Невеста до рассвета

Но, к счастью, боги сжалились над нами и внимание сплетников было направлено на Ирильена.

– Кстати, записка Корделии абсолютно безопасна, – отчиталась Элисандра, закончив проверку.

К сожалению, прочитать послание мне не удалось. Де Треви поставила на него защиту, и открыть записку мог только Эдмунд, поэтому весточку пришлось отдать. Но учитывая обстановку, наставница решила вначале проверить записку и убедиться, что это не диверсия.

– Я же говорил, что она не идиотка. – Забрав письмо, дракон бегло пробежался по нему взглядом и молча сжёг.

Р-р-р-р!

Вот как ему намекнуть, что это была важная улика и мы имеем право знать содержание?! Причем во мне не ревность говорит, а исключительно рабочий интерес!

Вдруг де Треви пыталась оклеветать Лауренсию или…

– Корделия просит о встрече, – сказал император, – в любое удобное для меня время. Говорит, что у неё есть важная информация.

– Она не намекнула, о чём именно пойдёт речь? – нахмурилась ректор.

– Сказала, что кто-то хочет использовать её, чтобы подставить принцессу сумеречных драконов, – ошарашил нас Эдмунд.

– Подождите, выходит, она поняла, что на неё пытались воздействовать? – удивлённо переспросила я.

– Корделия очень сильный маг, – император развеял пепел и устало потёр виски, – вы даже не представляете насколько. Кроме этого, она невероятно расчётлива, но в то же время честна. Поэтому и продержалась так долго в роли моей фаворитки.

Тема была мне неприятна, но то, что де Треви не пыталась оклеветать соперницу, вызывало уважение. Да и узнать побольше о возможной противнице не помешает, ведь пока не ясно, какие цели она преследует. Возможно, это лишь хитрая игра.

– Она никогда не сочиняла, что любит меня, и не требовала большего, чем полагалось, – продолжил император, – даже новость о разрыве перенесла достойно, лишь попросила разрешения сразу выйти замуж и уехать из столицы.

– Что?! – От неожиданности я едва не выронила миркало.

– Корделия из древнего, но обедневшего магического рода, – пояснил Эдмунд, – в своё время я оказал ей бесценную услугу, а де Треви умеет быть благодарной. Она не станет играть против меня. Но остаться в столице ей не позволят гордость и тщеславие.

– Хм… поэтому она быстро захомутала талантливого, обеспеченного и по уши влюблённого в неё артефактора? – догадалась Элисандра.

– Да, – кивнул император, – но пока их предстоящая помолвка держится в тайне.

– Это несколько меняет дело, – облегчённо выдохнула я, – но как убедиться, что эта записка не хитрый ход кукловода?

– Я не собираюсь отправляться на встречу один, – успокоил меня император и, повернувшись к Ингварду, добавил: – Как продвигается допрос?

– Делаю, что могу, – обречённо простонал некромант.

– А что с орочьими шаманами? – уточнила Элисандра.

– Их тела ещё готовят, – ответил оборотень, на миг отвлёкшись от василиска, – учитывая, в каком виде их принесли, для начала нужно понять, где чей пепел, и по кучкам всё расфасовать.

М-да… тяжела и сложна жизнь некроманта! Я-то думала, что он за пару часов уже всех допросит и принесёт нам отчёт, а тут такие трудности…

– К утру справишься? – спросила ректор.

– Надеюсь, но пока ничего не обещаю, – ответил Ингвард, – и мне понадобятся слепки аур подозреваемых и их иллюзорные портреты.

– Зачем? – удивилась я.

– Хочу сопоставить их с фрагментами воспоминаний василиска, – пояснил оборотень, – вдруг что-то совпадёт.

О-о-о-о! Гениально, хотя сомневаюсь, что нам настолько повезёт. Скорее всего, придётся долго и печально проверять каждого из пятнадцати подозреваемых, устанавливать за ними слежку… Даже представить страшно, сколько на это уйдёт сил и времени!

