Похищение Кэролайн
- -
- 100%
- +
Можно было подумать, что он чувствует вину за утро, но нет. Просто моё запястье после ночи в наручниках расчёсано местами в кровь, а этот парень решил поднести аптечку, чтобы спасти ситуацию. Но вот, когда он в последний заход предложил сходить прогуляться, потому что Фейт не в настроении для своей очереди на прогулку, можно подумать, что здесь он чувствует вину конкретно за руку.
Мы редко доходили с ним в место за последним домиком. Ведь в этой стороне не стоит ничего, кроме одной стеклянной конструкции, мутная непроглядная крыша которой дугой опускается на землю.
Странно. Мне даже кажется, что я никогда её не замечала. Или, может, просто не обращала внимания за всей красотой фермы чертового маньяка Эйдона.
Сквозь мутную, непроглядную, и, можно подумать, немытую поверхность стекла (оно само по себе такое), видно яркие пятна разных цветов, которые из далека привлекают взгляд.
Яркий оранжевый, фиолетовый, красный, розовый.
По мере приближения виднеется все больше цветов разных форм, а у меня появляется ощущение, как будто самый загадочный злодей истории ведёт невинную жертву в свою лабораторию.
– Обычно ты так долго не молчишь рядом со мной, – спокойно заключает Эйдон после двадцати минут тишины.
– Прости, что не могу порадовать тебя рассказом о своём досуге, – язвительно отвечаю я, – видишь ли, он скуден.
– Я вообще-то имел ввиду твои придирки, издёвки и попытки узнать, почему я свихнулся.
«Свихнулся», естественно, он берёт в кавычки пальцами.
– Боюсь, что я высказала всё, что могла о тебе сказать.
– Серьёзно? – Мужчина неожиданно усмехается. – Я ожидал от тебя большего, Кэролайн.
– Я не обязана тебя удивлять, поганый ты маньяк.
С губ Эйдона снова срывается усмешка.
– Вот теперь больше похожа на себя.
Ещё бы спросил, не стой ноги ли я встала. После его слов утром, я готова просто порвать его, чтобы хоть как-то потешить своё избитое самолюбие. Но внешне держусь довольно спокойно. Я бы сказала, даже безобидно.
– Я кое-что хочу тебе показать, – говорит он, когда мы подходим к большому построению.
– Если это твоя пыточная, и ты, наконец-то, решил показать свою вторую маньячную сторону, то я пас.
Ответом на мой комментарий, который я ещё считаю дружелюбным, кстати, является просто открытие двери.
С опаской, но голова наклоняется, чтобы заглянуть внутрь.
Оранжерея.
Небольшая оранжерея посреди сада.
Этот парень действительно ненормальный. Ему мало красоты на его ферме?
– Можно зайти?
Да.
Это было неожиданно даже для меня.
– Можно, – отвечает мой похититель так, как будто я сказала какую-то глупость.
Захожу внутрь оранжереи Эйдона и сразу же окунаюсь в цветочный аромат.
Резные горшки разных размеров, кажется, десятков пять, если не больше, разных видов цветов, красивые небольшие белые фигуры в виде ангелов и маленький фонтан посередине, который своим шумом задает необычайную атмосферу.
– Боже, – едва слышно срывается с моих губ, как и догадка следом, – ты их сам посадил.
Слышу тихие шаги позади себя. Сейчас бы, конечно, было лучше всего подумать о том, чтобы не поворачиваться к нему спиной. А что если он тут душит своих жертв и использует в качестве удобрения? Возможно всё, но почему-то я шагаю на полном доверии к нему, рассматривая его работу.
– Ты не представляешь сколько цветов из обычных торговых магазинах может испортиться из-за неправильного ухода…
Взгляд привлекают маленькие кустовые розы, и я иду к ним.
– Пока они цветут и привлекают посетителей в обычном торговчике, они нужны. А после их сносят на склад и заменяют на более свежие. А те пропадают, как списанный товар.
– Ты их забираешь?
– Когда представляется случай, да.
– Они что все из обычных торговчиков?
Я уставляюсь на парня удивленными глазами.
Господи, Кэр. Он же тебя похитил. Ты его восхваляешь сейчас?!
– Большинство. Сначала я просто их забирал и изучал, как о них заботиться. А потом начал выращивать и отстроил для них отдельный дом.
Рука тянется к распущенному цветку, пальцы едва касаются белых лепестков, как я замечаю на них взгляд Эйдона. Точнее, не на них, а в целом на руке. Перебинтованное запястье тому виной.
