(Не) свой

Глава 3

Мэнди

На сегодняшний вечер мой выбор пал на яркое красное платье в пол с разрезом на правой стороне почти до середины бедра. Тонкие бретели и очень глубокое декольте. Пышные светлые локоны, сдержанный макияж и свежий алый короткий маникюр. Подарок Эрика я, как и обещала, не снимала, а вот подарок Томаса до сих пор не положила в шкатулку даже. Маленькая чёрная коробочка с белым бантом просто лежит в ящике моего туалетного столика.

Я даже не примерила эти серьги.

Он, наверняка, ожидает, что я обязательно буду в них сегодня на приёме, но нет. Несмотря на то, что его подарок был мне, признаться, приятен, я не надену его в паре с подарком Эрика.

Вечные поздравления гостей, идущие словно по кругу, длятся до того момента, пока не приезжает мой жених со своими друзьями. Далее мне предстоят неприятные минуты более близкого знакомства с его друзьями, и единственное, что меня радует так это то, что среди них есть моя старшая сестра. До этого нам с ними удавалось видеться пару раз на приёмах, но долгого длительного знакомства и общения у нас не было.

Итак, у Томаса Харта семь друзей, из них три семейные пары и одна свободная девушка. Первая, довольно приятная на первый взгляд пара, – Коул и Кэтрин. Коул невысокий молодой человек лет эдак двадцатипяти, брюнет с короткой стрижкой и с не особо спортивным телосложением. Он подтянут, но скорее всего это генетика, нежели старания и сила воли. Его жена, Кэтрин, – темноволосая девушка, чуть ниже его ростом с приятными припухлыми щечками. Её длинным от природы ресницам позавидовала бы каждая. Естественность и доброта, очевидно, про неё. Даже выбор её наряда под строгий классический костюм мужа говорит об этом. Скромное светло-розовое платье с пышной юбкой и пышными рукавами. Даже сложно вот так сказать сколько ей лет, потому что минимальное количество макияжа, ровные распущенные волосы и премилое платье явно занижают её возраст.

Вторая пара, менее приятная, что скорее всего кажется из-за женской её половины, – Эйдон и Элизабет, точнее Лиз. Эйдон – высокий голубоглазый подкачанный брюнет. Пиджак на сегодняшнее мероприятие он решит не надевать, поэтому очертания его подтянутого тела обтянуты плотной белой рубашкой. Волосы его отросли, делая его причёску более безумной, нежели у его друзей. Его жена жгучая красотка с осиной талией (ставлю сто баксов на то, что тут без зала или операций не обошлось). Элизабет блондинка, крашенная, само-собой, отросшие тёмные корни тому свидетели. Её дерзкий макияж, соответствует её характеру. Она постояла с нами меньше десяти минут, но мне этого хватило, чтобы понять, что она заносчивая сучка. Взгляд, которым она одаривала мою сестру и меня, ярко кричал об этом. Такое чувство, как будто мы не достойны их компании. Лучше бы занялась своими корнями, которые «покраснели» в этот момент от стыда.

Моя сестра с мужем отдельные персоны в моих глазах, ведь с ними я хотя бы была знакома с момента их скромной помолвки в нашей гостиной. Родители дважды выдавали Элоизу замуж. Один раз это был старик, которого схватил сердечный приступ в первую же брачную ночь. Моей сестре несказанно повезло, что он не успел даже пальцем коснуться её. Второй её муж тоже был старше её, но хотя бы не настолько много. Он покончил жизнь самоубийством, так же в первую брачную ночь. Только вот в этот раз в наследство Элоиза получила лишь его долги. Так они и познакомились с Джаредом. Он пришёл за своим долгом, но почему-то неожиданно решил взять в жёны мою сестру. Может быть, Джаред понял, что с нашей семьи взять уже давно нечего.

Тёмная короткая стрижка, которая подчёркивает его вытянутое лицо. Длинный нос, на котором виднеется лёгкая тень горбинки. Полные губы, которые тут же размыкаются, когда на них падает мой взор. Круглый подбородок и лёгкая щетина. Джаред Адамс, муж моей сестры – кареглазый красавчик. Что-что, а здесь ей определенно повезло, возможно, впервые за всю жизнь.