– Мои фиалочки сейчас скопируют ауры подозреваемых на магкристаллы и найдут в базе нужные досье, – ответила ректор, подходя ближе и снимая с моей головы бриллиантовую диадему, – а я пока пошаманю над маячком, по которому Алир находил Лауренсию. Хочу проверить одну догадку.

– Расскажете подробности? – оживилась я. – И как вы поняли, где спрятана следилка?

– Я не знаю, в каком именно украшении маячок, поэтому проверять буду всё, работая по методу исключения, – ответила Элисандра. – Хотя ставлю на серьги. И кто скажет мне почему, получит пятёрку по трансфигурации магических предметов.

Ох… награда королевская! Этот предмет ректор преподавала лично, и получить по нему пятёрку было сложнее, чем отбиться от голодного тхарга. Только я не особо понимала, какое отношение трансфигурация имела к нашему делу, и судя по вытянувшимся лицам подруг, они тоже…

– А можно понизить награду до четвёрки, но дать подсказку? – с надеждой протянула Беата.

– Нет, – усмехнулась ректор. – Думайте, фиалочки, думайте.

– Сколько у нас подозреваемых? – неожиданно спросил император и, прежде чем наставница успела обернуться, легко коснулся пальцами чешуи на виске и ордена на мундире. – Хочу знать, сколько кристаллов доставать из сейфа.

– Пятнадцать, – отозвалась ректор, окинув меня внимательным взглядом.

Но я шустро взяла эмоции под контроль и прикрыла радость напряжёнными раздумьями. Учитывая, что подсказка была не слишком понятной, особо притворяться не пришлось.

Хотя сам факт помощи от Эдмунда заставлял сердечко биться чаще и верить, что наша истинная связь потихоньку «расшатывает» плетение кукловода. Иначе с чего бы ему подпитывать меня своей магией и подсказывать?

– Я приготовлю кристаллы и списки гостей, – коротко сообщил дракон.

– Хорошо, а остальным займутся мои фиалочки, – отозвалась наставница и, свернув сканирующую сеть, добавила: – Кстати, диадема чиста, словно слеза младенца. Можно переходить к следующему «подозреваемому».

Подойдя ко мне, Элисандра указала на роскошные серьги с розовыми сапфирами.

– Снимай.

Послушно исполнив просьбу, я протянула украшение. И пока ректор проверяла его, вернулась к размышлениям о трансфигурации, маячках и туманной подсказке Эдмунда.

Пока выходило, что вопрос наставницы как-то связан с драконьей ипостасью Лауренсии, иначе зачем императору указывать на чешую? Да и орден на мундире…

Перед глазами неожиданно всплыл образ раненой драконицы, лежащей на носилках. Кровь на снегу, обнажённое тело, прикрытое чьим-то плащом и огромные розовые сапфиры…

– Драконы и оборотни теряют артефакты и одежду при трансформации! – воскликнула, осенённая догадкой. – А на Лауренсии были серьги, которые позже я надела на бал. Ещё в лесу я удивилась, что они сохранились…

– Заговоренные украшения из лунного серебра стоят сумасшедших денег, зато не мешают во время оборота, – пояснила Лесли, – только это правило распространяется лишь на серьги. Браслеты, цепочки и кольца не успевают увеличиться вместе с двуликим и могут стать причиной переломов.

– Подождите! – встрепенулась Беата. – Если маячок в серьгах и его действительно ставил отец Лауренсии, почему не помог с поисками?! Он же легко мог отследить её перемещение!

– Согласна, – кивнула я, – король мог и не рассказывать нам про сговор с Алиром, просто упомянуть, что в одном из украшений принцессы следилка.

– Верно мыслите, фиалочки, – хмыкнула ректор, набрасывая на украшение ещё одно плетение.

Серьги полыхнули алым, а через миг в одном из сапфиров проступила грязно-зелёная паутинка, главный опознавательный знак орочьего шаманства…

– А вот и наша пакость! – победоносно воскликнула наставница. – И какой вывод напрашивается из всего этого?

