Невеста. Мистический роман

– Да. Вы же тоже после фильма сразу сюда пришли, – ответил юноша.

– Мне нравится Дон. Я могу часами на него смотреть, – продолжала разговор девушка.

– А я здесь работаю.

– Ну, здесь же ничего на берегу нет. Где же вы работаете? – удивилась Светлана.

Проплывающая по Дону «Ракета» издала долгий протяжный гудок. Гудок с какими-то переливами плавно перешёл в противный звонок. Девушка посмотрела на «Ракету» и снова повернулась к своему собеседнику. Молодой человек улыбнулся и помахал рукой.

– До скорого, – весело сказал он, и его лицо задёргалось и растворилось в прибрежном тумане.

Звонок, не переставая, всё звенел и звенел. Светлана открыла глаза. Девушка ударила сверху будильник и, схватив его, засунула под подушку. Она лежала в постели и думала: – «Сон. Ну, конечно сон. Хотя в кино мы с Иришкой, правда, вчера были. Ну, всё равно ведь сон. Будильник зазвонил в половине седьмого. Не мог сон раньше присниться. Даже не узнала, как зовут моего собеседника. А парень красивый. Глаза такие. Какие? Даже не могу вспомнить. Только иссиня чёрные волосы».

Светлана достала из-под подушки будильник. «Ух ты, уже без десяти семь, – пронеслось у неё в голове, – так и на занятия опоздаю».

Света вскочила с постели и стала быстро собираться в школу.

– Ну-ка, давай рассказывай, – тихо проговорила Светлана, подойдя к Ирине сзади и обхватив её за талию. – Всё давай выкладывай.

– Привет, Светка, – повернулась Иришка. – Да что рассказывать? Проводил до квартиры. Я была предельно холодна и сдержанна. Предлагал сегодня встретиться. Я очень вежливо отказала, сославшись на то, что у нас с тобой тренировка, но, как бы невзначай сказала, что послезавтра вечером можно и погулять. Я где-то раньше читала, что спортсмены быстрее находят общий язык со спортсменками. Так что пока буду спортсменкой. Буду вместе с тобой на тренировки ходить. Вот у меня и всё. Ты, давай рассказывай, что там тебе Вадим пел? Я вчера на него смотрела, он готов был тебя на руках домой нести.

– Ириш, да у меня без особых впечатлений. Проводил до подъезда, да всё приставал, когда ещё вечерком погуляем? Хотела сразу отказать, но помню, что ты говорила, что если будет Вадим – никто цепляться не будет и пообещала встретиться в следующий раз в субботу. Вся неделя, говорю, занята. До областных соревнований меньше трёх месяцев осталось, так что я каждый день в спортзале. Он так воодушевился, тоже говорит к соревнованиям готовится. Тоже каждый день в спортзале. Предлагал меня встречать вечерами после тренировок. Я сказала, что мы с тобой возвращаемся вместе. Так что, подруга, придётся тебе хотя бы до нового года со мной на тренировки ходить. Как раз то, что тебе и нужно, – закончила свой монолог Светлана.

– Просто отлично, – согласилась Ирина.

– Ещё бы не отлично! Теперь мы с тобой потренируемся! Я точно ростовчанок зимой на соревнованиях сделаю. Я для тебя и себя вечерком набросаю программу для тренировок, понедельно. Тренировки начнём прямо сегодня. Эх, Ирка, такому повороту событий я очень рада.

Светлана обняла Ирину.

– Подожди, – освободившись от объятий подруги, сказала Ирина, – начинаем заниматься понемножку. Как бы не по настоящему, а то ты меня за неделю в постель уложишь с растяжением всех мышц. Ты, конечно, можешь носиться, как хочешь. Я говорю только за себя.

