Без права на развод
- -
- 100%
- +
Нечего не соображаю, только чувствую, как горит тело и по нему бегут волны мурашек. Бабочки внутри взбунтовались и порхают как сумасшедшие, управляемые его ласками. Немного пугаюсь, когда сильная рука накрывает мою талию, ведёт выше, гладит, пока горячие губы целуют плечи. А потом его ладонь накрывает мою грудь. Замираю, закусывая губу.
– Расслабься, – шепчет Артур, опять целует мое плечо и поднимается выше, глядя в глаза. Гладит грудь через тонкую ткань платья и перебирает на затылке волосы. Его дыхание сбивчивое, словно Артур задыхается, а со мной происходит что-то новое – низ живота ноет, но очень приятно. Тело горит, дыхание учащается, и хочется прогнуться, поддаваясь его ласкам. – Не бойся, доверься. Покажи мне себя, – Артур дёргает за резинку сарафана на моих плечах и спускает его вниз, оголяя грудь. Всхлипываю, задерживая дыхание, пытаясь прикрыться рукой.
– Не смей! – откидывает мою руку и смотрит на грудь. Соски мгновенно твердеют от прохладного воздуха и ноют от непонятного ощущения, зарождающегося внутри.
– Будешь моей, Лера, – говорит он, протягивая руку и обхватывая грудь.
– Я… Ммм, – кусаю губы, когда он обводит соски.
– Это не вопрос, котенок, – снисходительно усмехается Артур и слегка сжимает сосок, а я не выдерживаю и начинаю бесстыдно стонать, потому что испытываю ошеломляющие ощущения. Становится горячо и хочется, чтобы он не прекращал, а касался меня бесконечно. – Ты уже моя девочка, – наклоняется к уху, не переставая играть с сосками, то лаская, то сжимая. – Скажи мне «да», Лера, – шепчет на ухо.
– Да-а-а, – тяну я, все-таки выгибаясь навстречу его умелым рукам. И он хрипло стонет мне в ухо. – Дай Бог мне сдержаться и не разорвать тебя, малышка, – рычит, но мне не страшно, этот голос возбуждает.
В его кармане настойчиво вибрирует телефон, Артур какое-то время не реагирует, и мне все равно. Потом все же нервно вынимает его, хочет отключить, но отвечает на звонок.
– Да! – смотрит горящими дьявольскими глазами, обещая мучительную пытку. – Что?! – кричит и отпускает меня. – Что ты сказала, повтори… – у него пропадает голос, становясь «мертвым». Артур долго слушает и постепенно меняется в лице, бледнея. Он встаёт с места и отворачивается от меня, облокачиваясь на перила. – Когда это случилось? – спрашивает и прикуривает сигарету. А я прихожу в себя, быстро натягиваю сарафан и обнимаю руками плечи. – Да, я понял, – Артур заканчивает разговор, но продолжает курить, глядя куда-то во двор усадьбы.
– Что-то случилось? – спрашиваю я, но он молчит. – Артур? – встаю с места, подхожу к нему, поднимаю руку, чтобы погладить широкую спину, но не решаюсь. Так и застываю.
– Отец умер, десять минут назад, – сообщает он тем же «мертвым» голосом, и у меня внутри все холодеет. Всё-таки дотрагиваюсь до его спины и аккуратно глажу. Я совсем не знала его отца, но чувствую боль Артура и, хочется плакать.
– Я… мне…
– Не нужно, котенок. Я давно знал, что это произойдет, и мне казалось, что был готов… Но, оказывается, к такому нельзя подготовиться…
– Чем я могу тебе помочь? – прижимаюсь щекой к его спине, чувствуя, насколько он скован – мышцы каменные.
– Мне нужно ехать, мать в истерике, – он разворачивается ко мне, и я вижу в красивых глазах только боль, которую он держит в себе.
– Да, конечно, подвезешь меня до города, а дальше я сама, – отрываюсь от Артура, собираясь взять свою сумку. Но он хватает меня за руки и дёргает на себя.
– Нет, я не хочу, чтобы ты уезжала. Останься здесь, дождись меня. Никого не хочу больше видеть…
Глава 8
Валерия
Конечно, я осталась. Я вообще не могла отказать этому мужчине ни в чем, а в такой момент – тем более. Он уехал, оставив меня в огромном доме. Почти сразу в гостиную вышла немолодая полноватая женщина, представилась Светланой Михайловной, поинтересовалась, понравился ли мне ужин, и проводила наверх.
