Абсолютное оружие Америки

Любопытно, но в той же самой статье «Таймс» были названы четыре других кандидата на Нобелевскую премию в области литературы и химии, которые также не получили награды в том году, хотя трое из них все же были награждены впоследствии. Четвертый же претендент Трольн Лунд, подобно Тесла и Эдисону, так и не удостоился этой чести.

Несмотря на то что первое сообщение появилось в ноябре 1915 года, выдвижение кандидатов состоялось девятью месяцами ранее. В комитет по физике входило девятнадцать ученых, каждый из которых имел право назвать двух претендентов. Из тридцати восьми возможных претендентов двое работали в области радио – Э. Брэнли и А. Риги; два голоса были отданы представителю квантовой физики Максу Планку. Том Эдисон получил один голос, а отец и сын Брэгг – четыре. Согласно записям Королевской академии, Никола Тесла вообще не был номинирован в том году. (Однако при подсчете недоставало карточек за номерами 33 и 34.) Через неделю после сообщения в «Таймс», 14 ноября, Стокгольм объявил, что профессор Уильям Брэгг и его сын разделят награду в области физики.

Человек, рекомендовавший Эдисона, Генри Фэрфилд Осборн – президент Колумбийского университета (двадцать лет назад присудивший Тесла степень почетного доктора наук), извинился перед комитетом за то, что предложил кандидатуру Эдисона. «Хотя это несколько выходит за рамки предыдущих номинаций, – писал Осборн, объясняя свое решение, – я бы хотел предложить кандидатуру мистера Томаса Эдисона, чьи изобретения принесли величайшую пользу человечеству». Тесла номинировали лишь в 1937 году (это сделал Ф. Эренхафт из Вены, который до того выдвинул кандидатуру Альберта Эйнштейна).

Естественно, и Тесла, и Эдисон заслуживали этой награды, но нет ничего удивительного в том, что, во-первых, ни тот ни другой ее так и не получили и, во-вторых, что никто в то время так и не понял причины этого курьезного поворота истории.

О'Нейл, бравший по этому поводу интервью у Тесла, утверждал, что сербский ученый «проводил четкую границу между изобретателем, который усовершенствовал уже существующую технологию, и исследователем, создавшим новые принципы. Тесла считал себя исследователем, а Эдисона – изобретателем и полагал, что совмещение этих двух понятий полностью уничтожает ценность обоих».

Подтверждение в пользу этой версии можно найти в письме Тесла, адресованном Комитету по управлению работой маяков в Вашингтоне и отправленном с экспериментальной станции в Колорадо-Спрингс в 1899 году. Представители военно-морского флота написали Тесла, что предпочитают заключить контракт на поставку беспроводного оборудования с американцем, нежели с Маркони.

«Джентльмены! – резко ответил Тесла. – Несмотря на то что я ценю ваши усилия, вынужден сказать, что никогда не приму никаких уступок и буду соревноваться с любым, кто встанет на моем пути. Никакая личная финансовая выгода меня совершенно не интересует». Если кто-то и сомневался в гениальности Тесла, то только не он сам. Он, не моргнув глазом, мог отказаться от реальной выгоды, лишь бы его не сравнивали ни с кем другим, в данном случае с Маркони.

Нижеследующее письмо Джонсону было написано старательной рукой спустя четыре дня после появления статьи о выдвижении на премию и за четыре дня до решения Швеции отдать награду Брэггам. «Мой дорогой Лука!

Благодарю вас за поздравления. Для человека, обладающего вашим честолюбием, такая честь много значит. Через тысячу лет появится много тысяч лауреатов Нобелевской премии. Но это ничуть не умалит моей славы – в технической литературе с моим именем отождествляется не менее четырех дюжин изобретений. Вот поистине вечный почет, дарованный не теми, кто может ошибиться, но целым миром, который редко допускает ошибки, и за любое из этих изобретений я готов отдать все нобелевские премии за следующую тысячу лет».

Это письмо полностью приводилось в книге Хант и Дрейпер, однако они ошибочно сделали вывод, что это «здравое» послание было омрачено «торжеством» По поводу газетного сообщения. Джонсон также неправильно понял истинный смысл письма, потому что в марте 1916 года говорит о Нобелевской премии так, словно премия у Тесла уже в кармане.

