Магия туманов

Глава 6. Волшебное дыхание

Бен летел как стрела. Впереди него несся Би-Джи, указывая кратчайший путь к дому, где ждали заказ.

– В этом доме живет девочка с волшебным дыханием, и она с нетерпением ждет нашего появления. У нее талант оживлять пирожные, сделанные из серого тумана, не догадываясь, что это могут делать только волшебники! Ее мама боится, что дочь потолстеет, и не разрешает их много кушать, а она брыкается, и не желает расставаться со сладостями. Поэтому, мастера по кондитерскому волшебству создали новое пирожное: ешь пирожные – и не толстеешь! – рассказывал на ходу Би-Джи. – «Тающая льдинка» называется.

– Но, мы же ищем только мальчиков с волшебным дыханием! – удивился Бен.

– Да шут их знает, что они там навыдумывали… Приказали выявлять всех, и баста! Сокращаем путь через сквер! Так будет короче. – пропищал Би-Джи, и сделав крутой вираж, полетел в сторону небольшого парка. Бен послушно направил за ним свой велосипед.

На полпути Би-Джи, вдруг, вскрикнул и резко развернулся:

– Стой! Стой!

Бен встал как вкопанный.

– Что еще случилось?

– Вон, смотри!

– Куда смотреть?

– Вон туда!

Джи указал лапой в сторону лавочки.

В сквере, на скамейке, за ветками деревьев, Бен увидел молодую пару, и присмотревшись к мужчине, узнал проводника – серого волшебника Мак-Гида, а рядом с ним была Мэгги – белая волшебница. Бен был наслышан о ней.

– Невероятно! Мак-Гид и Мэгги по – дружески болтают?

И это была та самая Мэгги, знаменитая Мэгги, о которой ходили легенды. Чернокожая, с упругим, стройным телом, с грацией пантеры, с мягкой пружинистой походкой, она обладала уникальным волшебством – и как Лицемер, была оборотнем – легко превращалась в кошку, везде могла пролезть, подслушать, подсмотреть, и много чего узнать. Поговаривали, что она прекрасно понимала кошачий язык, и все кошки Лондона были ее агентами.

Мак-Гид, в свою очередь, чистил дымоходы, и тоже собирал необходимую для волшебников информацию, но они находились по разные стороны интересов, и по мнению Джи, ну, никак не могли быть вместе.

– Воркуют, голубчики! – раздался шепот Би-Джи, прямо возле уха Бена. – Нехорошо… Надо доложить! – ехидно предложил он. – Эх, жаль, что айфоны нам запрещены!

– А что такое? – удивился Бен.

– Так бы щелкнули пару снимков на память, и показали, кому надо!

– Это кому ты их собрался показывать? – возмутился Бен. – Не лезь не в свое дело!

– Как это не мое дело? А то чье же? Тут, видите ли, собирается какой-то заговор, а я молчать буду? – возмутился Джи. – А если это подлое предательство интересов Гризео Хаус, и на наших глазах происходит утечка секретных данных?!

– Ну ты загнул! Ты бы не городил огород, там, где не надо! – остудил его пыл Бен, – может, они встречаются по приказу самого сэра Боларда!

Джи призадумался.

– А если нет? – при этом он подозрительно прищурился, состроив хитрую рожицу.

И пока они спорили, на чьей стороне находится правда, из кустов неожиданно выскочила черная кошка. Гордо подойдя к ним, она остановилась, разглядывая Бена своими бездонными черными глазами. На ее шее красовалась ленточка, с металлической табличкой: «меня зовут Мэгги».

От страха Джи закрыл рот ладошкой, и зажмурил глаза, всем своим видом давая понять, что он ничего не видел, ничего не слышал, и ничего никому не скажет.

Бен замер, и стоял как памятник, пока она пристально изучала его своим немигающим взглядом, будто хотела запечатлеть его на вечную память, и едва взглянув на Би-Джи, и не удостоив его должным вниманием, кошка фыркнула, развернулась, и пошла по своим делам.

– Ну, что доволен, доволен? – налетел на него Бен, – наверняка она, тебя услышала, и запомнила. Теперь спустит на тебя всех лондонских котов и кошек! Помяни мое слово! Вот тогда научишься держать язык за зубами!

