Пощекочи нервишки. Святые бензопилы. Horror

4

– Родной мой, – выкликнула Рожа Светская, выйдя к Зубодерову и Яну. Несмотря на свой возраст, она еще была по-прежнему красива, и даже небольшие морщинки у корешков ее рта нисколько не портили ее, а придавали некий шарм ее артистичному лицу. Она была облачена в золотое платье, в котором кинодива играла в фильме «Клеопатра и инопланетяне».

Зубодеров тоже был рад.

– Рожа, как я рад тебя видеть, – провозгласил он и представил своего молодого друга. – Это Ян, он играет главную роль в фильме! Роль трупа!

– Ему идет, – вскользь заметила Рожа Светская и тут же с нажимом спросила: – Ты снимаешь фильм?! Значит, желтая пресса не врет? Все это правда?

Кинозвезда продемонстрировала планшет, на котором красовался крупный заголовок электронного издания «Мерзкие сплетни»: «Сценарий „Ржавых зубьев“ написан. Что скрывает Алик Век? Алик Век требует закрыть съемки!» Ниже была помещена фотография писателя Алика Века с растрепанной прической, который прикрывался от назойливых фоторепортеров.

– Вот пронырливые репортеры, – сказал Зубодеров. – Впрочем, это замечательно. Чем больше рекламы, тем лучше.

– Значит, ты снимаешь, – рассмеялась Рожа. Она расслабленно сидела на диване напротив мужчин. Но вдруг она как с цепи сорвалась. Она подскочила к Зубодерову.

– Я должна сняться в твоем фильме! – закричала она, схватив актера за лацканы пиджака.

Ян вздрогнул от неожиданности, но Зубодеров был спокоен, похоже, он давно привык к такому поведению кинодивы.

– Мы для этого и пришли, Рожа, – сказал он. – Главная роль твоя. Но буду откровенен с тобой: бюджет фильма очень маленький. И судя по тому, как быстро убежал наш продюсер, я боюсь, что у нас вообще нет бюджета.

Актриса его не слушала.

– Я хочу сыграть в этом фильме, и точка, – сказала кинодива. – Могу даже бесплатно сыграть.

Она отпустила лацканы пиджака Зубодерова.

– Я готова сниматься бесплатно, – сказала она и опять села на диван. – Главное, чтобы были стоящие партнеры.

Она выжидающе посмотрела на Зубодерова.

– Мы провели кастинг и уже наняли десять человек. Вот Яна взяли, он играет роль трупа, – Зубодеров неспешно говорил, он не торопился, давая возможность Роже Светской созреть.

– Это безусловно хорошо, – сказала кинодива. – И Ян очень подойдет на роль трупа. Харизма у него хорошая.

– Далась вам моя харизма, – обиделся Ян. – Нормальная у меня харя.

– Хорошо, хорошо, – перебила его кинодива, – но я говорю о высоком уровне. Уровне звезд, таких как я.

Она выжидающе посмотрела на Зубодерова.

Тот кивнул головой.

– Понимаю, и кто же должен играть вместе с тобой?

Рожа улыбнулась хищной улыбкой, продемонстрировав белоснежные блестящие зубы, способные перекусить танк.

«Она что, их полиролью натирает?» – подумал Ян.

Тем временем Рожа Светская показала глянцевый журнал. На обложке которого красовалась известная актриса Харя Аристократическая. Всю обложку журнала занимал необъятный бюст актрисы. Ее лицо виднелось откуда-то с заднего плана. Казалось, что его прилепили к огромной груди с помощью фотошопа.

– Я хочу, чтобы ты дал ей главную роль! – прорычала Рожа Светская. – Дай ей роль! Дай ей главную роль. И желательно, чтобы она погибла в конце!

При этом кинодива закатила глаза в мечтательном экстазе.

– Все зависит от сценария, – сказал Зубодеров.

Но актриса его не слышала, она погрузилась в сладкие мечты. С ее дрожащих губ скатилась слюна.