Элоиза же – такая же шикарная блондинка, как и я. Нам повезло с генами. Единственные различия у нас в чертах лица, старшая сестра больше похожа на нашего отца, особенно подбородком. Я же практически копия нашей прекрасной мамы (до того, как она стала делать подтяжки, конечно), у меня её подбородок. Ну, и ещё у нас разный вкус в одежде. Сестра не любит выделяться и показываться, поэтому большинство её вещей скромные и неброские. Думаю, это связано с тем, что стоило ей оказаться в обществе, то она постоянно привлекала внимание и попадала в неприятности, поэтому ей хочется казаться менее заметной.

Из менее приятных друзей моего будущего жениха всё же есть одна главная персона – Кларисс. Она кто-то вроде бывшей подружки Тома, с которой он возился и, возможно, всё ещё возится. И она… Эм… Немного странная. Не знаю случайность ли это, но девушка тоже блондинка. Только Кларисс выглядит гораздо старше меня, может, ей лет двадцатьвосемь – тридцать. Она высокая, довольно статная. Красное платье в обтяжку платье до колена, демонстрирует фигуру с небольшим виднеющимся животиком. Надеюсь, она не беременна от моего жениха, иначе это будет полным провалом, если выявится.

Когда только Кларисс начала говорить, Томас в собственническом движении положил руку на мою талию. Прилюдно оттолкнуть, конечно же, я не могу его. Хоть и с того конца зала замечаю полный боли взгляд Эрика, который сжимает бокал с шампанским в руках. Я тоже, к сожалению, не могу на него не взглянуть без боли. Только вот не от прикосновения Томаса к себе, а от того, что это прикосновение заставляет чувствовать моего возлюбленного.

Звон от стука столовой вилки о бокал разносится по залу, привлекая внимание всех гостей среди классической приглушенной музыки. Вот и этот чёртов момент. Папа стоит посреди зала с бокалом в руке, к нему подходит мама в длинной серебристом платье и со свежей укладкой. Она поджимает губы, окидывая нас с Томом, стоящих довольно близко друг с другом, неодобрительным взглядом.

– Друзья, сегодня у моей младшей дочери день её совершеннолетия, и в этот прекрасный вечер будет ещё одно знаменательное событие – её помолвка. На нашем празднике присутствует гость, которого вы не могли не заметить. Он сегодня составляет нашей с Кэтрин дочери компанию.

Томас, как будто по немому зову, берёт меня за руку и тащит в середину зала к моему отцу и матери.

– Томас Харт – замечательный человек, которого я посчитал достойным того, чтобы доверить ему своё сокровище.

Где-то с левой стороны начинается шепот, который быстрой волной проносится по всему залу. Замечаю, как Том рядом со мной тоже изучает реакцию гостей глазами. Может, хоть сейчас до него дойдёт происходящее. Глупо, наверное, надеяться, что он сбежит, да?

Замечаю, как Элоиза тяжело вздыхает, глядя на нас, и её муж осторожно приобнимает её за плечи. Оглядываюсь, чтобы найти нужные глаза в толпе, и успокаиваюсь, когда замечаю любимые карие глаза, которые с злостью осматривают выбранного не мной моего жениха.

– И мы с Кэтрин даём ему своё благословение здесь при всех вас на то, чтобы он попросил руки нашей дочери.

Томас поворачивается лицом ко мне, как только мой папа кивает ему. Парень достаёт из кармана бархатную маленькую чёрную коробочку, и открывая её, прежде чем встать на одно колено. Он прочищает горло.

– Мэнди Кромфорд, согласна ли ты стать моей женой?

У меня не получается не кинуть взгляд на Эрика.

Он мимолётный, и я надеюсь, что никто его не заметил.

Смотрю на Томаса, который бросает взгляд на коробочку, а потом на меня. Хорошо, что хоть он не увидел этого. Выражение его лица невозмутимое, губы трогает лёгкая улыбка. Под родительским взором мне приходится улыбнуться ему в ответ и смущенно вымолвить свой ответ (смущение, конечно, наигранное):

– Да.