– Ой, ой! До смерти напугал! – расхрабрился Би-Джи, посматривая вокруг, на всякий пожарный случай, нет ли их рядом.

– Ну-ну, как скажешь… – усмехнулся Бен, – и куда дальше?

Немного успокоившись, Би-Джи вернулся к своей важной миссии, и указав лапкой на нужный им дом, пропищал:

– Да вон же он, перед нами! Вперед!

Остановившись у подъезда, Бен подхватил белоснежную коробку из грузового контейнера велосипеда, и подойдя к двери, нажал на кнопку связи. Как только он известил о доставке пирожных, голос с металлическими нотками, отозвался из динамика, автоматический замок тут же открылся, и Бен вошел в дом.

Впереди него, как всегда, порхал Джи. Он мог беспрепятственно пролетать сквозь стену, но с огромным удовольствием проходил в дом через двери, будто его тут ждали.

Возможность быть невидимым для большинства людей создавало для него дополнительные преимущества: он свободно влетал в дома и квартиры, скрытно наблюдая за обстановкой.

Непрошеный гость чувствовал себя комфортно при одном лишь условии – если там не было кошачьих, ведь они прекрасно видели привидений, а некоторым так и не терпелось поиграть с Джи. Так и случилось на этот раз.

Белая кошка лежала в прихожей, но, как только появился Би-Джи, она резко вскочила, и подпрыгивая, и мяукая, заметалась по всему дому, преследуя бедное привидение.

Навстречу Бену вышла молодая женщина. Она была чем-то расстроена, но, несмотря на плохое настроение, приветливо улыбнулась ему.

– Здравствуйте, проходите! Рози, прекрати сейчас же! – обратила она внимание на кошку. – Что на нее нашло? – недоумевала она.

Но кошка и не думала останавливаться. Она загнала Джи наверх, в детскую, где сидела и плакала девочка. Ее пухлые щечки были мокрыми от слез. Она все время всхлипывала, пока в ее спальню не влетела ее любимица.

Кошка заметалась по комнате, высоко подпрыгивая, и опрокидывая все на своем пути. Создавалось впечатление, что она играла сама с собой.

– Мама, мама! – позвала девочка. Вскочив с кровати, она выбежала из комнаты, и по ступенькам сбежала вниз. – Рози взбесилась!

– Как и ты, Мэри. – ответила ее мама.

– А вот и нет!

Тут девочка заметила Бена в фирменной одежде, с эмблемой «молниеносные стрижи» на рукаве.

– Здравствуйте! Наконец-то вы приехали! Я очень при-очень жду мои любимые пирожные!

– Никто не ест столько сладостей! Ты скоро лопнешь, если не остановишься. – сказала ее мама, которая старалась взять себя в руки, только бы не повысить голос на свою дочь.

– А вот и нет! Пока я не съем то, что я хочу, я не успокоюсь! – заявила девочка, и топнула ножкой. – А я хочу!

И чтобы успокоить девочку, Бен открыл фирменную коробку, в которой лежали волшебные пирожные.

В бисквитных корзинках, с белоснежным кремом, в разноцветных пачках, на одной ножке стояли балеринки. Другие их ножки были согнуты и, казалось, что они вот – вот оживут, и закружатся в танце.

Девочка ахнула от изумления, кивком поблагодарила, и схватив коробку, побежала наверх.

– Вы не волнуйтесь, эти пирожные не причинят ей вреда. И Мэри больше ни на унцию не пополнеет. Фирма от дома «Щугерхауз» гарантирует бескалорийные пирожные «Тающая льдинка» – заверил встревоженную маму Бен.

– Спасибо вам, молодой человек! Надеюсь, что так и будет! – с благодарностью в голосе произнесла мама девочки, подарив Бену улыбку, делая вид, что не заметила выпирающие из его ушей длинные волоски.

– Мне пора. – заторопился Бен, напоследок взглянув на кошку. Та успокоилась, и как ни в чем не бывало, сидела на диване, усердно приводя в порядок свою белоснежную шубку.

