Кредо жизни

Россияне – жертвы свободы, которая обрушилась на них во время горбачевской перестройки. По этому поводу есть притча. «Вечер, темень непроглядная, никого, и вдруг ярко загорается красивый большой фонарь, и все ночные твари: бабочки, жуки разные, мотыльки – тут как тут, наперегонки несутся к фонарю. Но ночь коротка, утром фонарь погас, а твари исчезли невесть куда, и стоит этот фонарь, никому не нужный, одинокий, обосранный».

Ельцин, очевидно, имеет такой конец, держит ответ перед неподкупным судом.

Б. А. Покровский записал для потомков: «Россия всегда жила плохо!» Потому что, наверное, руководители, ведущие народы, были хуже некуда. Вот вам пример тому. Ельцин потерял 800 миллионов долларов, выделенных и даже «перечисленных» в Чечню. Деньги просто не дошли до адресата – из Москвы не ушли даже! А Ельцин в беспомощности разводит руками, восклицая, с наивным видом: «А черт его знает, куда они делись!» (Даже не постыдились показать это по телевидению!) Вот каков гарант Конституции, за которую разрушена красавица Чечня!

Это же почти миллиард, который разворован его шайкой!

Несметное богатство для, бедной, голодающей, нищенской, обездоленной, Чечни и ее народа. А найти эти пропавшие «черт знает куда» деньги не сложно. Даже элементарно: распорядитель и переводчики денег ведь известны! Но эти властелины, какие-то странные, они, что, отупели? Нет, конечно же, было бы странно думать, что они действительно не понимают, куда эти деньги делись. Знают – ощущают их…

А вот в конце 2007-го года новый Председатель Правительства РФ Зубков объявил, что пропал миллиард. Посадили, к тому же, зам. министра финансов с подельниками, а их шеф А. Кудрин негодует, «рвет и мечет» – скажут специалисты этого…

Так и знай, моя дочь Петимат, кто правит нами, какие достались нам, в России, властелины.

А. Комаров («МК») пишет: «Пружина войны раскручивается у нас на глазах, который день приносит маленькие (дозированные) новости, и за этими новостями мы не замечаем странностей, несуразностей и противоречий хода военных действий». Сначала будущая операция федеральных сил была по предложению Р. Г. Абдулатипова (из Дагестана) названа «Созданием санитарного кордона» шириной в 15 километров по периметру Чечни и в глубь ее территории. Представляете, что это значит для «Малой земли» России – Чечни отхватить от нее такой кусок плодороднейшей земли?! Призрак коммунизма таков – варварство его суть, оскал 666. Сатана, мразь…

А за что нам эта «резервация»?

Чем мы хуже Дагестана или самого Абдулатипова, разве что тем только, что не являемся русским (или еврейским) зятем? Это разве законно?! А почему не провести эту зону по нашим землям пусть, присвоенным Дагестаном и Ставропольем. Дагестан весь бурлит в междоусобице именно за земли. Вот отсюда, вероятно, и берет начало эта странная, если не сказать, ущербная логика Абдулатипова. И это не внове. Такими и подобными действиями нам давно сокращают пространство на земле. Начиная с XVI века урезают всякие экспроприаторы-геополитики среду обитания этноса нохчи. А нам самим везет на предводителей продажных, особенно на аварцев, этих бездарей.

Потом двинулись на Грозный!

«Однако публичная декларация власти создает впечатление, что ходом боевых действий дирижирует какой-то оголтелый тип, который не знает, чего ему надо» Вот насколько неадекватны Ельцин и его генералитет! И не мудрено. Ведь истинная их цель – контроль над нефтедоллоровой трубой, названной шайтановой, сатанинской. К тому же и астролог П. Глоба говорил, что 1999 год – год сатанинский. «Война началась на родине Абдулатипова (злорадство аукнулось) штурмами торопливыми Ботлихских высот в Дагестане. Там, в Карамахи, Чабан-махи, издавна свито было осиное гнездо, откуда бандиты набегами терроризировали эту нефтедолларовую трубу. Бог шельму метит – так можно назвать, перефразируя известную поговорку, неизбежный закон бумеранга. Многие аналитики уже тогда называли истинную причину спешки – «сокращение сроков окончательного утверждения маршрута нефтепровода Баку-Джейхан» (не позднее ноября 1999 года).

