По краю безумия

Выхожу в просторный холл, и только сейчас замечаю, как кровоточит рука от ногтей этой стервы. Осматриваю себя в зеркало, поправляю волосы. Спешу к машине.

– Тая! Малышка! – позади меня раздается умоляющий, немного сбивчивый голос Славика. Ускоряю шаг, не оборачиваясь, почти бегу к машине. – Таисия, давай поговорим!

– Да пошел ты на хрен, – посылаю его куда подальше. Не успеваю дойти до машины, как Славик хватает меня за руку. Останавливает, требовательно притягивает к себе, словно я его вещь. – Отпусти немедленно! – кричу ему в лицо, обращая на себя внимание прохожих.

– Отпущу, если пообещаешь мне дать возможность тебе все объяснить.

– Нет! Не смей больше никогда прикасаться ко мне своими грязными руками. Ненавижу тебя! – размахиваюсь и награждаю его звонкой пощечиной, от которой горит ладонь, а на его щеке, медленно расползается красный след. Дергаюсь, пытаюсь вырваться. Славик ловит меня в свои объятия, прижимает к себе, пытаясь успокоить. А меня выворачивает от его запаха, смешанного с тошнотворными духами той шлюхи. Не успеваю опомниться и понять, что происходит, как Славик резко отпускает меня. Тимур ничего с ним не делает, просто встряхивает и удерживает на месте, чтобы он не смел меня касаться.

– Ты кто такой, сука! – нервно орет ему Славик.

– Это мой новый охранник, – отвечаю я.

– Отпусти меня урод, или я за себя не ручаюсь, – угрожает Славик, пытаясь вырваться из довольно крепкого захвата Тимура. Заносит кулак, но Тимур тут же его перехватывает, выворачивая руку парня так, что тот сгибается пополам. Не сдерживаю усмешки, я бы еще подошла и врезала ему между ног, чтобы он еще долго не смог удовлетворять свою похоть. Но я сдерживаюсь, отворачиваюсь и спокойно иду к машине.

– Отпусти его. «И поехали отсюда», – говорю Тимуру, садясь в машину.

– Ты еще не знаешь, с кем связался. Пи***ц тебе! – рычит Славик, потирая руку, как только Тимур его отпускает. Да он еще и трус. Только и может угрожать своим статусом, и папочкой. И после этого он называет себя мужиком? Ничтожество. Тимур спокойно садится в машину, заводит двигатель, не смотря на меня.

– Куда поедем? – отстраненным голосом спрашивает он.

– Не знаю. Просто езжай вперед. Подальше отсюда, – машина трогается с места, оглядываюсь в окно, смотря на так и стоящего на том же месте Славика, сжимающего руки в кулаки. Поцарапанная рука начинает щипать. Достаю из сумки влажные салфетки, протираю царапины. На душе хреново. Нет, я не любила Славика. Это он вечно бросался этим словом при каждой возможности. Но мне было с ним хорошо, весело. Он поддерживал все мои сумасшедшие идеи, терпел все мои капризы и выходки. И мне это нравилось. Прижимаю к руке салфетку, но от этого становится хуже. Не хватало только от этой шлюхи подцепить какую-нибудь заразу.

– Где аптечка? – спрашиваю я у Тимура. Парень поворачивает голову в мою сторону, кидает мимолетный взгляд на мою руку. Молча паркуется на обочине. Открывает бардачок, достает маленькую аптечку, кладет ее себе на колени и по- хозяйски вынимает оттуда перекись и вату.

– Что ты делаешь!? – в недоумении спрашиваю я, следя за его действиями.

– Дай руку, – просит он, и я почему-то словно в каком-то гипнозе, протягиваю ему руку, немного зажмуриваю глаза, когда он начинает лить перекись на царапины. Это совсем не больно, но я с детства боюсь всяких медицинских манипуляций. Даже простой обработки раны. Дергаю руку, чувствуя, как Тимур ловит меня за запястье, не позволяя вырваться. Его прикосновение к моей коже обжигает, я даже немного вздрагиваю от неожиданности. У него такие теплые, немного шершавые пальцы. Да что он себе позволяет!? Я не разрешала ему меня трогать! Вырываю руку, выхватываю перекись, поливая порезы сама.