– Артур Робертович просил расположить вас в этой комнате. Свежее белье я постелила, полотенца, тапочки и халат – в ванной. Если что-то будет нужно – обращайтесь, – доброжелательно говорит женщина и покидает комнату.
А я все равно стою на месте, рассматривая спальню. Высокий потолок со стилизованными балками из темного дерева, большая двуспальная кровать с мягкой спинкой – здесь преобладают черный и теплый коричневый цвета. Тумбы с обеих сторон кровати, напольные светильники, пушистый ковер под ногами, плазма на стене напротив кровати – минимум мебели и техники, много пространства. Возле большого окна стоит причудливое кожаное кресло с высокой спинкой. Но самое интересное: вместо перегородки в ванную – огромное матовое стекло. Деталей, конечно, не различить, но прекрасно видны очертания. Подхожу к стеклу и трогаю его рукой. То есть с кровати будет прекрасно видно, как моется человек?
В окно вижу то самое озеро, но в свете луны оно кажется мрачным. Набираю номер сестры и сообщаю, что останусь здесь на ночь.
– Лерка, ты с ума сошла?! Быстро домой! Нельзя же отдаваться мужику так сразу!
– Ты не понимаешь. Его нет, я одна в большом доме. У него умер папа, и Артур попросил меня остаться. Я не смогла отказать…
Сестра долго молчит, соображая, а потом вздыхает:
– Когда ты вернешься?
– Не знаю, завтра…
– Хорошо, утром обязательно мне позвони.
Желаю Дашке спокойной ночи и скидываю звонок. Обнимаю себя руками, продолжая смотреть в окно на темное озеро. Вспоминаю боль в глазах Артура, его «мертвый» голос, и хочется прямо сейчас бежать к нему, чтобы обнять и отдать свое тепло. Когда хоронили моего отца, я не плакала, было просто страшно, слезы и осознание произошедшего пришли гораздо позже. Только ночью я поняла, что теперь сирота. Да, у меня не самые лучшие родители, но терять близких людей всегда больно, какие бы они ни были.
С Артуром этот дом казался сказочным, а без него стало холодно и пусто…
Ванная комната отделана темным камнем, в цвет всей сантехники. Душевая кабина тоже с прозрачным стеклом. Большая каплеобразная ванна блестит глянцем. Шикарно, но неуютно – холодный стиль, или, может, я не привыкла к хорошей жизни, и наша тесная ванная казалась мне уютнее. Снимаю сарафан, трусики, настраиваю воду в душевой кабине и с удовольствием встаю под тепловые струи.
Странно, что в нежилом доме, в ванной, есть мужские и женские шампунь и гель для душа, а на полочке над раковиной – увлажняющий крем. Надеваю теплый пушистый халат, подсушиваю волосы феном, висящим на стене, и с удовольствием пользуюсь кремом, который приятно пахнет ванилью.
Застирываю свой сарафан, пытаясь избавиться от пятна вина, вешаю сарафан на полотенчике и выхожу в спальню. Выключаю верхний свет, оставляя только один тусклый светильник. Убираю с кровати покрывало и падаю на нее, разводя руки в стороны. Закрываю глаза, пытаясь отвлечься от нехороших мыслей. Трогаю губы, вспоминая поцелуи Артура, веду руками по шее, ниже к груди и улыбаюсь. Наша близость была прекрасной. Артур одновременно нежный и порывистый, даже его грубость воспринимается по-другому. Не могу описать свои ощущения словами. Нет таких слов, есть только чувства и тысячи острых эмоций.
Сама не замечаю, как засыпаю, медленно погружаясь в сон. Мне снятся лошади возле озера и Арчи, играющий с мячом. Мне снятся лето и пикник на берегу. Артур и маленькая девочка с карими глазами, совсем крошка. Я вижу себя со стороны, наблюдая за этой девочкой, как за посторонним человеком. Вроде я и не я… На поляне чувствую себя счастливой, постоянно смеюсь, играя с девочкой. А другая я, как наблюдатель, грустная, мне тревожно и страшно. Странный сон…
А еще, кажется, что на меня кто-то смотрит со стороны. Я не вижу кто, но ощущаю на себе тяжёлый, пристальный взгляд.