Кругом раздаются аплодисменты, но члены моей семьи понимают, что из такого гула всего пара реакций будет не лживыми. Томас достаёт из коробочки кольцо, и я только сейчас могу его рассмотреть.

Ну мне просто было не до этого.

В меру толстое кольцо с большим бриллиантом, вокруг которого собраны ободком маленькие камни.

– Следующее будет лучше, – едва слышно говорит он, когда я протягиваю руку перед ним, чтобы он смог без проблем одеть кольцо мне на палец.

Как только дорогая вещица оказывается на моём безымянном пальце, парень поднимается с колен. Его рука неожиданно подхватывает меня за талию и притягивает к своему телу. Наши глаза встречаются.

И пока мои блещут предупреждением и неприязнью к нему, в его глазах плещется только вкус победы. Его лицо не выражает лишней эмоции, но помимо победы в его глазах есть кое-что ещё… Словно злость.

Он смотрит на меня внимательно, и я мысленно посылаю ему сигал «не смей целовать меня, Томас». Поджимаю губы и в секунду, когда Томас наклоняется ко мне, закрываю глаза. Вопреки моим ожиданиям, он целует меня в щеку, едва касаясь своими губами моей кожи. К счастью, никакого приступа тошноты не последовало. Что странно, с учётом того, как я отношусь к этому человеку.

Теперь официально Томас Харт – мой жених, а моя семья – мишень для сплетен.

Старшая дочь семьи Кромфорд повсюду тащила за собой неприятности и в итоге вышла замуж внебрачного сына одного из членов нашего общества, а младшая, то бишь я, и вовсе помолвилась с неизвестным никому чужаком. Только бы поскорее моя проблема решилась, и я смогла бы спокойно строить отношения с Эриком. Надеюсь, его родители примут его чувства и желание жениться на мне даже после этой помолвки.

Глава 4

Томас

Мэнди Кромфорд оказалась не такой уж малышкой, какой считают её члены её же семьи.

Если её сестра Элоиза похожа своим терпением на отца, то Мэнди забрала весь пыл матери за двоих. Я не ошибся, когда выбрал именно её для себя.

После смерти брата я жил на всю катушку, веселился по полной, наслаждаясь каждым днём, чтобы не упустить ни единого момента этой грёбаной жизни. А после мне стало скучно. Мне не хватало эмоций, мне нужен был огонь.

Впервые намёк на интерес к чему-либо за долгое время, я увидел, когда жена моего друга поменяла его гардероб. Это было идеально эмоционально, столько веселья со стороны, и я понял, что именно мне нужно. Именно брак, – то, что вдохнёт в меня заново эмоции.

На приёме в честь дня рождения Николаса – двоюродного брата моего лучшего друга, я увидел тот же огонь в Мэнди, что и в Элоизе в тот вечер. Что-то в груди мне подсказало, что она идеальна для роли моей жены. И, чёрт, я ни разу не прогадал, потому что то, как она ворвалась ко мне в квартиру перед самой нашей помолвкой, и то, как с неприязнью говорила со мной, мне дико понравилось.

Я, наверное, больной ублюдок, если у меня стояк от девушки, которая говорит мне гадости и смотрит полными презрения глазами.

Но кое-где я всё-таки ошибся.

Ошибся, когда сказал, что у меня нет никаких препятствий. Первая, – не одобряющая меня Кэтрин Кромфорд. Вторая, – её старшая дочь, жена моего друга – Элоиза. Третья и особо важная, – гребаные переглядки моей уже официальной невесты и парня в углу зала.

Теперь мне понятно это ярое нежелание Мэнди выходить за меня замуж. Она улыбалась мне, пока я делал ей прилюдно предложение, уверен не из-за вредности, а только потому что ей так сказали родители. Малышка Мэнди, возможно, и считает меня недалёким зазнавшимся глупцом, который не видит дальше собственного носа, но это не так. Я заметил всё происходящее, и мне не понравилось.

Этот крупный парень сбоку пару раз отвлекался от разговора, не отводя взгляда от нас с Мэнди. Он даже пару раз чуть ли не дёргался с места, когда я прикасался к своей невесте.