– Я просила подать аптечку. В услугах медсестры я не нуждаюсь, – мне сейчас показалось или он действительно усмехнулся?!

Тимур

Отпиваю немного воды, продолжая сканировать просторный ВИП зал одного из пафосных ночных клубов. Ничего подозрительного, все, как всегда. Девочки и мальчики, прожигающие деньги богатеньких родителей. Каждый на пафосе, считает себя охренительно значимой персоной, перед которой буквально строится весь обслуживающий персонал. А по факту, они никто без своих высокопоставленных родителей. Отними у них все, и ни один из них не сможет прожить в этом мире без денег и статуса в обществе. Живут на всем готовом. За них уже давно все продумано. Им не нужно ничего добиваться, биться в закрытые двери в надежде, что тебе откроют. Вся жизнь расписана, все двери открываются с помощью денег и связей. Золотая молодежь. Мажоры. Избалованные, зажравшиеся детки. Интересно, их родители никогда не задумывались в кого они превращают своих детей?

И вот среди них находится Таисия. Смеется, что-то весело щебечет, размахивая руками. Она крутится в этой среде, находясь в центре внимания. Я провел с ней меньше суток, а мне уже хочется уволиться на хрен с этой работы, где каждый спешит указать тебе твое место. Если бы я не нуждался в деньгах, я бы в первые полчаса послал эту суку куда подальше, указав кто она есть на самом деле.

Но помимо денег, в которых я нуждался, и готов стерпеть ради них все что угодно, было кое-что еще. То, что не поддавалось никакой логике и здравому смыслу. То, что тянуло меня к этой девушке словно магнитом. Я увидел ее шоколадные глаза и понял, что это точно она! Девушка из моего персонального сна, дежавю. Чем больше я за ней наблюдаю, тем больше улавливаю жестов и манер девушки из моего сна. В сотый раз за день, ловлю себя на том, что не просто наблюдаю за ней как за объектом, а рассматриваю ее как женщину. Глаза у нее яркие, насыщенные, цвета горячего молочного шоколада. Губы пухлые, соблазнительные и манящие. Их хочется касаться, целовать, кусать и ощущать их вкус. Волосы длинные, шелковистые, цвета того же шоколада, хочется дотронуться до них, пропустить сквозь пальцы, вдыхая их ванильный аромат. Весь день в машине я дышал ее запахом и пьянел. Как такое могло произойти? Как мой мозг мог воспроизводить ту, которую я даже не знал до этого дня?

Рассматриваю окружающих ее девиц и понимаю, что она на них не похожа. За этим пафосом и гламуром прячется маленькая, нежная и ранимая принцесса. Но она так глубоко ее заперла, что сама не понимает, что она другая. А самое интересное, что Таисия то и дело, кидает на меня взгляд, и как только наши глаза встречаются, девушка делает вид, что смотрит не на меня. Возникает странное чувство, что эта дерзкая, избалованная принцесса перевернет мою жизнь с ног на голову, или кинет в бездну моих сумасшедших фантазий.

После инцидента возле дома ее подруги, Таисия целый день ходила по разным магазинам со своей подругой, которая присоединилась к ней через час нашего бесцельного катания по городу. На часах девять вечера, золотая молодёжь бесполезно прожигает жизнь. Коктейли, кальян, громкая электронная музыка. Кто-то приходит, кто-то уходит, наигранные поцелуйчики для приветствия и прощания, полностью пропитанные фальшью. Еще раз сканирую зал на предмет внешних угроз, и глаза вновь возвращаются к ней. Тая переоделась, на ней невероятно короткое, черное платье, обтягивающее ее красивые изгибы, открывающее резинку чулок, когда она сидит, перекидывая ногу на ногу. Красные туфли и ярко красная помада на соблазнительных губах, которые она то и дело облизывает кончиком языка. Вульгарно, но так соблазнительно, что в помещении становится жарко. Красивая, сексуально манящая сучка. Твою мать! Работа становится все сложнее и сложнее. Тая все больше затуманивает мой разум. С профессиональной стороны хорошо, что я уже ее чувствую и могу вычислить из толпы за секунды, узнать только лишь по стуку каблуков.