– Мне жаль, Кэр, – с долей горечи неожиданно говорит мой похититель. И я даже не понимаю, о чём он именно. Моё запястье, покалеченное по его вине железом? А, может, само похищение? – Я здесь провожу время, когда хочется побыть наедине с собой. Сейчас у меня дела, но, думаю, тебе тоже не помешает погулять одной.
– Оставишь меня здесь?
Он кивает, глядя на меня своими голубыми глазами.
– Не боишься, что я решу отомстить за удержание против воли? – Улыбка растягивает губы. Но парень без страха улыбается в ответ.
– Считай, что это проверка на доверие.
Он поворачивается и отходит к двери, когда я его мягко окликаю.
– Эйдон.
– Да? – В пол-оборота говорит парень.
– Ты знаешь же, что ты ненормальный?
С губ молодого человека слетает усмешка.
– Удачно провести время, Кэролайн.
Он серьезно ненормальный.
Оставил меня здесь с тем, на что убил не мало времени. Меня. Девушку, которую он похитил, и которая не упускает момента, чтобы поспорить с ним. Серьезно не боится?
Поворачиваю голову, чтобы снова пробежаться взглядом по ассортименту.
Нет.
Навредить я тут точно ничему не смогу.
Где-то уже на четвертой нашей прогулке с Эйдоном, я устала вечно агрессировать и неожиданно для нас обоих спросила, от кого ему досталось сиё имение. И он рассказал мне о том, что это он сделал всё с нуля.
Понимаете, да?
Чёрт возьми, с кем я разговариваю? За три недели совсем свихнулась…
Эйдон жил в городе обычной человеческой жизнью, а потом, по его словам, ему резко надоело всё, и он решил сбежать в тишину. Я же думаю, что люди просто так не сбегают. Им не хочется бросить всё, и строить ферму за городом, а потом и похищать людей.
У него же была жена. Судя по тому, как он говорит и обходит стороной причину своего решения, видимо, она умерла. От такого удара и от вечных соболезнований, которые, кстати, ни капли не помогают, парень решил сбежать в уединение.
Здесь же не мало настроено. Значит, у него было время свихнуться, поэтому он пришел к похищению. Звучит даже в голове бредово, но у меня никак не вяжется Фейт с её животом. Остальное под огромной пеленой догадок. Но, по-моему, мой вариант развития событий самый логичный. Ничего не бывает просто так.
Жаль, конечно. Потому что Эйдон просто идеальный, если откинуть все странное. Есть в нём что-то притягательное, не дающее покоя, требующее достойного внимания.
Пока его не было, я полила в оранжерее пару цветков и обошла всё практически десять раз, обдумывая всё, чему становлюсь здесь свидетельницей.
Мне нужен план.
Я не могу просто так присматриваться и покорно ходить следом за Эйдоном. Но и сделать что-то необдуманно тоже не могу. Мне нужно чудо.
Эйдон заходит за мной где-то через час, если даже не больше, когда я на небольшом садовом стуле устроилась листать журнал по уходу за цветами. Мило, кстати, что в нём я нашла пометки парня и зачеркнутые ручкой строчки. Он и вправду этим занимался сам.
Всё, что мне говорит Эйдон, так это – «Видишь, доверие оправдалось». А я в ответ просто киваю и откладываю журнал в сторону. Дорога до дома опять проходит в тишине.
Как и в тысячу раз уже, мы доходим до комнаты. Эйдон открывает дверь, как уже в сотню раз до этого, и я прохожу в комнату, а он закрывает следом за мной дверь, и я остаюсь одна. Только в этот раз есть маленькое «но», которого не бывало ни разу.
Несколько подарочных чёрных коробок разных размеров.
Подхожу ближе, чтобы разглядеть. Беру самую большую по ширине, но тонкую упакованную вещь. Тяну за большой алый бант, только сейчас думая, что, там может быть что-то малобезопасное. Но уже нет смысла, бант соскальзывает вниз на кровать. Разрываю упаковку и, уже по небольшому открывшемуся кусочку понимаю, что это холст. Точнее, холсты разных размеров, сложенные друг в друга. Тут же опускаю их вниз и принимаюсь открывать всё остальное. Краски, палитры, книги по живописи.
Вот же мерзавец!
Он всё помнит. Этот чертов поганец всё помнит.
То есть утром он просто разыграл спектакль?
«А, это ты»
Урод.
Он же растоптал этими словами мою самооценку.