– Этот маячок устанавливал не король, – прошептала я, сглотнув вязкую слюну, – скорее всего, телохранительницы или одна из служанок украли серьги, а после того, как враг вплёл в украшение сигналку, вернули их на место. А затем кукловод воздействовал на Алира, прикидываясь королём.

Эту же схему кицунэ провернула и со мной, наслав иллюзию и убедив в реальности того, что я вижу…

– Нужно поговорить с родственниками принцессы и выяснить, кто точно знал, какие украшения принцесса наденет на бал, – добавила Лесли.

– Обязательно поговорим, – кивнул Эдмунд и, обернувшись к ректору, добавил: – Я не претендую на пятёрку, но могу предположить, что маячок активировался, когда Лауренсия надела серьги. А затем враг ментально воздействовал на неё, заставил сбежать и заманил в ловушку.

– И орки шли именно на маячок! – воскликнула, догадавшись, к чему ведёт император. – Но из-за того, что точные следилки легко обнаружить, кукловоду пришлось использовать упрощённое плетение. Поэтому, ранив принцессу, шаманы и бродили по поляне, выискивая беглянку.

Только до сих пор не ясно, какое отношение к случившемуся в лесу имеем мы и вылазка за мхом! Но, может, ситуация прояснится после того, как допросим василиска и шаманов?

– Умница! – похвалила меня Элисандра. – А кто скажет, зачем нашему кукловоду понадобилась многоходовка с Алиром?

– Скорее всего, шаманы собирались не похитить принцессу, а поселить в ее тело другого духа, – ответил вместо нас Ингвард, – а недавнее воздействие менталиста-мозгоправа должно было запутать следы и скрыть факт замены души.

Бездна… такой жуткой участи и врагу не пожелаешь!

– К тому же после «спасения» от орков, дух мог «вытянуть» на поверхность влияние Алира, прикрыв им плетение кукловода, – добавила Беатриса.

И маги, обследующие Лауренсию, решили бы, что это племянник Сандерса выманил её из дворца…

Почти идеальное прикрытие. Только враг не учёл два но: наше вмешательство и чрезмерную активность целителя. Пытаясь доказать дяде свою профпригодность, тот по пятам бегал за драконицей, забрасывая её приворотами, и в итоге «сбил» своим заклинанием атаку кукловода.

Думаю, можно считать, что в его деле появились смягчающие обстоятельства, и не наказывать парня слишком строго. Хотя Алир всё равно виноват в том, что сразу не доложил о встрече с «королём».

– Что ж, свои пятёрки вы заслужили, – усмехнулась ректор, поднимая серьгу выше и опутывая ещё одним плетением, – а вот кукловоду я бы поставила четыре с минусом. На этот раз он оставил нам небольшую зацепку.

– У нас появилась улика? – воскликнула, не веря такому счастью.

– Достаточно слабая, – умерила мой пыл ректор, – но в любом случае это лучше, чем ничего.

– Ну, хоть список подозреваемых поможет сократить? – с надеждой протянула Беата.

– Да, только для начала его нужно составить, – напомнила наставница, – так что пока я буду шаманить над маячком, займитесь кристаллами.

– Эли, надеюсь, ты не будешь возражать, если я помогу адепткам? – Император призвал небольшой стол и поставил на него шкатулку из чёрного дерева. – Они выжаты, а работа предстоит сложная и кропотливая.

– Не возражаю, – ответила ректор и, перейдя на телепатическую связь, добавила: «Эльза, внимательно следи за эмоциями Эдмунда. Не думаю, что работа с уликами спровоцирует управляющее плетение, но лучше перестраховаться».

Это точно! Осторожность не будет лишней.

Мы уже выяснили, что аркан кукловода реагирует на вопросы, касающиеся истинной пары императора. Но не исключено, что он активируется, когда Эдмунд узнает имя околдовавшей его кицунэ.