Светлана с Ириной всё свободное время после уроков проводили в спортзале. Света до изнеможения колотила по шарикам. Желание победить было так велико, что Светлана не считалась ни с чем. Ирина где-то достала пособие по тренировкам в теннис и теперь на полном серьёзе командовала Светланой. Света вначале принимала это за забавы Ирины, но уже через время почувствовала заметный положительный результат и стала очень серьёзно относиться к требованиям подруги. Ирина-то всеми способами пыталась уменьшить нагрузки на себя при тренировках по программе Светланы. Отчасти это получилось, но такая разгрузка пошла только на пользу Светлане.

Вечерами, после тренировок Света уставшая возвращалась домой. Сил её хватало только принять душ, да выпить чашечку чая. После этого девушка валилась в постель и моментально засыпала.

– Сколько дней осталось до твоих соревнований? – в один из вечеров спросил Свету отец, – хоть денёк отдохнуть тебе не надо?

– Нет. До соревнований меньше месяца. Если буду отсыпаться, девочек из Ростова не обыграю, – ответила девушка.

– Никто и не говорит, чтобы ты отсыпалась. На рыбалку не хочешь? Мы с крестным твоим и дядей Колей на рыбалку в субботу собираемся. Может лещей или гибридиков наловим.

– На рыбалку? – встрепенулась Светлана, – на старое место? Где мы летом были?

– Да. Решили туда же. Ребята лодку берут, а я с мостика порыбачу. Вчера туда съездили. Подъезд хороший. Мостик в норме. Чего нового искать? Мы ездили, хотели мостик подремонтировать, да нас опередили. Кто-то новые доски настелил до нас.

– Я еду с вами. Я с лета на рыбалке не была. В прошлом году каждый месяц ездили, а в этом были всего два раза. Мои удочки надо из гаража достать и пересмотреть. Пап, где ключи от гаража? – поднялась со стула Светлана.

– Ложись спать. Уже половина одиннадцатого, а до субботы ещё три дня. Завтра всё достану и вечерком с тобой пересмотрим. Днём схожу в хозмаг, куплю новую леску. Удочки полгода не доставали, мыши всю леску, наверное, съели.

– Ух, – возбуждённо сказала Светлана, – ладно, завтра всё пересмотрим и переберём.

Девушка ушла в свою спальню.

*****

Светлана расположилась на мостике и неспешно разматывала рыболовные снасти.

– Привет, – услышала Светлана знакомый голос сзади и обернулась. Это был черноволосый незнакомец из её сна. «Вот те раз, – думала девушка, – он же мне совсем недавно приснился. Кто же он такой»? Девушка чуть замешкалась, но быстро оправилась от удивления и неожиданности.

– Здравствуйте, – ответила она.

– Любишь Дон? – спросил незнакомец.

– Обожаю, – ответила Светлана, с интересом рассматривая незнакомца.

– И я обожаю Дон. Целую вечность мог бы стоять и смотреть как он гонит свои пенистые волны. Смотрел бы и глаз не отрывал. Я, кстати, видел тебя здесь летом, – продолжал разговор незнакомец.

– Мы с отцом приезжали на рыбалку на это место летом, но ничего не поймали, – улыбнулась девушка, – может сегодня повезёт.

– На этом месте ловится только мелкая рыбёшка, – засмеялся незнакомец, – да и то не всегда.

– Почему? – спросила девушка.

– Видишь вон те камыши слева и те камыши справа? Мысленно проведи между ними линию. Ровно посередине линии находиться омут, где живут огромные сомы. Они съедают всю рыбу, которая сюда заплывает. Рыба плывёт по течению прямо в пасть этим монстрам. Редкая рыбёшка избегает уготовленной смертельной участи. Ты знаешь, что такое омут? – спросил незнакомец.

– Конечно, это место наподобие ямы в дне реки, где очень большая глубина, – ответила Светлана.