В интервью газете «Нью-Йорк Таймс» на следующий день после выхода статьи Тесла заявил, что Эдисон «достоин дюжины нобелевских премий».

Различные биографы Тесла считали, что так он публично поздравил Эдисона, в то время как на самом деле это высказывание являлось язвительной насмешкой в адрес Нобелевского комитета. Тесла имел в виду, что комитет признавал лишь незначительные достижения, игнорируя подлинные открытия.

«Человек присоединяет к моей катушке некий разрядник и получает Нобелевскую премию, а я ничего не могу поделать». Можно было наградить Эдисона за множество «усовершенствованных мышеловок», но ни одна из них, по мнению Тесла, не имела ничего общего с новыми принципами. Это было просто усовершенствование уже существующего механизма.

Возможно, в данном случае Эдисон мог бы и согласиться с Тесла, поскольку большинство его изобретений действительно были лишь позднейшими модификациями работы других ученых. Однако Эдисон все же сделал несколько новых открытий. С его точки зрения, самым важным изобретением являлся фонограф. Это была работа гения даже по меркам Тесла, и она, безусловно, заслуживала Нобелевской премии. Кроме того, беспримерное умение Эдисона доводить до ума многообещающие проекты было слабым местом Тесла, этим ученые также отличались друг от друга.

Вполне возможно, что письмо, подобное тем, какие были отправлены Джонсону или Комитету по управлению работой маяков, могло быть также адресовано и Нобелевскому комитету. Если это предположение верно, против Тесла и Эдисона могло возникнуть предубеждение, что объясняет непримиримую позицию Шведской королевской академии, которая так никогда и не наградила ни одного из двух великих ученых.

Волшебник увяз в долгах. Ученый подтверждает, что задолжал гостинице «Уолдорф» и не имеет ни цента в банке.1915 год близился к концу, и Тесла все глубже и глубже увязал в долги. Хотя фонтан, изобретенный ученым в том же году, был хорошо принят, насущные расходы по-прежнему оставались высокими. Сюда входили издержки на строительство турбин на станции Эдисона, оплата офиса в Вулворт-Билдинг, зарплата ассистентам и новой секретарше миссис Скеррит, выплата долгов Джонсонам и Джорджу Шерффу, эксплуатационные расходы за Уорденклифф, траты на судебные разбирательства и плата за проживание в гостинице «Уолдорф-Астория».

Некоторые из этих выплат были отсрочены, особенно это касалось гостиницы, однако терпение мистера Болдта иссякало. Сверхъестественная изворотливость и благородные манеры Тесла уже не спасали. Стали поговаривать о специфическом запахе и квохчущих звуках, доносящихся из номера ученого. Горничные жаловались, что на подоконниках полно голубиного помета. Болдт прислал Тесла счет на полную оплату аренды, что составляло около 19 000 долларов. В это же время Тесла должен был в судебном порядке выплатить налог за Уорденклифф в размере 935 долларов.

Тесла подписал бумагу о передаче Уорденклиффа Болдту в Верховном суде штата. Судье Финчу ученый сообщил: «…у меня нет недвижимости или акций, а все личные вещи даже в расчет брать не стоит». Под присягой Тесла показал, что живет в престижной гостинице «Уолдорф» в основном в кредит, что его компания «не обладает большим капиталом, но получает достаточно роялти по патентам, чтобы оплачивать расходы», а большая часть его патентов продана или передана другим компаниям. Когда ученого спросили, есть ли у него автомобиль или лошади, ученый отвечал отрицательно.

– Возможно, у вас есть драгоценности? – поинтересовался судья.

– Никаких драгоценностей, я их не переношу, – ответил Тесла.

Эта нелицеприятная статья была опубликована на всеобщее обозрение в журнале «Уорлд». Однако по привычке Тесла попросил секретаря добавить эту статью к стопке газетных вырезок о себе и пометить: «по моей вине». Больше похожее на многотомную энциклопедию, это собрание вместе с другими записями и перепиской, должно было отойти потомкам в качестве подробного описания богатой, запутанной жизни изобретателя. Находясь под присягой, Тесла с большой осторожностью подбирал слова. Было унизительно оказаться в положении должника, однако ученый хотел, чтобы Морганы, Маркони, Франклины Рузвельты и Вудро Вильсоны узнали о его беде, поскольку в конечном счете этот позор ложился также и на их плечи. Даже Т.К. Мартин отвернулся от него, и в это время отправлял мелочные послания Элайхью Томсону, жалуясь на то, что Тесла выманил у него деньги за опус, составленный из собрания работ ученого лет тридцать назад.

