Зелёный бизнес

Предисловие

Здравствуйте, меня зовут Иван Шаферов, я ландшафтный дизайнер, предприниматель и основатель группы компаний «Garden Group».

Впервые с ландшафтным дизайном я столкнулся в студенческие годы. Это было 10 лет назад: тогда я учился на маркетолога и уже четко осознавал, что в будущем хочу открыть собственный бизнес. Оставалось только выбрать нишу, в которой я бы по-настоящему хотел занять свое место.

Каждое лето я подрабатывал в самых разных сферах, не задумываясь о том, чем это может для меня обернуться в будущем. И вот однажды мне подвернулась очередная временная работа для студента ― газонокосильщиком. Казалось бы, рядовое событие, однако именно оно стало отправной точкой в моей дальнейшей карьере. Мне нравилось, как пространство облагораживается и преображается уже только от одного простого действия ― ухода за газоном. Так я начал погружаться в тему ландшафтного дизайна, мне стало интересно: что еще можно сделать, чтобы улучшить пространство вокруг?

По мере изучения тематических материалов я понимал, насколько эта ниша перспективна и одновременно еще не развита в современной России. В то время, 10 лет назад, на рынке было очень мало специалистов ― спрос превышал предложение в разы. При этом никто из ландшафтников не рекламировал свои услуги, все ограничивались в лучшем случае сарафанным радио.

Было решено: именно в этом направлении я хочу развиваться. Я начал читать тематические книги, журналы, статьи в Интернете. Информации было откровенно мало ― рынок только-только зарождался. Тогда я решил не медлить и попробовать себя в новой роли. Я стал ландшафтным дизайнером: на сэкономленные с подработок деньги ― 20 тысяч рублей ― я купил грабли и лопаты, в фотошопе отрисовал примитивные рекламные листовки и разбросал их по почтовым ящикам ближайших коттеджных поселков.

Появились первые заказы. Мы проводили работы вместе с одногруппниками ― придумывали идеи, вскапывали землю, сажали растения. Команда быстро разрасталась: в первый год нас было человек 10, во второй ― уже 25, в третий ― 50. Так мы постепенно стали крупной ландшафтной компанией и начали реализовывать проекты в других городах. С каждым днем я открывал для себя что-то новое, путешествовал, тренировал насмотренность, получал знания, развивался и всё сильнее влюблялся в эту профессию.

Сейчас, спустя годы, я продолжаю сталкиваться с проблемой дефицита кадров ― спрос всё так же превышает предложение, специалистов на рынке мало, сфера развивается медленно. По этой причине я решил создать онлайн-школу ландшафтного дизайна и обучать будущих специалистов, которые могли бы транслировать окружающим ценности нашей индустрии, рассказывать о том, что ландшафтный дизайн ― это не просто газон, цветочки и деревья, это ― работа со средой обитания, которая повсеместно окружает нас.

Каждый день, когда мы выходим из подъезда на улицу, спешим на работу, гуляем с собакой, идем в ближайший супермаркет за продуктами, ― мы сталкиваемся с ландшафтным дизайном. Мы непрерывно взаимодействуем с окружающей средой и, на самом деле, редко задумываемся, насколько сильно она влияет на нас. Однако важно понимать, что одновременно и мы воздействуем на нее. Это цикличная взаимосвязь.

Так в чём же выражается это взаимное влияние? Представьте себе мальчика, который родился и вырос в полуразбитой ветхой многоэтажке. У него во дворе ― советские ржавые качели, поломанные лавочки, всюду валяется мусор, в подъезде стены исписаны, на полу ― грязь. Так, с самого рождения, медленно, но верно формируется его норма восприятия окружающего мира. Скорее всего, в будущем он будет поддерживать привычный фон вокруг себя.

А теперь рассмотрим диаметрально противоположный пример: мальчик, выросший в благоустроенном месте. Его с детства окружала экологичная комфортная среда: множество зеленых растений рядом с детской площадкой в его дворе с красивыми низкоэтажными домами, аккуратные дорожки в благоустроенном парке поблизости, где этот мальчик часто гулял со своими сверстниками. Скорее всего, будучи взрослым, он станет ценить окружающую его среду, чаще ходить пешком, меньше нервничать и относиться к другим людям более открыто. Ему не придет в голову написать что-то на стене в подъезде или взобраться ногами на лавочку. У него сформировалась норма бережного отношения к окружающей среде.

