#счастьекакдиагноз. Stories

Как вдруг приходит он. Такой красивый и правильный, надёжный, спокойный и очень интеллигентный. И так интеллигентно и спокойно объявляет ей в этот вечер, что всё замечательно, уютно и комфортно, что она большая молодец и всё у неё будет прекрасно в жизни, но так, как прежде, уже не будет. Ни работы, так как трудится она у него на предприятии; ни дома, так как дом записан на него; ни семьи, так как он с ней разводится.

Нет, у неё будет всё хорошо, но вот только переехать с детьми надо бы в квартирку однокомнатную. И работу другую подыскать. И кредит (за машину, которую он же ей и подарил) она тоже должна сама теперь выплачивать. Но всё нормально, ведь он такой красивый, интеллигентный, надёжный, спокойный и правильный. И всё будет очень правильно, но только так, как надо ему, а не ей.

Вот он – этот ураган эмоций! Вот она – эта стихия чувств! В голове пробегает тысяча схем с цифрами, планами. Инстинкт выживания заставляет срочно что-то предпринять. Наступает паника: как дальше? что дальше? к кому бежать? куда обращаться? После всех провальных попыток прибегнуть к помощи родителей, свекрови, адвоката и полиции остаётся лишь один вариант – президент Российской Федерации. Он точно поможет.

«Товарищ президент! Ведь я себя всю без остатка, а со мной вот так! Почему? За что? Я же верой и правдой! А теперь что получается? Помогите, господин, товарищ, друг и брат! Дорогой вы мой президент Российской Федерации!»

И вдруг наступает прозрение. И она видит, что её уязвимое место было огромное, как чёрная дыра. Эта дыра поглотила её, пережевала и выбросила. И что ей оставила? Пару вредных привычек, лишний вес и однокомнатную квартирку. «Вся твоя нужность и полезность аннулированы, детка».

Всё оказалось иллюзией. Её уязвимость не оставила ей места для самой себя. Вот только она этого не замечала. И теперь, когда ей за 40, она только начинает свой путь самодостаточности и независимости. Честный и открытый путь к себе. И пойдёт она по нему сама. Без друзей, семьи, коллег. И даже без президента Российской Федерации. Она, как малое дитя, начнёт делать первые шаги и научится отстаивать свои интересы, вспомнит о своих способностях и талантах, то, о чём мечтала и чего действительно хотела. Ей придётся стать неуязвимой. Нет, не жёсткой, злой и недоверчивой, а именно неуязвимой! А значит, она не причинит себе вреда, опираясь на других людей, служа им или используя их. И её счастье (как и её достижения и в целом её жизнь) будет зависеть только от неё.

Разоблачение уязвимости – это значимый процесс. Когда всё тайное становится явным, когда маски сорваны и меняются ценности и приоритеты в жизни. И всё, что до недавнего времени было очень важно и стояло на первом месте, уже не имеет значения и кажется просто чушью и мелочью. Многопоколенный гипноз под названием «прикрывать тылы того, кто построит дом, посадит дерево, вырастит сына» перестанет на неё действовать.

Уязвимость. Какое красивое слово! Какое прекрасное действо! Какой деликатный инструмент Бога! Это подсказка каждому из нас, где находятся такие тонкие покровы нашего существования. Они могут прорваться, а значит, их надо уплотнить, сделать прочными и надёжными. Пришло время изменить структуру и содержание своей ДНК. И, слава богу, есть такая возможность! (Все вопросы в личку.)

Описанный сюрприз – лишь один пример. В действительности вариаций таких сюрпризов множество, и для каждого Бог подготовил свой. Но есть выход: сегодня, вот прямо сейчас, быть честным с собой и, пока не поздно, ответить себе на один вопрос: где моё уязвимое место?

«Оргия»

– Ну ты посмотри на неё, посмотри! И куда она собралась? Ивановна, ну ты погляди, погляди, как эта, с восьмой квартиры-то, нафуфырилась! А юбку-то какую надела! Господи, светится, как марля! Там же всё видать! Вот проститутка!

– Петровна, да не с восьмой! Ты очки-то надень. Это с 25-й. Мать-одиночка. Воспитательницей работает. Вроде приличная, а одевается, как проститутка, это точно.

– Да с какой 25-й, Ивановна! Не похожа. Та потолще будет, рожавшая, а эта – глиста глистой.

Женский силуэт приближался к сидящим на лавочке старушкам.

– Привет, бабуль!

– Ох ты! Внученька, это куда ты, такая красавица, собралась? Тебя не узнать!

– Ой, Петровна, точно! Ну красавица ж у тебя она, глаз не отвести!

– Я, бабуль, на «Оргию». Буду поздно. Не жди.

Девушка поцеловала бабулю и растворилась в томном вечере весеннего города, утопающего в каштановом цвету.

– Петровна, так я не поняла, куда внучка-то твоя собралась?

– Ну ты что, не слышала, Ивановна? Сказали ж тебе: на оргию. Что тут непонятного?

И Петровна с гордо поднятой головой встала с лавочки и направилась в подъезд. А в голове у неё крутилось: оргия, орда, орхидея… Что-то знакомое, а главное, слово такое красивое – оргия.

Внучку Петровны звали Мария. Она работала в продовольственном магазине, но в душе была актрисой и очень творческим человеком с тонкой, душевной организацией. В этот вечер она с не менее творческой подругой направлялась в Театр современной эстрады на экспериментально-импрессивное действо под названием «Оргия».

Подругу звали Аня. Они дружили почти всю свою жизнь. И жили рядом, и в школу одну ходили, и в техникум вместе поступали (и не поступили), и в магазине теперь работали вместе. Девушки шли в театр такие счастливые и воодушевлённые и даже не предполагали, что после сегодняшнего вечера, после «Оргии», их близости наступит конец и между их судьбами пройдёт граница, которая разделит жизнь каждой из них на две половины – до «Оргии» и после.

Спектакль действительно захватывал. Оказалось, что его содержание не имело ничего общего с названием. Актёрский состав был молодой, энергичный, может, поэтому всё бурлило и кипело на сцене. Эти люди явно любили своё дело, получали удовольствие от работы и наслаждались ею.

Мария знала с детства: быть актёром – тяжёлый труд, так как много читала об этом ремесле. «Но какие же они счастливчики, – думала она. – Любят то, чем занимаются. Могут творить, делиться радостью с людьми».