Бен получил оплату с квитанцией, и попрощавшись с хозяйкой, выскочил из дома.

Тем временем, уединившись в своей спальне, девочка присела на кровать, рядом положив коробку. Бережно взяв пирожное в руки, она принялась рассматривать балеринку, и любуясь ею со всех сторон, Мэри с восхищением вздохнула.

Вдруг, танцовщица подмигнула ей своим маленьким голубым глазиком,

– Вот это да! – не веря своим глазам, воскликнула девочка, в следующий момент, балерина сменила ножку, и сделала ласточку.

– Ах! Какая красота! – восхитилась девочка. – А ты съедобная?

Балерина кивнула.

– Ух ты! – воскликнула сластена. – А в прошлый раз мне принесли вкусный цветочек в корзинке. Но ты – совсем другое дело!

Она подскочила и закружилась, держа в ручках маленькую балерину.

– А тебя можно скушать?

Утвердительный кивок танцовщицы застал девочку врасплох.

– А тебе больно не будет? – на всякий случай поинтересовалась сладкоежка.

Отрицательный жест балеринки окончательно успокоил девочку. Схватив двумя пальчиками застывшую фигурку, она закрыла глаза, и осторожно положила ее в рот. Ножки в шоколадных пуантах зашевелились, проталкиваясь и проскальзывая вовнутрь, медленно тая теплым шоколадом во рту.

– Мнм-н-мм! Как вкусно!

Бен выскочил из дома.

– Ну что, договорился, договорился? – подтрунивал над Джи Бен. – Видел, как кошка на тебя набросилась? Наверняка, это Мэгги дала ей указ, и теперь все кошки Лондона будут гоняться за тобой!

– А что… а что я такого сделал, я просто размышлял, только и всего! – виновато оправдывался Джи, и решил, что с этого момента, кошек он будет обходить десятой дорогой.

Туман рассеялся, выглянуло солнце, и все вокруг озарилось утренним светом.

К Бену вернулось хорошее настроение. Упреки и недовольство начальства, и подшучивания друзей, очень огорчали его. Но, несмотря на эти неприятности, он и не думал падать духом, и сдав заказ, они отправились в обратный путь. Вдруг, Бен резко затормозил.

– Что такое? Что такое? – занервничал Джи, не понимая, в чем препятствие.

Помолчав, Бен, вдруг задал риторический вопрос:

– Мы же быстро управились? Я сейчас, я на минутку! – и живо свернул в проулок.

Джи кинулся за ним.

– Ну, вот, опять тебя на приключения потянуло!

Джи не понимал, что происходит, но увидев вдалеке бывший родительский дом Бена, ему все стало ясно.

– Снова ностальгия замучила! Эй, Бен, ты куда? У нас другой маршрут! – окликнул его Би-Джи.

Видя, что на его напарника нисколько не подействовал голос разума, он полетел за ним, и, запрыгнув на плечо, грозным тоном, на какой был только способен, прокричал ему в ухо:

– Ты, что, забыл, когда в последний раз нагоняй получал? Так я напомню: это было буквально вчера!

Не обращая внимания на увещевания крылатого друга, Бен летел к своему родному дому, словно его тянуло туда магнитом.

Он остановился недалеко от него, и на некоторое время замер, вглядываясь в окна. Заметив подъехавшую машину отца, он невольно улыбнулся своей удаче. Навстречу отцу выбежала младшая сестра Рейчел, и выхватив из рук бумажные пакеты, весело, о чем-то болтая, они зашли в дом.

Бен отвернулся. Воспоминания детства нахлынули на него. Тогда он чувствовал себя любимым, окруженным семейной заботой и теплом.

Если бы сейчас у него спросили, хотел бы он стать волшебником, он бы не смог однозначно дать ответ. Бен очень страдал, но ничего не мог с собой поделать. Обратного хода в мир людей у него все равно не было. И в этом он был не одинок.

Так же, как и Бена, из своей семьи был «изъят» его лучший друг, Гриф. Но, обсуждать это было табу. Свои воспоминания они держали при себе, и ни с кем не делились, ведь главная роль волшебников – это защита людей, а значит, и своих родных. Так им внушали старшие волшебники. Правда, в чем заключалась эта угроза, они не знали, и не ощущали ее. В эти высокие сферы никого из юных волшебников не посвящали.