Я много езжу по России и наблюдаю обе картины. В некоторых городах ― чистые улицы, много благоустроенных парков, продуманный ландшафт. Общественные пространства ― действительно выверенные ландшафтными дизайнерами точки притяжения горожан. Жители больших городов на сегодняшний день более ориентированы на то, чтобы поддерживать окружающую среду в хорошем состоянии. Им важно, чтобы вокруг было комфортно и чисто.

В других городах, к сожалению, я наблюдаю неухоженные улицы и угнетенную среду. Каждый раз, глядя на эту печальную реальность, я убеждаюсь в мысли, что так происходит в первую очередь от нежелания людей что-либо менять. Это похоже на смирение ― убежденность в том, что им не подвластно изменить ситуацию в лучшую сторону. Так потребительский менталитет проецируется на ежедневные маленькие привычки: «А брошу-ка я обертку от шоколадки или окурок прямо на дороге, ничего ведь не изменится, ведь тут и так грязно».

Это вечный вопрос: бытие определяет сознание или, наоборот, сознание ― бытие?

Мы влияем на окружающую среду, когда формируем запрос на лучшую жизнь, проявляем инициативу и заинтересованность. Моя важная задача, как ландшафтного дизайнера, быть катализатором в этом процессе, чтобы среда позитивно влияла на людей, а они, в свою очередь, продолжали улучшать её ― и так до бесконечности. Только таким образом можно сломать «теорию разбитых окон»: разорвать порочный круг «деструктивная среда ― разрушение ― деструктивная среда».

Как превратить безнадежно разрушенное общественное пространство, привлекающее только маргинальные слои населения, в точку притяжения и излюбленное место отдыха для каждого жителя города? Почему уход за парком и поддержание порядка в нём порой важнее ремонта? Эти вопросы лежат в плоскости ландшафтного дизайна, который на них предметно отвечает.

Если человек поймет, насколько значимую роль играет в нашей жизни ландшафтный дизайн, то начнет испытывать потребность жить комфортно и делать шаги навстречу позитивным изменениям ― изучит информацию о благоустройстве в своем городе, поучаствует в процессе проектирования общественных пространств или элементарно проявит любопытство к работе управляющей компании в своем доме. Я считаю, что в России необходимо отказаться от привычки говорить: «Хорошо, как в Европе, хочу переехать туда из России». Это сравнение устарело. Необходимо, наоборот, стремиться к тому, чтобы условия проживания в нашей стране постоянно улучшались, чтобы люди хотели оставаться здесь, а те же европейцы говорили: «Хорошо, как в России, вот бы побывать в этой стране!»

Я предлагаю повышать стандарты и становиться активными участниками собственной жизни, как это сделала Алиса. С ней вам еще предстоит познакомиться на страницах книги, которую вы держите в руках.

Это не просто бизнес-роман о ландшафтном дизайне. Это вдохновляющая история о девушке, которая однажды приняла решение бросить нелюбимую работу и реализовать свой потенциал в новой для себя профессии. Преодолевая одну трудность за другой, она вырастает как личность, и среда вокруг неё преображается соответственно её росту. Надеюсь, моя книга вдохновит вас на позитивные свершения и, возможно, даже сподвигнет на то, чтобы основать свой собственный «Зеленый бизнес».

Иван Шаферов

Глава 1

Этим утром в квартире Алисы и Олега было шумно: в зале громко работал телевизор, дети бегали по квартире и собирались в школу, а родители торопились на работу. Алиса должна была выйти из дома еще десять минут назад, но её постоянно что-то отвлекало от привычного расписания ― сначала она разбила тарелку и передержала тосты, а потом ударилась локтем о кухонный шкаф. «Да что ж такое?!» ― негодовала она, с досадой потирая руку. За пару минут до выхода Алиса второпях схватила кружку мужа с недопитым кофе и сделала жадный глоток. Поморщилась ― напиток остыл и стал отвратительным на вкус.

– Не задерживайся сегодня, хорошо? Нам еще чемоданы собирать, ― сказал Олег. ― Ты уже позвонила маме?

– Ага. Она заберет Вовку и Лёшку завтра утром, ― протараторила Алиса и понеслась из кухни в коридор. Судорожно она схватила первую попавшуюся помаду и стала красить губы. ― Нормально?

