Чувство ожидания

Нина

Нина была девушкой молодой, привлекательной и чернобровой. Ее глаза, обрамленные густыми, черными ресницами так и пленили противоположный пол, так что от поклонников у нее никогда не было отбоя. Но, как бы Нина не игнорировала этот факт, но ее саму неведомым образом привлекали исключительно женатые мужчины. Была какая-то интрига, возбуждающий адреналин в том, чтобы охмурить, завоевать человека, которого ждала дома жена, а то и дети. Ходячий сканер, говорили про нее подруги, когда она выбирала понравившегося парня на дискотеке, на улице, в торговом центре и, познакомившись с ним, подтверждала свою догадку, увидев у него кольцо на пальце.

Нина была девушкой не из застенчивых, потому познакомиться с кем-нибудь, не составляло ей никакого труда. Но из-за своей странной особенности, ей так часто приходилось в своей короткой жизни слышать фразу «извини, я женат», что она перестала расстраиваться по этому поводу. Но уж если мужчина отвечал ей взаимностью, то ее чувства походили на бушующий океан, и было очень сложно найти берега, потому что смешивались не только дни и ночи, но и почти наркотическое опьянение и реальность. Как правило, мужчины всего этого пугались, так что Нина еще долго отходила от своих бурных переживаний после расставаний с очередным ухажером.

Николай оказался тем редким исключением, когда понравился «сразу» и наповал, и Нина внутренне до последнего надеялась, что в свои 32 года он оставался свободным. Надежда не оправдалась и, пожалуй, впервые Нина сама себя ненавидела за свои слабости.

Познакомились они на корпоративе компании Николая, куда ее позвала одна из ее подруг, работающая там, и Нина, разумеется, не отказалась от такого заманчивого предложения. Николай без сомнения умел ухаживать. Он делал шикарные подарки, водил по модным местам и ресторанам, был мил и терпел ее выходки. И при этом на второй же встрече поставил ее в известность, что у него жена, и бросать он ее не собирается. Последняя надежда Нины рухнула, но она все равно легко сдалась под его напором, потому что как любая молодая девушка хотела чувствовать себя если не принцессой, то окруженной вниманием любимой женщиной. Страсти приятно пьянили, и думать о чувствах какой-то другой женщины совсем не хотелось. Поэтому Нина просто наслаждалась теми редкими часами с Николаем, которые ему удавалось выкроить в своем напряженном графике.

Потом она стала открыто приходить к нему на работу, где, собственно, и познакомилась с Димой, который прикрывал ее перед женой Коли, передавала любимому маленькие подарочки, приезжала в любой час и день по высланным в сообщениях адресам. Они успели съездить несколько раз на море, один раз даже поругаться, а потом Нина забеременела, и все изменилось.

– Пора заканчивать. Ты классная, и ребенка твоего я обижать не собираюсь, но у нас больше ничего не будет, – сказал он очень спокойно, обдуманно и даже поцеловал на прощение. Сказка на этом закончилась, дно волшебства ударило в спину, и наступила болезненная, пугающая реальность.

Дмитрий

– Что, и тарелки делить будем? – рассвирепев, спросил меня муж.

– И тарелки, – невозмутимо ответила я. – Ты меня обманул, ты уходишь к другой женщине, могу я хоть какую-то выгоду извлечь из штампа в паспорте.

– Не думал, что ты такая меркантильная, – поморщился он.– Ишь ты, выгоду она получить хочет.

– А как же, – я развернулась к нему лицом и пристально посмотрела ему в глаза. – Между прочим, это ты меня использовал все это время, как оказалось. Легко женился, легко разводиться собираешься?

Валерия вздохнула. И постучала кончиками ногтей по столешнице. Она так и не смогла выговорить его имя, – как будто если она произнесет вместо «муж» – «Стас», то все и правда закончится.

– Вот так и было.

Они сидели на привычном уже месте в любимом обоими кафе и разговаривали. Была суббота, и они никуда не спешили. Дима думал о том, что кроме факта о разводе и того, что Валерия в данный момент работает то ли секретарем, то ли помощником нотариуса, о ней он больше ничего и не знает. Да этого и не надо было: Дима сомневался, что их знакомство может продолжиться где-то за переделами этого кафе.

– Ты, правда, будешь настаивать на полном разделении имущества? – поинтересовался Дима.

– Да прямо, – нахмурилась Валерия, – сдалось мне все это. Чем меньше вещей, тем меньше памяти о нем. Обидно просто. Я так радовалась, что начинается новая жизнь, с такой любовью выбирала каждую вещь в дом. Хорошо, что мы за год ничего крупного не приобрели. Вся техника его была, так что мы все больше по мелочи.

– Я тебя понимаю.

