Сказы о том, как чудеса на Руси начинались

Легенда о защитнике Словенска

В стародавние времена, когда еще молода была земля славянская, стоял на берегах Волхова-реки город великий Словенск. Основал его князь Словен с братом своим Русом, и был то первый город славянский, матерь всех городов русских. Высоки были стены его каменные, широки улицы, многолюдны торжища. Сходились в Словенске пути торговые от моря Варяжского до земель дальних, и славился город богатством и мудростью жителей своих.

Но не только торговцы и ремесленники жили в Словенске. Обитали там волхвы мудрые, что хранили знания древние, и богатыри могучие, что защищали город от врагов. Среди всех богатырей выделялся один – Волховец Всеславич, что родился в день великого наводнения, когда Волхов-река вышла из берегов и благословила младенца силой своей.

Рос Волховец не по дням, а по часам, и к двадцати годам превзошел он силой всех богатырей словенских. Высок был ростом – три сажени без вершка, широк в плечах, силен в руках. Меч его булатный весил пуд с четвертью, а палица дубовая была такой тяжести, что двое коней едва могли ее увезти. Но не в силе одной была его мощь – обладал Волховец даром видеть будущее и понимать речь всех тварей земных и небесных.

Случилось так, что в один из дней, когда праздновали словене праздник Купалы, пришло к Волховцу видение страшное. Увидел он, как надвигается на Словенск тьма великая – не рать человеческая, а воинство нечистое. Ведет это воинство Чернобог, владыка тьмы, что спал долгие века в недрах земных, а теперь пробудился и решил погубить первый город славянский.

Рассказал Волховец о видении своем князю и старейшинам, но не поверили они ему:

– Крепки стены наши, – говорили они, – многочисленна дружина, богаты мы и сильны. Какая нечисть может одолеть Словенск великий?

Но Волховец знал правду. Обошел он всех волхвов городских, всех кудесников и ведунов, рассказал им о предзнаменовании. И подтвердили старцы мудрые слова его:

– Правда твоя, Волховец Всеславич. Идет на город беда великая. Но есть способ спасти Словенск – нужен воин, что примет на себя всю тьму и сразится с самим Чернобогом.

– Я готов, – сказал Волховец. – Что нужно делать?

– Тяжек будет путь твой, – отвечали волхвы. – Должен ты стоять на стенах городских и принимать на себя каждый удар нечисти, каждое заклятие темное. И если выстоишь до рассвета семи дней подряд, то отступит Чернобог, а город будет спасен.

На седьмой день после видения пришла на Словенск тьма. Не войско это было, а сама ночь ожившая – тени черные, что ползли по земле, духи злые, что выли в воздухе, и впереди всех – Чернобог на коне костяном, с мечом из льда преисподнего.

Встал Волховец на стены городские в полном вооружении. Надел он доспехи дедовские, что ковали еще кузнецы божественные, взял меч-кладенец и щит, на котором был изображен герб Словенска – сокол белый на поле красном.

– Стой, нечисть! – возгласил богатырь. – Не пройдешь в город, пока жив Волховец Всеславич!

Засмеялся Чернобог смехом, что заморозил воду в колодцах:

– Один против тьмы всей? Безумец! Сейчас узнаешь, что значит сражаться с владыкой преисподней!

И началась битва страшная. Семь дней и семь ночей стоял Волховец на стенах, отбивая атаки нечисти. Летели на него демоны крылатые – разил он их мечом булатным. Наползали тени ядовитые – жег их молитвами святыми. Метал Чернобог заклятия смертные – отражал их Волховец силой духа своего.

С каждым днем слабел богатырь. Кольчуга его была изрублена, щит пробит, меч зазубрен. Раны кровоточили, силы убывали. Но не отступал Волховец ни на шаг, прикрывая собой родной город.

А в городе люди молились во всех храмах, жгли костры священные, пели песни древние, поддерживая своего защитника. И чувствовал Волховец эту поддержку, черпал в ней силы новые.

На седьмой день, когда уже близился рассвет, понял Чернобог, что время его истекает. Если не победит он до восхода солнца, то должен будет отступить на века многие. Тогда собрал он всю силу тьмы в один удар и сам пошел на Волховца.

Сошлись они в поединке на стене городской. Меч против меча, сила против силы, добро против зла. И был то поединок не только телесный, но и духовный – сражались не только мечами, но и волей, не только силой, но и верой.

Долго бились воины, и казалось, что равны они в мощи. Но вот начала заниматься заря, и почувствовал Чернобог, как слабеет сила его. А Волховец, наоборот, ощутил прилив мощи – помогали ему первые лучи солнца и молитвы горожан.