А этих маршрутов оказалось два:

1. Баку – Тбилиси – Джейхан (Турция), дорогой и невыгодный, однако построен, и теперь США превалируют, а Россия игнорируется. А гибли за нефть россияне…

2. Баку – Дагестан – Чечня – Новороссийск (Черноморье), очень дешевый, выгоден России. Известно, что 80 % цену нефти составляет транспортировка…

Вот поэтому Кремль в августе 1999 года так торопил войска освободить от ваххабитов трубу на его, Р. Абдулатипова, родине. Вероятно, поэтому Басаев с Хаттабом, по воле все того же Ельцина, (как посылал в Абхазию), захватили здесь маленький участок в августе 1999 года. И не раньше и не позже. Именно в августе 1999 года решалась судьба российского варианта. Турция хотела сорвать эту затею, и добилась своего маршрута: Стамбул знал, что пылающий в огне Дагестан неприемлем, и добилась-таки своего. Тогда Кремль приказал гасить эту войну в Дагестане.

В конце лета 1999 года президент Азербайджана Г. А. Алиев начал игру с Москвой, все чаще отмечая предпочтительность первого варианта маршрута нефтепровода в Джейхан – он, мол, безопаснее. Разжигал страсти в междоусобице россиян, и схватка расширялась, гибли лучшие сыны России. Тогда Кремль решил расширить зону безопасности нефтепровода в глубь Чечни, и война синим пламенем заполыхала вновь в Чечне. И опять армия защищает не Родину, не Отечество, не честь, а нефтедолларовую трубу, уничтожая россиян. Вот главная причина происходящего в Чечне – нефть и доллары…

В гостинице «Мариотт», на Тверской, в Москве организаторы двухдневного межчеченского диалога хотели завуалировать эти цели, отрицая правду – вероятно, выполняли заказ, вымышляя, впутывая, всякие религиозные толкования, чтобы любой ценой доказать, что войны эти религиозного происхождения. Фундаментализм, мол, ваххабизм – только Далай-ламы и не хватало. Я легко опроверг их и отверг эту глупость. Внес предложение, простое и понятное, – нефтепровод (150 км по Чечне) обрубить, а производство и переработку нефти прекратить минимум на век, тогда здесь наступит мир, и ни один солдат не ступит сюда, и Россия успокоится. А эти, указал я на троих «гостей» из зарубежья, «радетели о чеченцах» помогут разминировать Чечню и создать нормальные условия для жизни без страха. Надо было видеть реакцию участников диалога – как в лужу сели. А «забугорники» ерзали, как будто им под голые зады горящие угли подложили. Один вскочил (вроде, Миллер) и истерично заорал: «Нет, нет, нет! Вы всю нефть, идущую к нам, замуровываете фактически, а мы вам помогать должны!? Этого не добьетесь никогда!». И выбежал. И больше я его не видел.

Вот они, эти интересы забугорья с Россией в Чечне!

Знайте, дорогие читатели и автор неотправленного письма в «АиФ», Петимат, что сотни тысяч жизней положены на алтарь потоков нефтедолларов. А они, жизни, – чужие. Россия обречена издревле не знать цены жизням сородичей – россиян, чеченцев. Стендаль говорил: «Почти все несчастья в жизни происходят от ложного представления о том, что с нами случается…»

Янки – вот истинные властелины судеб россиян. Вашингтон решил построить нефтепровод в обход России, пренебрегая ее глобальными интересами, заявив, что, «сколько бы он ни стоил, все необходимые кредиты будут выделены Американским экспортно-импортным банком, корпорацией по страхованию частных инвестиций за рубежом и Агентством по торговле и развитию». Об этом сказал министр энергетики США Билл Ричардсон в октябре 1999 года. А раз так, то Россия теряет шанс получить контроль над добычей нефти из Каспия, а вместе с ним и рычаги влияния на большинство кавказских государств.

Вот в чем дело!