Хотя…
Если он помнит наш разговор, то это не значит, что утром, ещё не отойдя от сна, он не мог перепутать в голове женщину.
Или…
Зачем тогда он спрашивал, трахались ли мы?
Я сойду с ума. Этот парень сведёт меня с ума. Почему нельзя быть немного понятнее? К чему это всё?
Ещё и упаковал.
Улыбка озаряет моё лицо.
Мне хотя бы будет теперь чем здесь заняться.
Целиком подарок не удаётся распаковать даже, потому что из открытого окна слышится шум подъезжающих машин.
У Эйдона бывают гости?
Подхожу к окну, бросая не разобранную коробку на кровати. Две машины, из которых чуть ли не одновременно выходят люди. И их выход сопровождается звуком ключей в моей двери.
Эйдон.
Парень показывается передо мной, взъерошивая свободной рукой чуть отросшие волосы.
– Мне нужно, чтобы ты притворилась моей девушкой.
Вот оно, – нужное чудо.
Глава 7
Перед приходом гостей Эйдон коротко объяснил, что эти люди – просто его хорошие друзья по работе, которым просто нельзя не угодить. Одна семейная пара, двое мужчин, которые не слабо инвестируют в существование фермы. Они здесь не в первый раз, поэтому Фейт в их глазах счастливая сестра заботливого брата. А вот я – новая ниточка, которая поможет ему надавить на ту самую парочку, ценящую институт семьи. На этот вечер моя роль – красивая молодая невеста, пышащая счастьем от переезда в этот тихий уголок.
Конечно, я не собираюсь, помогать Эйдону.
Этот маньяк похитил двух девушек, Бог знает для каких вообще целей. Я согласилась на этот спектакль по одной простой причине, – найти шанс на спасение. Эйдон не может постоянно за всем следить. Вполне возможно, он оставит меня на какую-то минуту с людьми наедине, а, возможно, мне удастся украсть телефон и позвонить. И не больше.
Мы подходим к дверям. Эйдон кидает на меня быстрый взгляд.
– Давай без фокусов, милая.
– Ну что ты, на этот вечер одного клоуна нам хватает, – говорю я, и он, поджимая губы, открывает дверь.
– О Боже мой, Эйдон, ты с каждым разом становишься всё больше и больше, – смеётся мужчина, который первым заходит в дом, хлопая по плечу моего жениха на сегодня.
– Ручной труд и никакой качалки, – смеётся второй, который заходит следом.
– Тут стало всё прекраснее, – бормочет светловолосая женщина лет эдак сорока, протаскивая следом за собой за руку, очевидно своего мужа, – Скажи же, Генри.
– А кто же этот прекрасный цветок, Эйдон?
Темноволосый крупный мужчина, который зашёл первым, обращает на меня внимание и тянет руку. Я тут же подаю ему свою для поцелуя с мягкой улыбкой.
– Кэролайн, – я улыбаюсь, пока мужчина, не отрывая взгляда от моего лица, касается губами тыльной стороны моей ладони.
– Боже, Эйдон, – удивленно растягивает женщина, – это твоя девушка?
Эйдон косится на нас с мужчиной, который до сих пор не отпускает мою руку.
– Вообще-то, моя невеста, – говорит он, прочищая горло, – поэтому можешь не изучать её руку так долго, Ник?
Мужчина тут же разочарованно поджимает губы и отпускает меня.
– А я-то подумал, что это ещё одна твоя очаровательная сестра.
– Ну, как невеста, она тоже очаровательна, – подмечает второй с игривой улыбкой. Замечаю, как Эйдон недовольно косится на него. Чёрт, вечер обещает быть насыщенным.
– Милая, – выдыхает Эйдон, сосредотачиваясь на гостях, – Это Ник.
Он кивает в сторону парня, который целовал мне руку.
– Это Стен, – тот самый парень, которого Эйдон одарил недовольным взглядом, – А это Генри и Сара.
– Приятно познакомиться, – с долей смущения говорю я.
Итак, что мы имеем?
Женатая пара, где, очевидно, женщина главная. Сара невысокая зеленоглазая обладательница огненно-красных волос. Худенькая женщина буквально протаскивает мужа за руку в дом за собой. Выглядит она довольно дружелюбно, но что-то подсказывает мне, что она всего лишь притворяется. Её муж невысокого роста, как и его жена. Тёмно-русые короткие волосы с небольшой лысиной по середине и небольшим животиком, который виден благодаря голубой обтягивающей рубашке в полоску, заправленную в классические черные брюки. Он либо безумно любит свою жену и поэтому уступает ей, либо боится её.