Своей.

Мне повторить?

Я хотел быть примерным женихом сегодня, чтобы подать приятное впечатление этим гостям, но не выдержал. С тех пор, как я отошёл от Мэнди я выпил три стакана виски. Мне нужно было подумать, сдержаться и понять, почему она не сказала о том, что влюблена. Я что, мать вашу, не имею права знать?

Оставил бы я её, если бы узнал о их влюбленности? Вполне возможно. Я бы подумал, что и вправду ошибся в своём выборе, что это был не тот самый огонь, а просто самозащита девушки, сердце которой уже отдано кому-то.

Но то, что она не призналась мне вчера, когда мы были наедине, говорит о многом. У неё был шанс спастись от этого брака, спасти свои отношения, но она выбрала путь, который поставила моя прихоть. И это заставляет меня собрать всю волю в кулак и встать на дорогу завоевания. Именно поэтому я бросаю стакан и направляюсь к Кэтрин Кромфорд.

В меру худая блондинка в серебристом платье, в которую красотой пошли её дочери, стоит среди женщин их светлого общества. Когда я подхожу, то слышу, как они кого-то бурно обсуждают. Отлично, и эти люди считают себя выше других?

– Прошу прощения, дамы. Я могу похитить эту прекрасную женщину на пару минут?

– Конечно, – ухмыляется одна из женщин, кидая насмешливый взгляд на Кэтрин. Остальные вторят ей. Я что для них посмешище?

Миссис Кромфорд едва заметно закатывает глаза и натягивает улыбку, которая, наверное, должна быть дружелюбной. Мы отходим с ней подальше, и она расслабляется, окидывая меня пренебрежительным взглядом.

– Что случилось?

– Я хотел с вами поговорить, – начинаю я.

– Послушайте, Томас, быть честной, я крайне плохо отношусь к вам из-за сложившейся ситуации.

– Да, это было сложно не заметить, не переживайте, я не обижен.

– Я не переживала, – резко говорит женщина. – Всё, что меня беспокоит – моя семья.

– А всё, что меня беспокоит – ваше одобрение.

Женщина удивленно вскидывает брови.

– Ты же итак получил, что хотел.

– Не совсем. Я хочу, чтобы каждый из вас был доволен происходящим. И мне интересно, как я могу вам угодить?

– Хочешь моего благословения?

– Да.

– Что ж… У меня есть одно условие. Хочу, чтобы ты доказал, что достоин быть частью нашей семьи.

– И как же я могу это сделать?

– Мне нужна родословная твоей семьи. Думаю, ты наслышан о том, что в наших венах течет чистая кровь. Мы поколениями храним её чистоту, придерживаемся правил нашего общества и делаем всё, чтобы их сохранить.

– То есть ваше одобрение будет, если моя родня тоже не низших кругов?

– Именно, Томас.

– Хорошо, – мгновенно соглашаюсь я, удивляя женщину. Она усмехается, уголки её губ подскакивают в довольной улыбке.

– Думаю, пары месяцев тебе хватит, чтобы собрать достоверную информацию.

– Я сделаю всё в лучшем виде и как можно скорее.

– Так не терпится жениться? – Женщина наконец-то улыбается мне без какой-либо натяжки. Кажется, ей угодить мне удалось.

– Вы воспитали прекрасную дочь, миссис Кромфорд. На ней и вправду не терпится жениться.

Женщина улыбается, закатывая глаза, мол «ну конечно». Но я не сказал это, чтобы подсластить разговор будущей родственнице. Сказал, потому что это правда. Любой бы другой был бы оскорблён поведением Мэнди, посчитал бы её заносчивой, невоспитанной, но не я. Для меня, скорее это плюс, поэтому миссис Кромфорд очень повезло с тем, что я больной на голову, раз мне нравится поведение её дочери со мной.

Не успеваем мы с Кэтрин обмолвиться ещё хоть парой слов, как из ниоткуда возникает её муж рядом с нами. Я не видел Вильяма до того, как в его семье начались проблемы, но сейчас, не скрою, он выглядит так, как будто не спал суток трое, заливая горе выпивкой.