Вот почему войну начали в Дагестане и перевели в Чечню в 1999 году. Вот поэтому Россия ухватилась за срочное восстановление нефтедолларовой трубы, идущей через них, из Каспия в Черное море, любой ценой! А на них сидели давно жители Кара-махи, Чабан-махи и прочие «махи». Они, дагестанцы, не пускали ее до Чечни, где Ельцин за 9-10 лет до этого лично подготовил почву – посадил своего генерала Дудаева, заложив этим мину-ловушку замедленного действия. А 9 ноября 1999 года Гейдар Алиев срочно встретился в Баку с послом США и подтвердил, что пакет документов маршрута в обход России, на Джейхан (Турция), готов и будет подписан на саммите в Стамбуле. Они добились этого, и в июне 2006 года нефтепровод заработал. А Ельцин хотел удивить мир и своей неадекватностью, не владея ситуацией, развязал в конце августа 1999 года войну в Чечне – вторую! Нефтедолларовый дьявол, шайтан, доказал, что доллар дороже жизней россиян! Сатана им совладал!

Столкнул россиян в междоусобицу смертельной схватки и сбежал с поля брани, заявив: «Я сделал все, что смог». И все, что хотел, можно добавить – россияне поняли это. Правда, поздно.

Вот в чем вина чеченцев – нефтедолларовые интересы России! Зря, значит, воевали, чеченцев (россиян) уничтожая? А основную цель США и его союзников выразил вице-президент Америки Дик Чейни, решив со своей корпорацией 29 января 2001 г., как направлять нефть в обход России. Вначале у них был план-проект связать Каспийское море со Средиземным. Но Россия, говорят, опередила их на два дня, и 27 января 2001 г. задействовала нефтепровод свой – через Чечню (в море крови и по горам трупов невинных мирян Чечни).

Тьери Мейсон в книге «Чудовищная махинация» пишет: «Наиболее выгодный, многообещающий для США вариант нефтепровода – связать Каспийское море с Индийским Океаном». Но на этом пути был Талибан в Афганистане. США их свергли. Поставили своего – Хамида Карзая, и он с президентом Пакистана подписал документы на строительство этого нефтепровода. Наблюдать за этой стройкой поставили Залмай Хамида – сына советника Закир Шаха, воспитанника янки. При Буше-отце тот был замминистра обороны США, занимал ключевые позиции в войне с Ираком за Кувейт («Буря в пустыне»). А до этого совместно с ЦРУ (США) воевал против СССР в Афганистане. И здесь обошли янки нас – Россию.

Платон писал: «Все войны происходят ради стяжания богатств». А Рабле Ф. сказал, что «звонкие монеты – вот мышцы сражения». Великий Л. Н. Толстой писал, что: «Вопросы, не решенные дипломатами, еще меньше решаются порохом и кровью!»

Понимаешь, Петимат?

Доллар США правит миром! Только В. В. Путин смог избавиться от иглы янки, погасил все долги предшественников, разбазаривших СССР. Так что нечего обвинять чеченцев во всех грехах земных, когда они ни в чем не виновны, а бузотеры пришлые, террористы созданы Кремлем и кормятся с его руки издавна. А. Минкин («МК») писал об этом в статье «Школа ненависти». Лучше и правдивее не скажешь. Ведь война – сила разрушительная, разоряет и ведет подкоп под основы России. Вспомните доктрину А. Даллеса 1945 года – доктрину против России.

Я в первую схватку россиян, до 13 августа 1996 г., был в Чечне. В свое время, в 1993 г., когда Петимат училась в Медицинском институте Северной Осетии, она оказалась в центре во время схваток осетин с ингушами. Ее сестра Яхита училась тогда там же – в Северо-Осетинском университете. Они вдвоем спасли от неминуемой расправы двух студенток-ингушек и, укрывая (прикрывая собой) их, глубокой ночью выбрались из г. Орджоникидзе (Владикавказ) в Беслан. Они видели смерть. Смерть мученическую: изуродованные трупы женщин и молодых людей. И смотрела Петимат, автор письма в «АиФ», непосредственно смерти в глаза. А вокруг – зов о помощи изувеченных, залитых кровью, умирающих людей. И везде разбросаны трупы. Она и сама оказалась на грани жизни и смерти вместе с сестрой и подругами. Этот шок, стресс и ужас еще долго не покидали их. Но они своих подруг – двух ингушек – привезли таки в Назрань и «вручили» домочадцам их семей.