– Отчасти, но это не совсем так. Омут – это место соединения реки с подземной рекой или грунтовыми водами. Годами течение реки размывает дно и в какой-то момент промывает его до грунтовых вод или до подземной реки, расположенной ниже дна реки, текущей по поверхности. Течения двух потоков сталкиваются и создают завихрения вроде подводных водоворотов и образовывают в дне наземной реки аккуратные воронки до подземной реки. Все крупные реки на поверхности планеты соединены между собой подземными реками посредством омутов. То, что попадает в омут, может всплыть за сотни километров и совсем в другой речке, а может уже нигде никогда не появиться. Такая же ситуация и с морями и океанами, но там совсем другие масштабы и другие названия. Это и Марианская впадина и Бермудский Треугольник. Сотни таких мест на планете, – сказал незнакомец.

– Но ведь тут нет никакого водоворота и нет течения, – возразила Светлана.

– Есть. Небольшое незаметное подводное течение в сторону омута. Рыба очень чувствует подводные течения и, двигаясь по нему, попадает прямо в пасть тем хищникам, которые поджидают её в омуте. А то, что не попало в пасть чудищам, будет захвачено течением подземной реки и появится уже в матушке Волге.

– А папа рассказывал, что с детства здесь рыбачил и неплохую рыбу даже на удочку раньше здесь ловил, – возразила Светлана.

– Вполне возможно. Раньше, недалеко отсюда, порядка ста метров к середине Дона был ещё один омут. Это и была главная аорта, куда уходила лишняя вода из Дона. Три года назад тут затонула баржа и перекрыла главный омут. Хотя баржу в течение недели подняли, движение воды было изменено. Новое подземное русло было образовано за нескольких дней. Омут остался один, но он стал даже мощнее двух предыдущих.

– Откуда ты это всё знаешь? – удивилась Светлана. – Прямо сказка какая-то.

– Ну, если не брать в расчёт, что я вырос здесь и живу здесь, я ещё и работаю с геодезистами. Сейчас в межсезонье охраняю их оборудование. Они мне всё это и рассказывают, – отвечал юноша, приятно улыбаясь своей собеседнице. – Не веришь? Возьми шёлковый шнур, хороший крючок на стальном тросике и кусок мяса. Закинь эту наживку прямо в омут и жди. Сам шнур должен быть не менее шестидесяти метров. Отсюда до омута метров тридцать – тридцать пять. Глубина омута, ребята говорят, метров двадцать – двадцать пять, вот и надо шнура метров шестьдесят. Шнур за ствол дерева обязательно привязать нужно. Зверюги в омуте серьёзные. Метра по четыре в длину.

– Так ты охранник? – спросила Светлана.

– Я студент. Учусь на геодезическом факультете, а подрабатываю охранником. Здесь геодезисты берег Дона исследуют и прилегающую к Аксаю территорию, но работают они не постоянно. На зиму уезжают по домам. Вот с поздней осени и до весны – я охранник, а с весны и по осень – я у них старший лаборант. Кстати, зовут меня Керой, юноша снова заулыбался и протянул руку Светлане.

– Светлана, – улыбнулась девушка и ответила на рукопожатие Керы. – Ну, смотри Кера, я всегда мечтала поймать крупного сома. Вот теперь и посмотрим – правду ты говоришь или нет.

– Может, пари заключим? – засмеявшись, спросил паренёк. – Только смотри, шнур сразу за дерево привязывай.

– Нет, обойдёмся без пари. Я принципиально никогда не заключаю пари, – ответила девушка, пытаясь освободить ладонь.

Юноша улыбался и всё продолжал и продолжал трясти руку.

– Света, Света, вставай. Мы же на рыбалку едем, – проговорил юноша голосом отца и растворился в тумане.

Девушка открыла глаза.

– Ты что? Спишь? – спросил отец. – Я думал, ты уже собралась. Или может ты передумала на рыбалку ехать?

– Так, – вскочила с постели Светлана, – опять сон.

– Что? – обернулся отец.

– Ничего, это я себе. Пап, у тебя есть большой крючок на стальном тросике для огромного сома и шёлковый шнур, метров шестьдесят? – спросила Светлана.