Время шло, но его тяга к родным не ослабевала. Бессонными ночами Бен часто представлял свою жизнь с родной семьей. Всякий раз, он порывался попросить главного волшебника, сэра Боларда, стереть дорогую для него память о семье, но его останавливал страх, что его неправильно поймут, и заподозрят в малодушии. Для волшебников, это считалось одно из главных испытаний – мучительным, но неизбежным.

Никто его не спрашивал, хотел бы он стать волшебником, или нет, и слава богу!

В очередной раз, он убедился, что с родными все в порядке, и выглядели они вполне счастливыми. Бена потянуло к окну, в надежде увидеть маму и старшего брата, но его несносный Джи не давал покоя:

– Опять нюни распустил? Что за посиделки ты тут устроил? У нас уйма заказов! Тебе давно уже пора крутить педали!

Джи никак не мог понять сопливые страдания Бена.

– Ты еще слезу пусти! – издевался и подкалывал его Би-Джи.

– Что ты вообще понимаешь, голова – два уха, а сбоку крылышки! – бросил в ответ Бен, – все забываю, что у такого, как ты, души вообще нет!

Разозлившись на Джи, он сел на велосипед, и выехал на дорогу.

Доставляя людям необыкновенные товары, как все «серые» курьеры, Бен был в поисках особенных детей, наделенных волшебным дыханием.

Наставник Бена, старый волшебник Гросс, любил повторять, что ребенок рождается с определенным даром, но родители редко замечают его, и, если этот дар проглядеть, считайте, его взрослая жизнь прошла, как во сне.

Как и откуда появились волшебники в мире людей – никто не знал, но поговаривали, что когда-то, давным – давно, маги смешались с людьми, и в их потомках нет-нет, да и выявлялось волшебное дыхание.

«Изымать» детей у родителей было делом чрезвычайно хлопотным и трудным. Это занимало немало времени и сил, и устраивали все так, что родные и близкие будущего мага навсегда забывала о его существовании.

Также, как и Бен, в свое время были «изъяты» большинство волшебников серого дома.

Доехав до светофора, Бен остановился на красный свет. Би-Джи нагнал напарника, но обида, гнев и горечь не покидали его.

– Раз ты такой, моя душенька, впечатлительный, я бы хотел посмотреть, как ты будешь краснеть и оправдываться за опоздание перед Кастлом!

Его монолог прервал трубный гудок клаксона, и они испуганно обернулись. Сзади, на расстоянии вытянутой руки, над ними навис двухэтажный красный автобус, и мигая фарами, подбирался все ближе и ближе.

Бен, словно завороженный, не мог отвести от него взгляда, как та мышь смотрит на удава, прямо в лицо своей смерти, не в силах ничего изменить, и неизвестно, сколько бы это продолжалось, если бы не Би-Джи, который схватил лапками его лицо, и с размаху лупя по носу, орал что есть мочи.

– Ты что, уснул? Зеленый свет!

Бен очнулся, тряхнул головой, будто снял с глаз завесу, и рванул с места, налегая на педали. Такое водительское хамство насторожило Джи, и он решил разобраться, кто это посмел нарушать правила дорожного движения. Вид автобуса удивил его: выглядел он очень подозрительно: номер на нем отсутствовал, и лобовое стекло было непроницаемо затонировано.

Джи живо подлетел к автобусу. Проникнуть в его салон было для него проще простого. Но, к его изумлению, этого сделать не удалось: какой– то неведомой силой его «мячиком» отбрасывало от капота, не давая ни одного шанса пробраться вовнутрь. Нагнав Бена, всполошившийся навигатор завопил ему прямо в ухо.

– Бен, Бен!! Странная магия какая-то! Держись от него подальше! Давай, поднажми!

Бен быстро набрал скорость, но автобус пустился за ним вдогонку, сокращая дистанцию, и маниакально преследуя курьера.

– Что это такое? – возмутился Джи. – Да это же полный беспредел! Бен! Давай, поднажми еще быстрее!