Когда развернулась первая война в Чечне, я, узнав об угрозе смертельной, нависшей над семьей дочери (она была с сыном двухмесячным на руках), рванул на своей «Волге» спасать их в Ачхой-Мартан. Навстречу шла броневая армада, плюющая во все стороны свой смертоносный груз, а я, презрев опасность, летел на предельной скорости навстречу смерти, петляя между танками и бронемашинами. И вот я на месте – в подвале глубоком, он как могила в этих условиях (я видел в Грозном много таких могил с заживо погребенными людьми, что искали спасения в нехитрых укрытиях). Дочь моя – силуэт былого, тень, худая; белое лицо, странное своей отрешенностью, глаза, впавшие, перепуганные, с потускневшим цветом, угасающие; а на руках у нее существо – новорожденный сын моей дочери, Адам. По сути, живые трупы. Я их спас и вместе с отцом семьи вывез срочно в Москву. Через Буденновск – Минеральные Воды.

Великий Аллаh (с.в.т.) спас ее и сестру Яхиту, когда они прилетели из Москвы в Грозный на побывку. Их самолет так ударило задом о бетон взлетной полосы, что задняя часть разорвалась, как в агонии человек, дно сходило на стыковку. Именно там, где их ноги и платья свисают. Гибель казалась неминуемой. Благо, рядом (третьим) сидел чеченец, джигит, смелый, находчивый, он силой выбросил их вперед и спас.

А с их старшей сестрой Ашат и Яхитой происходило невероятное испытание. Ашат с тремя сыновьями (мал-мала) жила в Буденновске. И, когда Басаев с В. С. Черномырдиным разыграли «Зарницу в больнице», ее вертолетом вывезли в Минводы, а оттуда – в Москву. Она забралась в Испанию, спасая детей от этой беды. Однако родина есть родина – она для этноса нохчи особенное понятие. 6 августа 1996 года, прихватив с собой Яхиту на подмогу, в 14 часов, последним рейсом из Москвы, прибыли в Грозный. И почти сразу оказались в подвале нашего дома, в бомбоубежище, в этом крысином царстве. Кругом – дым, смрад. И шквал огня из всех стволов залпового выхлопа. Это Пуликовский задействовал все, ни на мгновение не умолкая, озверел! Говорят, якобы мстил за сына. Говорят, он получил отдачу за такое рвение: стал главой Ростехнадзора, членом правительства России – заслужил?!

По его вине в ночь с 8 на 9 августа с вертолета шквал ракет и пулеметная очередь прошили дом и мою сестру больную. Через этот ад кромешный я пошел к ним, чтобы похоронить ее там же, во дворе. Временно. А на обратном пути кто-то хотел накрыть меня прицельным огнем миномета, а я, Аллаhом (с.в.т.) оберегаемый, шел, петляя между взрывами. Одна мина, первая – мимо, вторая – мимо, но не далеко, а третья летела прямо на меня. Я по свисту мин и вилял. Третья поразила дерево у корней, а я запрятался – встал между деревом и гаражом. Все, видевшие меня, говорят, закричали: «Убили! Убили!». Мои из подвала выбежали, а я, с ними в обнимку, в подвал влетел. Все плакали… Мы сквозь шквал огня выбрались в Москву.

Через три дня я вернулся в Грозный, точнее, в то, что осталось от него. А квартира – шаром покати: наших вещей нет, даже розетки и выключатели вырваны «с мясом» и унесены. Что вещи, когда и сама жизнь в постоянной опасности? На моей «Волге» везли в Урус-Мартан из Грозного труп моей сестры. Как только выехали за город, где пост федеральных спецслужб, траурную процессию («обшмонав» предварительно), пропустили, а следом застрочил пулемет. Били по «Волге» прицельно – в бензобак метили. Благо, в багажнике у меня лежали две новые запаски. Накачанные, они не пустили пули до горючего, воздух вскружил пули внутри колес. Осталась огромная дыра между бампером и номером.

Такой же траурный путь я проделал в родной Урус-Мартан и из Москвы – сына и сестру отвез. Сначала самолетом до Ингушетии, а там, через пресловутый пост «Кавказ», домой, в Чечню. И там тоже «шмонали». Даже ящики («гробы»). Капризничали, пока не оплатили пропуск.

Пропуск к родным могилам…

Вероятно, Г. Гейне о нас, чеченцах, сказал, что «человек неохотно расстается с тем, что было мило и дорого ему и его предкам, и чувства его втайне цепляются за это прошлое, хотя бы оно было изуродовано и искорежено!» Именно эти чувства, дорогая Петимат, этот вечный зов предков и неистребимая сила духа этноса нохчи издревле нами двигали и двигают…