Остров Банды пяти

– Во имя всего нашего посёлка мы поздравляем тебя, Цыпа, с днём рождения и радуемся за тебя в этот памятный день, так как уже в первые минуты твоего самоуверенного появления здесь ты своей фантастической силой завоевал наши симпатии!

Он имел в виду случай на днях: повар Серёжа приплыл на лодке в посёлок, чтобы закупить мяса, и на короткое время оставил без внимания свои полные сумки, содержимое которых тут же расхватали местные пацаны. Ситуацию спас Цыпа, случайно подошедший из-за угла…

После такой речи Цыпа чуть не расплакался, усаживаясь за длинный стол.

Гости поели… Потом Филипп обратился к Борису, который находился у старого проигрывателя в углу гостиной в качестве диск-жокея:

– Ну а теперь врубите музон, мы хотим танцевать!

Борис поставил им пластинку с записью мелодии «Волшебный полёт» французской группы «Спейс», потому что любил космическую музыку без слов. Один Вася заметил, что сразу зазвучала не заглавная композиция, и начал вдруг тараторить:

– Это «Танго в космосе»! Да это же «Танго в космосе»! Это же «Танго в космосе»!

Его, как часто бывало, никто не услышал… Пока наконец Филипп не обратил внимание:

– Это – «Танго в космосе»? А мы-то на Земле!

Его все услышали и на мгновение умолкли, напуганные, но никто толком не понял, что он этим хотел донести до народа.

– О-кей. Слушайте «Танго на Земле», – среагировал диск-жокей Борис.

– Тадари-дарара! – запел было Серёжа, но коллекцию пластинок, в которую Борис только что хотел углубиться, уже разворошили два пацана из команды Филиппа – Жора и Вова, самовольно откладывая себе альбомы, которые решили взять «напрокат». С грустью и с трудом Борису удалось подсунуть им те пластинки, безвозвратную потерю которых пришлось бы ему пережить не так больно.

Атмосфера в компании вследствие прослушивания атмосферной космической музыки заметно ухудшилась.

Да и пляски гостей, больше похожие на дикие скачки, и не в такт музыке, и аж по праздничному столу, её не улучшили. Хохоча, тургоякцы пинали тарелки и наступали на вилки, как на грабли, так что те подпрыгивали вверх. В пике общего беспредела Филипп, который дошёл до того, что стал раскачиваться на люстре, хлёстко оттуда провозгласил:

– Итак, мы хорошо поели, попили, потанцевали. Спасибо, молодцы, ребята, а теперь можете убираться в свою родную Джетыдыру!

Лицо именинника окаменело.

– Не Джетыдыра, а Джетыгара! – сурово прошептал он. – Это наша родина.

– Молчи! – рассвирепел Кайрат, который, несмотря на кавардак вокруг, единственный продолжал безмятежно сидеть за столом и обжираться.

– И это говоришь ты! Ты! Человек с казахскими, а то и казахстанскими корнями! – взорвался Цыпа.

– Чихал я на ваш Казахстан! – возразил Кайрат. – Нас и здесь неплохо кормят!

Тут Цыпа не выдержал, взял свой ещё не тронутый именинный торт, большой такой масляный торт, и метнул его по столу до противоположного края. Прямо Кайрату в морду – ба-бац!

Цыпин бросок дня стал сигналом для Серёжи, Матвея и Васи (которые скромно сидели в ряд на диване, тесня друг друга) протереть от слёз глаза и перейти к атаке. Завязалась общая драка. Стульями. Тарелками, которые теперь валялись где попало, и ими можно было пулять в противника…

В общем, при равных силах гостей удалось прогнать с острова. Чем была выиграна только битва, но не война.

Самого главаря Филиппа в наказание посадили «в тюрьму». Заперли его на время в комнате Цыпы, оснащенной самой надёжной дверью, имевшей изнутри и снаружи, по специальному желанию Цыпы, с полдюжины различных хитроумных замков, будто дверь в сейф.

И не думал именинник после такого грандиозного дня рождения, что эпохальному событию, которое им всем впоследствии запомнится на всю жизнь, ещё предстояло произойти.

Вечерело…

Друзья ещё немного посидели, попивая лимонад. Обсуждали, как быть дальше с Филиппом. Надеялись, что больше никогда не придётся видеть столько летающих тарелок, как во время потасовки, да собирать столько фарфоровых черепков…

Вдруг Вася глянул в окно… да так и застыл!

– Что ты, Вася, так дико смотришь в одну точку? – спросил его Матвей.

