Дети пустоши

Эпизод 7

На третьей неделе обучения для всех новобранцев было организовано занятие по политпросвещению. Им должны были рассказать, что сегодня происходит в квадранте, кого считать друзьями, а кого, если и не врагами, то, как минимум, соперниками.

Новобранцев пригласили в лекторий. Это было большое просторное помещение, где располагались парты для занятий. Все курсанты заняли учебные места. В лекторий вошел пожилой мужчина с седыми волосами, это был начальник Шестого отдела флота адмирал Хэйхатиро Такэда. Внешне адмирал выглядел усталым, был слега сгорблен, от чего казался невысоким.

– Смирно! – скомандовал офицер, сопровождавший адмирала.

Все новобранцы как один встали из-за парт.

– Вольно, присаживайтесь, – приказал начальник Шестого отдела.

Адмирал Такэда встал за трибуну, оглядел присутствующих в аудитории и начал занятие:

– Сегодня вы узнаете, что происходит на политической арене нашего квадранта. Знание истории, особенно истории взаимоотношений между государствами, поможет вам в понимании фундаментальных основ межрасовой политики и научит предвидеть события, которые будут разворачиваться в обозримом будущем.

Лектор включил экран за своей спиной. На экране появилась политическая карта квадранта. По центру карты была расположена Террария, вокруг которой были рассредоточены соседние государства.

Адмирал продолжил повествование:

– В середине XXIII века люди стали активно колонизировать планеты за пределами Солнечной системы. Возможным это стало благодаря созданию новой технологии передвижения в межзвездном пространстве – прыжковому двигателю. Вдаваться в детали и принципы его работы я не стану – это не цель нашего занятия. Скажу лишь, что новые технологии позволили звездолету перемещаться мгновенно на огромное расстояние, используя реперные точки пространства, такие как звезды, планеты, астероиды или коммутационные маяки, которые позволяют совершать прыжки в пространстве, где отсутствуют природные объекты. В отдельных случаях особо опытные пилоты способны совершать прыжки и без привязки к реперным точкам, но это крайне опасно и требует особой сноровки, потому что необходимо точно рассчитать, не появится ли в точке прибытия какой-либо посторонний объект. Перед самым прыжком для защиты корабля вокруг корпуса генерируется энергетическое поле, которое своим гравитационным воздействием отбрасывает от места прибытия посторонние объекты. Таким образом, полет из точки А в точку Б представляет собой серию прыжков. А количество совершаемых подряд прыжков ограничивается только временем, необходимым для их расчета и перезарядки двигателя. Она у разных двигателей разная – от нескольких минут, до нескольких часов. И вот, благодаря этим технологиям, мы вступили в новую эру – эру освоения дальнего космоса.

В 2288 году человечество впервые встретилось с представителями внеземной разумной формы жизни. Вековой вопрос был снят с повестки дня. Люди не одиноки во Вселенной. Когда одни вопросы снимались, поднимались другие: «Как настроены внеземные формы жизни по отношению к нам? Удастся ли найти общий язык, будет ли почва для конфликтов?». И как это часто бывало в истории географических открытий на Земле, случалось и то, и другое. С одними расами мы быстро находили взаимопонимание. С другими отношения остаются натянутыми и по сей день.

Адмирал вышел из-за трибуны, подошел к экрану с картой квадранта и продолжил:

– Перед вами карта Террарии, ориентированная в соответствии с принятой у нас системой галактических координат. Я не буду вам рассказывать о том, как мы эти координаты определяем – вам это расскажут в рамках курса «Космической навигации». Отмечу только, что направление севера на этой карте указывает на центр нашей Галактики Млечный Путь, если смотреть от Солнца. А теперь вернемся к тем, кто же окружает нас в квадранте.

Адмирал указал левой рукой на верхнюю часть карты:

– Далеко на севере за границей владений Террарии распространились акридиды – раса насекомых, чем-то похожих на земную саранчу или кузнечиков.

