На качелях времени

Глава вторая. Зов луны

Фаррух, после сна Махваш, опять замолчал и всю дорогу слушал радио. Лишь на въезде в Душанбе Мутриба спросила:

– Фаррух, ты знаешь куда нас везти?

– Мне сказали в Кукташ – это недалеко от города.

– А что такое Кукташ? С узбекского языка вроде переводится «зелёный камень».

– Вот-вот, синее облачко превратилось в зелёный камень и там вас ждёт, – решил пошутить Фаррух. Поняв, что шутка вышла неловкой, серьёзно добавил:

– Это лечебница для людей нервных и больных с психическими расстройствами. Там главврач хороший. Зовут его Алексей Тихонович. Рахим Халилович с ним в Подмосковье в армии служил, и они с тех пор дружат.

– Мы знаем об этом. Рахим Халилович – очень добрый человек, ему веришь сразу, – ответила Мутриба.

– Мама, но ты меня там не оставишь? – испуганно спросила Махваш.

– Мы везде будем вместе, – тихо ответила Мутриба.

В Душанбе они остановились, чтобы отдохнуть с дороги, подкрепиться, взять продуктов и воды. Было очень жарко. Но Махваш радовалась, что увидела наконец столицу. Людей здесь было много, одеты все по-другому и спешили куда-то шумно и суетливо. Кругом огромные здания, магазины, рынки, широкие улицы и проспекты. А машины идут и идут сплошным потоком – троллейбусы, длинные жёлтые автобусы, легковушки.

– Мама, смотри какое высокое здание! – с удивлением и восхищением сказала Махваш.

– Да, это тебе не твой любимый обрыв, дом-то повыше, – решила пошутить Мутриба.

Дочь улыбнулась и тихо произнесла:

– Здесь не хватает тишины и покоя, но я чувствую, что в моих глазах поселился луч, и он постоянно возвращает меня к моим снам. Теперь мне не нужно будет засыпать для того, чтобы видеть эти сны.

Мутриба с надеждой посмотрела на дочь и подумала: «Может быть, она перестанет быть лунатиком и не надо ехать в Кукташ? Хотя увидеться с врачом надо обязательно».

Фаррух попросил своих спутниц поторопиться – хотел вернуться назад в Зимчуруд пораньше.

Через полчаса они подъехали к огромным воротам с высоким забором. Рядом с воротами – проходная.

– Извините, я вас здесь оставлю. Поеду, надо успеть до темна, – сказал Фаррух и добавил: – Удачи вам!

Мутриба с дочерью вышли из машины, поблагодарили Фарруха, попросив его передать привет всем односельчанам. Направились к проходной. И тут же открылось окошко в двери и из него выглянул дежурный. Строго спросил:

– У вас есть направление?

– Мы по договорённости к главному врачу, – ответила Мутриба.

– Он сейчас подъедет. Можете оставить свои сумки и погулять или посидеть на скамейке, – вежливо ответил мужчина из окошка.

«Какое красивое место!» – подумала Мутриба и увидела, как дочь пошла по аллее и села на скамейку.

– Мама, мне так здесь нравится! Правда, горы издалека видны и воздух отличается. Я чувствую, что мы больше никогда не вернёмся в Зимчуруд. – Подумав, с грустью добавила: – Я, конечно же, буду скучать по родным местам. Но знаю, что всегда и везде будет рядом тот, кто меня станет защищать. Он остался в моём сердце и в мыслях, он в моих глазах.

– Я тоже думаю, что это твой отец Карим. И я всегда чувствовала его защиту, – тихо ответила Мутриба.

– Может быть, папа превратился в Синие огоньки, а маленький лучик поселился во мне? – улыбнулась дочь. – Я должна только сказать «Защити меня!», и никто никогда твою дочь не обидит.

– Дай-то Бог, чтобы было так, – задумчиво ответила Мутриба.