Любыми путями пытаясь найти средства, Тесла продолжал продвигать на рынок свой спидометр, добиваться выплат от американских фирм за безлопастные турбины и собирать роялти у Левенштейна и компании «Телефункен» – за станции в Такертоне и Сэйвилле. Патриарх науки также продолжал писать статьи для «Уорлд» и «Сан» за наличные и обратился к использованию других изобретений, например устройств для электротерапии, вместе с доктором Моррелом. Шерффу Тесла написал, что ожидает получить на медицинском рынке три-четыре миллиона долларов.

Вынесение бедственного положения ученого на суд общественности и передача Уорденклиффа в другие руки вызвали у Тесла чувство глубокого раздражения и стыда, потому что теперь весь мир считал его абсолютным неудачником. Действительно, если успех можно измерять в деньгах, Тесла потерпел полное фиаско.

Ученый старался держать себя в руках, но это событие стало переломным моментом в его жизни. Он начал медленно, но неуклонно отдаляться от общества. С этого дня началась его жизнь в других штатах, где можно было вести дела в новом окружении и на время отдохнуть от враждебной обстановки. Он написал письмо Генри Форду в Детройт, надеясь, что автомобильный магнат оценит преимущества парового двигателя.

«Я уверен, что в один прекрасный день Форд пойдет мне навстречу и со всеми моими неприятностями будет покончено», – предсказывал Тесла Джулиусу Чито – сыну Коулмена, теперь работавшему – на него. «И точно, однажды утром инженеры из компании Форда предстали передо мной и предложили обсудить важный проект», – сообщил Тесла много лет спустя.

– Разве я тебе не говорил!? – гордо заметил пророк.

– Вы меня поразили, мистер Тесла. Все произошло именно так, как вы предсказывали, – ответил Джулиус.

«Когда эти твердолобые расселись, я, конечно, тут же начал описывать им превосходные качества моей турбины, но главный прервал меня словами: «Мы все это знаем, но пришли по особому поручению. Мы создали психологическое общество для исследования психических явлений и хотим, чтобы вы присоединились к нам». Пораженный Тесла, скрыв негодование, выпроводил новоиспеченных исследователей на улицу.

Встреча с княгиней. Вначале 1916 года Тесла заболел гриппом, и на страницах газет появился его портрет, сделанный скандально известной художницей, княгиней Вильной Львофф-Парлаги. Она была дочерью баронессы фон Цоллерндорф. Вышла замуж за князя Львова из России, но впоследствии развелась и стал писать портреты таких знаменитостей, как фельдмаршал фон Мольтке, Бисмарк, баронесса Ротшильд, Эндрю Карнеги, Томас Эдисон и Тедди Рузвельт. Сначала из-за своих предрассудков Тесла отказывался позировать, но йотом согласился и нашел удобное кресло среди разношерстных питомцев Ее Сиятельства, в числе которых были две собаки, ангорская кошка, медведь, львенок, аллигатор, ибис и пара соколов. Вильну недавно выгнали из отеля «Плаза» за неуплату 12 000 долларов, и ей было о чем поговорить и над чем посмеяться вместе с сербским аристократом, который оказался в столь же незавидном положении. Портрет был напечатан в журнале «Электрикал Экспериментер» в 1919 году, а потом на обложке «Тайм» в 1931 году – в честь 75-летия Тесла.

В это время в Америку приехал племянник Тесла, Николас Трбоевич, который тоже был изобретателем и хотел работать у своего дяди. Очевидно, у Тесла времени на племянника не было. Чувствуя себя отверженным, Трбоевич обратился в местную сербскую общину, где познакомился с доброжелательным профессором Майклом Пьюпином, который взял юношу «под крыло» и начал с того, что показал ему город. Трбоевич понравился великому профессору, и они стали близкими друзьями. В 1920-1930-х годах племянник Тесла создал гипоидный двигатель и несколько сложных устройств для автомобильной промышленности. Исходя из математических принципов, изобретатель нашел простой способ ведущего вала, длина которого от мотора до задней подвески составляла почти фунт. Это усовершенствование позволило избавиться от подножек автомобиля, сделав его корпус более обтекаемым. За это изобретение ученый получил небольшой гонорар. Переехав в Детройт в конце 1920-х годов, Трбоевич продолжал переписываться с дядюшкой Нико, приезжавшим к нему в гости во время «великой депрессии».