– Знаешь, я все думаю, что не стоило нам так торопить события, – проговорила Валерия, смотря невидящим взглядом куда-то позади Димы. – Мы с мужем и в браке прожили всего ничего, и до него все как-то слишком быстро развивалось. Наверное, зря.

– Я бы не был так уверен, – покачал головой Дима, рассматривая другую девушку за столиком позади Валерии. Та сидела с телефоном в руках и фотографировала все подряд: и еду, и светильник над столом и, разумеется, себя в разных ракурсах. Дима вздохнул: его жена никогда такой, к счастью, не была.

– Почему?

– Ну, у нас с Динарой все было постепенно и неторопливо, а в итоге…

Валерия пожала плечами, а потом, видимо подумав о чем-то своем, спросила резко:

– Нет, ну правда, не любишь, так будь мужиком, в конце концов, скажи прямо, – она вскинула глаза на Диму. – А у него знаешь, какая фраза первая была? Что квартира в его собственности, так что я ни на что не могу рассчитывать. Как будто я собиралась на что-то претендовать. Вот я и прицепилась к тарелкам. Совместно нажитое, имею право. Я не думала, что это столько злости в нем вызовет.

– Ты что же, совсем его не любишь? – удивился Дима, перестав рассматривать блогершу. – Вы же совсем ничего прожили, как так? Или просто юрист взял верх в тебе?

– Может, и люблю еще, – вздохнула Валерия и отвела взгляд. – Что толку-то? Я все равно больше не смогу ему верить, даже если он завтра обратно ко мне прибежит. У него такие глаза были, когда он говорил, что другую любит, а не меня. Не врал, совершенно точно не врал. Лучше сейчас все концы обрубить и жить дальше.

– А знаешь, – неторопливо проговорил Дима, глядя куда-то вдаль сквозь окно, – вот ты сейчас сказала, что твой не врал тебе. А у меня, наоборот, неоднозначное чувство осталось тогда, после расставания со своей. Когда она завела весь этот разговор, у нее вроде и волнение в глазах было, и страсти кипели. А потом… мне все казалось, что она сомневается, что ли. И в Загсе при разводе она как будто колебалась, когда спрашивали, не изменилось ли у кого решение, не передумали ли мы. И альбом она наш зачем-то забрала с фотографиями самыми первыми.

– Надеешься, что она вернется?

– Наверное. Я ведь, извини за прямоту, по бабам побегать успел. И все равно не могу выбросить ее из головы, – Дима вдруг рассердился и стукнул кулаком по столу, отчего на них кто-то даже обернулся. – Ни одна, ни молодая, ни зрелая, не привлекли мое внимание. Вот ты бы понравилась, ей богу, но не в этой жизни.

Сказал и сам испугался такой прямоты. Даже смутился немного, как будто проговорил вслух что-то неприличное. Но неприличного ничего о ней Дима не думал, потому что девушка Валерия ему нравилась. На нее приятно было смотреть, с ней приятно было общаться, слушать ее голос, наблюдать за ее выверенными, как будто заученными манерами. Но не более. Буквально вчера вечером Дима попробовал было представить ее в более близкой ситуации и не смог. Как будто в сердце стояла какая-то защита, не пропускающая никого ближе.

– Не извиняйся, – улыбнувшись краем рта и угадав его мысли, произнесла Валерия.

И она посмотрела Диме в глаза так, что стало ясно, что он тоже не будоражит ее воображение. Потом они оба негромко рассмеялись и продолжили разговор, как ни в чем не бывало. Кажется, они прекрасно понимали друг друга, хотя и отношение к сложившимся ситуациям у них было разным. Та же Нина, в отличие от Леры, уже несколько раз спросила, какого лешего он все еще не бросил свою затею. По ее мнению, ему не стоило зацикливаться на Динаре и следовало продолжать жить дальше. Собственно, именно так и собиралась поступить Лера, но при этом спокойно отнеслась к его попытке все исправить. Единственное, что она сказала, покачав головой, что такое предприятие довольно рискованно.

– А твоя подружка не заиграется? – предположила Валерия.

Вполне, вполне, подумал Дима, но вслух ничего не ответил, лишь пожал плечами. Он не стал рассказывать, как Нина поцеловала его пару дней назад. И выглядело это так, будто она правда начинает воспринимать ситуацию с мнимой подружкой вполне реальной. А может и по другой причине, кто ее знает. Но как только они отодвинулись друг от друга, Нина быстро отвела взгляд. Стало понятно, что ей либо не понравилось, либо все-таки рассудок победил ее низменную суть. И Дима вздохнул с облегчением, ибо Нина в своем новом амплуа почти без труда могла сломить его сопротивление. А ему сейчас этого совсем бы не хотелось. Они оба это понимали и оба сделали вид, что ничего не случилось.