Пытаюсь отогнать мысли об этой девчонке, отстраниться от всего лишнего и просто делать свою работу. Достаю из кармана вибрирующий телефон. Вот и отец Таи. Помнится, он просил вернуться ее к ужину, но, похоже, дочка давно забила на просьбы отца.

– Да, Аркадий Вячеславович.

– Где она? – всего один четкий вопрос.

– Клуб «Рефлекс».

– С кем?

– Пару подруг, одна из них с парнем.

– Алкоголь, наркотики?

– Пока только кальян и коктейли, но ваша дочь весь вечер тянет один напиток, скорее просто поддерживает компанию.

– Что-нибудь сумасшедшее, неординарное вытворяла? – вспоминаю ее утренний инцидент.

– Нет, все в норме.

– Хорошо, – довольный моими ответами, отвечает он. – Если что-нибудь изменится, сразу звони мне.

– Да конечно, – Аркадий Вячеславович сбрасывает звонок. Забавные отношения между дочерью и отцом. Он звонит мне, чтобы узнать, чем она занимается, и не натворила ли что-нибудь. Мне казалось, что девушки в девятнадцать лет уже выходят из неуправляемого возраста. Звоню матери, чтобы убедиться, что с ней все хорошо и сказать, чтобы ложилась спать, не дожидаясь меня. Один гудок, второй, третий, пятый. Нет ответа. Набираю еще раз и еще, все безрезультатно. Паника накатывает волнами. Набираю номер соседки, телефон отключен. Черт! Как мне это все не нравится. Еще раз набираю мать, продолжая слушать монотонные гудки. Глубоко вдыхаю, все хорошо! Я зря паникую. Но нехорошее чувство не покидает меня. Тревога и страх не позволяют сидеть на месте. Поднимаюсь со стула, подхожу к перилам, осматриваю клуб свысока, продолжая, набирать матери, соседке и все безрезультатно. Надо что-то делать, ехать домой. Но чертова работа.… Оборачиваюсь, чтобы проследить за объектом и сталкиваюсь с Таисией лицом к лицу. Девушка щурит глаза, впервые находясь ко мне настолько близко.

– Папаша мой звонил? – с ехидной ухмылкой интересуется она. – И ты все ему доложил? По инструкции? – Мне сейчас вообще нет дела до ее капризов и разборок с отцом.

– Таисия. У меня к тебе…, – запинаюсь, понимаю, что обращаюсь к ней не по форме. – К Вам, просьба. Я понимаю, что так не положено, и я нарушаю инструкции, но мне срочно нужно съездить домой, – чувствую себя пацаном, оправдывающимся перед малолеткой, но сейчас мне плевать. Если она откажет мне, я не буду унижаться, все равно уеду домой!

– Ну, если срочно надо, тогда конечно иди, – язвительно отвечает она, ядовито усмехается, разворачивается на каблуках чтобы уйти. И я понимаю, что если я сейчас покину рабочее место, то уже не вернусь сюда никогда. Маленькая сука только этого и ждет. Но если я оставлю объект без охраны, и с ней что-то случится за это время, меня не просто уволят, но и закапают. Я сам не понимаю, что творю. Тело принимает решение раньше, чем мозг может проанализировать ситуацию.

Пару шагов, хватаю маленькую зажравшуюся сучку за запястье, сжимаю, тяну за собой вниз по лестнице. Не обращаю внимания на ее крики и попытки вырваться. Я вообще ее не слышу, просто тащу за собой, думая только о матери. Таисия дергается в бесполезной попытке освободиться, угрожает мне, оскорбляет, вызывая желание заткнуть ее немедленно. Терять мне теперь нечего, завтра же меня вышвырнут из личной охраны, и Серов мне уже ничем не поможет. Поэтому я уже ни в чем себе не отказываю, прекращаю сдерживаться, тащу девушку за собой, периодически грубо дергая на себя, когда та начинает упираться. Вытаскиваю ее за собой на улицу, неожиданно замечаю, что девушка перестает сопротивляться. Открываю двери, Таисия, как ни в чем не бывало, спокойно садится в машину. У меня нет времени анализировать ее поведение, одной проблемой меньше. Сажусь за руль, срываюсь с места, на ходу еще раз набирая телефон матери, который уже отключен.