На экране появился акридид, и кто-то из аудитории тихо произнес:

– Мерзкий…

Адмирал Такэда реплику не заметил и продолжил:

– У акридидов шесть пар лап: две передние и одна сильная пара задних. Длина туловища достигает двух метров. На голове есть пара сложных глаз и две небольшие челюсти около рта. До конца не понятна структура общества акридидов. Но если они близки к земным аналогам, то акридиды могут жить как по одному, так и сбиваться в стаи. Они пожирают все, что им встретится на своем пути: растения, животных, даже промышляют каннибализмом в голодное время. Таким образом, они превращают населенные ими миры в безжизненные пустыни. Когда на планете еды становится критически мало, они приступают к поиску нового пастбища для пропитания. Передвигаются акридиды по космосу внутри живых кораблей, внешне напоминающих гигантские коконы. Несколько раз нам удавалось зафиксировать группы таких коконов. Они взращиваются на поверхности планет. В это время их кормят акридиды небольших размеров, возможно рабочие или молодые особи. Когда кокон созревает, акридиды заползают внутрь него, после чего полые внутренние пространства кокона наполняются неким вырабатываемым, видимо, самим коконом газом. Предположительно это водород, гелий, азот или метан. Благодаря этому живой корабль взмывает в небо подобно древним дирижаблям на Земле. Покидая атмосферу, кокон сбрасывает газ, чтобы не создавать перепад давления. Оканчивается этот космический дирижабль хвостом, на котором есть нарост, напоминающий мешок. Мы считаем, что в этом мешке находятся особые бактерии, которые в результате сверхбыстрого размножения реактивной струей вырываются из кончика хвоста. Таким образом, коконы способны не только покинуть атмосферу планеты и маневрировать в космическом пространстве, но и развивать очень высокую досветовую скорость, которая позволяет им колонизировать близко расположенные планеты и звездные системы. Видимо, акридиды лишены возможности мгновенного межзвездного перемещения, во всяком случае, такого замечено за ними не было. Неизвестно, вооружены ли коконы. Но каждый из этих живых кораблей в четыре раза больше любого нашего броненосца. Как вы видите, территория акридидов в разы меньше Террарии. Каждый визит на их планеты, все попытки наладить отношения с ними натыкались на агрессивное поведение. Они не заключают ни с кем никаких договоров, ни с кем не поддерживают дипломатических связей. От таких соседей можно ожидать чего угодно. Но пока их системы находятся далеко от наших границ, вопрос двусторонних отношений с акридидами временно отложен на будущее.

Адмирал перевел взгляд на правый край карты и продолжил рассказ:

– На восточной границе Террарии находятся наши сегодняшние союзники – канидайцы. Канидайя – обширная звездная империя с одноименной планетой-столицей. Ее населяет антропоморфная раса, чьи представители внешне напоминают земных лису и волка одновременно, только передвигаются в основном на задних лапах. Канидайский язык очень сложный для нашего произношения. В нем много шипящих и рычащих звуков. На заре освоения космоса людьми канидайцы были одной из первых разумных форм жизни, с которой мы встретились. Процесс установления дипломатических отношений не был простым и безболезненным. Более того, периодически происходили небольшие стычки на приграничных территориях. Во время одной из таких стычек мы захватили боевой корабль канидайцев. На борту были обнаружены живые члены экипажа. Именно благодаря общению с выжившими канидайцами нам удалось разработать словарь их непростого языка. Так было положено начало регулярному общению между столь разными видами. Вскоре мы договорились о разграничении сфер влияния между государствами, и каждая сторона неукоснительно соблюдала договор о дружбе. Тогда же для общения между видами, населяющими квадрант, ведущими лингвистами разных рас был разработан и принят так называемый «общий язык» на базе нашей латинской грамматики. Последняя была признана самой «простой», чтобы стать основой для межвидового общения.

Сделав глоток воды из стоящего на трибуне стакана, адмирал Такэда продолжил:

– На южных рубежах Террарии вы видите множество небольших государств, которые населяют самые различные биологические виды: от разумных растений до кремниевой формы жизни. Большинство из этих видов живут в одной, реже в нескольких соседних звездных системах, – адмирал рукой обозначил ту часть карты, где находились полтора десятка государств и, не останавливаясь, продолжил. – Дальше, на юге только необъятная пустошь. Пространство без звезд, планет и без жизни.

Адмирал перешел к левому краю карты и левой же рукой указал на самое крупное государство:

– На западе вот уже полвека мы граничим с Конкордией. Конкордия – это название военного синдиката, населенного в основном гуманоидными формами жизни. По размерам известной нам территории он вдвое больше Террарии. Западные границы Конкордии, как вы видите, проведены пунктиром. Это связано с тем, что досконально неизвестно, где заканчиваются их владения на той стороне квадранта. Когда точно оформился этот синдикат, какие процессы и события привели к его образованию нам, увы, тоже неизвестно. По одним данным, его основала раса, которая прибыла в наш квадрант из другого сектора галактики в незапамятные времена. По другим – Конкордию основали несколько рас, биологически близких друг другу. Известно одно – этот синдикат построен на экспансии. В западной части нашего квадранта обитаемых звездных систем с разумными формами жизни гораздо больше, чем в восточной части. Конкордия постепенно поглощала одну систему за другой, подчиняя себе другие планеты. Иногда миром, а иногда войной. В начале XXVI века границы Конкордии вплотную приблизились к границам Террарии. Тогда же и пришла идея о создании альтернативного союза государств, дабы защититься от возможного нападения. Так в 2410 году родилась Лига – военный союз между Террарией и Канидайской империей, к которому присоединились и другие расы, неспособные в одиночку защищаться от внешних угроз. Исключением стали лишь акридиды. С этого момента началась, как сегодня говорят: «Великая Холодная война» – молчаливое противостояние двух мощнейших союзов. Дипломатические связи практически отсутствуют. Любой кризис, любое недоразумение, любое столкновение ежедневно грозит перерасти в полномасштабную войну.

Адмирал Такэда сделал паузу, затем продолжил, повернувшись к курсантам:

– Я смотрю на вас и вижу надежду. Надежду на будущее без войн, без конфликтов. Будущее, где разные расы будут жить мирно, в гармонии. Посвятите свою жизнь постройке именно такого будущего, и ваши дети скажут вам «спасибо»!

– Смирно! – неожиданно резко скомандовал адмирал.

Новобранцы все как один встали из-за парт.

– Вольно! Разойтись! – прозвучали команды пожилого адмирала, после чего он покинул аудиторию.

Эпизод 8

Образовательный процесс продолжился. Новобранцев готовили к цели, заявленной адмиралом Такэдой в своей речи – оберегать мир от войны.

Филиус, Алика, Лекс и Базил во время обучения очень сблизились. Поначалу простое общение молодых людей между занятиями быстро переросло в настоящую дружбу. Они старались друг другу помогать и поддерживать. Во время выполнения групповых заданий именно эта четверка стабильно показывала высокие результаты. Каждый из них был логичным дополнением формирующейся команды.

Однажды, когда Лекс и Базил хотели устроить сюрприз и поздравить Филиуса с днем рождения, они решили ночью прокрасться в комнату друга и скромно отметить его праздник без лишних глаз. После отбоя оба друга тайком пробрались в столовую и набрали там еды. Затем они взяли из комнаты Лекса заранее приготовленную бутылку с виски, купленную у одного из пилотов шаттла и тайно пронесенную в жилой отсек, и пошли за Аликой. Ее комната оказалось пустой. Молодые люди решили зайти за ней чуть позже и направились по коридору жилого отсека в сторону комнаты Филиуса. Неожиданно они увидели, как туда уже входит Алика. Друзья и раньше усматривали в общении этих двоих не просто дружбу, но теперь они в этом убедились. Наутро, во время завтрака, Лекс и Базил напрямую спросили ребят о событиях прошедшей ночи. Филиус и Алика не стали увиливать и рассказали, что недавно между ними возникли романтические чувства. Но попросили друзей держать все в секрете. Близкие отношения между курсантами руководство не поощряло. Лекс и Базил пообещали держать все в секрете. Их команда была основана на верности не только долгу, но и друг другу, за что Филиус и Алика любили ребят как родных братьев.

Через три месяца после начала обучения на «Аполлон» с дружеским визитом и для обмена опытом прибыл представитель Канидайи. Его визит ограничивался двумя неделями. Также планировалось его участие в предстоящих военных играх для новобранцев.

Филиус, Алика, Лекс и Базил впервые увидели канидайца в столовой, куда он иногда приходил перекусить вместе с курсантами. Канидайец был чуть выше Филиуса, весь покрыт бурой короткой шерстью с легким оттенком рыжего цвета. Его морда была короткой, с острыми зубами, черным носом и темно-карими глазами. Лапы были тонкими и отдаленно напоминали человеческие руки; на пальцах имелись небольшие когти. Хвост пришельца был пушистым и длинным настолько, что кончик его касался пола.

В столовой канидайец всегда садился отдельно от остальных, никогда ни с кем не общался. Он всегда был один, за исключением приставленного к нему солдата, который тенью ходил за ним и следил, чтобы канидайец случайно не проник туда, куда нет доступа посторонним.

Во время очередного завтрака Филиус, Алика и Лекс сидели и вели непринужденную беседу о предстоящих сегодня занятиях, когда к их столу с подносом и едой подошел Базил:

– Я тут узнал кое-что, – склонив голову над столом, шепотом сказал Базил и сел. – Нашего лохматого друга специально пригласили сюда из Канидайи для обмена опытом и налаживания военного взаимодействия между нами.