К воротам подъехала машина медицинской помощи. Ворота открылись и сразу закрылись, пропустив её. Через несколько минут из проходной вышел очень высокий русский мужчина. Он посмотрел на ожидавших и попросил о чём-то дежурного из проходной. Тот подошёл и позвал их к врачу.

Тернопольский оказался статным, спортивного телосложения мужчиной. Открытое лицо и проницательный взгляд светлых глаз с прищуром. Мутрибе пришлось поднять не только глаза, но и голову, чтобы общаться с ним.

– Добрый день, дорогие гости! Мне Рахим всё написал о вас, – Алексей Тихонович сразу же расположил мать с дочкой к себе.

– Здравствуйте, вам большой привет от вашего друга, – сказала Мутриба и представилась: – Меня зовут Мутриба, а это моя дочь Махваш.

– Да, Рахим немного рассказал о вашей луноликой. Пойдёмте ко мне в кабинет.

Они прошли мимо длинного одноэтажного здания. Высокие деревья давали прохладу и тень, арыки были полны прозрачной проточной водой. На первый взгляд, тишь да благодать. Но почему решётки на окнах?

Подошли к отдельному строению.

– Здесь у нас лаборатория, процедурная, кабинеты профильных врачей, – заходя в здание, прокомментировал Алексей Тихонович. – Пока Махваш будет сдавать анализы, мы с вами поговорим, – обратился он к Мутрибе.

В это время из лаборатории вышла высокая величественная женщина в белоснежном халате и шапочке. Её окликнула, пробегавшая мимо, медсестра, и они о чём-то тихо заговорили.

– Будто Снежная королева! – восхищённо прошептала Махваш главврачу. А Тернопольский нагнулся к ней, смешно округлив глаза, и так же тихо сказал:

– Сам боюсь её! Ух, и строгая! А халат у неё, посмотри, как сияет, будто в серебряных снежинках она его полощет.

Тут Снежная королева подошла к Тернопольскому и внимательно глянула на стоящую рядом пациентку зелёными, как льдинки, глазами.

– Передаю эту девушку Махваш в ваши руки, Светлана Ивановна, – обратился к ней главврач. – Сделайте, пожалуйста, все необходимые анализы.

Королева Светлана взяла Махваш за руку, тепло улыбнулась, и они скрылись в лаборатории. А Мутрибу доктор провёл в свой кабинет.

– Как мне сказал Рахим, ваша дочь страдает лунатизмом. У неё такой возраст, что это может скоро пройти, – пояснил Алексей Тихонович.

Он достал с верхней полки несколько брошюр, открыл одну из них, протянул Мутрибе и указал на стул:

– Пожалуйста, садитесь и прочтите эту страничку, а потом обсудим. Пока не буду мешать, пойду к пациентам.

Мутриба села у стола и стала негромко читать вслух:

«Научное название лунатизма – сомнамбулизм (от лат. Somnus – сон и Ambulare – ходить, гулять). Вторым «народным» синонимом данного состояния является снохождение. На самом деле, отношения к луне эта патология не имеет, а названа так, вероятно, из-за того, что нередко выявляется в светлые лунные ночи. Это одна из форм нарушений сна, проявлением которой является неосознанное хождение во сне.

Сомнамбулизм – весьма распространенное явление. Согласно данным статистики, им страдает каждый пятидесятый житель нашей планеты. Подавляющее число лиц, страдающих лунатизмом, составляют дети в возрасте от четырех до 10-16 лет.

Как известно, сон включает в себя две фазы: медленную и быструю. Фаза медленного сна состоит из четырех этапов – от засыпания до глубокого сна. Фаза быстрого сна сопровождается активными движениями глазных яблок, именно в эту фазу человек видит сновидения. Цикл сна, включающий в себя две большие фазы, длится в среднем 90-100 минут и повторяется в течение ночи до десяти раз. Лунатизм возникает, как правило, в период фазы глубокого сна (то есть в конце первой фазы) первого или второго циклов. Днем сомнамбулизм возникает крайне редко, поскольку продолжительность дневного сна недостаточна».