Хотя… последнее маловероятно. Настолько мощные плетения проще обнаружить из-за специфического ментального фона, поэтому кукловод и использовала преимущественно слабые, но очень хитрые плетения.

Исключение составляла лишь атака в оранжерее, но тогда враг шёл ва-банк, вкладывая в удар всю силу. Знать бы ещё, что толкнуло её на столь рисковый шаг: отсутствие времени, паника или уверенность в успехе?

Или мы упускаем что-то ещё?

– Леди, на вас копирование аур, – приказал Эдмунд, доставая из шкатулки продолговатые кристаллы, мерцающие ровным фиолетовым светом, – а я буду сверять полученные данные со списком гостей.

– Хорошо, – ответили мы, подходя ближе и активируя ментальную сеть.

Над столом взметнулся сноп сапфировых искорок, и лежащие на столе кристаллы засветились ярче. А через миг от каждого артефакта начали подниматься тоненькие щупальца. Робко касаясь нашей ментальной паутины, они сплетались с ней, подготавливая кристаллы к работе.

– Артефакты готовы, – отчиталась я, когда над столом загорелись магические проекции кристаллов.

– Начинаем записывать ауры подозреваемых, – сказала Беата, осторожно вплетая в паутину информацию, считанную Элисандрой на балу.

В центре круга, образованного артефактами, заплясали тени гостей, размытые изображения лиц и фигур, фрагменты наших воспоминаний…

Танец, сад, василиск в оранжерее, проверка гостей…

Одна из сфер зажглась сапфировым огнём, и над ней призраком зависла миниатюрная женская фигурка. Не отвлекая нас от работы, император вынул заполненный кристалл из ментальной сети и загрузил ауру гостя в магическую базу данных.

Ещё несколько минут, и у нас будет имя первой подозреваемой и краткое досье.

– Эдмунд, на маячке следы воздушной магии, – донёсся до меня голос Элисандры, – не уверена, что кукловод чистый воздушник, но предлагаю начать с тех, у кого сильнее всего развита именно эта ветвь Дара.

– Хорошо, – кивнул дракон, – тогда первая подозреваемая отпадает сразу. Виконтесса дю Мортон чистокровная вампирша, а они не способны ни к воздушной магии, ни к шаманству.

Уже неплохо! Понятно, что найти кукловода лишь по этой зацепке не получится, но чем сильнее сократим список подозреваемых, тем лучше.

Жаль только, что вычислить кицунэ по досье не получится. Способность к лисьему обороту наследовалась спонтанно через несколько поколений и могла проявляться в любом возрасте.

Но, что самое главное, многие кицунэ ещё помнили времена, когда некоторые маги вылавливали их в надежде подчинить их редкую магию. А потому, лисьи леди часто скрывали первый оборот и проявление второй ипостаси.

– Я почти закончил с василиском, – отозвался Ингвард, – ещё полчаса – и сможем сверить полученную информацию. Но предупреждаю сразу: зрение твари очень отличается от человеческого!

– Ты это уже говорил, – вздохнул Эдмунд, – но выбора нет. Улик слишком мало…

– Знаю, поэтому и копирую все его воспоминания, вплоть до мельчайших подробностей, – ответил некромант.

Что ж, в любом случае нужно с чего-то начинать. Пусть поодиночке все улики кажутся несущественными, соединив их, сможем составить примерную картину происходящего и прорабатывать первые версии.

А там, глядишь, и результат о допросе шаманов подоспеет, да и на разговор императора с Корделией у меня большие надежды.

– Мы тоже почти закончили, – ответила, вытерев со лба стекающий пот.

Работать приходилось на пределе возможностей, но благодаря помощи Эдмунда мы успели заполнить уже пять кристаллов и отсеять двоих подозреваемых. Кроме вампирской баронессы дракон исключил из списка чистокровную огненную демонессу.

А ещё поставил под сомнение кандидатуру русалки. У водников изредка проявлялся талант к воздушной магии. Но вот про русалок-шаманов я никогда не слышала.

Так что пока под все критерии подходили только двое.

