Буксир «Бодрый». О жизни на Усть-Пахачинской косе

© Александр Северодонецкий, 2024

ISBN 978-5-0062-5765-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

"Данная книга является художественным произведением, не пропагандирует и не призывает к употреблению наркотиков, алкоголя и сигарет.

Книга содержит изобразительные описания противоправных действий, но такие описания являются художественным, образным, и творческим замыслом, не являются призывом к совершению запрещенных действий.

Автор осуждает употребление наркотиков, алкоголя и сигарет."

Восточная Камчатка – далекий край, где начинается каждый новый день над Великой Россией, отличается тем, что населенные пункты на восточном её побережье расположены, как правило на песчаных довольно узких намывных косах.

Слово, ведь какое – коса.

Девичья ли это тонкая плетеная коса с бережно вплетенными цветами или узкая серо-черная песчаная коса на берегу Берингова моря Тихоокеанской акватории.

Какова их судьба?

И что их связывает сегодня?

Именно в этом мы хотели разобраться начиная свой короткий рассказ, хотели вероятно узнать и затем может быть рассказать для Вас, если это Вас когда либо бы заинтересовало. Подумалось, если судьба одного единственного современного человека интересна нам, вероятно, что она заинтересует и других, чтобы прежде всего познать себя и вероятно свое время.

На камчатских косах издревле, как минимум уже века по три, а то и более стоят такие села, а ранее назывались они острогами как Апука, Усть Пахачи, Тиличики (Теличики), Вывенка, Карага, Озерная, Тымлат, Слаутное, Таловка, Оссора, Парень…

Чем же таким особенным отличаются здешние именно камчатские косы?

Строение всех камчатских кос практически одинаковое – основание их состоит из весенними потоками, вынесенного рекой серо-черного песка и ила, иногда сюда примешивается обкатанная галька, которую морская волна легко, как и сами песчинки равномерно стелет и утрамбовывает до плотности бетона и тогда хоть на мотоцикле, хоть на современном четырехцикле не то «Гризли», не то «Ямаха» кати по ней на десятки километров не чувствуя сопротивления твоему движению, чтобы дышать здешним обжигающим душу ветром, чтобы ощущать настоящую свободу и то не передаваемое единение с Природой, когда ты сливаешься с ней и всецело растворяешься в ней. А единство кос, о которых мы с вами говорим, вероятно, только в том, что на них здесь живут очень смелые, довольно веселые, жизнерадостные и такие настойчивые люди, активно желающие и стремящиеся изменить кардинально свою может быть чуть скучную и унылую жизнь, чтобы изменить весь свой мир, всё свое нынешнее мироощущение.

На этих серых узких косах живут и работают люди, которые отличаются тем, что они довольно таки упорные в достижении поставленной цели, при этом они невероятно смелые. Ведь они там далеко на «материке» оставили свой родной дом, покинули на время своих близких и родных, покинули свое родное гнездышко, где вероятно делали первые робкие шаги по Земле и уехали в неизвестность буквально за три девять земель. Улетели так далеко, будучи еще довольно молодыми туда, куда ранее наши владыки русской земли, наши цари ссылали только своих каторжных, да может провинившихся ссыльных.

Эти люди сегодня добровольно уехали туда, куда например, как на Сахалин, целый год или более на лошадиной повозке добирался знаменитый писатель и врач Антон Павлович Чехов, а еще ранее – студент Степан Крашенинников в 1732 года целых три года путешествовал по Сибири и по её бескрайним никем тогда еще не мерянным просторам, преодолевая и бурные речные пороги и невероятные расстояния, прежде чем попасть на саму желанную и сказочную Камчатку.

Эти сильные, вольнолюбивые и настойчивые в достижении жизненной цели люди живут вечной мечтой каждого камчадала, что через какое-то время они уедут из этой серой косы на желанный «материк» и там, далеко отсюда заживут счастливо и безгорестно, получив какую никакую повышенную или максимальную пенсию в сто тридцать два рубля, собрав или скопив какое ни какое состояние, а может даже и, прикупив домик в пригороде какого-либо областного центра или в райцентре и они страстно желают, и они постоянно мечтают зажить на старости размеренно и так спокойно и самое главное самое главное материально обеспеченно… Именно эта мечта украшает их здешнюю жизнь, именно эта мечта позволяет им ждать два а то и три года очередного отпуска, чтобы приехав к родным показать свое материальное благополучие. И так незаметно их жизнь здесь проходит от отпуска до отпуска, от ожидания его до возвращения с пустыми карманами и очередного ожидания чего то нового, чего то необыкновенного…