Мутриба всё это читала ещё в Зимчуруде, благо библиотека была рядом и там – энциклопедия. Она положила брошюру на стол и стала ждать доктора. Он пришёл не один, а с лысым и круглым, как колобок, мужчиной небольшого роста.

– Это Акбар Шодмонович Джумаев, мой ассистент. Он послушает ответы на мои вопросы, а потом поговорит с Махваш. Вместе и сделаем первоначальные выводы, – сказал Алексей Тихонович.

Мутриба сосредоточилась.

– Когда у Махваш началось сонное хождение по ночам?

– Скоро уже будет год.

– Вы всегда были рядом и сопровождали её в снохождении?

– Да, вначале очень боялась, потому что она ходила к обрыву и садилась на его краю.

– Это место с чем-нибудь связано?

Мутриба рассказала все истории, связанные с этим обрывом.

Доктора переглянулись между собой.

– А вы видели эти синие свечения сами?

– Да, я же была рядом.

– Интересно! Думаю, писатель-фантаст написал бы увлекательный роман об этом. Но мы – доктора, поэтому нам нужно разобраться с подобными видениями, – сказал Тернопольский. Он повернулся к коллеге и попросил:

– Акбар Шодмонович, поговорите с пациенткой и возвращайтесь вместе.

Когда ассистент ушёл, Алексей Тихонович стал подробно спрашивать Мутрибу о синих свечениях. Мутриба поняла, что врач не верит ей.

– Мою дочь всё село принимало за сумасшедшую. И вы на меня смотрите недоверчиво. Но я рассказала всё, что видела своими глазами, – грустно сказала Мутриба.

– Не обижайтесь, у меня работа такая. Ну как я могу верить, если никогда ничего подобного не видел и не слышал? Конечно, про инопланетян фантастические книги написаны, и многие говорят, что даже видели их лично. Но мы – специалисты точных наук, и нам нужны доказательства.

– Тогда объясните мне, откуда вокруг зрачка дочери появился небесно-синий круг?

– Я посмотрю и дам направление к окулисту. Может, это связано с глазным давлением или мозговыми изменениями. Вы не переживайте, лично я не считаю, что Махваш больна, и уверен, скоро её лунатизм пройдёт. Но с дочерью надо быть очень внимательной и терпеливой.

Дверь отворилась, доктор колобком вкатился в кабинет. Махваш спокойно шла следом и улыбалась. Акбар Шодмонович подмигнул ей и весело сказал:

– Я впервые встречаю такую здоровую больную! Умница и рассуждает здраво. И представляете, я верю в её рассказы. Может, это мы отстаём от прогресса? А рядом ходят сверхразумные существа, мы их не замечаем? А вот Махваш им приглянулась – ведь инопланетянам тоже нужны умные, чистые и привлекательные люди.

Акбар Шодмонович погладил свою лысую голову и вопросительно взглянул на главврача.

– Теперь поговорим серьёзно, – взял инициативу в свои руки Тернопольский. – У вас есть где остановиться в Душанбе? Рахим Халилович сказал, что вы решили уехать из Зимчуруда навсегда?

– Пока не решили, где мы остановимся, – ответила Мутриба.

– Два дня вы с дочерью будете здесь. Потом решим вопрос с квартирой. Махваш останется под наблюдением Акбара Шодмоновича. Он сегодня дежурит и, может быть, вместе с Махваш пообщается с инопланетянами.

Акбар Шодмонович хитро посмотрел на шефа и спросил:

– А что вы на это скажете?

Он взял стакан со стола и кинул в сторону Махваш. Она широко открыла глаза и что-то прошептала. Стакан поменял траекторию и медленно опустился на пол, даже не разбился.