– Пристегнись, – командую Тае, набирая скорость. Салон машины, наполняет ее громкий смех. Удивленно смотрю на девушку, не понимая причины ее веселья.

– Теперь тебя не просто вышвырнут с работы, – сквозь смех, запрокинув голову, говорит она. – Теперь тебя даже сторожем склада не возьмут. Я, конечно, все понимаю, но, чтобы вот так, в первый же день …. Ты бьешь все рекорды. Не думала, что смогу так быстро от тебя избавиться, – ничего не отвечаю, сжимаю челюсть, приоткрываю окно, подкуриваю сигарету, втягивая в себя горький дым, пытаясь успокоиться.

– И? Куда мы так мчимся? На пожар? – не унимается сука.

– Мы мчимся ко мне домой. Когда я удостоверюсь, что там все хорошо, я с превеликим удовольствием отвезу тебя домой к папочке.

– Ну, ну. Папа будет очень рад, – показывает пальцами кавычки. – Что его квалифицированный охранник, грубо тащил его дочь в машину, и увез в неизвестном направлении. Готовься! Когда я буду об этом ему рассказывать, со слезами на глазах, я буду преувеличивать, – заявляет она. Я бы приготовился, если бы в данный момент мне не было на все это наплевать. Мне нужно убедиться, что с матерью все в порядке. Все остальное я решу потом.

Торможу у своего дома, устремляя взгляд на окно нашей квартиры на третьем этаже, замечаю горящий свет на кухне. Выхожу из машины, прекращая обращать внимание на улыбающуюся с какой-то издевкой маленькую сучку, которой и не объяснишь ведь ничего, она ничего не поймет, ей это все чуждо. Захлопываю дверь, бегу к подъезду, как в тумане, не видя ничего вокруг, добираюсь до квартиры, открываю дверь собственными ключами. Тишина. Абсолютная, звенящая тишина. Все как всегда, квартира полностью убрана, на кухне горит свет, отсвечивая в коридор. А я застываю, боясь пошевелиться, не желаю, чтобы мои страхи оказались реальностью. Медленно захожу в гостиную. Включаю свет и замечаю мать, лежащую на диване. Мгновенно подлетаю к ней.

– Мам…, – сначала тихо зову ее. Беру ее теплую руку, немного сжимаю. – Мама! – уже громче во весь голос. А у самого холодеет все внутри от гадкой мысли, что она может мне не ответить. Ее ресницы подрагивают, она открывает глаза, и я облегченно выдыхаю.

– Тимур? – мать растерянно, сонно щурит глаза. – Ты уже дома. А я уснула, – все правильно, судя по чистоте в квартире и аппетитному запаху, доносящегося из кухни, мать не послушала меня, а весь день занималась домашними делами и как следствие, быстро устала. Ее ослабленный организм не терпит переутомления.

– Мам, с тобой все хорошо? Как ты себя чувствуешь?

– Да все со мной хорошо. Я прилегла ненадолго, и сама не заметила, как уснула, – мама пытается подняться с дивана, даю ей руку, помогая присесть. – Пошли, я тебя накормлю. Я твою любимую запеканку приготовила, – сажусь с матерью рядом, обнимаю за плечи.

– Мам, что с твоим телефоном? Я звонил тебе весь вечер – спрашиваю я, понимая, что теперь безработный, и еще неизвестно как отреагирует отец Таисии на то, что я нарушил инструкции.

– А что с моим телефоном? – не понимает она, оглядываясь по сторонам. – Он, наверное, на кухне, я готовила…, поворачивается в мою сторону, осматривает меня обеспокоенным взглядом. – Ты звонил. Да? А я не слышала.

– Да мам. Постарайся в следующий раз держать телефон рядом с собой. Я звонил много раз, и, похоже, твой телефон разрядился.

– О боже! Прости меня, я не знаю, как так вышло.

– Мам, все хорошо. Мне нужно вернуться на работу. Но, похоже, я ненадолго, – слегка сжимаю мамины плечи, целую в висок, поднимаюсь с места.