И, что не менее важно, плетение кукловода пока молчало, позволяя Эдмунду помогать нам. Значит, Элисандра не ошиблась и оно реагировало только на истинную связь и вопросы о ней.

А это значительно упрощало нам жизнь!

– Леди, вы провернули невероятную работу, – сказал император, едва мы закончили, – я поражён вашим мастерством и…

Дракон неожиданно замолчал, отвлёкшись на какой-то сигнальный артефакт. А зате, открыл в центре комнаты портал, из которого тут же вышли пять магов. Лично я узнала лишь двоих – статного дракона с пронзительными янтарными глазами и высокого поджарого воина в форме ассасина.

Первый – легендарный полковник Хуан диэр Ривейра, муж Беатрисы и дядя Лесли. А второй – Аббас Рейнгарс, бессменный мастер Чёрного Братства. Они стоили целой армии, и на их помощь я очень рассчитывала!

Зато остальные… вызывали у меня большие сомнения.

Эльфы-близнецы, судя по всему, были известными на всю империю взломщиками. По крайней мере, именно так их описывала Беата, работавшая с этой парочкой на островах фейри.

Рослые, смуглые, с роскошными платиновыми волосами, собранными на затылке в высокий хвост, и с раскосыми изумрудными глазами. Эльфы поражали изяществом и красотой, если бы не два экзотических но: множество колец-серёжек в острых ушах и просвечивающие сквозь шёлк рубашек татуировки на предплечьях.

Такую вольность себе могли позволить только Лин и Дин Этельен, так что наверняка я не ошиблась. Да и Беата говорила, что с ними путешествует гном Глорин и призрак-светлячок по имени Синтия.

Призрака пока было не видать, зато гнома я заметила сразу…

Для торжественного выхода из портала маэстро Глорин выбрал роскошные малиновые панталоны, жёлтую рубашку и салатовый жилет. Дополняли незабываемый образ широкополая шляпа, украшенная павлиньими перьями, и туфли с атласными бантами.

– Хуан, – просипел император, окинув гостей ошалелым взглядом, – ради какого тхарга ты притащил их в мой дворец?! По-твоему, нам мало проблем?

– У нас проблем хватает, – рассмеялся полковник, – но почему бы не создать их и кукловоду?

– Но…

– Это лучший диверсионный отряд во всей империи, – вкрадчиво подметил Хуан, – кто, если не они?

– Предпочитаю более традиционные методы расследования, – вздохнул император, – но, если ты уверен в том, что делаешь, спорить не буду.

– Уверен, – кивнул полковник, – враг слишком хорошо подготовился. На любое ваше действие у него продуман ответный удар, поэтому не исключаю, что ему помогает сильный предсказатель.

Ох… бездна… только этой напасти не хватало…

– Эта ветвь магии нестабильна, – нахмурилась Элисандра, – интервалы между видениями сложно спрогнозировать, а уж пророчества на заказ и вовсе требуют сложнейшей подготовки. К тому же от пророков и медиумов фонит…

– Я не утверждал, что предсказателя притянули во дворец, – перебил её Хуан, – эту операцию готовили не один год, и враг мог проработать все возможные варианты.

– Все логичные варианты, – уточнил мастер Рейнгарс, – предсказатели не способны видеть и анализировать хаос.

– А они – его чистейшее воплощение, – протянула ректор, окинув эльфов и гнома задумчивым взглядом.

Вышеупомянутое трио, судя по всему, радости от предстоящей миссии не испытывало. Более того, напряжённо размышляло, как бы слинять из дворца при первой же возможности.

– Диверсия – их стихия, – рассмеялась Беатриса, тепло улыбнувшись гостям, – но я рада снова встретиться со старыми друзьями. Пусть и при таких обстоятельствах.

– В прошлый раз обстоятельства были не лучше, прекраснейшая! – подмигнул ей эльф с серьгами в левом ухе. – Но я тоже счастлив видеть вас.

– И я! – поддакнул второй блондин.