– А ведь у меня в кабинете два стакана вдребезги! Зато третий по воле Махваш остался целёхоньким. Подружился со мной инопланетянин Синячок, – весело смеясь, сказал Акбар Шодмонович.

– Что ты шептала, Махваш? – спросил Алексей Тихонович.

– Я не могу просто так произносить эти слова. Могу написать с закрытыми глазами. Но лучше пусть это скажет Акбар Шодмонович, ему я уже писала, – ответила Махваш.

– Защити меня, – чуть слышно произнёс Акбар Шодмонович.

– А что так тихо? – спросил Тернопольский.

– Боюсь, – ответил ассистент.

Все весело рассмеялись. В это время в дверь кабинета постучали, и вошла Снежная королева по имени Светлана Ивановна. Даже снегом запахло от её халата.

– Алексей Тихонович, вот некоторые результаты анализов, остальные будут готовы завтра, – сказала она. – Я поразилась тому, что девушка совсем не почувствовала боль, когда мы её кололи. Мутриба, всегда ли так было?

– Помню, когда я ходила с дочерью на прививки, она очень боялась иголок и шприцов, даже плакала. Но это было так давно, – ответила Мутриба.

– У неё нет чувства боли. Махваш даже удивилась, когда увидела кровь на пальчике.

– Да, это правда. Я и сама ничего не поняла, ведь всегда боялась сдавать кровь из пальца, – с недоумением произнесла Махваш.

– Спасибо, Светлана Ивановна. Скажите старшей медсестре, чтобы она подготовила гостевую палату на два дня и проводите, пожалуйста, туда наших подопечных. – Алексей Тихонович повернулся к Акбару Шодмоновичу. – А нам необходимо проведать других пациентов.

Мутриба с Махваш зашли в просторную палату. По совету старшей медсестры Мохиры Асадовны они не стали раскладывать свои вещи, только положили чемодан и большую сумку в шкаф. Она выдала им больничное бельё и одежду. А сама смотрелась как манекенщица со стрижкой каре и ходила по палате неслышно в красивых туфельках на каблучках.

– Если захотите искупаться – душевая в коридоре, там много кабинок. Потом в столовую на ужин и спать. Знаю, вы устали, а завтра будет много процедур, – участливо сказала медсестра и погладила косы Махваш.

Мать с дочерью первым делом пошли в душ и довольные в больничной одежде возвратились в палату. Как всегда, мама помогла расчесать и заплести в косы длинные и густые волосы дочери, после чего они пошли на ужин.

Народу в столовой было негусто.

– Похоже, больных здесь немного, – заметила Махваш.

– Мне кажется, основная столовая в том длинном здании с решётками на окнах, – подумав, ответила Мутриба.

Вернулись в палату, а там их ждал Акбар Шодмонович. Он сам померил температуру и давление Махваш и предложил готовиться ко сну.

– Сегодня на дежурстве я буду рядом с вашей палатой. Понаблюдаем за луноликой Махваш, – улыбнулся доктор.

Мутриба никак не могла заснуть. Несколько раз в палату с проверкой заглядывал Акбар Шодмонович. В полночь в окне напротив включили свет. Мутриба тихо встала и подошла к подоконнику. Через решётку на неё пристально смотрел мужчина с каким-то искажённым лицом. Она узнала его. Это был Берди – председатель сельпо и их сосед по Зимчуруду, исчезнувший в ту ночь, когда хотел напасть на Махваш. Он тоже узнал Мутрибу. Лицо его превратилось в страшную обезумевшую маску, а из горла вырвался жуткий крик. Берди кинулся к двери палаты, стремясь выломать её, но замок оказался крепким. Тогда он с воплями стал кидать в дверь стулья, графин с водой, подушки – что попадалось под руку. Прибежавшие на крик сотрудники лечебницы сумели надеть на него смирительную рубаху и влили в рот успокоительное.