В феврале Тесла получил письмо от своего восторженного почитателя Джона (Джека) О'Нейла, который работал корреспондентом в ежедневной газете Лонг-Айленда и намеревался перейти в «Геральд Трибьюн». Молодой человек напомнил ученому об их встрече в метро в 1907 году и приложил к письму стихотворение «Николе Тесла», как «дань уважения к его гению».

Ты – всех времен славнейший человек.Ты был рожден, чтоб мир перевернутьИ чудеса, которым равных нет.Явить на свет – и осветить наш путь.Дрожит Земля, послушно пропускаяТвоих катушек вездесущий ток,А он течет – от края и до края.Из центра в самый дальний уголок.Всевидящ и велик твой ум ученый,И во вселенной для него секретов нет.Ты обещаешь расе обреченнойМогущество и мир, триумф и свет!

Тесла отправил молодому человеку ответное письмо, сердечно поблагодарив его, но добавил: «Вы слишком высокого мнения обо мне». Странно, но он предложил О'Нейлу написать поэму в честь Пирпонта Моргана – «человека, от которого зависит весь мир». Если О'Нейл сделает это, ученый сможет получить солидный чек. Предложение кажется тем более странным, что Пирпонт давно уже умер.

Медаль Эдисона. «Если мы лишим себя достижений мистера Тесла, колеса промышленности перестанут вращаться, в городах воцарится мрак, а мельницы замрут в бездействии. Значение его изобретений неоценимо, они стали основой всей промышленности».

Б. Беренд, 1917 год.

Умным людям было тяжело узнать о критическом положении Тесла. Инженер Бернард Беренд – швейцарский эмигрант, отказавшийся свидетельствовать против сербского ученого во время зловещего процесса по поводу системы переменного тока, считал, что нужно срочно предпринять что-то. Он планировал восстановить доброе имя своего духовного наставника. Посвятив большую часть жизни усовершенствованию индукционного мотора Тесла, Беренд сообщил своему учителю, что тот будет номинирован на медаль Эдисона. Именно Беренд сделал это предложение комитету. Среди награжденных прошлых лет были Александр Белл, Элайхью Томсон и Джордж Вестингауз.

То, что Тесла будет награжден организацией, действующей под эгидой Эдисона, поразило даже самого ученого. Возможно, разрешение дал сам Том Эдисон. Кажется маловероятным, чтобы великий ученый, которому на днях исполнилось 70 лет, испытывал прежнюю враждебность по отношению к Тесла. Скорее всего, мысль о вручении медали вызвала на лице колдуна из Менло-Парка широкую улыбку. Первой реакцией Тесла было отвращение, и он ответил отказом, но Беренд продолжал настаивать. Это была возможность наградить достойного человека за его уникальный вклад. «Вы хотите, чтобы автором вашей системы назвали Феррариса, Шалленбергера, Стидвелла или Штейнмеца?» – поинтересовался Беренд. Тесла с неохотой согласился.

Вручение награды было назначено на 18 мая 1917 года, за два месяца до того, как по телефону Тесла сообщили, что вандалы ворвались в его лабораторию в Уорденклиффе и разгромили оборудование, стоившее 68 000 долларов, а «башню взорвали динамитом». На церемонии присутствовало много известных людей. Среди них были Джонсоны, мисс Меррингтон, Чарльз Скотт и Эдвард Дин Адаме, ответственный за предприятие в Ниагара-Фоле.

Вступительную речь произнес Кеннеди – бывший приятель Эдисона, который теперь преподавал в Гарварде. Помощник Тесла, ставивший опыты над животными при помощи системы переменного тока во время оживленной полемики начала 1890-х, говорил в течение пятнадцати минут. И за все это время он ухитрился ни разу не упомянуть имени Тесла.