– Пос-смотр-рите в ок-кно! – заикаясь, проговорил Вася.

Товарищи, как на команду, выглянули в окно…

На них оттуда смотрело вытянутое, явно не человеческое лицо с тёмными, слегка овальными глазами. Казалось, лицо было покрыто плёнкой цвета турмалина или разрезанного арбуза.

– Неужели – инопланетяне? – ахнул Серёжа.

Тут Цыпа, поняв, в чём дело, и замурчав песенку:

мигом слинял из гостиной и заперся в туалете.

Инопланетянин чуть ли не трёхметрового роста с закруглённой конусообразной головой и слишком длинными руками мысленно попросил хозяев открыть ему окно. Борис, как ни в чём не бывало, встал и пошёл открывать.

– Борь, ты чё, не открывай окно! – запротестовал Серёжа.

Но Боря всё же это сделал, и инопланетянин молниеносно очутился в гостиной, словно только в ней и был.

– Никто не хочет со мной полетать? – спросил он уже на чисто русском языке, шевеля при этом своим утончённым ртом.

Матвей и Борис неожиданно согласились, кивнув головами, словно загипнотизированные. Прямо через окно они побрели вслед за гуманоидом к самому настоящему НЛО, что парил за домом в метре над землёй, мерцая разноцветными огоньками в определённых точках своей окружности. Его форма больше всего была похожа на шляпу, тулья которой с пунктом управления высилась изящной жемчужиной. После нескольких завораживающих минут летающая тарелка совершенно бесшумно взлетела.

– Не видать нам теперь нашего командира и его заместителя, – промолвил Серёжа, испугавшись пустоты в гостиной.

Полетав в тарелке, ребята с гуманоидом опустились на том же месте за домом. Инопланетянин в пункте управления спросил Бориса:

– Не хотел бы ты, юный житель Земли, побывать в иных местах?

– С удовольствием! Лишь бы это дало что-то познавательное.

Тогда гуманоид забрал невозмутимого, любознательного Бориса в «свои места». А Матвей, ко всеобщему удивлению, пешком через сад вернулся в гостиную.

Серёжа и Вася всё ещё не верили, но не на шутку взволнованному Матвею удалось убедить их рассказом о полёте:

– Мы пролетели, наверно, всю страну, и всего за час! Вот это скорость!

– А где же Борис?

– А Борис сейчас где-то… там.

Тем временем струсивший Цыпа сидел в туалете и слушал их разговоры. Так он там и торчал, пока не заснул, сидя на унитазе. На следующий день Цыпа уже от стыда оставался в туалете, а Серёжа из соседней ванной комнаты через форточку подавал ему завтрак и обед. Потом повар торопливо бежал к пленнику Филиппу и проделывал то же самое. Но там ему приходилось стоять с блюдом в руках перед дверью и ждать, когда Филипп отворит все замки.

Только к полднику Цыпа наконец-то вылез из туалета.

Следующий диалог между Кайратом и рыжеволосым Жорой имел место тёплым ранним утром двадцать девятого июля в ещё спящем посёлке.

Жора был ещё зелёным, немного робким парнишкой. Он, хоть всю жизнь и провёл в родной деревне, с ранних лет увлекался техникой и иностранными языками. До звания главного товарища Филиппа, типа как Кайрат, ему было ещё далековато, тем не менее он приходился тому семиюродным братом.

– Хрым-хрым, хрым-хрым! – то ли не мог никак откашляться, то ли отойти ото сна прямо на берегу озера Кайрат. – Вот так, Жорка, – произнёс он наконец властным голосом. – Приказываю тебе плыть на остров, освободить Фылиппа. Он там, поди, зажрался в тюрьме у них.

– Ну как, Кайрат, я же… Я ж не сумею. Пойдём тугеза!

– Ну, не ерунди!

– Нн-нн-ну, пойдём цусамен! – жалобно мяукал рыжий.

– Иди, плыви один! Плыви, я сказал! Освободишь Фылиппа, моего брата.

– Ну, пойдём вместе! Кайратушка, я ж не совладаю один. Уж больно Цыпа огромен, силён, ловок. Я не умею драться с ним. Только ты у нас умеешь.

– Он мне торт-ом! В лицо! Я – злой! На него!

– Ну раз злой, так и поехали! Подерёшься с ним ещё раз и выиграешь!

– Ну не хочу я больше драться. Плыви сам, Жорка! Фылиппа освободишь. Иди!