Нанес богатырь удар последний, и пронзил мечом своим сердце Чернобога. Завыл владыка тьмы и начал рассыпаться прахом. Но в последний миг ударил он Волховца когтем ядовитым прямо в сердце.

Упали оба на стену городскую. Чернобог рассыпался тьмой, которая растаяла в лучах восходящего солнца. А Волховец лежал на камнях, и текла из груди его кровь алая.

Сбежались горожане на стены, подняли своего защитника. Жив еще был Волховец, но видели все, что смертельна рана его.

– Не печальтесь, люди добрые, – молвил умирающий богатырь. – Спасен Словенск, отступила тьма. Но знаю я, что не навечно. Вернется зло в мир сей, только в обличье ином. И тогда нужно будет городу защитнику новому.

– Завещаю вам: когда падет Словенск от времени или от врагов, постройте на месте сем город новый. И назовите его Новгородом – новым городом, что будет продолжением старого. И пусть помнят люди, что основан он на крови героя, проливших жизнь за землю славянскую.

С этими словами испустил дух Волховец Всеславич. И в тот же миг засиял он светом ярким, а тело его стало прозрачным и растворилось в воздухе, оставив лишь меч булатный да память о подвиге великом.

Прошли века, и сбылось предсказание Волховца. Пришли на Словенск враги – не нечисть на сей раз, а племена варварские. Много лет осаждали они город, разрушали стены, жгли дома. И хоть сражались словене храбро, но не было у них больше такого защитника, как Волховец.

Пал Словенск великий, разрушены были стены его, сожжены палаты княжеские. Но не погибли люди – ушли они в леса дремучие, сохранили веру и традиции древние.

И когда прошла година лихая, вернулись потомки словенские на берега Волхова. И построили они город новый – Новгород Великий, что стал наследником Словенска. А на том месте, где пал Волховец Всеславич, поставили они камень памятный с надписью древней:

"Здесь пал Волховец Всеславич,

Защитник Словенска великого,

Что жизнь свою отдал за град отцовский.

Пусть помнят потомки подвиг его,

И пусть не оскудеет земля русская

Героями такими".

И стал Новгород городом великим, как и Словенск прежде. И когда приходили на него враги, то помнили новгородцы о Волховце и сражались так же храбро, как он. А меч булатный героя хранили в соборе главном, и выносили его в дни опасности великой.

И доныне, говорят старые люди, когда грозит Новгороду беда смертная, является на стенах его дух Волховца Всеславича с мечом в руке, готовый снова встать на защиту города славянского.

Легенда о том, как Садко в Беловодье попал

Жил в славном Новгороде гусляр Садко, что прославился на весь белый свет игрой своей волшебной. Побывал он у Морского царя, стал купцом богатым, но не давал ему покоя вопрос один: видел он в глубинах морских чудеса великие, а есть ли на земле места такие, где правда и красота царят, где люди живут в мире и согласии?

Рассказывали в те времена странники бродячие о стране далекой – Беловодье, где реки текут молочные, берега кисельные, где нет ни бедных, ни богатых, а все люди равны перед Богом. Говорили, что найти ту землю может только тот, кто сердцем чист и помыслы имеет праведные.

Загорелось сердце Садко желанием увидеть Беловодье своими глазами. Собрал он дружину верную, снарядил корабли крепкие и отправился в путь дальний, взяв с собой гусли звонкие – ведь знал, что музыка – это ключ ко всем сокровищам мира.

Долго плыл Садко по морю Варяжскому, потом по рекам широким, через озера глубокие. Много препятствий встретилось на пути – и бури лютые, и пираты морские, и чудища водяные. Но всякий раз выручала Садко игра его чудесная: успокаивались волны под звуки гуслей, засыпали враги, а звери морские становились друзьями.

Дошел путь до гор высоких, где кончались реки привычные, а начинались потоки неведомые. Сказали местные жители Садко:

– Дальше, за горами теми, течет река Белая, что ведет в землю заповедную. Но попасть туда может не всякий – только тот, кого сама река призовет.

Оставил Садко корабли у подножия гор, взял одни гусли и пошел пешком по тропе узкой. Долго шел, пока не вышел к реке удивительной – вода в ней была белая как молоко, но прозрачная как хрусталь, и текла она не к морю, а вверх, к небу.

Сел Садко на берегу реки и заиграл на гуслях песню о своем желании найти землю праведную. И вдруг поднялись из воды три старца седобородых в ризах белых:

– Кто ты, добрый молодец, что играешь песни такие?