– У тебя теперь из-за меня будут неприятности? Ты как всегда бросил все, чтобы убедиться, что со мной все хорошо? – мама немного возмущается.

– Все хорошо мам, мне пора. Девушка, которую я охраняю, ждет меня внизу в машине. Мне нужно отвезти ее домой. Я постараюсь быстро вернуться, – делаю вид, что все хорошо, слегка улыбаюсь матери, быстро покидая квартиру. Медленно спускаюсь по лестнице, подкуривая очередную сигарету, я еще не знаю, что меня ждет, но судя по поведению Таисии в машине, ничего хорошего. Если я останусь без работы это еще полбеды. А если эта сука приукрасит произошедшее, как и обещала, я действительно окажусь на дне. Ее папаша мне этого не простит и скорее всего даже не будет разбираться, правда это или нет.

Выхожу на улицу, глубоко вдыхаю прохладный, ночной воздух. Осматриваю бронированный внедорожник, медленно затягиваюсь, никуда не торопясь, подсознательно, отсрочивая свой крах. Серый столько сил вложил, чтобы меня приставили к Таисии, а я все испортил в первый же, мать его, день. Но безвыходных ситуаций не бывает. Как бы тяжело не было, выход всегда есть, и я должен его найти. У меня просто нет выбора.

Делаю последнюю затяжку, медленно подхожу к машине, рядом тормозит такси, на которое я не обращаю никакого внимания. Из салона внедорожника доносится громкая, режущая слух музыка. Принцесса празднует победу.

– Тимур! – позади меня раздается голос Ирки. Только ее мне сейчас и не хватало. Оборачиваюсь. Ира расплывается в улыбке, подходит ко мне, с интересом осматривает машину.

– Ты уже вернулся с работы? – спрашивает она, перекидывая длинные, белокурые волосы через плечо.

– Нет. Заехал ненадолго проведать маму. Она трубку не брала.

– С ней все хорошо? – искренне беспокоится девушка.

– Да. Нормально, стабильно, без сдвигов…, – Слушай, мне пора, разворачиваюсь, чтобы сесть в машину.

– Слушай Тим, я тут подумала…, немного запинаясь, останавливает меня. – Через неделю у меня день рождения. Я не хочу собирать большую компанию. Может… мы… с тобой сходим куда-нибудь? – мне сейчас вообще не до нее. Хочется встряхнуть ее, сказать: «Ира очнись, не унижайся! Я просто тебя трахал, и ничего тебе не обещал. Ты красивая, умная, найди себе достойного парня»

– Нет Ир. Извини. И знаешь, лучше нам…, – недоговариваю. С моей стороны распахивается дверь машины, музыка разносится по всему двору. Тая, наклоняется в мою сторону через водительское сидение, демонстрируя свое декольте, которое при наклоне становится еще глубже. Ухмыляется, пренебрежительно осматривает Ирку, переводит взгляд на меня, хитро щурит глаза.

– Тим, котик, ты скоро? Я уже соскучилась, – тянет каждое слово, словно обиженная девочка. Смотрю, как глаза Ирки округляются, в них мелькает обида с примесью злости. Но реакция Иры ничего, по сравнению с моей! Я просто охрениваю, теряя дар речи. Что бл**ь это сейчас было?!

– Мне пора… – это все, что может произнести Ирка, и буквально убегает от нас, немного спотыкаясь на каблуках. Оборачиваясь, хватаюсь за открытую дверь внедорожника, я просто недоумеваю, не понимая, что происходит.

– Ну что, котик, поехали? Или останешься дома с мамочкой. Ты смотри, я могу, и сама добраться. Но вряд ли это понравится моему папочке. Глубоко вдыхаю, мне хочется нервно рассмеяться или на хрен проснуться. Похоже, что я попал в параллельную вселенную. Глубоко вдыхаю, пытаюсь не сорваться на нее, сажусь за руль, со всей силы захлопываю дверь. Хватаюсь за руль, сжимая его до треска. Мне просто нужно сдать ее в руки отцу, и надеяться, что он хорошо знает свою дочь, не поверит в ее слова, и просто уволит меня без последствий. Может это все и к лучшему, кажется, моей выдержке с этой сучкой надолго не хватит, я сорвусь и…

– Ну что Тим? – произносит с издевкой, копируя голос Ирки. – Поехали! Мой отец быстренько вышвырнет тебя с работы, и ты будешь абсолютно свободен, – никогда в жизни не позволял ни одной девушке разговаривать со мной в таком тоне. Понимаю, что мне стоит сдержаться, не заводиться, отстраниться от нее и увезти домой. Зажмуриваю глаза, мысленно считаю до десяти.