– Сойдет, ― пробормотал Олег, выглянув в дверной проем. ― Хорошего дня. Думай о приятном и не забудь напомнить начальнику о заявлении.

– Хорошо. Я побежала! ― Алиса натянула старенькие ботинки, схватила ключи от дома и помахала мужу рукой.

Традиционно её маршрут до работы пролегал через Центральный парк. Она ходила так каждый день, потому что это был самый короткий путь. Дорогу Алиса знала наизусть ― памятник Александру Пушкину, небольшой закуток с забытыми аттракционами, одинокий фонтан. Кустарники и деревья только начинали просыпаться от зимнего сна, на тенистых обочинах всё еще лежали остатки снега.

Когда-то она подолгу гуляла здесь вместе с родителями и чувствовала себя самой счастливой на планете. Ей нравилось бегать по аккуратной аллее наперегонки с голубями и кататься на аттракционах, особенно на колесе обозрения. Она часто любовалась пышными кронами деревьев и делала снимки на пленочный фотоаппарат рядом с цветущими клумбами. Иногда у неё получалось выпросить у папы мороженое, которое продавалось в разноцветном вагончике около фонтана. А когда стала старше ― она гоняла на велосипеде по аллеям парка. Самые светлые воспоминания были связаны именно с этим местом.

Теперь парк был совсем другим. Разбитый асфальт, перевернутые урны, разрушенные бордюры, сваленный кое-где строительный мусор, пластиковые пакеты, лежащие на тусклом газоне. Во главе этого хаоса стояло заброшенное колесо обозрения, окутанное туманной дымкой.

По вечерам тут даже ходить было опасно. Ночью в парке не горели фонари. Летом здесь ночевали бездомные и бегали бродячие собаки. Изредка в этом месте совершались кражи.

По пути на работу мелкий дождь покалывал лицо Алисы, а прохладный майский ветер только усугублял атмосферу этого утра. Алиса съежилась и чуть ускорила шаг, потому что терпеть не могла опаздывать. Но всё тело будто бы сопротивлялось. Ноги предательски не слушались и отказывались идти в привычном темпе.

«Хочется просто свернуться в клубок где-нибудь в углу большого дивана и ощущать, как кто-то утешает меня, гладит по волосам, ― подумала Алиса и по инерции прямо на ходу принялась трогать свои каштановые мокрые локоны. ― Обновить стрижку мне бы, кстати, не помешало. Я стала неухоженной… Прямо как этот парк. Что со мной произошло?»

Мысли беспорядочно сменяли друг друга, но по пути девушка успела в красках представить грядущий разговор с начальником о предстоящем отпуске. В уме она рассеянно составляла список вещей, которые необходимо взять с собой в поездку, и жутко переживала по поводу длительного перелета.

Она уже почти пришла. Старое советское здание ― семиэтажная серая коробка ― замаячило впереди: холодный бетон, стандартная пластиковая дверь, ряд неприглядных рекламных вывесок и пять крошечных саженцев можжевельника у входа. Сверху надпись: «Бизнес-центр». Когда-то местные чиновники на скорую руку перекроили строение в якобы современный офисный комплекс. При взгляде на него в голове Алисы каждый раз мелькала мысль: «И смешно, и грустно». Это стало бы отличной темой для статьи, но редактор запретил высмеивать нелогичные действия администрации. Алиса вспомнила тот самый диалог с начальником, и её лицо исказила саркастическая усмешка.

«Так, еще пара шагов, ― подбадривала себя она. ― И почему я не взяла с собой зонт?» Постепенно Алиса миновала парк и приблизилась к обшарпанному зданию. Недолгая пауза возле входа ― она ненадолго остановилась и сделала два глубоких вдоха… С усилием Алиса открыла громоздкую дверь и оказалась в большом полупустом холле. Она подошла к лифту и нажала на потертую кнопку вызова. Облокотившись на стену, обвела взглядом помещение и моментально испытала чувство сильного отвращения. Даже такая незначительная деталь, как фигура охранника, жующего в своей прозрачной каморке бутерброд, раздражала её. «Неужели так сложно позавтракать дома?» ― недоумевала Алиса. Любая мелочь казалась серьезным поводом для злости. Сами стены словно давили на психику.

– Когда спустится этот чертов лифт?