Бен рванул изо всех сил, и летел без оглядки, пытаясь уйти от погони. Двухэтажная громадина и не думала отставать. Бампер едва не касался велосипедиста, мчавшегося со всех ног. Встречные машины шарахались от них в стороны; водители сигналили, не понимая, что происходит.

У Бена осталась одна возможность уйти от преследования. Волшебное кольцо остановки времени, которое носили все курьеры, было предусмотрено именно в таких исключительных случаях, когда им грозила опасность столкновения. Оно замедляло время, избегая аварийную ситуацию, и курьер совершал спасительный маневр, выбрасывая руку в нужном направлении, и тогда угрожающий его жизни объект замирал на несколько мгновений.

Известное дело, что сила колец зависела от самого волшебника, и чем он был сильнее, тем мощнее были его кольца. Но и волшебство кольца было не безграничным. После применения, оно требовало передышки, и волшебник мог воспользоваться им лишь через время, пока кольцо впитывало живительную энергию своего хозяина.

Как отметил заведующий волшебством, мистер Сандерс, «у Бена есть уникальные способности быстро осваивать новые кольца.

Ведь у каждого из них свой характер, и постигнуть волшебство перстней – все равно, что обуздать необъезженную лошадь.»

Если кольцо чувствовало нерешительность, слабость волшебника и нехватку твердости духа, оно вело себя как строптивая лошадь: кусалось, щипалось, и даже билось током, и напрочь отказывалось подчиняться своему хозяину. Не каждому волшебнику это удавалось. А вот Бена они слушались беспрекословно.

– Наверняка, это тебе твои волоски помогают! – подшучивал над ним Гриф, по-доброму завидуя другу, вспоминая, как у него самого, однажды, его личная печатка закобенилась, и решив, что тут она самая главная, вышла из-под контроля, и начала устраивать выкрутасы. То она песни по ночам пела голосом Грифа, не дав спать курьерам, то свистела полицейской трелью на улице, поставив в тупик водителей транспорта, и обругивая их, на чем свет стоит. А один раз и вовсе обнаглела, и перешла все нормы приличия: вдруг, ни с того, ни с сего, начала плеваться в прохожих, заставив их думать, что это сделал несносный мальчишка, из своих хулиганских побуждений. Пришлось спасаться бегством. И только когда Гриф пригрозил сдуревшей печатке отправить ее на переплавку, она успокоилась и затаилась.

Время от времени, кольца показывали свой строптивый характер, и тогда волшебникам приходилось приложить немало усилий, чтобы «оседлать взбесившееся кольцо».

Но к ужасу Бена и Джи, сила кольца остановки времени никак не подействовала на упорно двигающийся на них автобус.

Как ни в чем не бывало, монстр на колесах летел на Бена, не оставляя ни одного шанса ускользнуть и скрыться.

Бен с отчаянием подумал, а не потерял ли он власть над кольцом?

– Ладно, разберусь потом, сейчас не до этого! Скорей бы куда-нибудь юркнуть, подальше от этой взбесившейся махины!

Проулок, куда обычно не заезжал большой транспорт, появился перед глазами Бена, как маленький проблеск надежды. В последний момент Бен резко повернул туда, пытаясь уйти от погони.

– Там тупик! – в истерике заверещал Джи.

Впереди Бен увидел сплошную кирпичную стену. Проезда не было!

– Куда теперь?

Краем глаза Бен справа заметил открытые ворота во двор, и резким маневром свернув, дал по тормозам. Но тут, переднее колесо велосипеда подскочило, наткнувшись на досадное препятствие, и Бен полетел кувырком.

Сильно шлепнувшись, он перекатился, и приподнявшись, обернулся, увидев, как мимо ворот, не останавливаясь, «на всех парах», промчался очень странный автобус.

Бен вскочил на ноги, и отряхиваясь от придорожной пыли, растерянно оглянулся на Би-Джи. Тот тяжело дышал, потрясенный пережитой гонкой. Руль велосипеда вывернулся, а обод приобрел форму восьмерки. Из пробитого колеса вырывался жалобный свист.