Ник, – парень, который отметил мою руку своим поцелуем. Широкоплечий красавец, брюнет с тёмными карими глазами. Качалку он, видимо, стороной не проходит. Судя по его комментарию про сестру, свободный и любящий женский пол. Не плохой вариант для остановки, но есть ещё один, который, судя по его взгляду на меня, не будет скромничать при наличии у меня жениха.
Стен – высокий голубоглазый брюнет. Худой, но довольно привлекательный. Поло, брюки, небольшая родинка над губой и сексуально растрепанные волосы. Взгляд хищника выдаёт его с потрохами. Можно раскачать его на желание остаться со мной наедине. Возможно, идеальный вариант, который поможет найти спасение.
Эйдон подходит, опуская руку на мою талию.
– А это Кэролайн, – он целомудренно чмокает меня в висок.
– И я сегодня накрывала для всех нас стол, – лучезарно улыбаюсь, заранее присваивая похвалу за ужин, который приготовил Эйдон. Мой дорогой «женишок» кидает на меня взгляд, и я чмокаю его в щеку.
– Чего застыл, родной? – С едва заметной долей ехидства произношу я. – Проводи гостей к столу.
– Да, мы уже знаем, где Эйдон ждёт гостей. Приятно познакомиться, Кэролайн, – лепечет Сара и тащит за собой мужа в зал, где накрыт стол.
– Приятно познакомиться, – вторит её муж с улыбкой на лице.
– Я жутко голоден, эта дорога вымотала, – говорит Ник, проходя мимо нас.
– На самом деле очень интересно попробовать еду, приготовленную не Эйдоном, – глаза Стена скользят с моего лица к открытой груди вырезом, и его губы растягиваются в улыбке, как и мои в ответ. Парень проходит вслед за гостями, оставляя нас с Эйдоном в прихожей одних.
Рука моего якобы женишка крепнет на моей талии.
– У тебя нет ничего без таких вырезов?
– Тебе не нравится? – Усмехаюсь.
Рука Эйдона соскальзывает с талии.
– Нравится, не только мне, – бурчит он и идёт, не дожидаясь меня, к гостям.
Ревнивый маньяк. Что может быть смешнее?
Платье-то на самом деле прекрасное. Я его купила на рождественской распродаже в прошлом году. Короткое, ярко-красное, с достаточно заманчиво выделенной зоной декольте и в меру пышной юбкой. Так что, даже если бы мне было во что переодеться, то я бы не стала. Тем более, если это нужно сделать по просьбе человека, похитившего меня.
Иду к гостям и занимаю своё положенное место на стуле рядом с Эйдоном.
– Кэролайн, стол просто прекрасен, – говорит Генри с уже набитым ртом курицей.
Моя рука тянется к графину с соком, и меня останавливает громкий вскрик Сары.
– Боже!
Мы замираем, глядя на неё.
– А где же твоё кольцо?
Крикнула так, как будто на столе ползёт паук, а на самом деле просто не увидела кольца?
– Эйдон? – Вопросительный взгляд женщины летит в сторону моего «жениха».
– Правда, Эйдон, как-то некрасиво. Говоришь, что девушка занята, – интересующийся взгляд Стена скользит по мне, – а колечка-то нет.
Я смотрю на замешавшегося на пару секунд похитителя. Шах и мат, Эйдон?
– Почему это нет? Есть. Она его оставила в спальне.
Эйдон ставит странный акцент на слове «спальня» и поднимается со своего стула.
– Он немного нервный сегодня, – поясняю, чтобы не вызывать лишних вопросов, когда Эйдон уходит. Он же не бросает меня одну гостями? Естественно, оставляет.
– А что же с рукой? Перебинтована…
Невеста-суицидница. Было бы здорово для разрушения репутации Эйдона. Но в ответ Нику я всё равно почему-то говорю:
– Случайно поранилась на кухне.
Момент с наручниками лучше уж вообще нигде не упоминать.