«Многие люди считают, что медаль Эдисона предоставляется самим мистером Эдисоном, но это ошибка. На самом деле он всю жизнь только и занимался тем, что получал медали, поэтому у него нет времени, чтобы их раздавать». Бурчание оратора заставляло Тесла все больше нервничать. «Всякий раз, когда достойный кандидат получает эту медаль, с ним награждается и сам Томас Эдисон. Наступит время, возможно, через тысячу лет, когда тысяча седьмой кандидат получит эту медаль, вновь отдав дань уважения изобретениям Эдисона».

Как гласит предание, Тесла выбежал из комнаты, Беренд в панике кинулся за ним, в то время как Чарльз Терри – видный чиновник из корпорации Вестингауза – начал перечислять достижения Тесла. Беренду удалось отыскать ученого, в одиночестве кормящим у библиотеки своих любимых голубей.

Возможно, чтобы сгладить впечатление от речи Кеннеди, Беренд сказал: «Имя Тесла не будет предано забвению, равно как имена Фарадея или Эдисона. Чего еще можно желать человеку? Перефразируя описание Ньютона, сделанное Поупом: «Природа и ее законы скрывались под покровом ночи. Бог сказал: «Да будет Тесла!» и стал свет».

«Леди и джентльмены, – начал Тесла, – хочу от всего сердца поблагодарить вас за внимание. Я не обманываю себя, считая, что выступавшие намного преувеличили мои скромные заслуги. Живя надеждой и верой в то, что это только начало, предшествующее более великим свершениям, я собираюсь продолжать свою работу и предпринимать новые попытки.

В глубине души я очень религиозный человек и верю, что великие тайны нашего бытия еще только предстоит разгадать. Даже смерть может оказаться не концом удивительных превращений, свидетелями которых мы являемся. Поэтому я сохраняю неизменное спокойствие духа, чтобы не сдаваться перед лицом врагов и добиться радости и счастья, черпая удовлетворение даже в темной стороне жизни, в испытаниях и бедах существования».

Электрический волшебник продолжал говорить о своей жизни: рассказал о забавном случае с гусаком, который чуть не вытащил ему в детстве пупок, о первых встречах с Эдисоном и о работе с Вестингаузом, о лекциях в Европе, об успехе на Ниагарском водопаде и о планах на будущее.

«Я добился славы и несказанного богатства, – добавил в заключение ученый, – хотя и написал множество статей, в которых представил себя несчастным и непрактичным человеком, а сколько бедных писателей называли меня фантазером! Таков наш заблуждающийся и близорукий мир».

Тесла пришел в ужас от того, что Болдт не защитил Уорденклифф, поскольку его минимальная стоимость составляла по меньшей мере 150 000 долларов. Хотя ученый передал свою станцию гостинице, он полагал, что управляющий должен оказать дань уважения долгу ученого, «пока его планы не созреют». Поскольку достроенная станция должна была приносить от 20 до 30 тысяч долларов в день, Тесла был глубоко уязвлен, когда Болдт принял решение уничтожить ее. Болдт, или «управляющий гостиницей», считал Уорденклифф своей собственностью, свободной и абсолютной, хотя в качестве доказательства Тесла привел «закладную на движимое имущество» – себестоимость своего оборудования. Гостиничная страховка составляла всего 5000 долларов, в то время как стоимость оборудования доходила до 68 000. Зачем было Тесла пытаться защитить свою собственность, если он не был в ней заинтересован? Тесла считал контракт «гарантией надежности», однако подписанная им бумага таковой не являлась. По словам адвоката Фрэнка Хатчинса из компании «Болдуин энд Хатчинс», «два года назад был подписан счет на продажу, заверенный печатью». «Нам непонятно, какой у вас может быть интерес», – небрежно заметил Хатчинс.

Ворвавшись в адвокатскую контору на Пайн-стрит, Тесла потребовал объяснить, что случилось. «Обратитесь в «Смайли Стал Компани». Они ответственны за спасение имущества». Дж. Б. Смайли сообщил Тесла, что башня должна быть снесена, а части ее проданы, чтобы покрыть текущий долг. «Это величайшая ошибка, – написал в ответ Тесла, – но я уверен, что правосудие восторжествует».

«Не обращайте на Тесла внимания и немедленно приступайте к сносу», – приказал команде рабочих Смайли после совещания с Хатчинсом.