– Но ведь главная наша байдарка рассчитана аж на четверых. Как же я поплыву один? Неэкономно как-то будет.

– Так и быть, я специально для тебя приготовлю нашу самую лишнюю лодку. Правда, в ней дырка… Ты её пластилином залепи и поезжай! Иди, сейчас же иди, достал ты меня!

Итак, Жорка, не в силах переубедить товарища, отправился на остров один. Яко молодой индеец в первый раз без сопровождения отца на охоту. Чтобы испытать себя, познать свои возможности и границы.

Хорошо текла жизнь на острове… Вот только жить так уже поднадоело! Не хватало холодильников, телевизоров и так далее. А за дощатым забором участка, как напоминание, пустела взлётно-посадочная полоса.

Матвей по многочисленным просьбам решил провести совещание на тему: «Шайтанка-2». Перед этим Цыпа, с горем пополам оставшийся замес… защитником, попросил в сию же секунду объявить срок заключения Филиппа в его комнате законченным. Матвей же более срочной и назревшей считал другую проблему, ради которой и стоило провести собрание. Так или иначе, но в десять часов утра ребята расселись в гостиной, не подумав закрыть дверь в неё.

– Я, значит, – начал командир, – за то, чтобы всё-таки попытаться добыть те два ящика, которые были почти в наших руках.

– А если это окажется бесполезным, потому что в ящиках нет ничего ценного? – неожиданно предположил Вася.

– Если б это было так, они бы не ускользнули прямо из наших рук в трещину. Закон Мерфи.

Этот аргумент убедил всех.

– Ну что, – сказал Серёжа, – тогда нам надо всем снаряжаться. Ваську, однако, лучше оставить здесь, чтобы он сделал генеральную уборку. Ну и… Вдруг он, в то время как мы будем там париться, найдёт здесь в процессе уборки клад. Закон повторения.

– Ты согласен? – спросил Матвей Васю.

– Мне всё равно, – обреченно вздохнул тот.

– Решено, – сказал Матвей. – А теперь айда-те к Филиппу!

Ему отперли дверь: выходи, ты свободен! А он с ухмылкой – в ответ:

– Можно, я ещё посижу?

– Сколько ты ещё хочешь сидеть?

– Гм, может, полгода, – прикинул Филипп. – Живёте вы реально роскошно!

– Ну, не глупи! – сказал ему Цыпа. Не прошло и полчаса, как он на берегу посадил Филиппа на плот и, даже не дав весло, пнул плот ногой: – Прощай, то есть валяй!

Посреди озера курс Филиппа, если такой был при его дрейфе, случайно пересёкся с курсом лодки Жорки.

– Ты куда плывёшь? – спросил вожака Жорка, не прекращая грести.

– Я туда плыву! – ухмыльнулся Филипп, приведя его в смятение. – Ну, не дрейфь! – одним махом прервал он Жоркины поиски самого себя. – А слушай сюда: мне удалось подслушать болтовню в гостиной и кое-что узнать об их планах. В следующие дни их почти всех не будет дома. Это – наш шанс отомстить за поражение. Вычеркнуть сей позор из анналов тургоякской истории.

Он перепрыгнул в лодку своего далёкого кузена, и они уже вдвоём погнали обратно в посёлок.

Новый поход был подготовлен лучше, соответственно успеха должно быть больше, пророчил Матвей.

Ребята решили идти весь путь пешком напрямую через синегорье Южного Урала, переплыв вначале узкий закуток озера между западным его побережьем и островом Веры.

– Всё повторяется, – сказал Цыпа, когда они снова прибыли в Миньяр. – Точно по твоему закону, Сергей! Хочешь совет? Когда будем у Шайтанки, не ходи в туалет в лес да на всякие поляны!

– Куда же ещё? Терпеть мне теперь, что ли?

Но после настоящего контакта третьего рода на острове Веры Серёжа уже не так волновался из-за какого-то необъяснимого тумана. «Я хотя бы бегу в туалет на опасность, а не от неё», – гордо подумал он про себя.

Через день они снова были у цели. Ныряли все вместе в том месте, где таилась подводная пещера, оставив свой лагерь на берегу без присмотра. Нашли пещеру и зашли-заплыли в неё… Тут же Матвея, возглавлявшего их шествие, утянуло в знакомую расщелину на дне, которая за прошедшие два месяца слегка расширилась. Но на этот раз кладоискатели были связаны друг с другом верёвкой. Серёжа и Цыпа хотели вытягивать командира обратно, однако он подал им знак, наоборот, следовать за ним.