Ожидание, казалось, длилось целую вечность: за это время Алиса даже успела проверить почту с телефона и отправить пару сообщений. Лифта всё еще не было. Алиса разозлилась и уже развернулась в сторону лестницы, чтобы пойти пешком. Но в этом уже не было надобности ― кабина приехала. Серая железная дверь еще с минуту стояла на месте и только потом медленно-медленно открылась. «Ну, наконец-то. Не прошло и полугода!» ― сердито подумала она. Алиса ненавидела терять время зря. Внутри кабины было темно, поскольку там горела только одна лампочка. Алиса называла этот лифт «кошмаром клаустрофобов». На стенах были нацарапаны разные надписи. Периодически их закрашивали, но они появлялись снова.

К её горлу подступила тошнота. «А что, если это никогда не кончится, и я вечно буду приходить на проклятую работу, ездить в этой кабине и чувствовать себя ничтожеством?» ― думала она, тщетно пытаясь выровнять сбившееся дыхание. Казалось, что канат, на котором держится лифт, вот-вот оборвется. Но нет, неприятная поездка на пятый этаж закончилась. Алиса добралась до офиса.

– Привет, опять ты? ― несмешно пошутил Альберт, корреспондент криминальной хроники. Чтобы сказать это, он оторвался от смартфона, в котором бесконечно перелистывал короткие видеоролики. Из телефона раздался очередной назойливый шум, и Альберт рассмеялся. Это раздражало каждого человека, сидящего в офисе. Тот же эффект имел и его специфический юмор.

Алиса проигнорировала неуместное приветствие коллеги и направилась прямиком к главному редактору, попутно бросая взгляд на грязные рабочие места сотрудников и их понурые лица. Крошки печенья, круги от чашек кофе на столах, исписанные мелким почерком листы, старые проводные телефоны ― вот вечные атрибуты местных журналистов, верстальщиков и корректоров. Сегодня они, как и всегда, пили остывший дешевый растворимый кофе и сидели, уткнувшись в мониторы своих старых компьютеров. Звук мерцающей лампы сотрясал тишину.

Изношенный пятнистый линолеум, блеклые желтые обои, древние перекошенные стулья, затхлый смешанный запах, потертые пыльные шкафы, полные газетных подшивок и забытых блокнотов давно уволившихся сотрудников, – Алисе всегда хотелось выбросить добрую половину этого барахла.

Она сняла куртку и повесила её на вешалку, что стояла у входа в кабинет главного редактора. Алиса постучалась и, собравшись с духом, заглянула в небольшую комнату, обставленную не менее безвкусно, хотя и с легкой претензией на роскошь ― бархатный, но дряхлый диван, светлые покоцанные шкафы, ручка фирмы «Паркер» на дешевом письменном столе. На стенах висели грамоты и письменные благодарности от городской администрации, с любовью помещенные в рамочки. Там же красовался советский плакат с призывом к труду и совести. Алиса поздоровалась и присела на деревянный стул около входа.

– Доброе утро, ― с самодовольной улыбкой ответил Павел Павлович.

Круглолицый коренастый мужчина с брюшком и бегающими глазками, которому без двух месяцев стукнет шестьдесят, выжидающе поглядывал на Алису из-под очков. Сегодня он, как и всегда, оделся в серый поношенный костюм и украсил его безвкусной рубашкой и аляпистым галстуком. С обоями он даже в какой-то степени гармонировал.

– Пал Палыч, вы подписали моё заявление на отпуск? ― без церемоний спросила Алиса.

– Какое заявление, какой отпуск? Алиса, вы видите, сколько сейчас человек в редакции? У нас из десяти журналистов осталось всего пять. Я и сам бы с радостью отдохнул где-нибудь на пляже, но, как видите, ответственно работаю над каждой полосой, ― лицемерно брякнул Пал Палыч, который только и умел, что раздавать задания и учить других уму-разуму. Статей он не писал вот уже семь лет.

Брови Алисы нахмурились, рот возмущенно приоткрылся, очки съехали на кончик носа. Мокрые от дождя волосы выбивались из небрежного хвоста и спадали на лицо. Оттого казалось, будто девушка плачет. Пал Палыч продолжал издевательски улыбаться. Казалось, что он просто жестоко пошутил.