А рядом с ними здесь на этой самой серой косе идет та быстротечная наша общая жизнь, и еще их личная жизнь, которая вероятно давно предопределена окружающим нас миром, а может быть и всем строением нашей могучей Вселенной и вероятно, что нам ближе – нашей Солнечной системы, её неуклонным и постоянным развитием только в одном единственном направлении, а также не нами заданным однонаправленным движения мирового Времени в котором мы вероятно и существуем, и здешний человек часто называемый камчадалом уже никак не в силах повернуть всемирное однонаправленное Время вспять. Он здесь на этой косе может только жить радостными воспоминаниями и жить греющей его душу мечтой, о том иногда и для многих призрачном счастливом будущем его личном и его семьи, его детей, а может даже и внуков, которых он изредка видит, приезжая к детям в отпуск…

И вот эта их жизнь здесь мечтой и надеждой на прекрасную жизнь, как и внушенная всем нам вера в построение коммунизма в 1980 году затем делает из них, из этих людей их чуть увереннее, и чуть смелее, и даже настойчивее в постоянном жизненном здешнем преодолении, и в ежедневном становлении в этой их жизни здесь и может сейчас, в эти быстротечные мгновения их жизни. И мне вспоминаются знаменитые слова из песни В. Мигули, что вся наша жизнь ведь и состоит именно …«из таких вот мгновений»…, из которых она совсем не заметно складывает как из маленьких кирпичиков всю нашу Судьбу, а может и складывается в нашу жизнь на планете Земля, складывается мимо нашей воли и желания в наши дни и годы, а у кого и десятилетия здешней жизни на серой узкой пролдуваемой ветрами Пахачинской косе.

Вероятно одно временное мгновение это наше появление на этот свет, а затем второе мгновение – учеба в школе, и естественно другое не такое уж и короткое мгновение – учеба в ВУЗе, а уж третье мгновение это встреча на своем пути любимого человека, четвертое же мгновение и довольно долгое – воспитание детей. И вот не успел человек оглянуться, а жизнь то его и все эти мгновения как то незаметно подошли к своему заветному рубежу, когда уже другие поколения – вероятно твои дети, а затем и твои внуки продолжат её вечный земной круг, как вечно кружатся и наша Луна, и сама наша родная благодатная Земля, и как вечно кружит нашу жизнь дающее жизнь Солнце в своем безмерном Млечном Пути, сливаясь с бесконечностью и вечностью всего вращающего в непонятном вихре окружающего Мира, окружающего нас Мироздания неизвестно откуда возникшего и неизвестно куда движущегося….

И понятно, что осознать и естественно понять, что весь наш Мир произошел со Великого взрыва начавшегося 13 или 14 миллиардов лет назад, начался с единственной точки, расширяясь до бесконечности никто из нас земных людей понять не может…

И мне вспоминается философский закон «отрицание – отрицания». Мы уже своим рождением «отрицали» своих родителей, а наши дети также «отрицают» уже нас, а наши любимые внуки «отрицают» не только наших детей, как их родителей, но и «отрицают» нас самих и фактически отрицают всю предшествующую историю человечества, вместе с тем, повторяя и развивая её движение только вперед. И одновременно ты понимаешь, что не будь моих родителей, не было самого мня, а не будь меня, не было бы моих детей и внуков и как всё это осмыслить, как всё это «отрицание отрицания» вместить в свое изболевшееся тело, вместить в свою такую не достаточную силу, чтобы поднять на трап самолета чемодан с икрой и красной рыбой, которую ты как всегда везешь родным. А что еще отсюда можно везти, какие еще презенты?