Через пару минут бестолковой болтовни Сары об одежде и магазинах, Эйдон возвращается и встаёт прямо надо мной. Я поднимаю глаза, чтобы уловить, что он хочет от меня. – Протяни руку, – с легкой хрипотцой говорит он. Встаю с места и протягиваю раскрытую ладонь, пока все за столом затихают. Парень усмехается. – Ну чего ты, как в первый раз. Эйдон раскрывает свою ладонь, и я замечаю в ней маленький золотой ободок с крупным бриллиантом. Свободной рукой он поворачивает мою руку. Секунда, и кольцо скользит по моему безымянному пальцу. – Идеально подходит, – удивленно шепчу я, так как размер и вправду как раз. Парень поджимает губы. – Ты же его не в первый раз видишь, милая, – тоже шепчет Эйдон, на случай, если нас кто-то услышит. Мягко улыбаюсь, глядя на кольцо. Интересно, откуда оно у него? Может, кольцо матери? Насколько я знаю, мой брат хранит кольцо нашей мамы на случай появления «той самой». Раньше я очень хотела забрать его себе. Для меня было странно, дарить кольцо покойной матери чужому человеку. Но с годами я стала понимать, как важно это для Кристофера. Поэтому, думаю, тут та же история. Наши глаза встречаются всего на какое-то мгновение, и Эйдон отводит взгляд.
Нельзя забывать, он – не тот незнакомый красавчик, от которого у меня снесло голову. Он – ненормальный маньяк, который похитил меня и беременную девушку, которая несчастно сидит наверху в своей комнате, потому что он не может уследить за нами обеими внизу.
Большую часть ужина я интересуюсь, расспрашиваю гостей о их жизни, работе, хобби. Собственно, веду себя слишком раскованно для той, кого похитили. Не то, что бы мне нравится моё положение. Просто… Просто мне знакомо это чувство уже. Я по сути всегда была где-то пленницей.
Через два месяца после смерти родителей старший брат на пару с дядюшкой, который стал нашим опекуном, решили, что родной дом – не моё место. Они отправили меня в школу с проживанием в Лос-Анджелесе. Я, думая, что если меня исключат, то меня вернут домой, творила всё, что мне приходило в голову. Но не тут-то было. Дом, как будто перестал быть моим домом. Никто не хотел меня там видеть, а я не хотела это принимать. И таким образом за два года, я поменяла семь школ, после чего, мои самые близкие люди просто перенаправили меня с Лос-Анджелеса в Нью-Йорк. При чём не просто в школу, а в девичий пансионат, в котором исключение никак нельзя было заслужить. Там была особая система наказаний. Из не особо приятных воспоминаний меня вырывает яркий голос Сары.
– Очень интересно послушать, как вы познакомились, Кэролайн, – она мило улыбается, насыпая себе салат.
Вот он, мой звёздный час. Идеальнее момента просто не будет.
Прочищаю горло, ставя бокал на стол.
– Да в общем-то это очень интересная история. Я бы сказала, достойная кино.
– Правда? – Восхищенно щебечет женщина. – Расскажите же нам, если она настолько хороша.
Бросаю взгляд в сторону Эйдона, и мои губы растягиваются в улыбке. Поганец скорее всего понимает, что я хочу рассказать. Нужно быстрее.
– Я ехала в такси из аэропорта. Только возвращалась домой…
Мой чёртов маньяк берет у руки большой кухонный нож, сжимая его рукоятку, при этом не отрывая от меня пристального взгляда.
– И, оказывается, у меня из сумочки вытащили всё. Водитель услышал об этом и, забрав мой телефон, бросил одну с вещами…
Краем глаза поглядываю на похитителя, который как-то совсем необычно держит уже нож над курицей, вслушиваясь в мои слова.
– Это как раз было недалеко от этого места. У меня не было выхода, и я пришла на свой страх и риск сюда…
Да. Я немного нагнетаю. Я, может, и немного волновалась о безумных жильцах. Но это было ровно до того момента, как передо мной предстал сексуальный торс.
Взгляд перемещается на Сару.
– Здесь мы и познакомились с Эйдоном и Фейт. Было чудесное знакомство ровно до тех пор, пока Фейт не сказала мне, что Эйдон ей вовсе не…
«Брат» у меня просто не успевает вырваться. Громкий шум разбившегося стекла, из-за которого пошатнулся стол, привлек внимание к Эйдону.
Этот чертов маньяк воткнул нож в бедную запеченную тушку курицы прямо по середине так, что пробил её насквозь вместе с блюдом, на котором она красиво лежала на листьях салата.
Все смотрят шокировано на осколки от блюда, на курицу с торчащим ножом, а после на Эйдона. Воцаряется тишина, и гребанный маньяк Эйдон (теперь я имею полноценное право его так называть), нервно смеясь, вытаскивает нож из тушки. При чём с неким усилием, как будто кончик ножа ещё и успел войти поверх всего этого в деревянный стол.