– Заявление лежало у вас на столе с прошлой недели! Я не понимаю. Мы же составляли расписание отпусков еще в конце прошлого года. Я взяла четырнадцать дней в мае, принесла вам за две недели заявление на подпись. Пал Палыч, ну посмотрите же на календарь, сейчас уже май! Или, я не знаю, если хотите, проверьте график у бухгалтера… ― попыталась возразить журналистка. ― Так вы подпишете моё заявление или нет?

– Значит, так, послушайте, Алиса, меня внимательно, – обратился начальник с присущей ему твердостью. – Завтра идете брать интервью. Задание от администрации города ― написать о благоустройстве Центрального парка. Приезжает ландшафтный дизайнер из Москвы ― Максим Викторович Лебедев. Его контакты я вам дам. Ни о каком отпуске с завтрашнего дня не может идти и речи. Точка.

– А я здесь при чём? Неужели нельзя отдать это задание кому-то еще? Тогда я смогла бы спокойно уйти в отпуск… ― Скулы Алисы вдруг напряглись, руки сжались в кулаки, тело задрожало. От одного осознания, что ей придется терпеть всё это еще несколько дней, становилось невыносимо.

– Нет, ничего не хочу слышать. Идите работать, ― буркнул Пал Палыч.

Алиса с отчаянием вздохнула, еле сдерживая слезы. Её руки безвольно повисли вдоль тела. Она рассеянно побрела в сторону своего рабочего места и села на стул, уставившись в темный монитор. Незаметно для себя в таком положении она провела почти полчаса. «Может, уволиться? Нет, это не поможет, всё равно придется отрабатывать две недели. Что же делать? Как я скажу об этом Олегу? Он будет просто в ярости», ― думала Алиса. В горле стоял ком.

– Ну что, с завтрашнего дня в отпуск? ― хихикал Альберт. Он подслушал разговор Алисы и Пал Палыча, потому был доволен своей шуткой. ― Не забудь взять с собой крем от выгорания на работе!

Он засмеялся так громко, что на него обернулся почти каждый сидящий в кабинете. Все, кроме Алисы. Она погрузилась в свои мысли и пропустила мимо ушей саркастические выпады Альберта.

Время в редакции тянулось очень медленно. Сотрудники шуршали бумагами, стучали пальцами по клавиатуре, иногда обменивались дежурными фразами и новостями, искали новые темы для материалов. Алиса нервно постукивала ногтями по столу и кусала губы, попадая во всеобщий офисный ритм. Машинально она протерла ветхий стол влажной салфеткой и включила компьютер. Алиса никак не могла сосредоточиться, а ей еще нужно было доработать статью, чтобы сдать её до отпуска. Постепенно она взяла себя в руки, отправила материал Пал Палычу и принялась искать информацию о Максиме Лебедеве. У неё не было никакого интереса к его персоне. Хотелось только одного ― чтобы этот ужасный день скорее закончился.

Она вбила его имя в поисковую строку. Перед глазами Алисы появился красочный сайт, несколько отзывов об услугах ландшафтного дизайнера и ссылка на его страницу в соцсети. Практически на всех фотографиях в его профиле изображены растения, интересные архитектурные решения и планировки. Личных снимков тоже довольно много ― причем большинство из них были сделаны в других странах во время путешествий. «Да, хотела бы и я жить так же, как он: оформлять сады и парки, разбираться в ботанике и дизайне… Быть свободной. Но в итоге лишь сижу в мрачном офисе и даже не могу выбить себе отпуск», ― Алиса задумчиво рассматривала каждый снимок и что-то записывала себе в блокнот. Пал Палыч тем временем прислал контакты Максима.

Нога под столом нервно дергалась, когда Алиса набирала номер телефона. Гудки её раздражали. Казалось, что трубку так никто и не возьмет.

– Алло, Максим Викторович?

– Да.

– Здравствуйте. Меня зовут Алиса, я журналист газеты «Городская правда». Хочу пригласить вас на интервью в понедельник. Поговорим о будущем благоустройстве Центрального парка и ландшафтном дизайне в целом. Получится ли увидеться? ― Алиса говорила дежурным тоном, сердито рисуя каракули в записной книжке.

– Здравствуйте, приятно познакомиться, Алиса. Думаю, что найду время. Где именно и во сколько вы хотите встретиться? ― поинтересовался Максим.

– Около старого фонтана в парке. В одиннадцать часов.

– Да, подходит. Договорились. Всего доброго!

– До свидания, ― закатила глаза журналистка.