****

И когда ты затем возвращаешься из очередного длинного отпуска, чтобы хорошо разглядеть с высоты полета самолёта довольно протяженную Пахачинскую косу, нужно сначала прилететь из Москвы (т.е. с «материка» – как обычно говорят камчадалы) в город Петропавловск-Камчатский, приземлившись в аэропорту Елизово на ИЛ-62, а если повезет на более комфортабельном ИЛ-96, переночевать день, а то и два дня в приаэропортовой гостинице, пообщаться в буфете с такими же, как и ты, приезжими или наоборот отъезжающими в очередной отпуск раз в три таких длинных года, а затем уж, потолкавшись в не длинных коридорах аэропорта и разузнав за несколько часов, что и где в самом здании аэропорта и если у тебя уже нет лишних денег, сначала попытаться пробиться, расталкивая других к администратору и записаться в давно потрепанную общую тетрадку, что ты сегодня прилетел в эти далекие края и эта запись вероятно для самого тебя важнее даже проверки у наших бдительных пограничников, которые встречают каждый борт и бегло просматривают ваши паспорта еще с надписью СССР. И ты не знаешь и не ведаешь, что затем будет в 1991, или 2001, а то и 2011 году, когда и само СССР, и эта аббревиатура будет забыта, как мы многое забываем в своей истории и своей жизни, борясь за сегодня и за сейчас, держать крепко за стойку регистрации в Елизовском аэропорту, чтобы вдруг кто либо резвый не записался впереди тебя…

При этом важно тебе занять свое место в очереди у стойки регистрации именно на местные авиалинии, что слева за поворотом в зале и придется стоять с самого раннего утра, и до самого позднего вечера, если ранее по радиоинформатору не объявят очередной отбой полетов по Камчатке или именно в твоем направлении до Пахачей. Если же ты отойдешь от этой заветной для всех стойки регистрации, то уж затем в общую очередь никак не протиснешься и вместо тебя вероятно улетит или пассажир служебник, или… …или улетит тот кто уже давно и заранее с Фаиной Павловной или другим дежурным начальником смены, а это тоже женщина уже Клавдия Петровна. И надо заметить, что эти то женщины – настоящие русские дородные и сбитые женщины, килограмм под сто двадцать, а то и все – сто тридцать. Так как их работа довольно таки нервная и вот вечером, чтобы снять стресс сначала по субботам, а затем и чуть ли не каждый день и вино и даже что-либо покрепче, а отсюда и излишний вес и все эти их округлости.

И вот если у тебя нет настоящего камчатского блата, если у тебя нет лишних денег, а возвращаясь из отпуска их ни у кого нет, ты к тому же не из Олюторского райкома КПСС или Олюторского райисполкома и ты не работник базового аэропорта «Тиличики» и тебе еще при этом повезло: если запасной аэропорт принимает, если предельная загрузка самолета допускает, если хватает посадочных кресел, если именно этой ночью не прилетели с учебы из Хабаровского авиационного центра сами пилоты те же служебники, если здешняя капризная как сама женщина Камчатская погода позволяет самолету лететь и еще, если это четверг да и сам такой старенький самолет Як-40 исправен, или этот же самолет утром не улетел по плану в окружной центр Палану или в ближайшее Мильково и уж если он летит сегодня по расписанию прямо в твои Пахачи, а там к тому же есть заправка т.е. керосин, если почты не так и много привезли её к борту…

Да мало ли еще будет вот таких если, а еще если он вчера был именно ваш полет поставлен в авиационный план на этот четверг, а затем если за ночь не изменились планы у самих военных владельцев взлетно-посадочной полосы и уж если те же военные разрешат Вам вылет по расписанию, а затем еще – если сам командир экипажа примет решение на полет, то Ты давно весь дрожа от холода и в поту, как та загнанная и еще взмыленная лошадь тащишь свои баулы из камеры хранения, что на площади у аэровокзала и где как всегда неимоверная очередь, так как 27 пассажиров твоего рейса и провожающих, а это как минимум 55 человек и они одновременно ринулись туда, а здесь еще ранее объявлена посадка на ИЛ-62 до Москвы или до Владивостока, а там уже свои 167 пассажиров и еще их провожающие и родные… И вот ты радостный, как настоящее вьючное животное тащишь свои тяжелые чемоданы, которые тобою же в очередном отпуске набиты подарками, сувенирами и еще не известно чем…

И нужно ли именно тебе в жизни всё это? У тебя просто нет времени обо всем этом как следует поразмыслить и следующий раз отказаться от всех этих баулов, а возвращаться налегке, чтобы ощущать настоящую радость полета…

Но когда такое будет? – ты спросишь сам себя.