– Садко я, гусляр новгородский, ищу Беловодье – страну справедливости.

– Долог путь до Беловодья, много испытаний на дороге. Готов ли ты пройти их все?

Согласился Садко на испытания. Первый старец превратил реку в лед зеркальный:

– Перейди реку по льду, но знай – лед проломится под тем, кто корысть в сердце носит.

Пошел Садко по льду, и не провалился, ибо шел он не за богатством, а за правдой.

Второй старец напустил туман густой:

– Пройди через туман, не сбившись с пути. Заблудится тот, кто неправду говорил.

Играл Садко на гуслях песню честную, и расступался туман перед ним.

Третий старец воздвиг стену огненную:

– Пройди сквозь пламя. Сгорит тот, кто злобу в душе держит.

И прошел Садко сквозь огонь невредимым, ибо не было в сердце его зла.

За огненной стеной открылась долина чудесная, а в ней – врата золотые, что сами собой отворились перед Садко. Вошел он в Беловодье и увидел красоту неописуемую: поля изумрудные, леса серебряные, реки хрустальные. А люди там жили в домах светлых, все были одеты в одежды белые, и на лицах у всех была радость тихая.

Встретили Садко жители Беловодья с хлебом-солью, проводили к правителю своему – старцу мудрому по имени Белогор. Сказал тот Садко:

– Добро пожаловать в землю нашу, гусляр славный. Давно мы ждали музыканта, что сможет песни наши донести до мира внешнего. Ибо знаем мы: только через красоту и музыку может прийти в мир правда.

Год и день прожил Садко в Беловодье. Учили его жители той страны мудрости великой – как жить в мире с природой, как не брать лишнего от земли, как решать споры без вражды, как делить все поровну между людьми.

А Садко учил их песням новгородским, играл на гуслях мелодии родной земли. И создали они вместе музыку такую, что от нее становилось легко на сердце, исчезали печали и болезни.

Но тосковал Садко по родине своей, по Новгороду славному. И сказал ему старец Белогор:

– Видим мы тоску твою, Садко. Не для того создано Беловодье, чтоб держать людей силой. Но если вернешься в мир свой, помни наказ: неси людям весть о том, что возможна жизнь без зла и вражды. Играй песни, что научился здесь, и пусть они сеют в сердцах людских семена добра.

Проводили Садко жители Беловодья до реки Белой. Дал ему старец Белогор гусли новые – из дерева, что растет только в Беловодье:

– Эти гусли особые – они зазвучат только тогда, когда играешь правду. Лжи и корысти они не терпят.

Сел Садко в лодку волшебную, что сама плыла против течения, и вернулся в мир людской. А река Белая скрылась за ним, словно ее и не было.

Вернулся Садко в Новгород, но стал иным человеком. Богатства свои купеческие раздал бедным, а сам остался при гуслях чудесных. Играл он теперь песни не для забавы, а для того, чтобы напоминать людям о красоте и справедливости.

И всякий раз, когда в городе начинались ссоры или несправедливость творилась, брал Садко гусли беловодские и играл мелодии той далекой страны. И утихали споры, мирились враги, богатые делились с бедными.

Многие спрашивали Садко, где он научился играть так, что от музыки его сердца добреют. А он отвечал:

– Есть на свете страна Беловодье, где все люди живут как братья. Кто чистым сердцем ее ищет, тот найдет. А кто найдет, тот обязан нести ее свет в мир наш.

И до сих пор рассказывают люди, что где-то за морями-океанами, за горами высокими течет река Белая в страну справедливости. А путь туда открывается тому, кто не ради себя идет, а ради того, чтобы сделать мир лучше.

И говорят, что иногда в тихие вечера можно услышать звуки гуслей волшебных – это Садко играет песни Беловодья, напоминая людям о том, что справедливость возможна, если каждый будет нести в сердце своем частичку той далекой страны.

Легенда о Вие и богатыре Лесоборе

В стародавние времена, когда еще тьма первобытная не до конца отступила от земель русских, жил в недрах глубоких страшный владыка подземного царства – Вий. Был он исполином могучим, но веки его тяжелые опускались до самой земли, закрывая глаза огненные. И была в тех глазах такая сила нечистая, что любой, на кого взглянет Вий, тотчас в прах рассыпался.

Долго спал Вий в пещерах подземных, окруженный нечистью всякой – упырями, ведьмами да бесами. Но пришло время, когда стало ему тесно в царстве подземном, и решил он выйти на свет белый, чтобы подчинить себе все живое.