Только Цыпа последним влез в трещину, сквозь которую озёрная вода струилась вниз, образуя водопад, как откуда-то сверху упал огромный камень и завалил единственный, достаточно широкий для прохода человека отрезок трещины… Глыба проваливалась дальше сквозь трещину, грозя настигнуть Цыпу. В панике тот стал проталкивать Серёжу ногами вниз, словно упёртого джинна сквозь горлышко бутылки. К великому везению, камень вовремя застрял в суживающейся расщелине – ещё секунду, и он сдавил бы Цыпу всмятку.

В гроте, в который они друг за другом спустились, вода стояла лишь по колено, можно было снять мундштук акваланга и разговаривать. Тут также было сравнительно светло от естественного света, проникающего откуда-то сверху.

– Это уже не землетрясение, а судьба, – мрачно заметил Матвей. – Мы – в ловушке. Или попробуем протиснуться назад, навстречу бьющей по лицу воде?

Но прежде чем попробовать, Серёжа и Цыпа добили ногами валяющиеся два ящика, из которых сыпались серебряные и золотые монеты, кольца, браслеты и другие драгоценные украшения.

– Чёрт! – заругался Цыпа.

– Не понял. Чё ты так? Наоборот, надо радоваться! – воскликнул Матвей, на какое-то время даже позабывший о ящиках. – Похоже, всё это было похищено и безвозвратно, так сказать, спрятано в озере разбойниками где-то начала девятнадцатого, может быть, ещё восемнадцатого века…

– Потому что Васька дома теперь вряд ли что-то найдёт! – оборвал его историческую экспертизу Цыпа. – По закону отклонения от повторения!

Сокровища, значит, нашли. Осталось найти выход из замкнутого грота. Когда они уже почти отчаялись, их внезапно пробрала дрожь от неестественного шороха где-то наверху. Кто-то что ли полз под высоким сводом грота, но сколько они боязливо ни взирали вверх, никого не было видно.

Вдруг из одного еле заметного, узкого, как лаз крота, прохода прямо под сводом высунулась знакомая очкастая голова.

– Борис! Борис вернулся! – не верили ребята своим глазам.

– Эх вы! – с непоколебимым спокойствием обратился он к ним. – Для чего вы взяли с собой альпинистские молотки? Для лишнего веса аквалангов? Бейте ими ямки в стене и забирайтесь сюда наверх!

Глава З

После ещё более светлого грота с парочкой причудливых сталактитов и сталагмитов они вылезли на свет из-под скалы невдалеке от озера.

– Как же ты нашёл нас, Борис? И где был последние дни?

– Советую вам на досуге пролистать, а ещё лучше – прочитать известный роман «Плутония» Владимира Афанасьевича Обручева, который, в принципе, оказался прав, – ответил Борис на вопросы друзей.

– Зачем? – сразу же спросил Цыпа.

– Готовьтесь к масштабной экспедиции в безмерную подземную полость, которую я бы условно так и назвал: «Плутония». Мне и моему инопланетному другу удалось найти вход в этот совершенно иной, обитаемый мир внутри нашей планеты, который выглядит, как миллионы лет назад, там, где…

– Где-нибудь в Арктике? – предположил Матвей.

– …Представьте себе, всего в тридцати километрах отсюда к востоку, в районе Игнатьевской пещеры! Места эти, так называемый Серпиевский карстовый участок, как уже говорит само название, страшно карстовые, и с помощью специальной техники можно увидеть многое, что скрывается от человеческих глаз. Следуя нашим догадкам, мы прошлись по ним аппаратом, работающим в широких спектрах света и звука… А сегодня я решил мимоходом посетить Шайтанку, хотел этим же аппаратом выявить структуру подводной пещеры и случайно обнаружил вас!

Ребятам ещё не совсем было ясно значение слова «мимоходом» по отношению всё-таки не к прогулке за угол, а за тридцать километров.

– Да, места и вправду классные, – похлопал Цыпа по мешку с сокровищами за плечом. – А насчёт экспедиции в подземность: нам наконец надо бы обзавестись огнестрельным оружием, ведь там стопудово будут встречаться доисторические ящеры.

– Мозазавры, ихтиозавры, трицератопсы, зауролофы… – удивился Борис больше догадливости Цыпы, нежели его начитанности.