– Нина – милая, компанейская подружка, не более того. Да и знаю я ее довольно давно, она точно не подведет. А куда меня вся эта затея приведет, не представляю.

Дима поерзал на стуле, погладил себя по колючей шее и нахмурился.

– Я от Динариной подруги узнал, что они послезавтра улетают куда-то на море. Это, пожалуй, будет самая тяжелая неделя в моей жизни.

Валерия помолчала, прекрасно понимая, про кого Дима говорит. У нее у самой уже отмечено было в ежедневнике 11 мая, когда у них со Стасом должно состояться судебное заседание. И за все это время он ни разу не позвонил ей, не поговорил, не поинтересовался, как она вообще себя чувствует.

– Это может многое между ними решить, – не стала лгать Валерия. – И мне кажется, ты не готов к этому.

Они встретились взглядами. Первый раз за все это время Валерия посмотрела на него так, как будто даже не сомневалась, что между Димой и его женой все кончено. От этого взгляда Дима моментально закипел.

– Не надо всех мерить всех одним мерилом, – очень четко и раздельно произнес Дима, не отпуская взгляда.

Лера тут же засуетилась и на какое-то время утратила свое хладнокровие. Она не глядя собрала вещи, поднялась и на Диму больше не смотрела.

– Извини, если обидела. Желаю удачи и надеюсь, мы больше не увидимся.

Нина

В обеденный перерыв Нина не выдержала, накинула на плечи ветровку, выскочила на улицу и набрала Диму. Пока слушала гудки, решала, как быть сегодня с дочерью. Сама она с кружков ее забрать не сможет, а мама помочь напрочь отказывается. То ли не водить совсем и оставить с Ольгой Сергеевной, то ли…

– Привет, Дим! Слушай, надо срочно встретиться.

– Привет. А что случилось? – прошелестел голос Димы откуда-то издалека. Нина даже прижала телефон ближе к уху, боясь не услышать его.

– Да сил никаких нет уже, вся чешусь! – Нина на всякий случай оглянулась: не слышал ли кто.

– Что такое? – то ли посмеялся Дима, то ли это шум сделал такое дело: непонятные посторонние звуки поглощали его голос, но задавать лишние вопросы Нина не стала.

– Голова вся чешется от краски, чесслово, так что решай, нужна ли я тебе еще в образе блондинки, и я перекрашиваюсь обратно.

Нина и правда почесала затылок, хотя понимала, что это скорее самовнушение. Просто ей на самом деле было некомфортно находиться в таком образе и хотелось побыстрее избавиться от него.

– Я и сам не знаю, – честно ответил Дима.– Тут кое – что произошло…

– Давай встретимся в каком-нибудь спокойном месте, и ты мне все расскажешь.

– Хорошо, давай завтра вечером. От меня недалеко хорошее кафе есть, там спокойно поговорить можно. За тобой заехать?

– Нет, я сама, адрес скинь только. У меня некоторые траблы с матерью, так что я не знаю, откуда поеду.

– Хорошо. Завтра созвонимся тогда.

– Ну, вот и ладушки, увидимся.

Что делать, что же делать с Лизой-то?

Когда Нина родила Лизу, ее мать, Мария Михайловна, сразу поставила условие. Либо родители берут на себя ипотеку и помогают ей финансово, а Нина сама ломает голову, с кем оставлять ребенка в случае необходимости, либо Мария Михайловна сидит с Лизой и помогает с больницами и кружками, а Нина трудится в поте лица и сама зарабатывает себе на квартиру.

После недолгих раздумий, Нина выбрала первый вариант, решив, что большая карьера в принципе не ее путь, и на квартиру ей без помощи родителей точно не заработать. Да и оказалось, что за первый год жизни Лизы Нина настолько к ней привязалась, настолько крепкими были их невидимые узы, что Нина уже и не представляла жизни без своей любимой дочки.

А потихоньку и вопрос, с кем оставлять ребенка, тоже решился. В своем же подъезде Нина нашла молодую еще пенсионерку, которая в силу каких-то своих болезней не могла уже полноценно работать, а вот брать к себе на пару часов спокойную, серьезную девочку Лизу соглашалась с удовольствием.

Пожалев в очередной раз, что не курит, Нина пошла обратно в офис. Скорей бы Лизка подросла и научилась оставаться дома одна, что ли. У Марии Михайловны в последний год стали отказывать ноги, поэтому она совсем редко стала выходить на улицу. И Нина взялась помогать ей с продуктами, продолжая изредка оставлять Лизу по вечерам. Собственно, такой вот взаимный бартер оказался выгоден обеим.