И затем?…

Ты уже находясь у трапа грациозного, слегка при осанившегося и поджарого самолета ЯК-40, как всегда, тщательно подкрашенного снаружи и подклеенного изнутри на авиаремонтном заводе, неутомимого труженика Камчатского воздушного бассейна, зачарованно смотришь на широкие и пологие основания вулканов, заросшие кедрачом и ольховником, так как их высокие конические жерла совсем поглотил туман облаков и эти свинцовые облака висят над нашей землею на 200 метров, а то и в 300 метрах в вышине, и вот если твой трудяга ЯК-40 натужно и легко как стрела пробьет их… Это уже или еще в твоих в мечтах!…

Затем после томительного ожидания в накопителе аэропорта, если авиапассажиров не сняли с борта или если не сняли лично тебя, как последнего из зарегистрированных может быть из-за превышения предельной загрузки или желания улететь кого-то из проверяющих из Камчатского обкома партии или Камчатского облисполкома или просто денежных и «блатных» … ты сам с невероятной радостью вслушиваешься в ровный, нарастающий по тональности гул, раскручивающихся до 10—15 тысяч оборотов едва заметных в хвосте самолета крохотных турбин, которые при этом легко откликаются на четкие команды командира и вот уже довольно стройная, такая длинноногая с яркими соломенными волосами стюардесса объявляет тебе параметры будущего полета.

– Высота полёта 5650 метров, скорость полета 740 км в час, время в пути два часа 10 минут, часть полета пройдет над акваторией Берингова моря, Ваши спасательные жилеты под вашими сидениями, порядок их использования….И ты совсем отвлекаешься, так как понимаешь, что никакой жилет в этой свинцовой, этой ледяной воде никогда и ни при каких обстоятельствах ни тебе, ни твоим попутчикам, на самой стюардессе не поможет, и ты только можешь надеяться на само провидение и надежность этой на вид хлипкой машины. И ты слышишь затихающий не понятно почему гул турбин, так как бара барабанные перепонки давно сместились, а твои евстахиевы трубы из-за вечной заложенности носа не успевают пропускать воздух…

А затем… уж и прекрасный вид, когда Ты и самолет выныривает после легкой тряски и всегдашней Твоей легкой тошноты, не перебиваемой даже кисло-сладкой карамелью, которую Тебе вежливо на подносе предоставила очаровательная, как всегда, стюардесса, Ты выныриваешь из молочно-серого облака….и видишь два красавца вулкана, которые обрамляют здешнее пространство аэропорта, и у тебя где-то внутри гордость:

– Я лечу, я преодолеваю, я узнаю!…

Меня всегда удивляло, где наш доблестный «Аэрофлот» берет такое количество соломенно-волосых блондинок и таких прекрасно обворожительных стройных стюардесс, которые всегда облегчают нам полет и скрашивают преодоление этого пространства. Или может быть все-таки психологи пришли к единственно верному выводу, что настоящая женская красота помогает преодолевать стресс.

Вот почему издавна в тех царских чертогах и Петродворца, и Царского села в окрестностях Санкт-Петербурга, да и в Эрмитаже всё так изящно и так красиво, всё также в соломенных и золотистых цветах. Не потому ли, что, обладая большой информацией за страну, думая постоянно за судьбы государства царственные особы сильно психологически уставали. Не потому ли там много золота, много этого греющего их душу желтого цвета, которые затем отдают тебе свое тепло. И сегодня соломенные волосы стюардесс напоминают мне золотое обрамление дорогих картин… дорогих сердцу шедевров, которыми я не так давно любовался в Ленинграде. Вероятно, что эти золотистые волосы и обрамляют нашу такую бесценную, нашу такую неповторимую и с ни чем не сравнимую жизнь.

Складывается такое впечатление, что в России стюардессы в Аэрофлоте вероятно даже и не рожают и вероятно даже, и не кормят грудью своих детей, как к примеру, картинная мадонна Литта, что изображена на бесценной красоты картине Леонардо Да Винчи. А может действительно их лётная профессия накладывает на них свой отпечаток, чтобы быть такими подтянутыми и стройными. Чтобы летать, чтобы сокращать наше время и преодолевать пространство, приходится отказаться им от многих радостей жизни, а может им помогают их любящие бабушки, а может у них такая высокая зарплата, что они даже нанимают себе домработниц?