Хм… как же их различать-то? Кажется, Беатриса говорила, что у Лина серьги в правом ухе, а у Дина в левом. Или наоборот?

– И мы счастливы, – почтительно поклонился гном, снимая шляпу и… выпуская очаровательного светлячка, переливающегося нежно-лиловым светом.

– Синтия! – воскликнула Беата. – Я уже испугалась, что братья приехали без тебя!

– Как можно?! – с притворным возмущением спросил дух. – Разве я могла отказаться от такого интересного дела? Кстати, я ни на что не намекаю, но, может, нас кто-нибудь представит…

– Прошу прощения, это моя ошибка. – Полковник вежливо поклонился светлячку и, повернувшись к императору, объявил: – Ваше величество, позвольте представить вам леди Синталию ти Лэсс, профессиональную наёмницу и разведчицу с островов фейри.

– Рад встрече, – кивнул Эдмунд, – наслышан о ваших талантах.

– Надеюсь, вы слышали только хорошее? – кокетливо поинтересовался дух.

– Более чем, – улыбнулся дракон.

– Эльфы-близнецы, это знаменитые взломщики Лин и Дин Этельен, – продолжил Хуан.

О! Выходит, я не ошиблась, правое ухо – Лин, левое – Дин.

– Маэстро Глорин – известный специалист по изготовлению боевых артефактов, – добавил полковник, указав на гнома в малиновых панталонах.

Экстравагантный наряд не особо вязался с такой серьёзной профессией, но я слышала, что все представители горного народа любят яркие и сочные цвета.

– Элисандра Ринкоиди – почтенный ректор Высшей академии ментальных искусств, – продолжил Хуан, – и её лучшие адептки Беатриса диэр Ривейра, Эльза Эдинберская и Лесли диэр Шарьего.

– Ну, а остальные в представлении не нуждаются, – добавила наставница, едва мы обменялись вежливыми поклонами, – так что предлагаю перейти к делу. Ингвард, василиск готов?

– Почти, – коротко отозвался некромант, – но кристаллы, которые я отложил в шкатулку, уже можно использовать.

– Отлично! – оживилась ректор. – Фиалочки мои, поможете с созданием общей информационной сети. Загрузим в неё все улики, запустим сканирование, и до рассвета можете быть свободны.

В смысле – можете быть свободны?! Нет, отдохнуть-то хочется, но не такой ценой! Мы имеем право знать, что Ингвард накопал в памяти василиска.

– Мы хотим присутствовать при обсуждении! – воинственно воскликнула я.

– Да! – поддержали меня подруги.

– Вас никто и не отстраняет, – миролюбиво добавила ректор, – просто магическое сопоставление улик займёт время. И нет смысла торчать здесь до рассвета.

Ну… если так, то мы только за! Анализировать информацию и строить теории лучше на свежую голову, поэтому отдых жизненно необходим.

В любом случае празднование Янтарных ночей только началось, и до окончания бальной недели кицунэ не уедет, чтобы не навлечь на себя подозрения. Так что время у нас есть.

– Я прикажу подготовить комнаты Лауренсии, – сказал император, окинув меня задумчивым взглядом, – пока поселимся там. А после…

– В каком смысле поселимся? – уточнила я, молясь, чтобы дракон оговорился.

– Апартаменты принцессы состоят из семи комнат, – с невозмутимым видом продолжил Эдмунд, – я и полковник будем ночевать в одной из них, на случай непредвиденных обстоятельств. Разумеется, мы переместимся туда тайно…

– Но с нами будет ректор! – воскликнула, бросив беспомощный взгляд на наставницу.

– Эд, я не уверена…

– Это не обсуждается, – отрезал император, – подключить к охране адепток других магов мы не можем. А надеяться лишь на сигнальные артефакты и магические щиты – глупо. Вы сами видели, насколько силён и коварен кукловод.

Видели… и в целом предложение дракона было абсолютно логичным, но… что делать мне?! Наша связь с ума сойдёт после такой ночёвки!

И, боюсь, не только связь…