– Прошу прощения, – смеётся он, пожимая плечами, – обожаю просто нашу историю.
– Ты поэтому так с бедной курицей?
Ник усмехается, делая небольшой глоток вина.
– Заслушался, – поясняет мой чертов похититель, отправляя мне чересчур красноречивый взгляд. Он так и кричит «тебе конец, если ты продолжишь». – У моей будущей жены идеальный голос.
Сара с мужем мило в один голос растягивают «оу».
– Кэр, – выдуманный жених тычет огромным кухонным ножом в мою сторону, – помоги, пожалуйста, убрать осколки.
Ком подкатывает к горлу.
– Хорошо.
Ну, нет.
Он не может быть настолько отбитым же маньяком. Недели он был просто паинькой, в моём шкафу было всё необходимое для женских процедур, и, как ужасно не звучало, но он и в курсе про даты моей менструации. Хотя, может, я его просто не провоцировала?
Поднимаюсь с места с легкой дрожью в коленях и начинаю собирать осколки, пока Сара со смешком упоминает своё знакомство с мужем.
Кидаю взгляд на Эйдона, который в этот момент кивает в сторону кухни. Он следует туда, а я иду за ним с осколками в руках, словно завороженная.
Ещё бы.
Мои глаза безотрывно смотрят вперёд, потому что гребаный ненормальный несёт с собой нож, сжимая его рукоятку со злостью.
Подхожу к раковине, скидывая осколки в урну под ней. А следом за мной к ней подходит Эйдон. Я тут же делаю большой шаг подальше в сторону.
У него же гребаный нож!
Парень наклоняется над раковиной и моет нож, обращаясь ко мне:
– Тебе нравится играть с огнём?
Прочищаю горло, когда он выключает воду и тянется к полотенцу, поворачиваясь лицом ко мне.
– Ну, что будет от того, что ты им сейчас всё расскажешь? – Слишком медленно произносит Эйдон, опираясь поясницей о край раковины. Руки в такт словам натирают нож полотенцем, а глаза строго за этим следят. – Их телефоны в их домиках. Думаешь, я их выпущу от сюда, если они узнают правду?
Чертов маньяк ухмыляется, и я уже не вижу в нём милого парня с отклонениями, с которым беседовала. Он безумец. Больной и неизлечимый.
– Я…
Слова застревают в горле.
– Неужели… – Эйдон поднимает голову, чтобы взглянуть на меня, и кидает в сторону на столешницу полотенце. – Риск выбраться на свободу одному человеку стоит жизни четырёх?
Пытаюсь проглотить ком, но даже вязкая слюна от переживаний не помогает.
– Кэролайн? Стоит ли твоя попытка освободиться жизни этих милых людей за столом, которые отнеслись к тебе с таким добродушием и верой?
Медленно качаю головой, боясь отвести глаза в сторону.
– Я не прошу много, принцесса. Просто одного чертового послушания. Всё могло было быть хуже, но я достаточно хорошо к тебе отношусь. Ты хочешь увидеть более отвратительную сторону жизни здесь?
Я всего лишь снова качаю головой.
– Тогда мы возвращаемся обратно, и ты улыбаешься весь вечер, показывая всем, как нам хорошо вместе. Да?
Как тут сказать нет? У этого больного до сих пор нож.
Мы возвращаемся за стол и проводим время за ним так, как будто, только что хозяин дома не обещал мне пару минут назад перерезать всех гостей.
Где-то через полчаса "Эффект Эйдона" проходит. Точнее, он усугубляется. Если ещё двадцать минут назад я сидела зашуганной, боящейся сделать малейший вздох. Просто с неугомонной тревогой внутри поддерживала беседу. То сейчас, я напугана новым образом Эйдона в моих глазах так, что готова действовать. Только в этот раз гораздо умнее.
Симпатия интересная штука. Ведь благодаря ей можно легко управлять человеком. Если, естественно, момент подходящий и повод стоящий. Никто не должен ради развлечения пользоваться чужими чувствами, каким бы этот человек ни был.
Стен славный малый. Ведь так говорят? Но, очевидно же, что он разбил не мало женских сердец, и навряд ли чувствует вину. Я не говорю, что Стен должен поплатиться за каждое содеянное, но он хотя бы поможет в благом деле. Спасение трёх жизней от ненормального маньяка в обмен на грехи прошлого. Чем не искупление?
Именно поэтому я уже как пять минут недвусмысленно вожу рукой по колену Стена под столом. И стараюсь вести себя максимально спокойно, поддерживая беседу.