– Фу-у, – прошептал Ян. – Я и не думал, что кинозвезды так себя ведут.

Чтобы вывести Рожу Светскую из мира фантазий, Зубодеров постучал костяшками пальцев по журнальному столику.

– А?! – очнулась кинодива.

– Я говорю, что все зависит от сценария.

– Да, – закивала головой Рожа, – я согласна, но мне кажется, что фильм только выиграет, если в главных ролях будем сниматься мы вдвоем. И кто-нибудь умрет… Я хотела сказать, в фильме умрет.

– Я согласен с тобой. Это было бы неплохо, только как это сделать? Если я напрямую предложу ей сняться и она узнает, что в фильме снимаешься ты, Рожа.

Светская махнула рукой и хитро подмигнула Зубодерову.

Бюст действительно был огромен. Казалось, что еще немного, и он вырвется из декольте Хари Аристократической и, как пара воздушных шаров, улетит в небо.

– Очень просто, скажи ей, что хочешь пригласить ее на роль убийцы, а меня на роль жертвы. Тогда она согласится. И еще как согласится! Сама прибежит!

– Как умно, – оценил идею Рожи Зубодеров.

– А чтобы она быстрее прибежала, скажи, что в фильме снимается сам Платон Железный. Тогда она согласится точно!

Зубодеров мягко улыбнулся.

– Конечно, такое впечатление, что ты основательно все продумывала. Зачем тебе все это?

– Что?! Почему ты так спрашиваешь?! – забеспокоилась кинодива, но она быстро взяла себя в руки. – Хочу… хочу, чтобы у тебя получился этот великий фильм. Нечасто перезапуск франшизы оказывается удачным. Поэтому мне хочется, чтобы этот фильм получился и принес погибель… – женщина кашлянула. – Принес прибыль нам всем. Ведь это же хорошее пожелание?

Зубодеров согласился с ней.

– Спасибо тебе за добрые слова. Нечасто встретишь в современном мире такой альтруизм, – сказал Зубодеров. – Если не ошибаюсь, ее четвертый муж ушел к тебе и стал твоим третьим? Что с ним стало?

Рожа поморщилась, словно Зубодеров коснулся темы, которой касаться не следовало.

– Он пропал… к моему сожалению.

– Правда, и где это произошло?

– Зачем ты вспоминаешь этот несчастный случай? Впрочем, почему нет, мы пошли на экскурсию в пирамиду, и он заблудился и не вышел оттуда, – кинодива взорвалась: – Не стоит ворошить прошлое! Пропал и пропал!

Как только Зубодеров и Ян скрылись за дверью, Рожа Светская вытащила из секретного шкафчика маленький чемоданчик. Она открыла его. Ее взору предстал ряд пузырьков с надписью «Яд», остро отточенный нож и дамский пистолет с перламутровой рукояткой. Кинодива с наслаждением провела рукой над своим смертельным сокровищем. Ее улыбка выглядела как оскал вампира из дешевого ужастика.

5

Бюст действительно был огромен. Казалось, что еще немного, и он вырвется из декольте Хари Аристократической и, как пара воздушных шаров, улетит в небо.

– Как я рада тебя видеть! – сказала она мягким грудным голосом Зубодерову.

Тот представил ей молодого актера.

– Это Ян, он играет главную роль – роль трупа.

– Это замечательно, у него хорошая харизма для роли.

При этих словах Ян фыркнул.

– Все нормально с моей харей, – сказал он, но его никто не слушал.

В отличие от Рожи Светской, Харя Аристократическая, что называется, взяла быка за рога.

– Готова сняться в твоем фильме, если она будет играть вместе со мной.

– Кто? – сделал удивленное лицо Зубодеров.

Он сидел в бархатном кресле в гостиной, выполненной в сиреневых тонах. Харя встала напротив мужчины. Она стала подходить к Зубодерову. Тому показалось, что она заполняет своим бюстом если и не весь мир, то весь его обзор, это точно. Зубодеров даже откинулся на спинку кресла, чтобы видеть Харю целиком.