Гостиница «Уолдорф-Астория» 12 июля 1917 года

Джентльмены,

Я получил сообщение, которое совершенно оглушило меня, тем более что сейчас я выполняю важный правительственный заказ, намереваясь в дальнейшем использовать эту станцию.

Я уверен, что вы поймете серьезность ситуации и позаботитесь, чтобы станция осталась на месте, а аппаратура была сохранена.

Искренне ваш,

Н. Тесла

Ученый решил, что единственный способ спасти Уорденклифф – представить его в роли потенциального оружия зашиты страны. Играя на шумихе, поднятой вокруг Нобелевской премии, Тесла вновь поразил воображение читателя очередным потрясающим заявлением.

Новое устройство Тесла подобно молниям Тора. Ученый пытается запатентовать беспроводное устройство, уничтожающее морские суда одним нажатием кнопки. Армии тоже будут разбиты. «Изобретатель Никола Тесла, кандидат на получение Нобелевской премии в области физики в 1915 году, подал патентную заявку на важнейшие детали машины, возможности которой превосходят самые смелые представления и обещают сравниться лишь с грозными молниями Тора, карающими тех, кто разгневал богов. Доктор Тесла утверждает, что в новом изобретении нет ничего сенсационного.

«Это совершенно реальное изобретение для передачи электрической энергии без проводов и производства разрушений на расстоянии. Я уже создал беспроводной передатчик».

«Десять миль или тысячу миль – моей машине будет все равно, какое расстояние выбрать». На земле и на суше она будет действовать точно, нанося удар, способный парализовать или убить. Человек в башне на Лонг-Айленде сможет защищать Нью-Йорк от кораблей или армии посредством единственной кнопки, если задумки ученого воплотятся в реальность».

Тесла не получил официального патента на свое лазерное оружие, или «луч смерти», поскольку ясно, что в течение следующих двадцати лет он вынашивал идею, создавая прототипы еще в 1896 году, когда бомбардировал цели рентгеновскими лучами.

Оказавшись в «серьезном положении» и не зная, к кому еще обратиться за помощью, ученый вновь связался с Морганом. Это был последний шанс защитить беспроводные патенты и спасти Уорденклифф. «Словами невозможно передать, как я ненавижу жестокие обстоятельства, вынудившие меня вновь обратиться к вам», – писал ученый, но все было тщетно. Он был по-прежнему должен Джеку 25 000 долларов плюс проценты; финансист проигнорировал просьбу ученого и спокойно положил его письмо в папку, где хранились бумаги других закоренелых должников.

В феврале 1917 года Соединенные Штаты порвали дипломатические отношения с Германией и захватили станцию в Сэйвилле. «Тридцать немецких сотрудников станции были вынуждены покинуть ее, а их место заняли представители американского флота». Вокруг станции выставили охрану: верховное командование решило, что так следует поступить со всеми радиостанциями вдоль побережья. Словно грибы после дождя, стали появляться статьи о «существовании тайной станции, передающей информацию относительно перемещения американских кораблей германским подводным лодкам».

Еще 19 задержано по обвинению в шпионаже. Доктор Карл Георг Франк – бывший директор радиостаниии в Сэйвилле – среди них. 6 апреля 1917 года президент Вильсон издал указ «захватить все радиостаниии. Выполнение приказа было поручено g секретарю Дэниэлсу… Понятно, что все станции, включая любительские устройства, которым нельзя найти места во флотской системе, должны были немедленно прекратить работу». Это решение коснулось и Уорденклиффа.

Работы Тесла были хорошо известны секретарю Дэниэлсу и помощнику секретаря Франклину Рузвельту, которые активно использовали научное наследие изобретателя для борьбы с Маркони. Принимая во внимание захватывающее заявление ученого о том, будто его башня способна стать электронной зашитой от захватчиков, Уорденклифф должен был быть выделен в особую категорию. Однако этому мешали два обстоятельства. Первое заключалась в том, что Тесла уже передал собственность мистеру Болдту в счет долга «Уолдорфу», а второе – что передатчика на станции не существовало. Постоянное бездействие станции являлось лучшим доказательством провала Тесла. Для многих Уорденклифф было всего лишь немым памятником поразительным прогнозам относительно не слишком оригинальной идеи, пошедшей по ложному пути. С точки зрения флота Тесла мог быть изобретателем радио, но он точно не был тем человеком, который заставил это устройство работать.