Дрожа, Мутриба выскочила в коридор, но Акбара Шодмоновича на месте дежурного не оказалось. Она кинулась к выходу, а навстречу ей устремился доктор.

– Где Махваш? Почему вы такая бледная? Что случилось? – засыпал вопросами Мутрибу доктор.

– Слава Богу, спит. Но я увидела в окне напротив ужасное лицо. Вы были там? Знаете, кто это?

– Похоже, знакомый ваш? – удивился доктор. И Мутриба подробно рассказала, как Берди охотился за Махваш.

– Так вот почему он впал в такое состояние – узнал вас! Наконец-то мы сможем сообщить его родственникам в Зимчуруд, где он находится.

– Но как Берди попал сюда, почему? – спросила Мутриба.

– Этот человек утратил память. Он не мог сказать, как его зовут, откуда он, где жил, где его семья. Рассказывает, что какой-то шайтан забрал его и до сих ходит вместе с ним. Шайтан летал с ним всюду. Потом оставил у дерева с какими-то плодами. Он поел их и ноги привели его в незнакомый дальний кишлак, где люди боялись его, называли нечистой силой и отправили к нам в лечебницу.

Время от времени пациент впадает в буйство, говоря, что это шайтан внутри него просыпается. Но о прежней жизни ничего не помнит, – спокойно ответил доктор. – Благодаря вам, Мутриба, выяснили, кто он и откуда. Будем делать запрос.

– Но как он меня узнал? У нас в палате было темно.

– Мы многого не знаем, похоже, этот человек прекрасно видит в темноте. Он целый день сегодня возбуждён и агрессивен. Я назначил успокоительное, чтобы он заснул. Медсестра собиралась сделать укол, поэтому зажгли свет. Он стоял у окна. Но в этот момент вы, Мутриба, подошли к своему окну, и он вас узнал.

– Как страшно! Нам с Махваш здесь нельзя оставаться, – испуганно промолвила Мутриба и заторопилась в палату.

Махваш сидела на подоконнике, свесив ноги наружу. Осторожно они с доктором пошли ближе к окну. Махваш пристально глядела в окно Берди – бывшего председателя сельпо. А он, опустив голову, плакал. Руки его были развязаны. Акбар Шодмонович не верил своим глазам! На звук шагов Махваш повернулась и, увидев доктора с мамой, воскликнула:

– Ах! Вы меня напугали! Появились, как привидения. У меня чуть сердце не выпрыгнуло наружу.

Мутриба с доктором переглянулись. Выходит, Махваш проснулась и пошла к окну.

«Но зачем она села на подоконник?» – подумала Мутриба.

– Мама, здесь так жарко, – угадала её мысли Махваш, – я открыла настежь окно. Хотела подышать свежим воздухом. В окне напротив увидела дядю Берди и села так, чтобы удобнее было общаться.

– Так, а теперь – отбой! Всем спать! Утром обо всём поговорим, – скомандовал доктор.

На другой день, после обхода больных в главном здании, врачи пришли в палату к Махваш. Алексею Тихоновичу уже доложили о случившемся накануне. Он сразу позвонил в Зимчуруд своему другу-сослуживцу Рахиму Халиловичу. И родственники Берди с утра уже были в Кукташе. Жена его Холида во дворе своим каркающим голосом грозилась разнести лечебницу, чтоб камня от неё не осталось.

Услышав это, Мутриба заволновалась, что скандалистка и до них доберётся. Стала умолять Тернопольского отпустить их.

– Я не могу вас задерживать, – сказал главврач. – Но прежде побеседуем о вчерашнем. Постараемся уберечь вас от родственников Берди.

– Сегодня до вечера Махваш нужно сделать УЗИ и проанализировать данные лабораторных исследований, – добавил Акбар Шодмонович.

Тернопольский взял Махваш за плечи и повёл к себе в кабинет. Усадил в кресло, а сам с ассистентом устроился напротив.