– Есть, – ответил удивлённо отец.

– Берём с собой. И мясо берём из морозилки. Сегодня будем сома ловить.

– Конечно, – засмеялся отец, – стоит сомяра в камышах и ждет, выглядывает, когда же Светлана приедет его ловить.

– Пап, я серьёзно. Мне сон приснился. Я знаю, где сом водится, – одеваясь, говорила девушка.

– Ну, быстрее собирайся и бери мясо из холодильника, а капроновый шнур и крючки на стальном тросике в гараже. Машину выгонять буду и заберу. Ещё одна охотница за сомами нашлась.

– Поедем на старое место, туда, куда летом ездили? Ничего не изменилось? – спрашивала Светлана, шнуруя ботинки.

– Да, Свет, на старое, как и договаривались ранее. Только я не думаю, что ты там сома поймаешь. Да и крючки у меня, наверно, скорее для акулы, нежели для сома. Я на них никогда и не ловил, – ответил отец.

– А почему ты сказал, что ещё одна охотница за сомами? Кто ещё за сомом охотился? – спросила Светлана.

– Дед твой. Он всё бредил огромного сома поймать. Рассказывал, что видел чудовище метра три. Вот и крючки для этого чудовища заказал кузнецу. Персональный заказ. Уже двадцать лет в гараже висят на стене. Сколько дед не пытался на них что-либо поймать, так ничего и не получилось. А я даже и не пытался.

Отец с дочерью спустились во двор. Отец выгнал из гаража свой старенький «Москвич».

– Всё. Садись вперёд. Крючки на стальных тросиках и капроновый шнур в багажнике, – сказал отец.

– Ты же говорил, что дядя Серёжа и дядя Коля с нами поедут. Или они передумали и не поедут? – спросила Светлана.

– Вон они уже идут. Рыбачки… – ответил отец.

– Ну, вот и мы. Готовы, – сказал один из подошедших, – готовы набить наши рюкзаки крупными лещами и карасями.

– Поехали, – сказал отец. – Светлана говорит, что будет ловить сома, вы – лещей и карасей, а я вот просто посижу на мостике. Ну, может, бубыриков с десяток поймаю.

Ярко освещая дорогу фарами, «Москвич» выехал со двора.

*****

– Темень ещё непроглядная, – сказал отец Светланы и заглушил двигатель. – А мы уже и на месте.

Рыбаки вылезли из машины.

– Что, дочка, будем с тобой располагаться здесь? – спросил отец Светлану, – вон и мостик рядышком.

– Ну, я хочу здесь. А дядя Коля с дядей Сережей где будут? – спросила Светлана, – все на мостике не поместимся.

– Мы на лодке, попробуем над камышами порыбачить, – ответил один из мужчин.

– А на мостике, по-моему, кто-то есть, – вглядываясь в туман, проговорил отец Светланы.

Человек встал с раскладного стульчика и, собрав снасти, направился к подъехавшим рыбакам.

– Я уже ухожу, – подойдя к рыбакам, проговорил он. – Здравствуйте. Я так, десяток бубырей для ухи поймал и – до дома. Так что я вам не помеха. Да тут крупной рыбы и не поймать. Омут всё сжирает.

Капюшон плаща полностью скрывал лицо рыбака.

– Омут, что между правым и левым выступами камыша? – спросила Светлана.

– Да. Три года работает, как помпа, – ответил незнакомец и отбросил на плечи капюшон.

Взглянув на рыбака, Светлана вздрогнула и отступила на шаг назад. Иссиня чёрные волосы, волевой взгляд, офицерская выправка. Это был незнакомец из сна. «Что, я опять сплю?» – пронеслось в голове у девушки. Светлана сильно ущипнула себя под курткой и стиснула зубы, чтобы не закричать. «Больно. Значит не сон», – подумала она.

– Ты, что ли, Кера? – спросил рыбака отец Светланы.