– Откуда ты знаешь? – незамедлительно потребовал доказательств Лекс.

– Помните Карла, пилота шаттла, на котором мы сюда прилетели в первый раз? Оказывается, мы с ним земляки, только он из Ливерпуля и вообще не разбирается в пиве… – отвлекся Базил в своем повествовании. – В общем, мы с ним вчера разговорились, и он сказал, что в высших кругах флота все мысли о приближающейся войне с Конкордией. И нам надо готовиться к отражению агрессии. Поэтому канидайцы и прислали своего представителя для обмена опытом.

– Вот же не живется им спокойно, – грустно сетовала Алика.

– А вдруг он шпион? – озвучил мысль Филиус и бросил взгляд на представителя неземной расы, который одиноко сидел за столом и поедал свой завтрак.

– Исключено! – резко отреагировал Лекс. – Я изучал психологию канидайцев и их язык в качестве факультатива. Они весьма недоверчивые создания. Но при этом раз доверившись, они скорее умрут, чем предадут. Верность для них превыше всего. Если идти на войну, то только с таким союзником.

Друзья вновь посмотрели на канидайца. Неожиданно он повернул левое ухо в сторону стола, за которым они сидели, затем резко повернул в их сторону голову. Молодые люди быстро уткнулись в свои тарелки, изображая процесс приема пищи.

– А еще, у них отменный слух, – еле заметным шепотом произнес Лекс, продолжая смотреть в свою тарелку.

– Своевременная информация, – таким же шепотом произнес Филиус, не поднимая головы.

Спустя три дня после прибытия канидайца были объявлены первые военные игры. Всех новобранцев доставили на Землю, высадили посреди диких джунглей с минимальным количеством припасов и снаряжения. Туда же доставили канидайца. Каждому курсанту выдали сухой паек, нож, лазерный пистолет, вооруженный учебными зарядами, веревку, аптечку и компас. Задача стояла нетривиальная: добраться из пункта А (зона высадки) в пункт Б (зона эвакуации) за максимально короткое время. Выполнение задачи усложняло наличие условного противника – профессиональные вооруженные солдаты должны были периодически совершать нападения на новобранцев. Упражнение было рассчитано на индивидуальный зачет. Однако, несмотря на это, Филиус, Алика, Лекс и Базил сразу решили действовать сообща, чтобы помогать друг другу в случае возникновения сложностей. Многие новобранцы последовали примеру четверки друзей, объединившись в группы. Кто-то избрал тактику одиночного прорыва. Время, которое отводилось на выполнение задания – не более семидесяти двух часов.

В течение первого дня новоиспеченные бойцы уверенно продвигались к цели. Приходилось совершать длительные марш-броски по пересеченной местности, преодолевать водные переправы, овраги, небольшие горы. Периодически им встречались другие группы новобранцев и одиночек.

Первую ночевку курсанты решили обустроить в небольшом овраге. После ужина договорились дежурить посменно по полтора часа каждый. Филиус первым остался сторожить лагерь. Алика и Лекс стали готовиться ко сну, а Базил распустил свою веревку на тонкие нити, подвязал к ним консервные банки, которые остались от ужина, накидал в них мелкий гравий и установил эту самодельную сигнализацию по периметру места ночлега. И было это сделано весьма кстати. Во время дежурства Лекса, в последние пятнадцать минут его смены, неожиданно загремели банки с гравием.

«Кто-то приближается!», – мелькнула у Лекса мысль в голове.

Он подкрался к спящим друзьям и без слов разбудил их рукой. Жестами Лекс дал понять остальным, что у них гости. Все вооружились пистолетами и заняли круговую оборону. По установленным правилам учебные заряды при попадании в тело не приносят вреда, однако условно раненый боец получает легкий удар током, а специальный датчик на теле фиксирует «ранение» или «смерть».

Вдруг, совсем близко от группы у небольшого куста мелькнула тень, тут же скрывшаяся за деревьями. Курсанты, не дожидаясь нападения, первыми открыли огонь. Мрачный лес озарился от вспышек выстрелов из пистолетов. В ответ стали стрелять из темноты. Этого молодые люди и ждали. Нападавшие обозначили себя, они вели огонь с севера. Лекс и Базил остались в лагере и продолжали перестрелку с противником, отвлекая на себя внимание, в то время как Филиус и Алика обошли нападавших с запада и востока и ударили в тыл. Три условных противника были условно убиты.