Открываю глаза, щурюсь от света лампы, и она тут же выключается. За окном светает, в комнате полумрак, а в кожаном кресле рядом со мной сидит Артур. Он смотрит на меня, не отрываясь, исподлобья. Взгляд серьезный, напряженный, но очень уставший.
Артур
Не хочу думать о смерти. Не хочу думать о том, что послезавтра моего отца похоронят. Не хочу думать, что матери плохо, и сейчас она тоже в клинике с высоким давлением. Не хочу ни о чем думать, хотя бы несколько часов! Я готов только смотреть на то, как в моей постели спит нежная, невинная и безумно красивая девушка.
Смотрю на ее огненные волосы, разметавшиеся по подушке, на подрагивающие ресницы, на приоткрытые губы, которые мне хочется жадно терзать. У нее тонкие запястья и нежные пальчики. Валерия хрупкая, уязвимая, чистая и очень открытая. Она как глоток воздуха среди смрада, и я хочу ей дышать. Нет, я хочу выпить эту девочку до дна, взять все, что у нее есть, и присвоить себе!
Ужасно хочется выпить. Нажраться до потери пульса и забыть собственное имя. Но Лера боится, когда от мужчины пахнет спиртным. Забыться бы, раствориться в этой чистой девочке, получая свою дозу обезболивающих, иначе загнусь от ноющей боли или слечу с катушек. А мне нельзя, я теперь единственный мужчина в семье, который должен все решить. И сейчас мне нужно набраться сил.
Лера просыпается, открывает глаза и щурится от яркого света. Выключаю светильник, продолжая осматривать ее тело. Халат немного задрался – я вижу упругую попку, и внутренности скручивает от желания. Мне хотелось взять ее по-другому. Красиво. Как положено девочке в первый раз. Я тот ещё мудак и могу испортить жизнь кому угодно. Но первый сексуальный опыт должен вызывать у женщины трепет. А сука-судьба все перевернула.
– Привет, как там…
– Тихо, молчи, не хочу разговоров, – останавливаю ее. Мне не нужны беседы, утешения и жалость. Лера кусает губы, садится на кровати, одёргивая халат. Съезжаю в кресле, склоняю голову, заглядывая в бездонные изумрудные глаза.
– Иди сюда, – зову ее, хлопая по коленям. В глазах Леры растерянность. Да, котенок, ты сама мне себя отдашь. – Иди, малышка, не хочу разговаривать, хочу чувствовать тебя. – Девочка медлит и смотрит на меня умоляющим взглядом. Ну нет, котёнок, я не оставлю тебе шансов – сегодня ты моя. – Быстрее, – маню ее пальцем. Девочка встаёт с кровати, зачем-то плотно затягивает халат и идёт ко мне. Ох, Валерия, не поможет тебе этот халат. Она встаёт рядом, не решаясь сесть на колени. А меня подбрасывает от возбуждения. Она настолько чиста, что не может просто сесть на меня. Приходится руководить, и это заводит в тысячу раз больше, чем секс с опытной девушкой.
– Перекинь ногу и оседлай меня лицом к лицу, – откидываю голову, осматривая Леру. Такая мягкая, теплая, нежная, пахнущая ванилью. А мне как варвару хочется растерзать эту девочку. Не будь она девственницей, я не церемонился бы, поставил бы раком, намотал волосы на кулак и драл бы всю ночь, чтобы скулила. Можно было не трогать эту невинность, поехать к Диане, а там так и сделать. Но в данный момент Лера единственный человек, которого я хочу видеть.
Беру ее за руку и тяну на себя, помогая быстрее оказаться на мне. Ее дыхание становится глубже, а медовый запах усиливается. Обхватываю ее колени и тяну ближе к себе, сажая промежностью на пах, чтобы почувствовала, как я ее хочу. Валерия замирает, не дышит, вызывая мою усмешку.
– Да, малышка, это все ты виновата, – обхватываю ее затылок и целую. Недолго, только для того, чтобы напомнить себе, насколько она вкусная, и отстраняюсь. Дышу через нос, сглатывая, когда она немного ёрзает. Член становится твёрже.