И уже через мгновения ни о чём земном не думая… ты уже смотришь в слегка заиндевевший округлый иллюминатор. Внизу свинцовые облака постепенно рассеиваются и после Елизовских дач и полей пригородных совхозов, а по тундре в просветах облаков видна едва заметная, как пешеходная тропинка, автомобильная дорога до Мильково и оттуда до самого Усть Камчатска.

А затем уже на втором часу полета, ты видишь, как все пассажиры мирно уснули склонив головы и вероятно, и тебя также легко сон сморит, после чтения свежих газет и тебя уже волнует только то, чтобы там впереди в кабине сами пилоты случайно не уснули, как и ты, и не забыли, куда же они на самом деле сегодня летят. Но, когда сидишь в первом ряду кресел тебе ведь ясно слышны через тонкую дюралевую переборку не частые переговоры со слегка металлическим компонентом командира экипажа с землёй и переговоры пилотов между собой по внутренней радиосвязи, а ты пытаешься понять их очередной анекдот.

Вот уже не заметно для тебя время прошло и пролетели Мильково, затем Усть Камчатск, а еще и Оссору, а уж затем знаменитую рыбацкую Вывенку и древние, почти трехсотлетние Тиличики – районный центр, а буквально через 15 минут стюардесса улыбаясь приглашает, всех пристегнуть ремни и авиапассажирам приготовиться к приземлению.

1.2. Будем ли мы праздновать 90-летие села Тиличики в 2002 году?

А сейчас ты сосредоточился на чтении статьи в «Камчатской правде» не известного тебе автора Жданевской С. И.: «Будем ли мы праздновать 90-летие села Тиличики в 2002 году?»

…«По селу Тиличики ходят упорные и настойчивые слухи, и предложения от информированных лиц отпраздновать в 2002 году летом или лучше осенью 90-летие образования нашего села, это возраст нашего заслуженного старожила Хупхи Тамары Петровны.

Юбилей ведь всегда хорошо: это и награды, и благодарности, да и вышестоящее начальство может что-либо из сверхпланового финансирования подбросит.

За празднование ли юбилея лично я? Конечно за!!! Но и одновременно и против!!!, так нужно праздновать не 90-летие, а 290-летие!!!

На чем же основаны данные утверждения?

Прежде всего, тем лицам, кто желает принять поспешное решение и отметить в следуем году 90-летие села Тиличики нужно, в том числе, и депутатам районного Совета, и депутатам села Тиличики, прежде всего, нужно внимательно проштудировать имеющие общедоступные источники, не погружаясь глубоко в архивы адмиралтейства, что в Санкт-Петербурге или в архивы библиотеки Конгресса США.

Мы из сегодняшнего времени понимаем, что в наших местных архивах, хоть районном, хоть окружной, да и даже краевом не всегда есть в доступе те документы, которые бы подтверждали фактическую дату рождения нашего села.

В принципе и наша национальная библиотека в Москве, которая ранее называлась имени В. И. Ленина, располагает достаточным архивом рукописных источников и древних изданий. Мне довелось еще 1999 и 2000 гг. побывать в её залах древних рукописей и многие первоисточники смотреть с трепетом в сердце, что общаюсь людьми, давно ушедшими из этого мира и держать в руках или видеть их фотокопии, по тем первоисточникам, которые хранятся в одном экземпляре или которые представляют даже наше национальное достояние. Понятно, что не многие из жителей нашего маленького Олюторского района могут похвастаться, что год провели в архивах нашей национальной публичной библиотеки. Поэтому из-за недостатка информации и поползли слухи по селу о его девяностолетии.

Важен для нас и нашей страны и геополитический аспект такого празднования и установления истинного возраста нашего села Тиличики. Так вот, если мы будем исходить из исторической правды, будем исходить из высших Российских геополитических интересов нашей необъятной Родины, мы будем отмечать не 90-летие, а отметим сразу и в ближайшее время 290-летие наших таких красивых Тиличик.

О дате и годе такого празднования можно посоветоваться с нашими депутатами, представив им оригиналы имеющихся исторических, дошедших до нас документов. Можно остановиться и на 2002, а, как мне кажется, лучше на 2003 году, тогда можно будет у новых областных властей, попросить хоть немного средств, чтобы построить детский сад, инфекционное отделение, да и немного благоустроить нижние Тиличики. Исходя из этой целесообразности предпочтительнее дата 2003—2004 годы.