Курсанты решили, что хватит с них сна, быстро свернули лагерь и отправились дальше.

Второй день маневров практически весь прошел в перестрелках. Группа постоянно отбивала нападения, маневрировала, выходила из-под огня, пытаясь незаметно пробиться к цели. К счастью, день обошелся без потерь. Вторая ночевка, к их удивлению, прошла спокойно. Они вновь разбили лагерь в овраге, где их никто не заметил.

Утром группа выдвинулась в путь еще до рассвета. Сделано это было для того, чтобы в темноте преодолеть небольшую гору, которая была абсолютно лишена какой-либо растительности. А выходить на открытое пространство было опасно – чем ближе испытуемые приближались к финишу, тем плотнее становилось сопротивление условного противника. Поднявшись на гору, они приступили к незамедлительному спуску. Склон горы был крутой. Неожиданно под Базилом посыпалась земля, он споткнулся и, падая, подвернул правую ногу.

– Твою мать! – выругался Базил с негодованием, сидя на земле и корчась от боли.

– Идти можешь? – подбежал к другу Лекс.

– Не знаю, не уверен, – ответил Базил и сделал неудачную попытку самостоятельно подняться.

– Алика, бери пистолет Базила, прикрывай нас! Лекс, хватаем его под руки и бежим в лес! Рассвет уже через несколько минут, а до леса метров триста осталось! А там уж решим, что делать, – скомандовал Филиус.

Курсанты незамедлительно выполнили все указания и, насколько это было возможным, быстро побежали вниз по склону горы в сторону леса. Базил был и выше всех остальных, и крупнее, так что молодым людям стоило немалых усилий дотащить друга до безопасного места. Забежав в лес и пройдя еще метров пятьдесят, группа решила сделать привал и обдумать дальнейшие действия. Базила положили на землю. Алика тут же достала из своего рюкзака аптечку. Пока она копошилась в ней, Лекс попытался снять с поврежденной ноги Базила ботинок. Травмированный боец взвыл от боли.

– Вдруг перелом? – спросил Лекс и взглянул на Алику.

– Срезай! – скомандовала девушка другу.

Лекс взял нож, сделал несколько надрезов в ботинке и снял его. Перелома, к счастью, не было, лишь растяжение лодыжки. Когда Алика нашла искомый электронный шприц, она переключила его на режим «обезболивающее» и приложила к поврежденной ноге. Раздался тихий звук сработавшего устройства. Базил расслабился и положил голову на землю. После этого Алика стала перебинтовывать лодыжку пациента эластичным бинтом. Через несколько секунд боль стала медленно притупляться. Базил сказал:

– В общем. Дальше я не пойду – вместе не дойдем. Идите! Так у вас хоть шансы будут!

– Ты что несешь? – с возмущением спросил Лекс. Ему была неприятна сама мысль бросить друга

– Слушайте. Взаимовыручка – это хорошо и все такое, но давайте смотреть правде в лицо – мы не на войне. Это игра. Тут можно проиграть, и ничего страшного не произойдет, никто не умрет. Пусть я не получу зачет по этому заданию, зато получить его сможете вы. Это нормально, ничего страшного, – продолжал рассуждать Базил.

– Идем все или никто! – отрезал любые дальнейшие рассуждения друга стоявший рядом Филиус.

– Все или никто! – повторила Алика и закончила перебинтовывать ногу.

– Все или никто! – не отводя глаз от Базила, вторил друзьям Лекс.

Землянин оглядел друзей и лишь молча кивнул им головой в ответ.

Филиус и Лекс снова взяли под руки травмированного товарища и отправились дальше. Впереди шла Алика. До конца задания осталось меньше трех часов, а до точки условной эвакуации еще около десяти километров по пересеченной местности. Чтобы ускорить свое движение, группа пошла по руслу высохшей реки. Маршрут был опасным, слишком явным, но выбора не было. Глубина русла была примерно метра полтора, ширина – около пяти. «Если повезет, проскочим незаметно», – рассуждал про себя Филиус, который и предложил этот вариант пути.

Через час после начала движения по руслу над головами курсантов раздались выстрелы. Засада! По группе вели огонь неизвестные, откуда-то слева и сверху. Ребята прижались к берегу высохшего русла. Алика, скинув рюкзак, попыталась налегке выйти из-под обстрела, чтобы обойти нападавших, но заградительный огонь не дал ей даже головы поднять. Она вернулась в группе.