень, на рогах которого росли душистые цветы. Деревни находились далеко, подобраться к озеру пешим ходом непросто, а с высоты полета лужайка не бросалась в глаза. Если кто-то здесь и бывал, то весьма редко.