– Я. Здравствуйте ещё раз, Павел Петрович. Я вас и не узнал в темноте. Вы наконец-то решили на рыбалку выбраться? – в свою очередь спросил рыбак.

– Так омут, говорите, как помпа работает? – уже уверенным голосом спросила Светлана. А мы как раз сома приехали ловить.

– Давайте я приманку закину прямо в омут. Я летом чуть в него не попал, так что расположение омута точно знаю, – предложил юноша.

Отец Светланы размотал капроновый шнур и закрепил свободный конец за дерево, росшее на берегу. Девушка закрепила кусок мяса на стальном тросике, и юноша забросил приманку. Погружаясь в реку, приманка утащила за собой почти весь шнур. На берегу осталось не более двух метров.

– Ну, теперь жди, рыбачка, – весело сказал юноша девушке, – не прозевай, а мне уже пора.

Набросив капюшон на голову, юноша двинулся вдоль берега и через минуту исчез в утреннем тумане. Друзья отца Светланы готовили лодку и подшучивали над девушкой по поводу её выдумки по ловле сома. Светлана с отцом разматывали удочки.

– Сомневаюсь и я в твоей затее, – смотря на оставшиеся кольца капронового шнура, сказал отец. – А за мясо мы вечером от матери выхватим. Она сегодня собиралась котлеты делать. Как икать начнём, значит, мать мясо ищет. Ну, ладно. Может, хоть гибридов на удочку поймаем.

– А ты, пап, откуда этого рыбака знаешь? – спросила девушка.

– Он с геодезистами работает, а они у нас уже три года побережье Дона изучают. Руководитель группы геодезистов к нам в институт приезжал. У нас ведь созданы модели русла Дона за последние три тысячи лет, и я к ним на базу ездил. База их расположена километрах в трёх отсюда. А Кера? Он у них и охранник, и сотрудник. Он студент геодезического факультета. А тебе, Свет, что, приглянулся паренёк? – весело спросил отец. – Он, вообще-то, смышлёный.

– Пап, я просто спросила. Лицо показалось знакомым. Наверное, в Аксае встречала, – ответила Светлана. – Смотри, вон у тебя клюёт.

– Ты вот сама смотри, вроде на берегу метра два шнура оставалось, а сейчас остатка совсем нет, – сказал отец, смотря на шнур, привязанный к акации.

Светлана бросила удочку и через мгновение уже была у дерева. Девушка потянула за шнур. Шнур легко поддался. Светлана вытянула метра три снасти, и в тот же момент сильный рывок шнура чуть не стянул её в воду.

– Пап! – закричала девушка, выпустив шнур из рук.

Отец уже бежал по мостику к девушке. Павел Петрович взялся за шнур и потянул за него. Шнур снова легко поддался, но не более трёх метров. В следующий момент рывок шнура стянул рыбака в воду.

– Дядя Коля! Дядя Серёжа! – кричала Светлана, бегая по берегу.

Рыбаки на лодке спешили к берегу.

Борьба с подводным чудищем длилась два часа. Наконец непомерных размеров голова показалась над водой.

– Что это? – закричала девушка, подальше отступая от берега. – Крокодил!!!

– Да, нет. Не крокодил. Похоже, это твой сом, – отвечал один из рыбаков, находясь по пояс в воде. – Метров пять красавчик. Не меньше.

*****

– Да, уж, – говорил отец Светланы, сидя вечером за кухонным столом. – Такой рыбалки позавидовал бы даже мой отец. Сомяра – четыре с половиной метра.

– Пап, это точно сом? – кутаясь в тёплый халат, спрашивала Светлана. – Что-то он уж больно на крокодила похож. Только что лап нет, да голова большая. Даже не большая, а огромная. Я такого даже в страшном сне представить не могла.

– Точно, Света, сом, – отвечал отец, – только никто из рыбаков такой громадины никогда не видел. Больше четырёх центнеров.