– И долго стоять будем? Меня угнетает этот мрачный, второсортный район. Хватит тупить, поехали! – в приказном тоне произносит она. И я все же срываюсь. Что она там говорила, расскажет отцу, что я грубо с ней обращался и немного приукрасит? Так чего мне терять?

Резко оборачиваюсь, рывком хватаю суку за платье, притягивая к себе. Наши лица в сантиметре друг от друга. Вижу, как на мгновение девочка теряется и даже пугается моей реакции.

– Ты что творишь, придурок! – шипит, словно кошка, но не вырывается. Отпусти меня немедленно! – грозно требует она.

– Это что бл**ь сейчас было? – понижая тон, спрашиваю ее, сильнее сжимая до неприличия сексуальное платье.

– Ты про ту курицу? Так спасибо мне скажи, я помогла тебе от нее избавиться. Я же видела, что ты не знал, как ее отшить, – ядовито, словно змея улыбается, облизывая пухлые губы кончиком языка, а я как завороженный слежу за этим жестом. Кровь вскипает. Злость и раздражение смешивается с желанием ее наказать! И это мать ее, так возбуждает. Сейчас я четко понимаю, что хочу эту суку. И чем больше она язвит, оскорбляет и приказывает, чем жестче я хочу ее трахать.

– Слушай меня внимательно. Ты маленькая, избалованная сука, которая не видит берегов. На месте твоего отца, я бы отхлестал тебя ремнем, чтобы ты, сука, сидеть неделю не смогла. Прекрати морщить свой курносый носик, приди в себя! Без своего отца ты никто. Ты ничего не знаешь о жизни за пределами зоны твоего комфорта. Я тебе не комнатная собачка, чтобы ты могла так со мной разговаривать! Спустись на землю! Закрой свой ротик, успокойся и сиди молча, – выдаю все на одном дыхании, наплевав на реакцию ее отца, если он узнает о нашем разговоре. Секундная заминка, Тая прикусывает нижнюю губу.

– А если не замолчу? Сам накажешь меня? Отшлепаешь? – обдает мое лицо своим горячим дыханием. – Хороша речь, впечатляет! И мне понравилось, как ты назвал меня сукой. А ты я смотрю, бесстрашный, – хватает мои запястья, но по- прежнему не вырывается, даже немного поддается, сильнее сжимая мои руки. Ее прикосновения обжигают кожу, это какое-то помешательство. Сам не понимаю, как это происходит. Я просто впиваюсь в пухлые, сексуальные губы. Падаю в бездну, ощущая, какая она вкусная, горячая и возбуждающая до предела за считанные секунды. Меня колотит как ненормального. Сплетаю наши языки, веду страстный, дикий поцелуй, подсознательно ожидая, что, Тая меня оттолкнет. Но девушка еще больше льнет ко мне, отвечает на поцелуй, впивая острые ногти в мое запястье, причиняя сладкую боль, отдающую в пах. Ее губы, прикосновения как яд, вирус, который быстро проникает в кровь, отравляя меня. Углубляю поцелуй, скручивая ткань ее платья на груди. Пожираю ее рот, всасываю нижнюю губу, больно кусаю, наказывая. А сука стонет мне в рот, извивается, возвращая мне укус, прокусывая острыми зубками мои губы в кровь. Ее ванильный аромат и сладкий вкус вместе с кровью сносят мне крышу. Отпускаю ее платье, хочу зарыться в ее шелковистые волосы…

Рывок, и девушка отстраняется от меня, толкая со всей силы в грудь. Глубоко дышит, словно задыхаясь, облизывает губы, а в ее шоколадных глазах, полыхает огонь, который сжигает все внутри меня.