Завтра, чтобы встретиться с Димой, она оставит Лизу со своей подругой. Их дочери ходили в одну группу детского сада и дружили, так что Катя взялась устроить девочкам пижамную вечеринку без вопросов. А вот сегодня у Лизы любимый исследовательский кружок, за который придется повоевать, потому что пропустить она его откажется, а забрать с него, получается, ее будет некому.

Нина взялась за бумаги. Цифры, с которыми она работала, всегда были скучны и не давали разгуляться фантазии, но Нина давно поняла, что большего ей и не надо. Выполнять указания и работать по четко выверенной инструкции было куда проще.

Ведя подсчеты, Нина думала о том, что скоро наступит лето, и, может быть, ей в этот раз удастся как-нибудь устроить свой отдых. Тем более со своим новым парнем, на свидание с которым она, собственно, сегодня и собиралась. Он был хорош именно там, где надо было, и мог сделать наступающее лето еще более жарким и насыщенным, а на большее Нина и не рассчитывала. Сейчас ей было хорошо, и она жила этим ощущением каждую секунду, не задумываясь, что будет через полгода.

Такси привезло Нину по высланному в сообщении адресу. Дима ждал ее на улице, наслаждался теплым вечером и в кафе не заходил. Окрыленная вчерашней ночью Нина подбежала к нему, чмокнула в щеку и потащила ко входу, цокая каблуками по асфальту.

– Я сегодня на одном кофе, голодная как волк.

Когда они зашли в кафе, Дима чуть замедлился.

– Я первый раз здесь вечером, как-то все… другим кажется.

Нина хмыкнула и окинула зал взглядом, выискивая свободный столик.

– Ну, еще бы. Ты здесь завтракаешь что ли?

– Можно и так сказать. Вон там в углу свободное место есть, как раз официантка убирает стол.

Дима и Нина прошли за дальний столик, где приветливая девушка в униформе попросила их подождать одну минуту, пока она принесет меню.

– Ну что, как у тебя дела? – поинтересовался Дима у Нины, когда она вернулась из дамской комнаты. За это время как раз успели принести меню.

– У меня как раз все зашибись, – довольно проворковала девушка, стараясь не уходить в воспоминания, и тут только толком разглядела Диму. И сразу обратила внимание, что у него сегодня странно горели глаза. – За исключением того, что я за эти месяцы поняла, что, оказывается, совсем не нравлюсь себе блондинкой.

– Я думал, все девушки любят изменения во внешности. Тебе же хорошо так. – Дима взглянул на Нину: она разглядывала меню.

– Ой нет, быть блондинкой не для меня, – Нина снова почесала голову.– Я хочу вернуть все обратно.

Дима пожал плечами. Нина находилась в прекрасном расположении духа, и это нельзя было не заметить.

Подошла официантка и приняла заказ – кофе для Димы и салат, отбивную, свежевыжатый сок для Нины.

– Ну, рассказывай, что нового произошло с тобой, – попросила Нина, когда выбор был сделан. – Выглядишь ты гораздо лучше, чем две недели назад, когда мы с тобой в последний раз виделись. Бодрее как-то.

– Да как-то жизнь налаживается. На новой работе все складывается хорошо, настроение тоже боевое. У тебя тоже, вижу, все хорошо?

Нина довольно хмыкнула.

– Более чем. Личная жизнь бурлит и кипит, по-моему, это видно по моим синякам от недосыпания.

– Я рад за тебя.

Нина кивнула и отпила немного принесенного сока. И подумала, что Дима невероятно скучный, и она бы точно не смогла с таким жить. За все время знакомства с ним, она, кажется, не слышала, ни как он ругался, ни одной стыдной истории из его прошлого. Он даже в тот единственный день рождения Коли, который отмечали всей фирмой, умудрился остаться трезвым. Может жена вообще из-за этого ушла от него?

– Добрый вечер, Дмитрий, – услышала Нина откуда-то сверху мелодичный женский голос. – Добрый вечер,… Нина, если не ошибаюсь.

Нина с удивлением вскинула глаза и увидела возле их столика симпатичную блондинку, по-видимому, чуть младше ее самой.

– Валерия? – со странной интонацией в голосе спросил Дима, как будто девушка перед ним никак не могла носить такое имя.

Нина почему-то решила, что Дима должен обязательно добавить «Что ты тут делаешь?», и по тому, как Дима действительно сделал попытку открыть рот, поняла, что ему и правда хотелось это спросить. Нина фыркнула, ей было интересно лишь то, откуда эта девушка знает ее.

Девушка Валерия оглянулась куда-то назад, и Нина заметила за ней мужчину, примерно вдвое старше ее.

– До свидания, папа. Давай, я подумаю и перезвоню тебе.

Мужчина лишь кивнул головой и пошел к выходу. Валерия немного задумчиво посмотрела ему вслед и развернулась обратно к Диме.