– Кэтрин, – хрипло говорит он жене, не кидая на её и взгляда. – Оставь нас.

Женщина молча пронзает мужа своим взглядом, и, не прощаясь, уходит в сторону к дамам. Что ж с личной жизнью у них, видимо, тоже беда.

– Том, у меня есть разговор.

– Слушаю вас.

У него такое выражение лица, как будто он сейчас попросит ещё денег.

– Я хочу поговорить о Мэнди, – начинает он, и я понял, что ещё не научился разбираться в людях. Человек просто беспокоится за свою дочь.

– Конечно, говорите.

Мой взгляд медленно перемещается на его дочь, которая, стоя рядом со своей сестрой и моим другом, умудряется кидать жалобные взгляды своему любовнику.

Да, именно любовнику.

Всё-таки Мэнди официально теперь моя невеста, значит тот накачанный, огромный, как шкаф, парнишка, – потенциальная измена.

– Мэнди только исполнилось восемнадцать, и она совсем малышка. Ей бы хотя бы немного…

– Походить свободной?

– Невестой, – поправляет он, пытаясь высказать всё правильно.

– Честно сказать, я только что говорил с вашей женой, и она мне дала нелёгкое заданьице. Его точно хватит на месяца три, – признаюсь я.

– Что за задание?

– Собрать информацию о моём происхождении. Полную информацию.

– Кэтрин, – Вильям усмехается, и его печальные глаза на секунду мелькают озорством. – Она не понимает, что есть кое-что важнее, нежели мнение общества. Почему ты вообще согласился? У тебя уже же есть моё одобрение.

– Мне хочется, чтобы все были довольны исходом. Не хотелось бы строить семью на неприязни близких людей моей невесты, – поясняю, замечая, как на губах моего будущего родственника появляется улыбка.

О, да она ему идёт.

Этого мужчину просто задавили проблемы, не оставив блеска в его глазах. Короткие мгновения счастья, – всё, что ему полагается?

– Вот, сейчас ты доказал, что достоин быть парой моей дочери, больше, чем кто-либо другой здесь. Члены чистого общества, не такие чистые, какими себя показывают. Поверь мне, я по себе знаю.

На секунду снова кидаю взгляд на парнишку, который перекидывается весь вечер с моей невестой взглядами. Он точно её недостоин. Я вижу это по его хищным недовольным взглядам. Это не любовь, уж точно.

Мой взгляд снова возвращается к отцу невесты, и моё сердце наполняется сочувствием. Не знаю, почему Джаред, мой лучший друг, способный на сочувствие, так ненавидит отца своей жены. Он говорил, что хочет, чтобы этот человек страдал, не вылазил из долговой ямы. Но я не могу. Не могу вот так это оставить, даже если это испортит мои отношения с Джаредом. Мне жаль этого мужчину.

– Вильям, – говорю я искренне, – если, вдруг, вам нужна ещё помощь, вы можете всегда обратиться ко мне. Я помогу, чем смогу, не стесняйтесь.

Мужчина снова мягко улыбается.

– Вот, ты второй раз доказал, что более достоин, несмотря на твоё происхождение.

– Вас не беспокоит чистота крови?

– Беспокоила. Сейчас, у меня было много поводов, чтобы пересмотреть свои взгляды, – мужчина смотрит куда-то за мою спину, и я не могу не обернуться. Он смотрит прямо на моего друга, и я снова смотрю на Вильяма. – В нашей паре теперь самая фанатичная Кэтрин. Я же за комфорт и доброту души.

Я улыбаюсь, снова кидая быстрый взгляд в сторону его дочери. Мужчина рядом со мной усмехается.

– Иди уже к ней.

Смотрю на него, и на секунду мне кажется, что мои щеки краснеют. Но это не длится долго, потому что я направляюсь к невесте, от которой не получил сегодня ни единого лишнего взгляда в свою сторону. Мэнди все свои запасы расточила на этого смазливого парня. С каждым шагом моя злость всё больше порабощает мой мозг. Она моя. Вся. Все её эмоции должны быть моими. Не собираюсь делиться, ни каплей.