– Я говорю о ней, – пробасила Харя и показала глянцевый журнал. На обложке была изображена Рожа Светская возле новенького автомобиля, выпущенного в единственном экземпляре.

– О, я понял, о ком ты, – сказал Зубодеров и посмотрел на Яна. Молодой человек понял, что самым благоразумным в данной ситуации будет молчание.

Зубодеров состроил озабоченную мину на лице.

– Но как же ее привлечь в этот фильм, ведь бюджет у меня… не очень.

Но оказалось, Харя Аристократическая все уже обдумала.

– Ты скажи, что приглашаешь ее на главную роль – роль убийцы, а жертвой по сценарию буду я.

– Гениальное решение! – воскликнул он. – Это, вероятно, ее заинтересует.

Харя растянула полные губы в змеиной улыбке.

– А чтобы она быстрее прибежала к вам, скажите, что в фильме будет играть не кто иной, как Платон Железный, – сказал актриса, раздувая свой бюст.

– Ого, от такой приманки она не сможет устоять!

– Еще бы!

– Ваш второй муж, который ушел от Рожи Светской, ведь тоже был артистом.

Харя скривилась, оттопырив нижнюю губу.

– Да, – ответила она.

– Он приходился первым мужем Роже?

– Все верно.

– Как жаль, что с ним случилось… А что с ним случилось?

Харя холодно посмотрела на Зубодерова.

– Несчастный случай, – сказал она. – На сцене. Заколол себя шпагой.

– Какое несчастье! Такое иногда бывает.

Когда Зубодеров и Ян ушли, Харя кряхтя полезла под диван. Она шуршала там полминуты и наконец вылезла с несколькими связками динамита с часовыми механизмами. Толстые губы Хари растянулись в улыбке, и она любовно, словно котят, погладила свои бомбы.

6

– Да ни в жизнь!!! – страшным голосом заорал Платон Железный. – Ни за что я не буду играть с этими двумя дурами. Они мне всю жизнь испохабили!

Платон Железный взъерошил ежик седых волос, жестких как проволочная сетка, и театральным жестом запахнулся в плащ мушкетера.

– Я готов умереть за искусство! Готов дойти до конца своей актерской жизни и сгинуть в могиле. Но не откажусь от своего решения!

Платон опустился в кресло напротив Зубодерова и Яна. Все трое сидели на мини-сцене личного домашнего театра Платона Железного, который тот устроил у себя на третьем этаже особняка.

– Как, хорошо? – поинтересовался великий актер.

– Впечатляет, – согласился Зубодеров. – Яну стоит у вас поучиться.

– Яну? Кто это такой?

Зубодеров представил мэтру молодого артиста.

– Знакомьтесь, это Ян. У него ответственная роль – он играет труп.

– А по нему похоже. Это… харизма у него хорошая! Для трупа!

Ян сжал зубы, но смолчал.

– Так вот, – сказал Платон Железный. – Хочу сыграть в этом фильме. Но… как нам уговорить сняться вместе со мной еще и этих напыщенных дур Харю и Рожу.

Он задумался.

Зубодерову было дорого время, поэтому он предложил сам:

– Очевидно, нужно убедить каждую из них, что в фильме ее оппонентка играет жертву.

Платон Железный наморщил лоб.

– Продолжайте, – сказал гениальный актер.

– А чтобы они точно согласились, то лучше им сказать, что в фильме играете вы. Одно время они обе были в вас влюблены. Примчатся сниматься к нам только из принципа.

– Да, – кивнул седой головой Платон Железный. – Примчатся из принципа… или чтобы убить меня. Последнее даже наверняка.

7

Холодными звездами снег падал на мостовую. Уличный фонарь на высоком столбе в ажурной решетке мягко орошал заснеженную мостовую нежным светом. Россыпи звезды смотрели с темного небосвода вниз на запорошенный снегом каменный город. Светом драгоценных камней проливались заиндевевшее каменные изваяния сфинксов, красовавшиеся за скованной льдами Невой.