После их ночёвки на берегу не совсем ещё рассвело, и первым проснулся Серёжа. Выглянув из двухместной палатки, он увидел беспросветное от дождевых туч небо, а прямо над крохотным озером висело чёрное, как дьявольский туман, облако, в центре которого что-то светлое то ли вспыхивало, то ли сверкало…

– Берегись! Это он! Тот туман, про который я говорил! – закричал он тоже вдруг проснувшемуся Матвею.

Оба продолжали без действия сидеть на своих местах, лишь ощущая жуткий страх, будто от присутствия некоего злобного, богатырского зверя.

В этот миг что-то плазменно-живучее стрельнуло из середины облака то ли вниз, то ли в сторону леса. Лес ответил на пальбу треском и грохотом, словно раскатами грома, только это был не гром. Нечто, похожее на летающую змею, так что Серёжа сразу подумал о драконе, пронеслось в воздухе над лагерем, вдруг начало стремительно падать и, рухнув на землю, накрыло прямо перед его глазами всех товарищей.

Казалось, не могло быть момента хуже этого, но когда Серёжу со стороны кто-то схватил за руку, у него перехватило дыхание, и лишь чудо помогло ему не позабыть дышать. Тут он понял, что это Матвей схватил его за руку. За секунду до падения воздушного гиганта командир успел вылезть из их палатки и вскочить на ноги.

– Немедленно спасаем спящих, и поскорей отсюда куда-нибудь… Хоть обратно в озеро! – крикнул Матвей. – Надо же! Чуть не погибнуть у родной Шайтанки!

Это «чуть» показалось Серёже странным, ведь для Бориса и Цыпы уже не было надежды… Вдруг он увидел, как их непричёсанные головы высунулись из другой палатки за «змеёй», которая оказалась могучим стволом обыкновенной сосны, сломанной или даже вырванной с корнями неведомой силой.

– Что? Где? Когда? – заорал полуспящий Цыпа, не в страхе, а в полной растерянности.

Борис же, спокойный до сонливости, лишь подправил свои криво сидящие очки, которые часто не снимал даже на ночь. Оба, наверное, и не знали, как им повезло, что дерево рухнуло мимо их палатки.

Долго ещё ребята бежали прочь от зловещей тучи, происхождение которой они так и не распознали…

В километре от Шайтанки на скрытой от посторонних глаз лесной полянке они наткнулись на нечто неестественное, в то же время не человекотворное. Ребята сразу подумали про чёрный туман или нечто связанное с ним, но спустя несколько мгновений убедились, что перед ними – тот самый шляпообразный НЛО диаметром метров пятнадцать. Точнее, уже ОЛО – Опознанный Летающий Объект.

– А вот вам – мой утренний сюрприз! – воскликнул Борис. – Мой друг с планеты Сонс по имени Кед подарил этот аппарат мне, выходит – нам, за то, что я не побоялся отправиться с ним в познавательно-исследовательский полёт. Сам он деликатно отказался сопровождать меня в пещеру, дабы снова не смущать вас своим появлением в темноте.

– И где Кед теперь? Внутри аппарата? – спросил Матвей.

– За него не волнуйтесь. У него есть и другие способы передвижения, другие летательные капсулы.

– Что ж ты нас сразу без ночёвки не повёл сюда, скрытный ты человек? – добавил Цыпа ложку дёгтя в бочку мёда. – Тогда бы нам с тобой не пришлось чудом оставаться в живых.

В рубке летающей тарелки, полной аппаратуры, давящей своей непривычностью на земной мозг, словно парк диковинных аттракционов, Борис нажал главный рычаг управления. Что-то булькнуло где-то под рычагом, будто желе пошевелилось в невидимом баке, и они взлетели в воздух так плавно, что не почувствовали никакой нагрузки и шума.

– Заметьте, как незаметно работает двигатель, – сказал Матвей. – Это вам не самолёт или вертолёт. Недаром при наблюдении за большинством НЛО отмечается соблюдение ими полной тишины.

– Я б даже сказал, это сенсация! – восторженно заявил Борис и начал объяснять детали: – В магнитном поле Земли двигатель работает на основе монополярного магнита, который, как я, дурак, всегда считал, физически неосуществим. Потому что невозможно прервать магнитные силовые линии. Это то же самое, что разломать палку с двумя концами и получить палку с одним концом.

– Почему меньше? Почему не больше? – хотел узнать Цыпа.

– Но именно с помощью такого однополярного магнита происходит отталкивание от одного или другого или от обоих полюсов Земли, регулируемое по силе, тем самым происходит движение в любую сторону света. А для движения вверх или вниз подключается уже другой двигатель, ионный.