Хотелось бы напомнить, что радиоуглеродным меткам заселение Камчатского полуострова началось довольно давно в глубокой исторической На сегодня по материковому побережью северной части Охотского моря и Камчатского полуострова обнаружено около 50 памятников культуры палеокоряков, ранние из которых датируются неолитом.

Древнекорякская культура близка по укладу к эскимоской, но отличается от нее по ряду специфических признаков.

Археологи обнаружили связи древнекорякской культуры не только с внутриконтинетальным неолитом Сибири, но с древними культурами Сахалина, нижнего Амура, Курильских островов.

Данные генетического исследования свидетельствуют, что по 10 локусам маркерных генов коряки занимают среднее положение между популяциями Сибири и Дальнего Востока, наибольший вклад в их генофонд внесли континентальные монголоиды – древние народы нынешней Сибири (Шерементьев В. А., Горшков В. А. – ж. – Генетика, 1977, -т. ХШ.-№6.-с.1118.). При этом исследователи обоснованно полагают, что неолитические племена древних коряков возникли в результате взаимной ассимиляции внутриконтинетальных охотников, вышедших по побережью Охотского моря и продвигавшихся на север Приамурских и Приморских племен. Этот процесс, начавшись около 4 тысяч лет назад, завершился формированием древнекорякского этноса, в том числе, на территории нашего района и КАО в целом.

Все эти наши утверждения подтверждается следующими документами:

Открываем оригинал журнала «Северный архив» за 1822 год страница 233, где идет описание книги Александра Шаховского «Известия о Гижигинской кръпости»

(4) О возобновленiи Акланска упоминаешся въ дълах слъедующеее: «Прошлаго „1741-го года Маiя 13-го дня, въ бытность Командором въ Охотскъ Г. Дивiера по Указу Ея Императорского Величества и по опредъленiю Канцеларiя Охотского порта, велъно Акланскiй острогъ возобновить, въ который съ потребнымъ числомъ людей посланъ служилой Иванъ Енiсейскiй, яко въ тамошнихъ странахъ довольно бывалой и Корякской „язык знающий“…… Построенiе сего острога было нужно „для предосторожности отъ немирныхъ Коряковъ, и острогамъ Анадырскому и Олюторскому на оборону“ (NB: следовательно тогда существовал еще Олюторский острогъ, о построенiи которого, въ 1714мъ году, упоминает Крашенинников, т. II, стр. 217).-…“ Дано ему Енисейскому изъ служилых 14 человъкъ, да изъ присыльныхъ 6, итого 20.».

Понятно, что по современных меркам, всего то 20 строителей, не так и много, но для тех времен, это существенная помощь местным жителям, в развитии их поселений в т. ч. Акланского острога, нынешнего села Оклана Пенжинского района.

Внимательный читатель задаст вопрос:

– А при чем здесь эти выдержи, ведь о самих то Тиличиках ничего ведь толком и не сказано?

Именно здесь мы и подошли к самому главному и важному в нашем историческом расследовании и поиске, поиске по установлению истины и реального возраста нашего села, в опубликованных ранее источниках. Прежде всего, напомню, что это мы с Вами уважаемый читатель смотрим и читаем оригинал журнала за 1822 год ж. «Северный архив». А такому изданию, тем более оригиналу нельзя ведь и не доверять, ведь это было написано ни много, ни мало, аж 178 лет назад, и понятно, что автор, писавший эти строки как сам пишет: « *За отсутствиемъ Охотскаго Начальника, Статскаго СовЪтника М. И. Миницкаго, управлялъ Охотскимъ портомъ около года, я имълъ случай извлечь сiи известiя изъ подлинныхъ дЪлЪ, хранящихся въ Охотскомъ АрхивЪ…» т.е. он (автор) видел оригиналы документов тех времен, да и жива была память очевидцев, ведь от 1714 года всего то минуло каких-то 8 лет. Понятно, что и почта, и сочинение не как в наш век самолетом, ходили и по году, и по более, но всё же доходили и до самой Москвы, и до резиденции царственных особ в Санкт-Петербурге.