Планета Афон. ΑΓΙΟN ΟΡΟΣ

В советские времена образ Святого Георгия канул в Лету: на копейках стали чеканить герб СССР. Не стану утомлять читателя всеми теми пошлостями, что «посвящены» серпу и молоту, но то, что отношение к труду, как, впрочем, и к человеку труда резко изменилось, не отрицают даже апологеты комунизма. Рабский труд из-под палки «во имя светлых идеалов комунизма» стал настолько одиозным, что получать «на халяву» стало, чуть ли не доблестью.

Воровство вообще стало государственной религией. Лозунг «грабь награбленное» не только не изжит, более того: о том, чтобы отнять и поделить, судачат на всех перекрёстках.

После октябрьского переворота 1917 года встал вопрос о создании новой бюрократии, новой элиты. А где её взять? «Сколь обезьяну не ряди в шелка, она останется обезьяной. Сеньорой надо родиться!» КомуНИЗтическая элита рождалась в халупах и подвалах, а порой была «зачата за три рубля на чердаке». Холопами рождались, холопами и оставались до гробовой доски. Вот только получали вожделенное барство, шикарные апартаменты и красивую жизнь.

Газета «Правда» публиковала только советскую хронику, светской не публиковала. О том, как жили партейные бонзы и вся советская номенклатура, мы знаем лишь по рассказам очевидцев, да разве что из просочившихся в демократическую прессу отдельных публикаций.

Например, найденные в подвале особняка Л. П. Берии скелеты тысячи изнасилованных и убитых им женщин, наглядно свидетельствуют о моральном облике вождей первой страны социализма. Кто верой и правдой прислуживал этим «свиньям в ермолке», либо хранили обет молчания, в соответствии с подпиской о неразглашении, либо рассказывали только в тесном кругу. За утечку язык вырывали вместе с головой. Поэтому слуги были несловоохотливы.

И лишь те, кому выпала «честь» случайно соприкоснуться с «хозяевами жизни», могли рассказать много интересного. Им уголовная ответственность не грозила, вот только парадокс: слушать их как раз никто и не хотел! Настолько чудовищной была правда, рассказанная ими, и так контрастировала с официальной пропагандой, что поверить в неё советские люди просто не могли! Даже считали рассказчиков, чуть ли не врагами народа, «сдавали» компетентным органам, а те отправляли их в психушки, чаще на кичу, а то и сразу в мiръ иной.