Со скоростью приблизительно километр в секунду они буквально через три минуты уже подлетали к острову Веры.

– Да-а, конный двигатель – это, безусловно, круто, – произнёс Цыпа, когда они приземлились перед плотным двухметровым забором своего участка. – Но вы как хотите, а самолёт всё-таки нужен. Без него…

– Мне кажется, тут творится что-то неладное, – перебил его Серёжа.

И точно: калитка в заборе стояла распахнутой, из самого дома слышались недовольные возгласы.

– Всё ясно, – понял Матвей. – Наш дом оккупировала борзота из посёлка! Нашествие было лишь вопросом времени, ведь как ни пытайся дружить, а мы для них – те же инопланетяне.

– Что же случилось с нашим Васей? – заволновался Серёжа.

К берёзе, одиноко растущей в саду, был привязан Вася. Друзья отвязали его. Он был без чувств и слабо сжимал в кулаке какие-то зелёные листики. Видимо, когда на него напали, он ходил собирать полезные травы в саду.

Матвей приказал Борису посторожить Васю, а сам вместе с Цыпой и Серёжей твёрдой походкой («Мы – мстители!») направился к дому.

– Я думаю, надо послать Цыпу, чтобы он отвлёк их. А мы в это время залезем с другой стороны дома на чердак и устроим пожар, чтобы выселить разом всех вторженцев, – обратился Матвей к Серёже и добавил: – А если они Цыпу обложат и убьют, мы… Мы ему поможем!

– Э-э… Но тогда же сгорит дом! – возразил Цыпа.

– Не бойся, мы потушим огонь.

Так и сделали. Через уже взломанную входную дверь Цыпа проник в дом, где сорвиголовой ворвался в гостиную. Видит: сидят «филипповцы», словно давнишние хозяева дома, и пьют чай с лимоном. Блюдцами цокают.

– А ну, расходись все! – не на шутку разошёлся Цыпа, да вдруг спохватился, что не имеет при себе никакого оружия, не то что огнестрельного.

Мгновением позже сзади на него напал Кайрат, поспешивший в обход через другую дверь гостиной. Битой он въехал своему заклятому врагу по голове.

– Кайрат, сзади! – крикнул вдруг Жорка из гостиной.

– Готов! – отозвался бандит, ставя ногу на грудь рухнувшего на пол Цыпы.

– Да нет, сзади тебя!

Не успел Кайрат оглянуться, как подоспевший к месту происшествия Борис поднялся за его могучей спиной на цыпочки и огрел своими громоздкими очками по башке. Сражённый, Кайрат так же свалился, как сноп. А Борис надел очки и бросился назад, в сад, сторожить дальше Васю.

Тем временем Матвей и Серёжа слезли с чердака в коридор, разбросали по полу обрывки линолеума, что валялись повсюду, и зажгли спичкой. По дому разнёсся едкий запах дыма. Филипп, сидящий на толчке, первым почуял этот запах, выскочил со спущенными штанами в коридор и забил тревогу:

– Ёлки-палки, пожар!

Его друзья повыскакивали из комнат и вместе с еле волочившим ноги Кайратом выбежали из дома, даже не заметив Матвея с Серёжей. В саду все рванули к калитке. Тут один из них, (родной) братишка Кайрата Мурат, увидел Бориса у берёзки и крикнул:

– Смотрите, а это ещё что за очконавт?

Но никто его не слышал. Те, кто ещё не знал Бориса, устремились к летающей тарелке за забором, которая вызвала всё-таки большее удивление, чем пацан, носящий очки. Но так как тарелка оказалась в первый момент недоступной, все довольно быстро разбежались. А истинные хозяева дома взяли вёдра и водой из баков постепенно потушили пожар.

– Всё отлично вышло, – резюмировал Матвей.

Потом они привели в сознание Васю и Цыпу и сделали капитальную уборку в доме, потому что в нем остались не только следы пожара, но и валялся разный мусор. Уже вечером Матвей из посёлка позвонил в Магнитогорск и попросил дядю Кузю заняться покупкой частного самолётика.

В оставшиеся дни летних каникул «Банда пяти», как ребята себя уже официально называли, добилась своего: сокровища Шайтанки получилось превратить в немалые деньги и на них купить у одной российской перепродающей авиакомпании любительский четырёхместный «Робинсон Р44» – как оказалось, вертолёт, а не самолёт. Кроме чтения романа «Плутония» четверым ребятам было чем заняться: они учились управлять «Робинсоном» примерно так, как Борис – летающей тарелкой.