– Ума не приложу, как вы его вытащили, – сказала мать Светланы, отхлебнув чай из блюдечка.

– Отдохнула, называется, – засмеялась Светлана, – я сегодня устала, больше чем в спортзале. Ещё и промокла насквозь.

Девушка встала из-за стола.

– Пошла я, мамочка и папочка, спать.

«Как, правда, мы смогли вытащить эту громадину? – думала девушка, лежа в постели, – друзей папиных эта тварь чуть в омут не затащила. Страшно всё так было. Хотя дядя Серёжа с дядей Колей, кажется, ещё по дороге домой испуг полечили. Непонятно, где они столько водки взяли?» Девушка снова и снова мыслями возвращалась на берег Дона. Она вспоминала пойманное чудовище и, представляя бегущие волны несущие хлопья пены, постепенно успокаивалась.

– Привет снова. Ну как рыбалка? Понравилась? – опять услышала Светлана знакомый голос.

Девушка обернулась.

– Кера? Ты знаешь, какого мы огромного «крокодила» вытащили? На четыре с половиной центнера. Представляешь, почти полтонны. Рыбаки в шоке и ужасе. Я как голову увидела в воде, чуть… с испугу… не это самое, ну короче, хотела убежать. Испугалась не на шутку, – восторженно рассказывала девушка, – это сейчас я такая весёлая, а тогда, когда я увидела кто у меня на крючке, то даже ноги задрожали. Мы его еле вытащили на берег. Все выкупались в холодной воде. Замёрзли, пока с этим чудищем боролись. Хорошо, что у папы печка в машине работает. Думаю, не заболею. Мужикам-то что? Мы пока до дома доехали, дядя Коля с дядей Серёжей и с отцом три бутылки водки выпили. Для «сугрева», говорят. Хотя, мне кажется, они испугались не меньше меня. У дяди Коли руки тряслись и даже когда он уже домой уходил.

– А там в омуте не один такой сом. Мы когда сканировали дно приборами, на экранах было четыре однотипных тени. Так что там ещё три таких «крокодила», – сказал юноша.

– Кера, отец сказал, что вы побережье Дона изучаете. А что вы тут ищите? – спросила Светлана.

– Мы не совсем побережье Дона изучаем. Мы изучаем весь ландшафт, прилегающий к Аксаю. Под городом находится сеть разветвлённых лабиринтов. Эту сеть туннелей в народе называют катакомбами. Ранее предполагалось, что протяженность этих лабиринтов достигает нескольких километров, а некоторые даже доходят до окраин Ростова. Но это так предполагалось. На деле оказалось всё гораздо серьёзнее и интереснее. Так вот, эта сеть туннелей очень глубоко уходит под землю. Причём глубина залегания их намного ниже русла Дона. Тем не менее, они абсолютно сухие. Если размеры верхних лабиринтов всего несколько метров в ширину и высоту, а протяженность достигает до километра, то нижние – просто огромны и тянутся не на сотни метров, а на сотни километров. Если бы туда можно было спустить автомобиль, мы бы без труда проехали до Таганрога и назад. Эти катакомбы – окаменевшее русло древней подземной реки. Дно и стены состоят из очень прочной отшлифованной тысячелетиями породы. Вот это мы и изучаем, – рассказывал юноша.

– И что, эти катакомбы имеют входы сверху? – спросила Светлана.

– Да. И очень много. Но все они обвалены или специально засыпаны, чтобы шибко досужие не совали туда свои носы. Открывать эти входы нельзя. Местами лабиринты делают резкие повороты и уходят вертикально вниз на огромную глубину. Человек, попав в такую западню, неминуемо гибнет.

– А что, слишком много досужих суют туда свои носы? – снова спросила девушка.

Парень с девушкой неспешно двигались по берегу Дона в сторону старого города.