– Что ж, придется добираться пешком…

Подтащив велосипед поближе к воротам, они осторожно выглянули в проулок, но он был совершенно пуст. Автобуса нигде не было.

– А куда он делся, там же тупик?! – воскликнул Бен.

– По ходу дела, он проехал сквозь стену! – изумился Джи.

– И что это было? Что все это значит? – недоумевал Бен.

– Если бы я знал! – отозвался Би-Джи

– Скажу только, что это попахивает какой-то чертовщиной!

Бен взглянул на печатку, и погладил ее холодный металл.

И в ответ, печатка, как будто, потерлась о его указательный палец, и замурлыкала, признавая в нем своего хозяина, словно говоря, что она здесь совсем не причем.

– Очень странно, мое волшебство не подействовало!

– М-да, старик, на нервной почве, кто угодно может потерять квалификацию!

– Только, не трепись об этом, ладно? – попросил Бен.

– Ладно! У меня ведь тоже не получилось проникнуть в его нутро…

Вернуться назад, и тащить на себе поломанный велосипед было непросто. «Сумасшедший» автобус загнал так далеко до ближайшего входа в дом волшебников, что у Бена не оставалось никаких сомнений, что он получит очередную порцию нагоняя от сурового мистера Кастла.

– Кто поверит, что за мной гнался автобус, и чуть меня не раздавил? Хуже всего, если нас примут за обманщиков или глупых фантазеров! – переживал Бен.

Заранее договорившись никому не рассказывать об очень странном происшествии, и дотащив велосипед к ближайшему входу в волшебный дом, Бен набрался духу, и влетел в распределительный зал. За его спиной следовал Би-Джи, стараясь не попадаться на глаза начальству, и первым получить нагоняй за опоздание. Администратор тут же заметил появление Бена, его неприступный, злой вид говорил сам за себя.

– Какое неслыханное разгильдяйство! – так громко возмутился мистер Кастл, что все присутствующие в зале повернулись в его сторону. – Все курьеры уже по три выезда сделали, а Бен Хоуп удостоил себя только одним!

– Простите, сэр, за небольшую задержку, – пустился в объяснения Бен, – но мой велосипед…

– Какая наглость, ну вы слышали? – непонятно к кому обратился Кастл. – И это он называет небольшой задержкой? Полдня где-то шляется, когда дел не в проворот, где каждый курьер на счету! И поверь, мне некогда слушать, что случилось, на этот раз с твоим велосипедиком! – раздраженно перебил его мистер Кастл. – Быстро, пошевеливайся, мистер «Безнадега», и живо принимай заказ!

Бен поспешил к распределительному шкафу, и тут же получил маленькую разноцветную коробочку, перевязанную алой лентой. С ней он вернулся к администраторскому бюро. Сверля его взглядом, и ни слова не говоря, Кастл выдернул выезжающую квитанцию из устройства, которое волшебники называли админотрыжкой, и открыто демонстрируя неприязнь, швырнул листок Бену, показательно повернувшись к нему спиной.

Невольно поежившись, Бен отошел в сторону.

– Подумаешь, велика птица! – буркнул курьер, уткнувшись в квитанцию, и прочитав адрес, остолбенел.

На нем, черным по белому, был указан район, который серые волшебники обходили десятой дорогой.

Район Сохо, * ночной клуб «Белые волчицы». (Район Сохо – торгово – развлекательный квартал в центральной части Лондона, с большим количеством театров, кинотеатров, ночных домов, пабов, публичных домов и секс шопов, граничит с районом Мэйфеа и площадью Пикадилли).

Бен шагнул было к бюро, все еще не веря своим глазам, но быстро передумав, отступил назад, боясь снова вызвать страшный гнев админа.

В Сохо им был путь закрыт. Этот район принадлежал их извечным соперникам – белым волшебницам.

Отправиться в Сохо была настолько сногсшибательной новостью, что тут же расценилась Би-Джи как безответственная шутка или долго откладываемое для них наказание за постоянные опоздания.

– Что они там себе думают, эти бестолковые админы? – возмутилось привидение. – Лететь в запретный район, да еще в ночной клуб? Это вопиющее нарушение правил нашей безопасности!!