Ян и Зубодеров вышли из подворотни.

– Здесь холодно и идет снег, но ведь сейчас июль, – удивился Ян.

– Все верно мы находимся не в самом городе, а в его тени. Для города это карман времени, где скапливаются все нереализованные мечты и фантазии его жителей, – сказал Зубодеров.

По Невскому дунул ветер, и снег серебряной холодной россыпью прокатился вдоль проспекта.

Ян поежился.

– Зачем мы здесь? – спросил он Зубодерова.

– Из-за камеры Брюса, – сказал Зубодеров.

Он сделал несколько шагов вдоль проспекта и остановился возле запорошенной снегом лавкой. На витрине было написано «Лавка игрушек и часовых механизмов мастера Свеклоффа». По стеклу шли ледяные кракелюры, которые нарисовал иней, но на витрине были видны куклы с добрыми улыбками, странного вида механизмы и веселые картины из сельской жизни.

Неизвестно почему, но Яну не понравилась эта лавка. Вроде бы по-домашнему горел фонарь над входом, добрые улыбки кукол, надежные часовые механизмы демонтировались на его витрине.

Между тем Зубодеров смело толкнул дверь и оказался внутри, Яну ничего не оставалось, как последовать за ним.

Первое, что бросилось в глаза Яну, так это обилие полок, заставленных разнообразными куклами. Все часы в лавке отсчитывали разное время, и Ян растерялся, глядя на разнообразные циферблаты, раздумывая, что сейчас утро, или вечер, или вообще ночь.

Из-за обилия кукол и различных механизмов Ян не сразу разглядел продавца – самого мастера Свеклоффа. Его голова была гладким обструганным поленом, которое крепилось к чурбану побольше – телу. Лицо было краской намалевано на деревянном лице. Он склонился над часовым механизмом. При виде посетителей, которые подошли к столу, Свеклофф поднял голову. Его глаза состояли из множества линз, которые защелкали, настраивая резкость.

– Желаете сделать покупку? – голос Свеклоффа был спокоен.

Зубодеров широко улыбнулся.

– Да, мастер, мы бы хотели приобрести камеру Брюса.

– Камеру Брюса?

– Мы собираемся снимать фильм ужасов.

Зубодеров со стуком выложил несколько монет магрублей.

Деревянные пальцы захватили несколько монет со стола. Блеск монет отразился в глазах-линзах. Он рассматривал их некоторое время. Потом ссыпал их в ящик стола.

– Вам нужна камера Брюса, – проговорил Свеклофф.

Он поднялся, подошел к занавесу, отделявшему магазин от подсобного помещения, и поманил за собой посетителей. Зубодеров и Ян прошли через занавес вслед за деревянным человеком и оказались в зеркальном зале. Здесь танцевали изящные механические балерины. Их белоснежные фигуры, казалось, висели над полом. Балерины бесчисленное число раз отражались в зеркалах.

Оставив зеркальный зал позади, Свеклофф, Зубодеров и Ян попали в кукольный театр. Здесь в нарисованных небесах покачивался воздушный шар, полосатый кот в котелке порхал на крыльях бабочки от цветка к цветку, крокодил в блестящем цилиндре курил трубку и катался на лодке по зеркальному пруду. И над всем горела луна. Она подмигивала с ночного неба и весело улыбалась. Свеклофф взялся за лестницу. Он приставил ее к звездному небу и, забравшись на самый верх, снял луну и сунул ее под мышку. Оказавшись внизу, Свеклофф протянул луну Зубодерову. Ян заглянул чрез плечо и увидел, что в деревянных конечностях Свеклоффа находится черный прямоугольный ящик, из которого выдвигалась труба объектива. Серебряные магические знаки покрывали корпус камеры Брюса. Стеклянная пустая реторта крепилась под низом корпуса камеры.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.