– Мэнди, – я прочищаю горло, заставляя её оторваться от разговора с сестрой.

– Том, в чём дело? – Спрашивает Элоиза, но я её игнорирую.

– Что такое, Томас? – С наигранным волнением щебечет моя невеста.

Протягиваю руку, хватая её за запястье, и дёргаю на себя. Девушка врезается в мою грудь, резко вскидывая голову вверх, чтобы одарить злостным взглядом меня.

Всё моё.

И я не собираюсь делить это с каким-то прыщавым подростком (не знаю, почему я его так назвал, его кожа практически идеальная, просто он выглядит, как чёртов малолетка).

Руки обвивают талию Мэнди, и она опускает ладони на мою грудь. Ей ничего больше и не остаётся, она же не будет при всех отталкивать своего жениха.

– Не смей, – шепчет она почти одними губами, но этого достаточно, чтобы я расслышал.

– Посмею, – так же тихо говорю я. Только для неё.

– Не вынуждай меня сопротивляться, Томас.

– Расслабься, Мэнди, иначе мне придётся проговориться, что ты вчера ночью заскакивала к жениху. Это окажется хуже, чем то, что я собираюсь сделать.

Её глаза округляются.

О, уверен, были бы мы наедине, она бы попыталась выпустить мне кишки. Но сейчас малышка Мэнди безоружна против меня. Я уже успел заметить, что она любит играть в хорошенькую на людях. Не знаю, ради семьи или ей самой нравится это делать, но это её большой минус. Ведь этим можно воспользоваться.

Мэнди расслабляется в моих руках, и я наклоняюсь, сокращая расстояние между нашими губами. Где-то на фоне Элоиза пытается тихо окликнуть меня, но у неё слабо это выходит, потому что я её сам плохо слышу. Всё моё внимание принадлежит губам её сестры. Знаю, скорее всего у них не принято проявлять такие эмоции, но мне плевать, я просто касаюсь её мягких губ своими.

Поцелуй не долгий. Я только дожидаюсь, когда Мэнди сдастся и подыграет мне, размыкая свои губы. Пара движений наших губ, но этого достаточно, чтобы понять, что это не первый её поцелуй.

Я отстраняюсь от неё, и мои губы трогает лёгкая улыбка, когда краем глаза замечаю, как тот самый парнишка, стоящий неподалёку от нас, вылетает из зала с красным от злости лицом.

Этот поцелуй был не для Мэнди и даже не для меня, а для этого ублюдка, уже вероятно посмевшего взять больше, чем ему полагалось.

Меня никогда не волновало, сколько у девушки было до меня парней. И никогда не думал, что меня будет это волновать. Но сейчас, когда во время этого лёгкого, кстати, поцелуя со своей невестой, я понял, что её уже кто-то научил этому, я почувствовал укол от собственника внутри меня. Ещё увидев эти милые переглядки Мэнди с другим, я почувствовал, как будто у меня что-то утащили из-под носа. Поэтому пусть каждый теперь знает своё место.

– Не забывай чья ты, – говорю я недвусмысленно своей невесте, прежде чем отпустить её из своих объятий.

Надеюсь, ей хватит благоразумия понять это.

Глава 5

Томас

Сейчас

Что может быть лучше, чем спокойный праздничный вечер в честь пола малыша твоего лучшего друга?

Мы с Джаредом познакомились в университете и с первого же учебного курса начали дружить. На тот момент он был обычным парнем, который лишился матери в детстве и жил в семье, в которую его отправила его тётя. Его мама покончила жизнь самоубийством, и ему пришлось смириться с судьбой и довериться своей новой семье. И я, и Джаред, делились друг с другом самым сокровенным. Конечно, некоторые детали мы с ним скрывали, но в конечном итоге всегда приходили к откровению.

Сейчас нам по двадцать пять лет, и мы в его родном городе. Когда Джаред сказал, что хочет открыть здесь свой клуб и часть бизнеса перенести сюда, а после и переехать обратно, я, как и наши остальные друзья, решили последовать сюда за ним. Мы были идеальной компанией, которая за последние пару месяцев, кстати, стала шире.