Первым знамением пробуждения Вия стали кошмары, что начали терзать людей по всей Руси. Засыпал крестьянин после трудов праведных – и снились ему ужасы неописуемые. Видел он, как земля разверзается под ногами, как выползают из недр твари страшные, как гаснет солнце красное, а на небе встает око черное, что жжет все живое.

Не только простых людей мучили кошмары – и князья в палатах своих, и богатыри в шатрах боевых, и монахи в келиях священных не находили покоя. Просыпались все в холодном поту, с криком ужаса, и не могли забыть видений страшных.

Вскоре кошмары стали сбываться наяву. Земля стала трескаться в разных местах, и выходили из трещин пары ядовитые, что губили посевы и скот. Реки мутнели и высыхали, а в лесах деревья чернели и умирали, будто кто-то невидимый жег их взглядом огненным.

Люди стали покидать родные места, бежать в земли дальние, но и там настигали их кошмары Виевы. Воины теряли силу и мужество, ремесленники забывали свое мастерство, а певцы и сказители умолкали, ибо не находили слов для радости.

Наконец, когда страх и отчаяние достигли предела, явился сам Вий во всем ужасе своем. Поднялся он из-под земли у старого городища, что стояло на семи холмах. Был он ростом как дуб столетний, кожа на нем черна как деготь, а веки тяжелые волочились по земле.

С ним вышла вся рать подземная – упыри кровожадные, ведьмы старые, бесы рогатые, и вся нечисть, что веками копилась в недрах темных. Расселись они по земле русской, как воронье на поле брани, и стали творить злодейства несказанные.

Там, куда ступала нога Виева, земля становилась мертвой, трава не росла, птицы не пели, а звери бежали прочь. Деревни пустели, города приходили в запустение, и казалось, что скоро вся Русь станет пустыней мертвой.

Попытались богатыри киевские сражаться с Вием, да только как можно биться с тем, на кого нельзя взглянуть? Стоило кому поднять веки Виевы – и тотчас превращался в пепел самый могучий воин. Илья Муромец сам едва спасся, укрывшись за щитом волшебным, а Добрыня Никитич три дня лежал без памяти после одного только взгляда на веки страшные.

В те темные дни жил в лесах дремучих богатырь по имени Лесобор. Был он сыном лешего доброго и девицы-красавицы, что заблудилась в чаще и полюбила духа лесного. От отца унаследовал Лесобор знание всех тайн лесных, умение говорить с зверями и птицами, а от матери – сердце человечье и желание защищать добро.

Не жил Лесобор среди людей, а обитал в глуши лесной, в избушке на курьих ножках, что досталась ему от бабки Яги после того, как та подобрела в старости. Был он ростом не велик, не мал, но сила в нем была не богатырская, а волшебная – мог он корни деревьев заставить расти, как ему нужно, листву сделать крепче стали, а ветви – острее мечей.

Когда пришел на земли русские Вий со своей ратью нечистой, дошла беда и до лесов, где жил Лесобор. Стали гибнуть деревья вековые, звери разбегаться, птицы улетать в края дальние. И понял богатырь лесной, что если не остановить Вия, то погибнет не только мир людской, но и мир лесной, что был ему дороже жизни.

Пошел Лесобор к своему отцу-лешему за советом. Говорит леший сыну:

– Знаю я тайну Виеву. Не в глазах его сила, а в том, что веки свои поднимать не может сам – тяжелы они неимоверно. Нужны ему помощники, что веки поднимают. Без них Вий слеп как крот подземный.

– А еще знаю другую тайну: боится Вий не железа булатного, не огня небесного, а света солнечного, что через зелень лесную проходит. Ибо свет тот чист и добр, а зло его вынести не может.

Задумал Лесобор хитрость великую. Собрал он всех зверей лесных – от медведя бурого до мышки полевой, всех птиц – от орла степного до синички малой, и даже насекомых всех призвал на помощь. И рассказал им план свой.

Когда Вий в очередной раз вышел на поверхность творить зло, окружили его невидимо звери и птицы лесные. Мыши и кроты подрыли землю под ногами нечисти, пчелы и осы налетели на упырей и ведьм, а птицы стали кружить над головой Вия, отвлекая тех, кто должен был поднимать ему веки.

В суматохе и неразберихе незаметно подкрался к Вию сам Лесобор. Но не с мечом пришел, а с семенами волшебными, что мог заставить прорасти в одно мгновение. Бросил он семена вокруг Вия, и выросли тотчас деревья могучие – дубы, березы, сосны, ели – целый лес за один миг.