– Расстегни мне рубашку, – голос хрипнет. Запускаю руки под халат, накрываю ее бедра и нежно поглаживаю, наслаждаясь ощущениями бархатной кожи. – Видишь, я занят.
Девочка нервно усмехается и расстегивает пуговицу на моей рубашке. Тело Леры покрывается мурашками от моих ласк, и она уже не может справиться со второй пуговицей.
– Можно оторвать их к чертовой матери, – шепчу я, наклоняюсь и втягиваю запах в ложбинке ее груди. Но девочка все же справляется с пуговицами, распахивая полы. Отрываюсь от нее, снимаю рубашку, отшвыривая на пол. Беру руки Леры, опускаю на свою грудь, и меня начинает немного потряхивать от остроты чувств. Не было у меня ещё такой чистой и неопытной девочки, я боюсь ее спугнуть.
– Ты понимаешь, что я сейчас лишу тебя девственности? – меня кидает в жар от собственных слов. – Заберу у тебя все и присвою себе, – голос сипнет, словно простыл, дыхание сбивается. Хватаю пояс ее халата, дергаю, распахивая. Не позволяю девочке опомниться, быстро снимаю с нее халат, оставляя обнаженной. Такая белая нежная кожа, на которой я сегодня оставлю свои следы.
Глава 9
Артур
Ее обнаженное тело сводит с ума. Белая кожа такая нежная и бархатная, а плечи, ключицы, небольшая, но упругая грудь, розовые бусинки сосков, так и манят их попробовать. Плоский животик, стройные ножки, упругие бедра и даже небольшие красные шрамы после операции возбуждают меня. Девочка пытается прикрыться, но я не позволяю. Ловлю ее руки и завожу за спину так, чтобы она прогнулась и выставила грудь.
– Вот так и держи руки! – в приказном тоне прошу я, и моя податливая девочка слушается, хотя видно, что смущается. – Ты прекрасна, – произношу, чтобы придать ей уверенности. Сглатываю от тысячи фантазий, проносящихся в моей голове. Но еще больше заводит то, что она пока даже не представляет, насколько сексуальна. Мои демоны требуют развратить девочку по полной программе, и я еле удерживаю их на цепи.
– Лера-а-а, – шепотом тяну ее красивое имя и веду кончиками пальцев по плечам, ключицам вниз. – Моя красивая девочка, такая нежная, – обвожу грудь, наслаждаясь ее реакцией. – Такая чистенькая, – слегка сжимаю сосок и усмехаюсь, когда Лера содрогается. – Хочу тебя касаться и оставлять свои следы… – Она прикрывает глаза и откидывает голову, отдаваясь моим ласкам. Приподнимаю груди, свожу их вместе, слегка сжимая. – Хочу изучить каждую родинку на твоём теле, хочу быть в тебе, чувствуя твой оргазм.
Девочка всхлипывает, зажмуривая глаза, и краснеет. Черт! Очень тяжело держать себя в руках и быть аккуратным, когда так много хочется. Член становится каменным, упираясь ей в промежность через одежду. Это болезненное, но охренное чувство предвкушения пронизывает все тело.
Оставляю грудь, веду пальцами ниже по животу, к лобку, другой рукой раздвигаю ее ножки шире и накрываю нежные лепестки половых губ. Валерия открывает глаза, закусывает губы и хватается за мою кисть, пытаясь ее убрать и одновременно сжимая ноги.
– Убери руку! – несдержанно рычу я. – Ты сегодня не принадлежишь себе! – понижаю тон, пытаясь не напугать. – Это все мое! – наклоняюсь к ее уху, зарываюсь в волосы на затылке и сжимаю их. – Руку, Лера, – шепчу, кусая мочку, и девочка послушно отпускает. – Теперь раздвинь ножки, – хрипло говорю, глубоко вдыхая ее медовый запах. – Не бойся, я просто поласкаю, больно пока не будет.
Лера медлит, но все же разводит ноги, открывая мне себя, а я хочу видеть ее всю. Девочка вскрикивает, когда я неожиданно подхватываю ее под попку и опрокидываю на кровать. Встаю рядом и смотрю, как от тяжёлого дыхания колышется ее грудь. Валерия не знает, даже не представляет, что именно она сейчас главная, именно она лишает меня дыхания и вынуждает наступать на горло свои демонам.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.