Звонок разъединился, и Алиса взглянула на свои каракули в блокноте, которые напоминали нечто вроде уродливого цветка.

Чуть ближе к концу рабочего дня из соседнего кабинета пришла верстальщица и пригласила коллектив на празднование своего дня рождения. Она заказала недорогую пиццу, купила несколько бутылок шампанского, а еще добавила к числу угощений тарелку с бутербродами и торт.

– Ну что, ты идешь? По-моему, тебе надо выпить. Отпуск же впереди, ― не отступал от своей юмористической концепции Альберт. Но Алиса снова проигнорировала его попытки привлечь к себе внимание. Все шумно перешли в соседнюю комнату офиса. Оттуда стали доноситься банальные тосты и музыка из прошлых десятилетий. Тем не менее празднование длилось недолго ― скоро коллеги весело ввалились обратно в кабинет и расселись по своим местам.

Алиса же начала готовиться к интервью. Она перевернула страницу и стала мелким почерком что-то записывать. «Так, сначала я попрошу его немного рассказать о себе. Мы познакомимся. Хорошо. Что дальше? Нужно выяснить, какое мнение у него сложилось о нашем парке и с чего он начнет его реновацию…» ― размышляла она.

Творческий процесс ненадолго прервался, когда к рабочему месту Алисы подошел Пал Палыч собственной персоной и дотошно начал расспрашивать, позвонила ли она Максиму. Она заверила начальника, что договорилась о встрече. Удовлетворившись ответом, он удалился обратно в свой кабинет.

Больше никто не пытался побеспокоить Алису. Перед выходом она успела полностью проработать список вопросов. Получилось несколько довольно острых тем для разговора. «Вот и посмотрим, что ты мне на это ответишь, Максим Викторович. Если бы не ты, я уже завтра могла лететь в Таиланд», ― с раздражением думала она.

В редакции не было окон, поэтому казалось, что время остановилось. Каждый поглядывал на часы, чтобы понять, сколько осталось до конца рабочего дня. Наконец, настало шесть вечера, и сотрудники засобирались кто куда. Алиса не торопилась ― она медленно складывала вещи в сумку и с ужасом думала о том, что её ждет дома. Предстоял тяжелый разговор с Олегом. Она не представляла, как ему скажет, что отпуск срывается. Алиса покинула редакцию позже остальных и неспешно отправилась домой. Оказалось, что дождь утих лишь час назад ― в Центральном парке асфальт был заполнен лужами.

Глаза Алисы замечали то одну, то другую неприглядную деталь: разбросанные пакеты от чипсов и коробки из-под сока, пустые бутылки, ободранную краску на железных фонарях, поломанные заборы и ограждения, клумбы из шин с засохшими цветами. «Мерзость, ― поморщилась девушка. ― Что они вообще собрались здесь менять? Неужели снова введут карусели в эксплуатацию? А может, починят развалившиеся бордюры или реконструируют колесо обозрения? Вряд ли. Зная чиновников, они вместе с тем ландшафтным дизайнером просто поставят несколько клумб и снова залатают дыры на дорожке, как это было полтора года назад. Может быть, заменят скамейки и вкрутят в фонари лампочки. Да и всё. А потом еще и гордо ленточку перережут, открывая парк после этого недоблагоустройства. Бесполезно, глупо и предсказуемо».

Когда-то Алиса с родителями любила приходить сюда, чтобы покататься на каруселях с симпатичными лошадками. Она была довольным, радостным ребенком. Теперь практически все развлечения прекратились. Спустя годы всё изменилось. Алисе стало невыносимо грустно. «Вряд ли парк когда-нибудь сможет стать таким же уютным», ― подумала она, глядя на изрисованный граффити ларек, в котором раньше продавались разноцветные леденцы и жвачки.

Когда ей было восемь лет, вместе с папой они посадили деревце в парке. Это был их секрет, потому что там запрещено сажать растения. Теперь рядом с тремя другими лиственными растениями прямо около средней скамейки красуется дуб. Алиса обожала наблюдать, как ствол с годами крепчал и тянулся вверх. Осенью дуб становился ярко-желтым, а сейчас, в начале мая, на нём только набухали почки. «Удивительно, как из такого тоненького саженца выросло крупное, горделивое дерево?» ― задумалась Алиса и, погрузившись в воспоминания, споткнулась. На пути оказался какой-то кирпич, на который она случайно наступила и потеряла равновесие.