Оказался Вий в чаще густой, где солнечные лучи, проходя сквозь листву зеленую, превращались в стрелы светлые. И не могла нечисть вынести света того чистого – стала она корчиться и стонать, а потом и вовсе растворилась в воздухе, как дым черный.

Остался Вий один среди деревьев, и некому стало поднимать ему веки тяжелые. Слепой и беспомощный, не мог он найти дорогу назад в подземное царство. А солнечный свет, что лился сквозь листву, жег его как огонь небесный.

Три дня и три ночи бился Вий в лесной чаще, пытаясь вырваться, но деревья росли все гуще, а свет становился все ярче. Наконец, не выдержав мучений, взмолился Вий о пощаде:

– Лесобор-богатырь, отпусти меня в подземное царство! Клянусь, что никогда больше не выйду на поверхность, не буду кошмарить людей добрых!

Но не поверил Лесобор словам Виевым, ибо знал – зло никогда не раскаивается по-настоящему. Вместо освобождения сплел он из корней деревьев сеть прочную и опутал ею Вия. А потом заставил деревья расти так, чтобы корни их ушли глубоко в землю и там, в недрах, создали темницу каменную.

Так был заточен Вий в самой земле, среди корней деревьев вековых, где солнечный свет и через почву проникает, не давая злу набираться силы. А Лесобор стал стражем вечным этой темницы, живя в лесу том заповедном.

С тех пор прекратились кошмары на земле русской, а леса стали еще гуще и прекраснее. Люди заметили, что там, где растут старые деревья, воздух чище, а сны спокойнее. И поняли мудрецы, что лес – это не просто деревья, а защитник от зла, что таится в недрах земных.

Лесобор же продолжает охранять свою темницу, и говорят, что иногда можно встретить его в лесу – не злого лешего, а доброго духа, что помогает заблудившимся найти дорогу, а охотникам – не убивать зверя понапрасну.

А если кому случится увидеть в лесу дерево необычно большое и старое, корни которого уходят особенно глубоко, пусть знает – это один из стражей, что Лесобор поставил охранять темницу Виеву. И пока растут леса на земле русской, спит в заточении своем владыка подземного царства, и не страшны людям кошмары его.

Легенда о том, как на Руси богатырями становились

В стародавние времена, когда еще молода была земля русская и боги ходили среди людей, не всякий мог стать богатырем. Ибо богатырская сила – это не просто крепость телесная, а дар небесный, что дается лишь тем, кто достоин его нести.

Говорили старцы мудрые, что богатыри рождаются в особые ночи – когда гремит гром без тучи, когда северное сияние играет над землей русской, или когда волки воют на полную луну. И первый знак богатырского предназначения – это необычная сила младенца: мог он сломать деревянную колыбель, согнуть железный прут или поднять камень, что не под силу взрослому мужу.

Но сила телесная – лишь начало пути. Настоящим богатырем становились через испытания многие и трудные.

Когда достигал юноша семнадцати лет, являлась к нему Баба-Яга костяная нога в образе старухи нищей. Подходила она к молодцу на распутье трех дорог и просила:

– Помоги мне, добрый молодец, дойти до дому родного. Стара я стала, ноги не держат.

И тут начиналось первое испытание. Кто-то проходил мимо, не желая тратить время на старуху немощную. Кто-то помогал, но роптал и торопился. А будущий богатырь брал старуху на руки и нес, сколько нужно, не жалея сил своих и не прося награды.

Тогда сбрасывала Баба-Яга личину старческую и являлась в облике своем истинном:

– Видела я сердце твое, юноша, и знаю – достоин ты стать защитником земли русской. Но путь богатырский труден и опасен. Можешь выбрать жизнь простую – будешь богат и счастлив, но обычен. А можешь пойти дорогой подвигов – будет тебе слава, но и горе великое.

И кто выбирал путь легкий, тот терял силу богатырскую навсегда. А кто соглашался на трудную дорогу, получал от Бабы-Яги первый дар – коня богатырского, что мог летать по поднебесью и говорить человечьим голосом.

После выбора пути отправлялся будущий богатырь к Святогору-великану, что жил в горах Святых за тридевять земель. Долог был путь туда – через леса дремучие, где водилась нечисть лесная, через болота топкие, где жили кикиморы и водяные, через пустыни жаркие, где скрывались джинны и ифриты.

Многие поворачивали назад, испугавшись опасностей. Но кто дошел до Святогора, тот проходил второе испытание.