– О!!! Очень много. Искателей-то приключений всегда хватает. И не только приключений. За историю этих катакомб в народе ходит много легенд. По легендам в этих катакомбах спрятаны несметные сокровища. По одним легендам – это золото казаков, которое они сюда снесли, когда поняли, что не смогут отбиться от врагов. По другим легендам – это золото, награбленное турками. Есть легенда, что там спрятано золото великого торгового города Танаиса. И я тебе скажу, что эти легенды далеко небезосновательны. Вот и лезут в катакомбы искатели сокровищ, да находят только свою смерть, попадая в различные ловушки природы. К тому же есть и другая легенда. Она рассказывает, что эти катакомбы ведут к вратам Ада. За этими вратами находится мир мёртвых или царство Аида. Охраняет эти врата страшный монстр по имени Цербер. Он не пропускает грешные души в мир живых, чтобы не нарушать равновесие добра и зла. Цербер не пропускает грешные души на поверхность, но в то же время, встретившись с грешной душой этого мира, он сразу отправляет её в ад. Цербер не имеет власти над чистой душой, но чистые души не лезут в подземелье за золотом. По одним легендам – Цербер, это невероятной силы чудовище с тремя пёсьими головами и змеиным хвостом. Он похож и на своего отца – Тифона и на свою мать – Ехидну. По другим легендам – Цербер имеет облик человека, имеющего невероятную силу. Но, не смотря на это, он был побеждён Гераклом. Этот подвиг в греческой мифологии описан как укрощение стража Аида – пса Цербера. Правда я не знаю, что древние греки считали подвигом? Подло подбросить снотворное Церберу и усыпить его? Это лишний раз говорит о невероятной силе Цербера, раз даже могучий Геракл прибегнул к обману и не стал сражаться с Цербером в открытом бою. Кстати, в легенде о Танаисе сказано, что когда защитники поняли, что город обречён и им не удастся отбиться от кочевников, они заключили с Цербером договор на хранение их золота и всё снесли в катакомбы. Непонятно, как искатели сокровищ собираются забрать золото у Цербера. Цербер по легенде отдаст золото только наследникам. И не каким-то там наследникам с рисованными бумажками, а наследникам по крови.

– Кера, откуда ты всё это знаешь? Я понимаю, что ты силён в геодезии и картографии, а легенды вы тоже изучаете? – удивлённо спросила девушка.

– Нет, Светлана, – засмеялся юноша, – это я сам изучаю, в порядке самообучения. Просто очень интересно. Книг в библиотеке набираю и всю зиму читаю. Летом-то некогда. Летом работы много, а зимой все уезжают. Сиди над буржуйкой вечерами, да читай книги.

– Над какой буржуйкой? – удивлённо спросила девушка.

– Света, я же охранник. Я работаю с группой геодезистов уже третий год. На зиму они уезжают по домам, а всё оборудование оставляют здесь. Мы облагородили один из входов в катакомбы. Частично заложили кирпичом, установили металлическую дверь. Чуть спланировали пространство за дверью и сделали три комнаты при входе. В одной комнате установили буржуйку и стол. Вторая используется для хранения сезонного оборудования. В третьей находятся приборы наблюдения за сейсмической активностью. Я постоянно записываю показания приборов. Когда мне необходимо снимать показания в ночное время, я ночую в своей сторожке, – рассказывал юноша.

– Ночуешь зимой в катакомбах? Там же холодно, – удивилась Светлана, – а электричество?

– Я же тебе говорю, там оборудована лаборатория. Там не холодно даже когда на улице минус тридцать, – возразил Кера, – кроме того, ведра угля буржуйке хватает на сутки и натопить можно до тридцати градусов в комнатах. Можно и электрокамином подтапливать, свет туда электрики провели сразу. Там же приборы постоянно включены. Кстати, за всё время, сколько я помню, свет ни разу не отключали. Да и с углём проблем нет. Углубляешься на двести метров, отходишь от входа, и ковыряй антрацит из стен. Он там прямо в стенах пластами залегает.